Правосудие для Харпер

Несмотря на дурные предчувствия, Ву без потерь пережил землетрясение. Была, конечно, небольшая паника, но обошлось без нукэкуби и каких-то серьёзных разрушений. Когда всё в прямом смысле утряслось, он даже смог допить своё пиво, заботливо накрытое салфеткой. И когда только Меченый успел позаботиться о том, чтобы оно не пострадало, если с потолка начнёт сыпаться пыль? Они ещё немного поболтали ни о чём, а потом воспользовались одним такси потому что Меченому было по дороге. Он вылез из машины, сердечно пожав на прощание руку. И только когда дверца закрылась, и таксист спросил, зачем Ву в Чайнатаун, тот сообразил, что почему-то не назвал точный адрес, а обошёлся общей фразой. Это вышло как-то само собой – чем меньше Меченый знал о нём, так проще Ву было оставаться для него просто Чаном. Приехав домой, детектив чувствовал себя совершенно разбитым. Примерно это испытывал бы любой человек, весь день промотавшийся по городу, чудом избежавший участи быть погребённым заживо под обломками, ставший соучастником убийства и разочаровавшийся в людях, занимающих руководящие посты. Но, несмотря на усталость, он первым делом открыл окно на кухне и вылез наружу. Окна его квартиры как грибы торчали из покатой крыши. Он встал, держась за козырёк, и помахал случайному свидетелю рукой, показывая, что он – чудак, а не самоубийца. Несколько осторожных шагов и он оказался на плоской крыше более поздней четырёхэтажной пристройки, где по примеру родителей разбил небольшой садик. Пришлось потрудиться, перемещая сюда широкие контейнеры, мешки с грунтом и транспортировочные горшки с растениями. Все они были неприхотливыми и довольно низкорослыми, отлично приживались на новом месте и совершенно не пострадали от тряски. Устраивая маленький зелёный оазис перед своими окнами, он думал не только о том, чтобы растения радовали глаз и напоминали о доме, но и старался устроить всё так, чтобы обезопасить прохожих внизу. Удостоверившись, что вибрации не сдвинули кадки даже на полдюйма, Ву осмотрел плоды своих стараний уже другим взглядом, с надеждой, что им не суждено пропасть втуне. Он ведь пока никому не говорил об этом своём начинании, но хранил на мобильном фотографии, сделанные в первый день, чтобы когда-нибудь можно было сравнить, как всё с тех пор разрослось. По барбарису это уже было заметно, он быстро расправился и как будто бы округлился. Ву недавно почистил туи от пожелтевших веточек, и новых, насколько он видел, не появилось. Когда Цай покупал их, ему представлялось, как они будут смотреться на рождество, если их украсить яркими бумажными украшениями и положить под них маленькие коробочки в цветных обёртках. Он разгрёб древесную кору, которой засыпал землю, чтобы влага в ней дольше сохранялась, и убедился, что время для полива бересклета ещё не пришло. Конечно, его питомцам было не привыкать к прямым солнечным лучам в самую сушь, но это не значило, что он спокойно оставит вереск или лаванду жариться на солнцепёке без капли воды. Почти час Цай провёл на крыше, ухаживая за своим садиком и безуспешно пытаясь восстановить душевное равновесие его яркими цветами, потом вернулся в квартиру, где весь остаток вечера не мог найти себе место. Он позвонил сестре, но так и не решился рассказать, что стряслось и чем ему это грозит. Она бы просто с ума сошла. К тому же ему было банально стыдно признаться, как сильно он ошибся в Харпере, о котором успел рассказать много хорошего. *** Он пришёл на работу с намерением первым же делом сварить себе ещё одну чашку кофе и горячей надеждой, что Гривза с Джимом не будет на месте. Почему было не начать смену где-нибудь ещё? Они могли бы нанести визит вежливости кому-то из подозреваемых или свидетелей, не тратя время на то, чтобы отметиться в участке. У Цая не было ни физических, ни душевных сил препираться с детективом, чтобы прикрыть Мака. Парень с самого утра выглядел подавленным, но его проблемы сейчас казались Ву далёкими как никогда. На самом деле практиканту очень повезло – он даже не подозревал, как! Цай ведь ещё в чайной хотел обратиться к нему за помощью. А ещё мог впутать в это дело Келли. Благо, не успел, иначе ни за что бы себя не простил. – Что, Цай, весёлая ночка? – Гривз как будто его поджидал. – Кто же не давал тебе спать перед работой? Неужто та азиаточка? – Мы проговорили допоздна в видеочате, – почти не соврал Ву. Лёг он рано, потому что так было нужно, но не мог уснуть от усталости. День снова и снова прокручивался в голове, как заевшая киноплёнка. Что изменилось бы, если бы Ву не сунулся туда? Человек всё равно умер. – Не надоело? – Гривз глянул на него с прищуром и сально ухмыльнулся. – Скажи, Ву, ты что же – монах? Сколько у тебя уже не было секса? Нормального, а не виртуального или чем вы там занимались по телефону? Захотелось хорошенько заехать ему прямо в прищуренный глаз или в нос – крупный, не промахнёшься. И даже не за то, что влезал в личную жизнь, просто отчасти детектив был прав и личной жизни у него не стало с тех пор, как ещё в Сакраменто они с Таем расстались. А единственный мужчина, который ему с тех пор понравился, оказался не тем, кем казался. – Тут вообще-то все свои, но раз ты такой скромник, – Гривз приобнял его, ненавязчиво, как ему казалось, подталкивая к допросной, – пойдём, расскажешь по секрету. Ву внутренне похолодел. Да, всё было обставлено так, что никто ничего и не заподозрил. Да, Гривз привёл его в люкс, где обычно проходили беседы со свидетелями и родственниками пострадавших, а не с обвиняемыми. Но это ещё ничего не значило. – Что ты хотел узнать? – недобро спросил Ву. – Что ты натворил? – без обиняков заявил тот. – Меня Лис нянькой к тебе приставил. Посидишь тут, пока он не приедет. – А ты, значит, будешь дверь собой подпирать? – огрызнулся Цай, чтобы сохранить лицо. – Не думал, что он мог приставить к ней и практиканта? – На что это ты намекаешь? – обиделся Гривз, хмурясь, отчего вертикальные складки между его бровей некрасиво углубились. – Знаешь что, дверь я, пожалуй, закрою. И учти, формально ключей у меня нет. Ву тоже не испытывал ни малейшего желания продолжать дальше этот разговор, так что отошёл вглубь допросной. Раз уж никаких альтернатив у него не имелось, заставил себя сесть на один из стульев-кресел у стола. На нём по обыкновению лежала стопка чистых листов, пара карандашей и пачка каких-то старых журналов. Пути назад уже нет. Вчера он не нашёл в себе силы предупредить Рен, что может начаться разбирательство и его обвинят в убийстве, которого он не совершал. А теперь было уже поздно, потому что он – несмотря ни на что! – поверил Харперу, так убеждённо уверявшему, что вытащит их обоих. Детектив откинулся на мягкую спинку и закрыл глаза. Не нервничать. Не суетиться. Этого от него и ждут. Тот, кто будет допрашивать его, этого и добивается. Но до чего же быстро всё развивается! Удивительно… Дня не прошло, а на него уже вышли. Так могут работать только спецслужбы, а уж они с него живого точно не слезут. Он почувствовал, как от этих размышлений участился пульс. Конечно, в допросной нервничают все, даже невиновные, но, если так пойдёт и дальше, можно смело начинать писать признание. – Ву, – окликнул его Гривз. – Эй, ты как там? Дверь сильно приглушала звук. Можно было сделать вид, будто он ничего не слышал, но хотелось хоть на что-то отвлечься. Да и Ву успел достаточно хорошо узнать детектива, чтобы понять: тот всё равно его достанет. Захочет – будет орать под дверью, а может, и откроет, нарушив полученные инструкции. – Дверь захлопнулась, – отозвался он. – Не знаешь, у кого ключи? – Не-а, – он явно наслаждался моментом. – Ты тут, похоже, накрепко застрял! – Кто-нибудь уже позвонил слесарю? – спросил Ву просто чтобы поддержать разговор. – Мне, знаешь ли, не терпится выйти… – Там есть искусственное растение в горшке, – судя по звуку, Гривз потыкал дверь пальцем. – Ты, если что, не стесняйся. Ву глянул на имитацию папоротника. Лёгкий горшок из тонкого пластика, а в нем скорее всего торчит кусок пенопласта, в который густо натыканы черенки листьев. Неужели кто-то использовал его для подобных целей? Что ж, этот раунд словесной дуэли остался за Гривзом. Зато при следующей возможности Ву отыгрался. Оппонент даже заехал по двери кулаком от досады. Больше они с детективом не разговаривали. Зато к допросной подходил робеющий Мак с известием о том, что банда Гуанчжоу почти в полном составе задержана и можно присовокупить все наработки к делу о незаконном проникновении. Ну, хоть одна хорошая новость за день! Ненадолго она даже отогнала неприятные мысли. Впрочем, в тишине пустой допросной они очень скоро накатили с новой силой и от них было уже так просто не отмахнуться. Жутко действовал на нервы тот факт, что за ним прямо сейчас могли наблюдать, анализировать его поведение. Нельзя было бродить из угла в угол, как бы ни хотелось! Кресло уже совсем не казалось удобным, но Ву продолжал в нём сидеть, стараясь лишний раз не двигаться. А чтобы немного успокоиться, он применил хорошо знакомое дыхание на счёт, не особо боясь заснуть. Удастся – хорошо, больше-то делать было нечего. Разве что прокручивать в голове вопросы, которые он бы задал себе на месте другого детектива и пытаться правильно на них отвечать. Под конец – хотя Ву понятия не имел, что ждать оставалось уже недолго – он все-таки задремал сидя. Вполглаза и по ощущениям совсем ненадолго. Звук ключа, проворачивающегося в замке, прогнал дремоту. Цай встал. В открывшемся проёме появился Харпер, видеть которого после недавних событий хотелось меньше всего, неважно – в форме или без неё. Воспаленный разум с какой-то стати подкинул образ, на котором не было ни формы, ни гражданской одежды, хотя он ни о чем таком не думал, рассматривая начальника. Тот выглядел выспавшимся, спокойным и собранным, как человек, у которого всё под контролем. – Ву, ты сегодня завтракал? – отвратительно бодро спросил он. – По лицу вижу, что нет. Ву промолчал. С утра ему кусок в горло не лез, а Гривз после парочки пикировок через дверь «забыл» покормить узника. Начальник протянул ему бумажный свёрток. Видя, что подчинённый не торопится подходить, качнул им в воздухе, намекая, что нужно взять. Бумага оказалась тёплой на ощупь. – Сядь и поешь, – приказал Харпер таким тоном, что Ву пришлось заглянуть в упаковку. Внутри лежал толстый сэндвич с многослойной начинкой. – Потом поговоришь с Эрлом… – он спохватился и поправился. – Детективом Эрлом Ларкинсом. Я обещал, что ты поможешь ему заполнить пробелы в показаниях задержанного. – Да, сэр, – Ву ещё немного развернул обёртку и увидел строки быстрого почерка на жёлтой бумаге с внутренней стороны. Откусив кусок, Цай заодно присмотрелся, да так и продолжил держать еду перед лицом, как бы заслоняясь. Пускай этот Ларкинс думает, будто он стесняется того, как выглядит, когда жуёт. Мужчина выглядел уставшим, ему было всё равно, лишь бы Цай побыстрее покончил со своим бутербродом и ответил на вопросы, чтобы он мог наконец поехать домой и завалиться в кровать часов на четырнадцать. Любому полицейскому знакомо это состояние. – Попрошу Карен принести вам кофе, – Ли говорил таким же уверенным тоном, как накануне, когда обещал обо всём позаботиться. Цай продолжал жевать, размышляя. Выходит, Пожар не сбежал. Сегодня именно из-за него Ву пришлось столько времени просидеть под замком. Потому что где-то в другом месте Арт отвечал на вопросы, перечитывал свои показания, ставил автографы на каждой странице. И также потому, что Харперу требовалось снабдить Ву этими тезисами прежде, чем его начнут допрашивать. Похоже, у него и правда имелся чёткий план и оставалось лишь надеяться, что в него не входит посадить подчинённого или случайного свидетеля за решётку. При всех его недостатках плохим человеком Арт не был и заслуживал шанс наладить свою жизнь. – Ву! – в допросную влетела Карен, за которой следовал Мак с кружками и пакетом в руках. – Ты в порядке? Я так испугалась, когда узнала, что тебя заперли, а ключи потеряли. Это Гривз сделал? Поэтому Лис его так распекает? Минуты не прошло, а девушка уже была здесь. Машина так быстро не варит. Наверняка она отняла кофе у кого-то из коллег, чтобы скорее попасть в допросную и убедиться, что никто не пострадал. – Всё в порядке, я сам случайно захлопнул дверь, – попытался он оправдать Гривза, но прозвучало недостаточно убедительно. – Пришлось ждать лейтенанта с ключами. – И никто не догадался свёрткой [1] воспользоваться! Я что, Карен? Почему меня не спросили? – она всплеснула руками. – О, детектив Ларкинс, а у меня тут Ваши любимые печенюшки с тыквенными семечками. – Это я удачно зашёл, – его подвижное лицо сложилось под новыми углами, образовав улыбку. – И спасибо за кофе. Мы с детективом Цаем посекретничаем немного, а потом он весь твой, договорились? Мужчина ей подмигнул, что как-то не вязалось с его обликом. Итак, они были знакомы, более того – Ларкинс пользовался у мисс Бэйкхаус определённым доверием, раз она спокойно оставила их вдвоём. После нескольких глотков кофе, изборождённое морщинами лицо детектива Ларкинса слегка разгладилось. Он дал Ву спокойно позавтракать и несколько раз перечитать переданную столь необычным способом информацию, чтобы лучше запомнить. Кружки опустели. Цай поплотнее скомкал обёртку и с глаз долой засунул её в карман, раз уж ему мог представиться шанс избавиться от улики позже. – Детектив Эрл Ларкинс, – ещё раз представился собеседник, протянув ему руку для крепкого рукопожатия. – Я работал с Пересмешником. Ву тоже представился, отметив про себя, что настроение у его собеседника явно улучшилось. Карен на всех так действовала. К тому же он единолично завладел кульком её печенья. – Расскажите, что Вас связывает с Артуром Уильямсом, – началось всё вполне мирно, ему даже не зачитали права. Почувствовав себя чуточку лучше, он вкратце поведал, что когда-то дружил с Пожаром. В первое время в новом городе Ву, конечно, было не до того, но настал момент, когда он вспомнил, что школьный приятель переехал с родителями в Сан-Франциско, и решил проведать его по телефону, хотя уже много лет не поддерживал с ним связь. Эрл Ларкинс выглядел несколько удивлённым. Однако он покивал головой в знак того, что все-таки находит объяснения вполне логичными. К тому же оно сочеталось с картиной в журнале звонков. – И вы с мистером Уильямсом сразу решили встретиться, – подытожил он и наклонился вперёд. – Рядом с ночным клубом Scott-free? – Арт выбрал это место потому, что там легко найти дилера, – Ву пожал плечами с видом «наркоманы бывшими не бывают», – когда я приехал, он уже был «тёпленьким». – У клуба, принадлежащим человеку, которого сегодня нашли убитым в багажнике машины, которой управлял Ваш одноклассник? – кожа на лице Эрла Ларкинса пришла в движение так, будто обзавелась собственной волей. Имя Скотта не прозвучало. Ву счёл за благо пока умолчать о том, что недавно пробивал этого человека по базе. Речь шла не об этом, а о его школьном приятеле, который с детства отличался талантом влипать в истории. – Вы подозреваете Арта в убийстве? – уточнил он с приличествующей долей сомнения в голосе. Лицо Эрла перекосилось в подобии саркастической улыбки. Похоже, дело представлялось ему решённым. Наркоман убил кого-то ради денег, накупил дури и разъезжал по городу на угнанной тачке с трупом в багажнике. Какие вообще могут быть сомнения? Однако Ву был пристрастен, к тому же догадывался, что рабочая версия могла в ближайшее время сильно разойтись с отчётом коронера. – Вчера мистер Уильямс тоже звонил Вам, чтобы назначить встречу? – задал детектив следующий вопрос. Пометок для себя он пока не делал. Возможно, предпочитал пользоваться диктофоном в кармане, а может, не считал информацию важной. – Да, – подтвердил Ву, потому что навигатор в телефоне всё равно выдал бы его. – Просил приехать, потому что у него кончились деньги. Эрл Ларкинс проникновенно посмотрел на него, но впечатление от взгляда испортила необходимость подавить зевок. Молча сделал неопределённый жест рукой, подразумевавший, что нужно продолжать в том же духе и развивать эту мысль. – Я хотел помочь ему, – начал Ву и качнул головой, предвосхищая следующий вопрос детектива. – Но не так, как он рассчитывал. Я дал ему телефоны клиник вместо денег на траву, которой он и так уже порядком накурился. Эрл ни слова не сказал о бумажке с телефонами – проверял его. Инструкцию на её счёт оставил Ли. Дальше разговор перешёл на весьма скользкую тему. Ву описал состояние наркомана в момент разговора как достаточно сильное опьянение, и добавил, что жизни Пожара никто и ничто не угрожало, когда они расстались после короткого и неприятного разговора. Детективу потребовался точный адрес, и он разрешил Цаю свериться с мобильным телефоном, а не отобрал его, чтобы проверить лично. Это тоже был добрый знак. – Что мистер Уильямс там делал? – он упёрся локтями в колени и сцепил руки в замок. Складывалось впечатление, что ему тяжело сидеть. – Курил и бросал косяки на землю, – Ву пожал плечами. – Думаю, они всё ещё могут лежать там. Район довольно запущенный. – Я пошлю кого-нибудь проверить, – заверил Эрл, но это не произвело особого впечатления, он ведь говорил правду. – Что было потом, детектив? – Потом я сдал мотоцикл в покраску, – при этих словах Ву Ларкинс поднял брови, смяв ими лоб. – Давно хотел. Увидел салон аэрографии и решился. У него, кстати, хорошие отзывы. Эрл опять сморщился. Цай понял, кого тот ему напоминает. Сфинкса. Но если у котика все эти морщинки выглядели по-своему даже обаятельно, то тут заставляли переживать за человека. Как жизнь его так потрепала? Ночные смены, сверхурочные, может быть, маленькие дети. Ву сделал смелое предположение, что перед ним вдовец. – А, Вы спрашивали про Арта… – «догадался» Ву, специально ввернувший про своё алиби. – Я бы не рискнул подвозить его в таком состоянии, а от такси Арт отказался. Я думал созвониться с ним сегодня днём, когда он проспится и протрезвеет, но он, очевидно, не сможет ответить.