Правосудие для Харпер

Он даже смог подгадать момент, ближе к концу смены, когда начальника не будет на месте, чтобы не пересекаться с ним, а передать бумаги через Карен. Но удача повернулась к нему задом. – Ву, ко мне в кабинет, – прозвучал над ним вкрадчивый тихий голос. Он даже не заметил, как Лис подошёл и, кажется, слегка вздрогнул от неожиданности. Это было очень – очень! – плохо. Приход Харпера смешал ему все планы. Оставалось только принять приказ к исполнению, провожая взглядом начальника, который даже не задержался у его стола. Зачем? Оба знали, что Ву не может не подчиниться. Даже если сердце прыгало где-то в горле, а в мозгу панически билась одна мысль: о побеге. Коллеги не заметили, что ему поплохело при появлении руководства, но это и к лучшему. Как бы он объяснял, почему сегодня вдруг всё настолько плохо, если не далее, чем в субботу они здорово ладили? Цай взял себя в руки. Забрал из принтера распечатанную страницу и пошёл к кабинету, не желая лишний раз испытывать терпение Ли. Карен к счастью говорила по телефону и только улыбнулась ему, зачем-то прикрыв трубку ладошкой. Наверное, чтобы дать понять, кому адресована улыбка, но выглядело так, будто она боится, как бы эмоции не просочились на ту сторону провода через микрофон. Он не стал, как Келли, просить пожелать ему удачи. Свои запасы Ву исчерпал, а покушаться на чужие… Карен была славной девушкой и для того, кого за столь короткое время стала считать другом, не пожалела бы такую малость, но всё равно это было как-то неправильно. И отплатить ей добром за добро возможность теперь вряд ли представится. Не подозревая о том, что его гложет, Карен пантомимой показала, что Лис ждёт его у себя. Как будто бы он этого не знал! Постучав, Цай вошёл в кабинет лейтенанта, ни капли не изменившийся с тех пор, как ему довелось подремать здесь, на полу. Однако ощущение стало совсем другим. Тяжёлая, давящая атмосфера делала помещение мрачным, даже зловещим. Лис сидел за компьютером, но с одного взгляда было ясно: перед его приходом тот не был занят работой. – Сколько я должен за сэндвич? – определённо он выбрал не лучшее начало разговора. Ву сам не знал, почему у него это вырвалось. Может быть потому, что он весь день только и делал, что подчищал за собой хвосты? Или потому что гнетущая тишина давила, заставляя поскорее нарушить молчание. – Не бери в голову, – отмахнулся Лис. Взгляд у него был странный, Ву не мог понять, о чём тот думает, чего хочет. Глаза начальника скользнули по нему вниз и остановились на бумаге в его руке. – Что это? Тон очень прохладный. Детектив знал, что перед ним сидит хладнокровный расчётливый убийца. От этого поневоле делалось жутко, однако он не привык отступать перед опасностью. – Решение проблемы, – сказал Ву твёрдо и подошёл к столу, чтобы положить заявление перед Харпером. Чтобы понять, что перед ним, Лису хватило одного беглого взгляда. Однако он внимательно прочитал составленный в спешке документ от и до, выдерживая паузу, от которой у собеседника слегка вспотели ладони. Цаю определённо было чему у него поучиться, но со своей позиции он не мог оценить уровень мастерства в полной мере. – По-моему, больше похоже на бегство, – он постучал пальцами по бумаге. – Можете думать, как Вам угодно, – скупо ответил Ву, стараясь держаться предельно сдержанно и профессионально. – А что ещё я мог подумать после того, как старательно ты меня избегал весь день? – полюбопытствовал тот. Значит, от него это не укрылось. Наивно было полагать, что лейтенант оставит его поведение без внимания, но даже при наличии выбора, он не изменил бы свои действия. Только подстраховался бы, чтобы в самом конце так глупо не попасться. – Подпишите, – попросил Ву. Но вместо того, чтобы взять ручку, Лис встал из-за стола. Цай отступил к двери, наблюдая, как тот медленно, явно напоказ, рвёт лист на две неровные части. Харпер смял остатки заявления и небрежно бросил в корзину для бумаг. Затем прошёлся по кабинету, методично опуская жалюзи на окнах. Даже это простое действие Лису удалось превратить в инструмент психологического давления. – Я напишу новое, – Цай отошёл ещё и остановился, почувствовав за своей спиной дверь. – Только учти, – Лис подошёл вплотную, его ладонь легла на дверь рядом с головой подчинённого, – что следующую такую бумажку я скормлю тебе вместо сэндвича. – Значит, пойду выше, – без особой надежды произнёс Ву, с трудом выдерживая взгляд лейтенанта. Потемневшие глаза снова казались почти что зелёными, но вблизи было видно изменчивую окраску радужек. Он понимал, что, во-первых, не время рассматривать цвет глаз начальника, а во-вторых, что Харпер вполне способен устроить так, что его вышибут из полиции без права восстановления, но прозвучавшая угроза оказалась ещё хуже. Впрочем, то, что Лис воспользуется полученным накануне рычагом давления, было как раз вполне ожидаемо. – Не боишься, что начнётся внутреннее расследование? – ядовито спросил он, посчитав излишним напоминать, каково приходится бывшим копам в тюрьмах. – Я всё понял, я не идиот, – чувствуя себя в западне, Ву постарался оценить положение тела лейтенанта с точки зрения ближнего боя. – Но работать с тобой… Он прикинул, кто из них окажется быстрее на такой близкой дистанции. Успеет ли нанести удар в живот прежде, чем получит ребром ладони по шее? И что будет дальше, когда на звуки драки отреагирует Карен и позовёт на помощь? Кого из них скрутят и отволокут куда-нибудь остыть и подумать о своём поведении и субординации, известно заранее. – Ты будешь работать со мной, – уведомил Лис, считая этот вопрос закрытым. – А ещё бросишь дело с головой мистера Портмэна к другим висякам и забудешь о нём. – Чёрт, хорошо! – рявкнул Ву. Под неодобрительным взглядом начальника он заговорил тише, но всё ещё зло: – Хорошо, только скажи, зачем было варить его голову? Даже после того, как Харпер заговорил о черепе из Чайнатауна, у Цая ещё оставались какие-то сомнения. Но все их развеял взгляд колючих серо-зелёных глаз. Это был он. Он убил Портмэна, а потом наблюдал за ходом расследования, следя, чтобы оно шло в нужном ему направлении. И как же мерзко стало от воспоминания о том, как в доме вдовы лейтенант говорил Джозефу Грину, что не сомневается в его невиновности! Откуда взяться сомнениям, если он сам придушил жертву? А сколько ещё смертей у него на счету? – Не знаю, – ответил Лис, слегка расслабившись и теперь по-настоящему упёршись в дверь. Видя, что Цай не поверил, он продолжил: – Сдаётся мне, это всё-таки тот парнишка. Хотел произвести впечатление на сверстников, может быть, пролезть в банду. Нашёл нашего друга и освежевал. Ох уж эта подростковая жестокость! – Где тело? – спросил Ву и сразу же об этом пожалел. Лис ухмыльнулся с некоторой долей азарта. Ему нравилось, что детектив зашёл в тупик и готов сдаться. Это значило, что он хорошо избавился от трупа. А может, даже перезахоронил его! Тело могло быть где угодно. Может статься, Марсель Элбри каждый день ходит по чужой могиле и так никогда об этом и не узнает. Тот берега залива и правда, как нельзя лучше, подходит для того, чтобы упокоиться с миром. Харпер ещё немного наклонился к нему, будто пытаясь определить, о чём таком он мог задуматься. От его близости становилось откровенно не по себе. В другой ситуации Ву подумал бы, что Лис собирается поцеловать его. Нет, он точно хотел это сделать, как бы странно и неуместно это ни выглядело! Цай не успел для себя решить хотел бы этого или нет. – От тебя не пахнет кофе, – объявил лейтенант, окончательно его запутав. Ву не смог однозначно определить: это было замечание, обвинение или какая-то странная похвала? С какой стати его вообще это волновало? Он не знал и, по зрелому размышлению, знать не хотел. – Не притворяйся, Ву, – сказал Харпер, практически навалившись на него, заставив сильнее вжаться в дверь в попытке избежать контакта. Игнорировать то, в каком странном положении они находились, становилось совсем уж невозможно. – Может, кого-то и обманут милые селфи, но я давно знаю, что за девушка на них вместе с тобой. Намёк был весьма непрозрачным, но Ву ещё на что-то надеялся, наверное, на Оливию или хотя бы Келли, и даже Карен, хоть та как раз не казалась заинтересованной в нем, как в потенциальном партнёре. Непреодолимо захотелось вывернуться и сбежать. Видимо, лицо выдало его смятение, потому что Харпер продолжал с возросшим энтузиазмом. – Вы слишком похожи друг на друга, вернее, на своих родителей, – огорошил он. – Мягче или жёстче, но черты лица одни и те же. Ву слишком привык к тому, что для коллег и знакомых большинство азиатов, если не на одно лицо, то как минимум похожи друг на друга. За столько лет ему впервые попался кто-то настолько внимательный. И что теперь? Заявить: «Я сплю с родной сестрой, у нас дочь»? Нет, у него просто язык не повернётся! Да и дознаватель, припёрший его к стенке, вряд ли поверит тому, что он будет тут мямлить. Чувствуя себя в ловушке, Ву попытался отодвинуть Харпера от себя. Тот не поддался. Наоборот. Теперь Цай был уверен, что лейтенант собирается его поцеловать. В любой другой день: позавчера, неделю назад, в прошлом месяце, он затаённо обрадовался бы и постарался растянуть этот момент, потому что они – начальник и подчинённый и им обоим ничего большего не светит. Дверь. Ву нашарил ручку. Внутрь или наружу? Если наружу, они вдвоём вывалятся из кабинета и растянутся на полу прямо перед Карен, что уже будет лучше, чем продолжать вот так стоять и ждать непонятно чего, каждую секунду опасаясь спровоцировать убийцу или хуже того – навлечь беду на Рен или Мэй. – Смена почти закончилась, – сказал Лис каким-то особенно многообещающим тоном и наконец отступил на шаг, явно довольный произведённым эффектом. – После неё поедем ко мне. Спокойно всё обсудим за чаем или за чем-то покрепче. В тот момент он готов был согласиться на что угодно, лишь бы покинуть кабинет Харпера, но уже через полчаса пожалел о своём решении. Да, в участке, где полно чужих ушей, они не могли открыто говорить об убийстве, соучастником которого Ву стал, когда при первой же возможности не сдал начальника. Но как же не хотелось снова оказываться с ним один на один! Пересекаться с Келли, смена которой должна была вот-вот начаться, тоже как-то не тянуло, поэтому он вышел проверить парковку. Место, на которое лейтенант обычно ставил свою машину, по-прежнему пустовало. Увы, её не угнали, а спрятали, и очень похоже, что намеренно. Ву устало привалился к стене участка. Как же он вымотался за этот день! Причём от интенсивной работы в меньшей степени, чем от ожидания. Минуты на парковке тянулись даже тягостнее, чем утром в допросной, когда он ожидал, что ему предъявят обвинение, потому что сейчас он вообще не знал, чего можно ждать от начальника. Со скоростью улитки, ползущей по раскалённому асфальту, прошла четверть часа. А потом бедный моллюск и вовсе испустил дух и начал иссыхать под немилосердно палящим солнцем, безразличным ко всему живому в этом мире. Но, как ни парадоксально, стоило Ли появиться, солнце скрылось за опасно набрякшими тучами, а Ву подумал, что лучше бы ожидание длилось вечно. – Прости, не ожидал, что это займёт столько времени, – сказал он, поманив за собой. Судя по формулировке, это было что-то, о чём Цай и так уже знал. Пораскинув мозгами, он догадался. Ну, конечно: из-за Келли он ушёл чуть раньше, а Харпер, наоборот, задержался, чтобы по его же совету устроить обмен практикантами. – Садись, – приказал Ли и, проследив, как подчинённый неохотно занимает пассажирское сиденье, совсем другим тоном предложил: – Включить музыку? – Мы не можем поговорить по дороге? – спросил Ву, дисциплинированно пристёгиваясь. – Дома, – ответил Харпер. – В спокойной обстановке. Прозвучало крайне ехидно, как будто он ставил своей целью посильнее подковырнуть собеседника. Что ж, ему это удалось на славу! Ву резко развернулся к нему, натянув чёртов ремень. – Твоё душевное спокойствие не моя забота! – взорвался он, взбешённый тем, что Ли никак не отреагировал, невозмутимо выводя машину с парковки. Знал, что детектив не сможет просто так взять и заехать лейтенанту по уху. Вот какому-нибудь Гривзу, да в нерабочее время – запросто, не исключено, что ещё и ко всеобщему удовольствию, и с молчаливого одобрения начальства, которое будет выражено в виде символической премии. Ли молча подкрутил кондиционер и направил струю холодного воздуха прямо на Ву. Тот отвернулся и уставился в боковое окно на город, переставший быть таким уж незнакомым. Люди спешили добраться домой, пока на их головы ещё не хлынули потоки дождя. Движение было плотным, но несмотря на это почти всю дорогу они ехали и это оказалось неожиданно увлекательным. Ли знал и использовал такие объезды, которые не учитывал навигатор. Сколько миль нужно было намотать по городу, чтобы так его изучить? Похоже, что он специально потратил время, чтобы выработать оптимальный маршрут. – Мы не можем больше работать вместе, – упрямо повторил Цай, вместо того, чтобы мысленно добавить ещё один час в неделю на изучение карт. – Можем. И будем, – ладонь Харпера соскользнула с ручки коробки переключения передач и легла чуть выше его колена. Очевидно, лейтенант полагал этот жест успокаивающим. Хуже всего было то, что они как раз выехали на длинную свободную улицу и в ближайшее время руку он убирать никуда не собрался. – Ты меня вообще слышишь?! – не выдержал он, с силой вцепившись в запястье начальника. – Мешаешь, – предупредил тот, но руку всё же убрал. – Мы почти приехали. Это как раз было очень плохо. Он слишком долго играл в молчанку, собирался с мыслями и ругал себя за то, что вообще сел в эту машину. Добровольно! Уж наверняка Харпер не стал бы запихивать его в салон силой, зная, что парковку контролируют камеры.