Правосудие для Харпер

До начала ночной смены было ещё полно времени, когда Лис пришёл в участок. Не хотелось этого признавать, но он нервничал. Да что там – со вчерашнего дня места себе не находил! Вот и решил, что избавится от душевных терзаний, занявшись работой, благо её, как обычно, хватало. Опять же нужно было узнать, как поживает Артур Уильямс – обещал же Ву, что устроит это ничтожество в хорошую лечебницу и позаботится, чтобы оно вышло оттуда очистившимся и начало совершенно новую, трезвую жизнь. Кроме того, не мешало проверить, не продвинулось ли куда-то не туда дело о трупе, который мистер Уильямс привёз в багажнике прямиком к чужому участку. Кроме этой проблемы, Лиса ждали ещё и не самые приятные новости. Он испытал целую гамму чувств, когда узнал, что Ву взял неоплачиваемый отпуск. Разочарование, потому что решение не звонить ему, а поговорить с глазу на глаз на работе, оказалось ошибочным. Облегчение от того, что этот разговор откладывается. И, наконец, злость, что тот снова сбежал. Второй раз подряд! Впрочем, вспышка прошла сама собой, сменившись беспокойством: не зря ли он дал Цаю время? Лис достал мобильный, пролистал список контактов и нашёл нужный. На экране появился снимок детектива, спящего на полу в его кабинете. Это вызвало улыбку, которая пропала, стоило услышать стандартное сообщение о том, что аппарат вызываемого абонента выключен. Харпер снова посмотрел на фото, сделанное до того, как он всё испортил и, злясь на себя, нажал отбой. Поразмыслив, что ещё может сделать, Лис воспользовался служебным положением, чтобы узнать, какие телефоны для связи Ву указал на тот случай, если с ним что-то случится. Номер был только один и принадлежал его сестре – милейшей женщине! После разговора с ней Харпер переменил своё мнение относительно отъезда Цая. Так было даже лучше. Пройдёт время, случившееся утратит часть своей остроты. А уж к его возвращению Лис сумеет придумать план как всё исправить. Он запустил пальцы в волосы, взъерошил их, но тут же зачесал назад, приводя причёску в божеский вид. Лис допустил ошибку, выдавая желаемое за действительное, пришлось это признать. Он не только не успокоился, когда наконец получил желаемое, а лишь усугубил положение, потому что с самого начала хотел, как оказалось, не секса на раз и даже не от случая к случаю, когда нужно выплеснуть напряжение после тяжёлого рабочего дня. Он хотел Ву. Впервые за очень долгое время по-настоящему хотел сойтись с кем-то. И, само собой, не желал мириться с мыслью, что собственными действиями сделал это невозможным. Следовало как следует разобраться в себе, а не бросаться на понравившегося парня, как подросток со спермотоксикозом! Харпер мог бы долго крутить в голове, что может сделать, что вообще могло спасти ситуацию, но на работе заниматься личными вопросами не следовало, так что он вернулся к первоначальному плану: справиться о судьбе Артура Уильямса и его трупа. Поколебавшись: позвонить в участок или Эрлу, Харпер решил, что вряд ли разбудит старого друга. Хотя с его графиком нельзя было полностью исключать такую возможность. «Пересмешник! – голос в трубке был на удивление бодрым. Как видно, Эрл в кои-то веки выспался. А может, какой-нибудь подонок доставил ему удовольствие, оказав сопротивление при аресте. – Всё волнуешься за своего детектива из Триады? Или просто соскучился?» – Точно, – Лис подтвердил всё сразу, вызвав тем самым одобрительный смешок. «Ну вот что. Ты был прав, этот заморыш ублюдка не приканчивал, – он даже не дал вставить подобающее случаю: «да ну!», – У жмурика свёрнута шея, так что это был кто-то ростом выше шести футов и весом фунтов двести, двести двадцать. Вроде нас с тобой». – Вот уж спасибо! – от души поблагодарил Харпер. Само собой, прозвучало как сарказм. «Твой горе-угонщик в лечебнице. Анализ крови показал, что он был на автопилоте, – Эрл снова хохотнул. – Дальше будет всё, как ты и хотел». Лис почувствовал, как к нему возвращается пошатнувшееся было спокойствие. Конечно, как он сказал, так и будет. С тех пор, как ему удалось втащить Артура Уильямса сквозь дыру в заборе, тот попал в зависимость пострашнее наркотической. Как он должен был себя чувствовать теперь, когда другой человек полностью контролировал его жизнь? Не очень хорошо? Хотя, как знать? Может быть для него, как, например, для собаки, это было в определённом смысле благом? – Рад это слышать, – сказал Лис, размышляя, что клиника, куда благодаря его протекции попал мистер Уильямс, пожалуй, была лучшим, на что мог рассчитывать такой опустившийся наркоман. Лечение там проводили на совесть, отчасти благодаря порядкам, близким к тюремным. Он, как заботливый хозяин, собирался навестить Артура, когда у того из головы выветрится наркотический угар, чтобы удостовериться, что тот понимает важность терапии под руководством психиатра-нарколога и настроен на результат. Было приятно от того, как стройно выглядели дальнейшие пункты плана. Проходящим реабилитацию наркоманам предоставляли койко-места – месяца на четыре, вполне достаточно, чтобы найти работу и снять жилье. Харпер уже выбрал парочку мест, где этот доходяга мог бы пригодиться при условии, что работать будет усердно. А уж это Лис мог обеспечить. Инстинкт самосохранения – сильная штука! – Есть зацепки по трупу? – полюбопытствовал он потому что Эрл что-то не торопился выкладывать, как продвигается расследование. «Да никаких. Этому Скотту позвонили с левого номера. Он поехал куда-то, попал на несколько камер и пропал, а появился уже из багажника. Копперфильду такие штуки не снились!» [1] – Ещё бы! – поддержал Лис. – Поменьше б таких фокусов. «Ага! Ставлю сто баксов, что наш клиент прыгнул в поезд и свалил куда подальше», – в голосе послышалась досада. – Есть основания так думать? – уточнил Лис и услышал в трубке неразборчивое бурчание. Значит, выяснили, в каких сотах побывал телефон, с которого он звонил Скотту. – Рад был с тобой поболтать, Эрл, и знаешь что, с меня пиво. Суббота, у Бобби тебя устроит? «Спрашиваешь!» – отозвался тот и, не прощаясь, нажал сбросил звонок. Лис глянул на часы на дисплее – времени ещё оставалось предостаточно – и решил, что не помешает выпить кофе перед сменой. В кухонном закутке он с удивлением обнаружил Карен. И выглядела она не как обычно. Такой маленькой. Погруженная в себя, она даже не заметила, как он подошёл. – Чёрный без сахара с капелькой молока? – предложил Харпер, напустив на себя вид заправского бармена, которым был в прошлой жизни. – Ой, Лис, – застигнутая врасплох девушка не успела натянуть на лицо беззаботное выражение. – А я тут, как Карен… Это выглядело пародией на прежнюю Карен с весёлой открытой улыбкой и искорками смеха в серых глазах. Она начала теребить каштановый локон, случайно, а может, умышленно не попавший в причёску. Этот манёвр позволил Лису забрать у неё пустую кружку. – Что-то случилось? – спросил он, как бы между прочим, запуская машину. Девушка помялась, делая вид, будто заинтересовалась тем, как проседают кофейные зерна по мере того, как их перемалывают жернова. Потом перевела взгляд на потолок. На Лиса она старалась не смотреть, будто стыдилась. – Ну, я-то практически уверена, что нет, – сказала она наконец, однако в голосе заявленной уверенности совсем не чувствовалось. – Расскажи, – он потянулся за своей кружкой. – Ты же знаешь, я выслушаю любой пустяк. Она трогательно обняла его руку. Потом отпустила и на всякий случай отступила на шаг. Наконец собралась с духом, набрала полную грудь воздуха и сдулась, как большой воздушный шарик. – Дело в моей соседке, – к немалому его облегчению, Карен наконец приступила к рассказу и тут же поправилась. – То есть не в ней самой. Она славная девушка и жить с ней одно удовольствие. Карен прервалась, забирая у него кружку, и сосредоточенно помешала: равное количество раз в одну и в другую сторону. Потом возвратила ложечку и, кажется, сбилась с мысли, потому что продолжила немного невпопад. – Помнишь, я говорила тебе, что она уехала в отпуск в Йосемити? [2] – Карен попробовала кофе и попыталась стереть пальцем след от губной помады, которого не было. – Оставив тебе свои бананы, – подтвердил Харпер. – Неужели она потребовала их назад? Девушка фыркнула, как видно, в красках вообразив такую нелепую ситуацию. Было приятно чуть-чуть её развеселить. Однако они всё ещё никак не могли подойти к сути проблемы, которая привела секретаршу в столь удручённое состояние. – Она ведь в самом деле их получила назад, правда, уже в виде мороженого, – Карен откинула локон назад. – Но дело не в этом. Видишь ли, ей пришлось вернуться из отпуска раньше, чтобы заменить заболевшего коллегу. Харпер сделал вид, что понимает, к чему она ведёт. Её соседка отдыхала на природе одна и совсем не далеко от Сан-Франциско. Едва ли прервать отпуск было для неё такой уж большой проблемой. Лис продолжал слушать, надеясь, что всё вот-вот прояснится. – Она уверена, что видела кого-то постороннего на лестнице, – объявила Карен, всем видом показывая, насколько это ужасно. – Чей-то гость? – предположил Лис. – У вас ведь много соседей. – Я тоже так сразу ей и сказала: «Ну и кто из нас Карен – ты или я?» Но она вбила себе в голову, что за нашей квартирой кто-то следит. Представляешь, как странно? Ну кому в здравом уме это может прийти в голову? – Тому, кто задумал украсть всю твою выпечку? – намекнул на угощение Харпер. – Уж что-нибудь к кофе у меня всегда найдётся, – она направилась к выходу из кухоньки. – Подожди минутку, Лис, я сейчас. Она ушла и скоро вернулась с большущим – на двоих! – слегка подсохшим печеньем. Карен окунула свою половинку в кофе. Лейтенанту не пристало следовать её примеру, но он рассматривал обходной путь. – А ты сама ничего необычного не замечала? – вернулся он к прерванному разговору. – Посторонних? Может быть, машину, которую раньше не видела припаркованной около дома? – Да нет, ничего такого, – попыталась припомнить Карен, но тут же толкнула его кулачком в плечо. – Лис, ну хоть ты меня не пугай! Я ведь теперь буду каждую машину рассматривать. А тебе придётся подарить мне специальный блокнотик, чтобы было куда записывать номера. Он как раз откусил печенье и набрал в рот немного кофе, чтобы его размягчить, поэтому не смог напомнить девушке о заметках в телефоне. Она вся подалась к нему, как будто хотела снова ухватиться за его руку. – А вдруг нас и правда хотят обнести? – спросила она, сделав большие глаза. – Не думаю, но лучше не оставляйте открытыми дверь и окна. Хочешь, отправлю Келли, – он чуть по привычке не сказал: «Мака», – обойти твой дом и поспрашивать соседей? – Было бы хорошо, – Карен снова замялась. – Но ведь это территория другого участка… – Не бери в голову. Мне самому так будет гораздо спокойнее, – отмахнулся он. – И вот что, пусть твоя соседка после работы зайдёт в полицию и расскажет о том, что видела какого-то подозрительного типа, отирающегося у вас в доме. – Хорошо бы это оказался безобидный тайник с наркотиками. Мы боимся подходить к окнам, сегодня даже шторы не открывали – вдруг кто-то подглядывает! Такого надумали! Сидит этот извращенец в такой же съёмной квартире в доме через улицу со своей треногой и вот таким объективом, – она показала руками, – и ждёт, чтобы в окне чьи-нибудь филейчики показались. – Предлагаешь приехать и свои показать? – на всякий случай уточнил Лис и это наконец возымело действие. Карен засмеялась. Нет, она захохотала, повизгивая и держась за живот обеими руками. Так заливисто и громко, что это походило на истерику, и к ним заглянула пара офицеров. Лис жестами показал, что они могут идти по своим делам, потому что сам с трудом сохранял серьёзный вид.