Правосудие для Харпер

Ли ушёл, оставив Ву в допросной. Так паршиво он не чувствовал себя даже когда был заперт здесь в ожидании неизвестно чего. Тогда обошлось, хотя разговор с Эрлом Ларкинсом вышел не из приятных, а сейчас… Он даже не знал, что это было. Ему ещё чудился привкус кофе и сердце колотилось так, будто выпил его тоже он, а вовсе не Харпер. Цай так и не получил ни одного ответа и даже не знал, действительно ли начальник ушёл. Ощущение чужого незримого присутствия давило. Вдруг Ли и правда стоит там и смотрит прямо на него, наблюдает, пытается забраться к нему в голову, как если бы он был подозреваемым. А он всего-то хотел разобраться в ситуации, и в итоге сделал только хуже, вообще перестав понимать что-либо. – В десять, – пробормотал Ву и скривился: губы ощущались как нечто инородное. Чем он только думал? В участке было полным-полно полицейских, которые с лёгкостью определят, что он только что страстно с кем-то целовался. Среди которых, в свою очередь, найдутся те, кому захочется выяснить, с кем именно, а это до добра не доведёт. Всё это. Неужели Харпер не понимает? – Проклятье… – он выругался вполголоса, чтобы возможный наблюдатель не разобрал, если, конечно, не умеет читать по губам. Ситуация была паршивее не придумаешь. Вспомнились слова Арта. Он ведь и правда сделает всё, как прикажет Ли. «Вспомнит», что нашёл в салоне машины мистера Скотта бандану и что-то с ней сделал, вообразив себя белочкой, которая запасает орешки на зиму. Никто даже не удивится – по укурке чего только не бывает – пока не проведут ДНК-анализ. Выход один – забрать у Ли орудие убийства и избавиться от него. Надо с этим кончать, даже если это значит, что тот снова будет его истязать. Ву нужны его бандана и его табельный пистолет, будь он неладен. А ещё ему жизненно необходим предлог убраться куда-нибудь из участка, чтобы не попадаться начальству на глаза до назначенного часа. В таких условиях перспектива посетить родных Итана Уорда, чтобы сообщить им о случившемся, представлялась практически радужной. Особенно если они живут где-нибудь за городом, где нет телефона. Он собрался с духом и вернулся на рабочее место. К счастью, на выходе из допросной никто него не поджидал, а Келли не нужно было давать инструкции, чтобы она нашла информацию о родственниках жертвы. Контактных данных в базе действительно не оказалось, да и не сообщают такие новости по телефону, кем бы ни была жертва. – Едем, – коротко распорядился Цай. Его мотоцикл и в этот раз остался на парковке, хоть Ву и понимал, что долго держать дистанцию с Келли у него не получится. Рано или поздно та поднимет вопрос об очерёдности, и он окажется за рулём, а она – позади него. Или случатся очередные толчки или ливень, или что-нибудь ещё, из-за чего Сан-Франциско превратится в одну сплошную пробку, прорваться через которую смогут только те, у кого два колеса. К счастью, сегодня был не тот случай. Они благополучно доехали до дома, как две капли воды похожего на тот, куда переехал Ву, с той только разницей, что на крыше, судя по торчащей верхушке, кто-то установил пляжный зонт, в данный момент сложенный, и в хорошую погоду раскладывал шезлонг и потягивал куба либре. [1] Тем не менее сходство было достаточным, чтобы он испытал досаду, когда не смог попасть в копию своего подъезда без помощи кого-то из жильцов. Цай поднялся на второй этаж, тут и там отмечая мелкие, ничего не значащие различия. Краска на стенах вроде бы того же цвета, но её тон немного отличался от привычного. Привычные городские шумы звучали не так. Жилец квартиры на первом этаже тоже любил готовить, но его меню и набор любимых специй разительно отличался по запаху от того, к которому Ву успел привыкнуть. Келли тенью следовала за ним. Ву чувствовал, как внимательно она наблюдала за тем, как он звонит в дверь, показывает удостоверение открывшей её женщине и представляется, будто перенимала опыт, хотя он был уверен, что делал всё это в точности как любой другой коп в Сан-Франциско. – А это кто? – сварливо осведомилась пожилая леди, невежливо ткнув сморщенным от воды пальцем ему за спину. – Офицер Бенелли, – было проще на словах повысить её в звании, чем что-то объяснять человеку, заведомо настроенному на скандал. Келли это явно воодушевило. – Вы миссис Уорд? – Ну! – это хоть и с большой натяжкой, но можно было принять за согласие. – Чего припёрлись? – Наш визит связан с Итаном Уордом, – он вынужден был сунуть ногу в дверной проем, потому что собеседница при звуке этого имени вознамерилась захлопнуть дверь. Ногу зажало как в тисках, когда хозяйка налегла посильнее, запоздало пытаясь накинуть цепочку. Из этого ничего не вышло, впрочем, Ву не собирался вламываться к ней силой. Конечно, по её реакции можно было сделать вывод, что она укрывает сына, но в отчёте из морга было ясно написано: кисть руки отрезана посмертно. – Слышать о нем не желаю! – забрюзжала женщина, поняв, что так просто от них не избавится. – С тех пор, как узнала, что Итан делал с теми бедными девочками, он мне больше не сын. Так ему и передайте! – С девочками? – невольно переспросил Ву. Им было известно только об одной жертве и лучше бы так оно и оставалось. Слова миссис Уорд могли значить, что где-то могут быть ещё жертвы. Скрывающие страшную правду или вовсе не способные никому рассказать, что с ними случилось и где их искать. Приоткрылась дверь соседней квартире – там про цепочку не забыли – и кто-то не в меру любопытный приник к щели. В тот же миг давление на ногу ослабло. Ву с немалым облегчением пошевелил онемевшими пальцами. Миссис Уорд открыла дверь и отошла в сторону, освобождая проход. Теперь он получил возможность лицезреть её полностью. Безразмерная пижама вмещала в себя монументальную женщину с седыми волосами, поджатыми губами и сердитым взглядом каких-то выцветших глаз. – Входите, – приказала она и, заметив его нерешительность, добавила: – Идите в гостиную, а я пока накину халат. При иных обстоятельствах он отправил бы Келли с ней, чтобы помогла переодеться и проследила, но сейчас этого просто не требовалось. Он не мог представить себе, что прямо сейчас в спальне лежит под обезболивающими и наркотиками полуживой Итан. Его мать – школьная учительница – не производила впечатление человека, способного ампутировать кому бы то ни было руку по локоть в домашних условиях, наложить швы, ухаживать за ними и делать перевязки. Слишком сложный и опасный для жизни способ добиться признания её сына мёртвым. – Хотите чаю? – миссис Уорд, ставшая ещё внушительнее в цветастом плюшевом халате, подошла даже прежде, чем он успел додумать мысль о том, какими путями в Соединённых Штатах можно заполучить новую личность, чтобы скрыться от правосудия. – Мы на службе, – отказался Ву. – Пожалуйста, расскажите нам то, что знаете. – Я уже говорила с копами, – она снова поджала губы, что сделало её похожей на жабу. – Они расспрашивали про Клэр – бедняжка! – и где, по моему мнению, может быть монстр, которого я вырастила. Она сокрушённо покачала головой. По всей видимости, виня себя в том, что упустила нечто важное в воспитании ребёнка. На лице её отразились мучительные думы: «Может, это из-за того, что я слишком много работала и слишком мало времени уделяла сыну?» «Если бы я была с ним помягче или, наоборот, строже, вдруг тогда бы он не стал тем, кем стал?» – А о других девушках? – уточнил Ву. – Нет, про них это я уже потом поняла, – она плотнее запахнула полы халата и села боком к обеденному столу, на котором стояла симпатичная вазочка с хлопком. Ей было некомфортно говорить на эту тему. Обычно человек не сталкивается с подобными вещами непосредственно. Они существуют, но где-то там, происходят с кем-то другим, а потом демонстрируются по телевидению в новостях или сомнительных развлекательных передачах, основанных на реальных событиях. – Итан ездил туда в отпуск три года подряд, – припомнила миссис Уорд. – До Клэр с ним была Молли, и перед этим та блондиночка. Имя не помню. – Может быть, Вы знаете о ней что-нибудь ещё? – попросил Ву и кивнул Келли, доставшей блокнот. – Любая мелочь может помочь. Она задумалась и покачала головой. А потом начала оправдываться, хотя вроде бы лично её ни в чём не обвиняли. Вся вина за действия Итана Уорда лежала исключительно на нём. Это ведь он планировал, подготавливал и совершал преступления. И наверное тоже как-то оправдывал свои действия. Теперь это уже не узнать, если, конечно, он не вёл дневники и им посчастливится найти записи. – Я не придавала особого значения его интрижкам, – миссис Уорд развела руками. – Думала, нагуляется, станет отцом и остепенится, а он… Бедные девочки. Он ведь не перестанет это делать, пока вы не засадите его за решётку. – Вы не рассматриваете возможность, что кто-то другой решил, что должен остановить его? – не выдержала Келли, хотя ей не следовало так наводить опрашиваемую на нужную тему. – Убить? – переспросила та тем самым учительским тоном, от которого даже спустя годы становилось не по себе. – Вы это имеете в виду, юная леди? Та слегка потупилась, поняв свою ошибку, и кивнула. Цай ожидал взрыва, и он, конечно же, произошёл. К счастью, праведный гнев миссис Уорд выплеснулся не на Келли и служителей закона вообще. – Да я бы ему своими руками голову оторвала, если бы только он посмел сюда сунуться! – вскричала миссис Уорд и в сердцах схватила воздух. Её движения стали такими порывистыми, что влажные серые пряди, до этого закрученные в жгут, размотались. – И матери этих девочек, выпади им такая возможность, наверняка разорвали бы его как тигрицы, помяните моё слово. – Кто-то ещё мог желать ему зла? – Ву понимал, как это звучит, но таким уж был стандартный в подобных случаях вопрос. Женщина горько рассмеялась, а потом встала, достала из серванта графин и стакан с толстым дном. Наполнила его почти до половины и сделала большой глоток неразбавленного виски. Это в переводе на полицейский язык должно было значить, что им стоит убраться отсюда и поработать над тем, как сузить круг подозреваемых, в другом месте. – Его убили? – осведомилась она севшим голосом. – С большой долей вероятности да, – подтвердил Ву. – Слава богу! – воскликнула скорбящая мать, прежде чем он успел соврать, что сожалеет по поводу случившегося с её сыном. – Итан не оставлял у Вас никаких личных вещей? – перешёл он к следующему вопросу. – Мы хотели бы взглянуть на них. – Забирайте всё, – ответила она. – Мне это не нужно. Под неусыпным контролем хозяйки квартиры они с Келли посвятили уборке в захламлённой кладовке почти два часа. Вещей было много, но из полезного попался только старый жёсткий диск и полароидный снимок той самой безымянной блондиночки, которая, как припомнила миссис Уорд, увлекалась фотографией и проявкой. Крупный план. Она кривляется на камеру: подпирает щеки ладонями, при этом сведя глаза к переносице. – Никаких особых примет, – расстроилась Келли, когда позже, сидя в машине, рассмотрела портрет возможной жертвы. – Мы знаем примерное время, когда могло поступить заявление от родственников, – обнадёжил её Ву. – К тому же плёночные камеры давно стали редкостью, её могут вспомнить в специализированном магазине. – А что будем делать, когда узнаем, что случилось с ней и другой девушкой? – спросила Келли. – Ну, с Молли. – Возможно, придётся прочесать тот лес, куда он вывез Клэр, – признал Ву, хотя ещё надеялся, что им удастся найти обеих живыми. – Но пока думать об этом слишком рано. – Лейтенант Харпер не обрадуется, когда узнает, – вздохнула Келли. – А эта неизвестная довольно миленькая, как думаешь? Он никак не прокомментировал её слова, потому что тоже заметил некоторое сходство между ней и девушкой с фотографии. Что же касалось части про начальника, то по-настоящему его взбесило то, что Ву посчитал именно его главным подозреваемым. И несмотря ни на что, всё ещё сомневался, что поторопился с выводами. Остаток дня он надеялся не попасться Ли на глаза или под горячую руку. Благо работы у них было достаточно. Он изложил Келли примерный план действий, пока они ехали обратно в участок, хотя голова была занята совсем другим.