Правосудие для Харпер

Ли как будто снова поджидал его за дверью. Ву попал в его руки, стоило лишь переступить порог, и это было не больно, не унизительно, но горячо. Так по крайней мере показалось после полухолодного душа. Кожу, когда Ли распахнул на нём халат, практически обожгло. Харпер приподнял его голову за подбородок. Аккуратно. Настойчиво. Прикоснулся губами к уголку губ. Мягко, не требуя ответа. Затем ещё раз, уже более напористо. Намекающе провёл языком. Ву поддался, и снова ничего ужасного не произошло. Такой странный контраст: тепло и вместе с тем холодок мяты. – Идём, тебя надо согреть, – Ли настойчиво потянул его за собой. Ву воспротивился, желая оттянуть неизбежное, потому что всё ещё пребывал в нерешительности. Если согласится, он ведь увязнет в этом ещё больше, хотя, казалось бы, дальше уже просто некуда! Но пока ничего непоправимого не произошло: продолжая целоваться, они сделали пару шагов по коридору – он не обратил внимание, куда именно, главное, чтобы не вниз по лестнице. Там, в кухне-гостиной, маячили нечёткие от наркотического тумана воспоминания, которые по прошествии времени казались кошмарным сном. Он, как ни старался, не мог сопоставить между собой два образа, один из которых сейчас заставлял блекнуть другой. Тот Ли, что был перед ним, почти идеальный и невозможно привлекательный, – наверняка это он расставлял по местам все эти мелочи в ванной для гостей. И другой – жестокий, непредсказуемый, способный на насилие и убийство – притаился до поры где-то на глубине, как мистер Хайд, [2] выжидая удобного момента, когда жертва расслабится и утратит бдительность. Натолкнувшись на дверь, они ненадолго остановились. Ли зашарил по ней за спиной Ву, нажал, и они вдвоём ввалились в полутёмную комнату, возвращаясь к прерванному занятию. Под напором Ву отступал, пока в какой-то момент не натолкнулся на что-то жёсткое. На один головокружительный миг показалось, что край кровати сам боднул его под колени. Пришлось схватиться за плечи Ли, чтобы избежать падения, но вместо того, чтобы помочь удержать равновесие, тот повалил его на матрас, да ещё ощутимо придавил сверху. Ву решил, что он и дальше будет действовать напролом, несмотря на свои предыдущие заверения, но ничего подобного не случилось. Несколько секунд они путались в непомерно большом покрывале, накрывшем их как палатка. Причём Ву больше мешал, чем помогал, потому что происходящее вдруг стало слишком реальным. Снова захотелось всё бросить, вырваться и сбежать, пока оставался хоть мизерный шанс, потому что потом, что бы там Ли ни говорил, будет уже слишком поздно. Пожалуй, ему было бы легче не иметь выбора вовсе. Если бы Харпер завалил его лицом вниз и трахнул, это по крайней мере избавило бы его от мучительных сомнений. Ву пробрала дрожь – и отнюдь не от холода – раздражающая, потому что Ли мог почувствовать, как он напряжён… Глупо было бы надеяться, что он не заметит или не обратит внимания. Ву упёрся ему в грудь, отталкивая, и даже добился того, что тот привстал, опершись одной рукой о матрас. Правда, другой он перехватил сжатый кулак, коснулся костяшек, погладил стиснутые пальцы, побуждая раскрыть ладонь, а потом потянул её к себе под халат. Ву не составило труда уловить стук сердца – ритм не был медленным, но его-то колотилось как ненормальное, даже в висках стучало. Он приподнялся. Их лица оказались слишком близко, и Ли воспринял это по-своему, решив, видимо, что от него требуют поцелуя. Губы уже слегка саднило и даже лёгкое касание вызвало почти что рефлекторное движение языка. Стало жутко неловко, Ли мог принять это за проявление инициативы. Если и так, то он ничего не сказал, а просто толкнул обратно на кровать. Погладил, начав с шеи и ключиц, а потом, всё сильнее распахивая халат, вниз, к напряжённому животу. Поймал конец пояса халата и слегка потянул, ослабляя узел, и в тот же момент прижался губами к шее и легко прикусил, будто раздумывал, не оставить ли засос на самом видном месте. «Нет-нет-нет! – забилась в голове паническая мысль. – Этого ещё не хватало!» Но не успел он воспротивиться, как Ли решил переключиться на что-нибудь другое, понемногу стаскивая халат. На его вкус любовник действовал даже слишком мягко и осторожно: только неторопливые поглаживания и спокойное умеренное давление, которое действовало не хуже расслабляющего массажа. – Это ничего не значит, – пробормотал Цай то ли для того, чтобы всё же спровоцировать Харпера на грубость, то ли просто потому, что было невыносимо ощущать себя перед ним незащищённым. Он ведь снова проделывал с ним тот фокус. Заставлял по-настоящему захотеть, чтобы происходящее зашло ещё дальше. Намного – намного! – дальше. Возможно, даже перебороть себя и попросить… – Это? – уточнил Ли, накрыв его пах ладонью. Когда Цай анализировал события того вечера и всё, что им предшествовало, он думал – по крайней мере, убеждал себя – что его реакция на действия Ли была исключительно физиологической. Пытался свалить всё на действие амфетамина, даже зная, что это вещество не относится к группе наркотиков изнасилования. Сейчас он был трезв и вынужден был признать: истинная причина в том, что с ним в постели находится привлекательный и опытный мужчина, который старается доставить ему как можно больше удовольствия. – То, что мы это делаем, ничего не меняет, – попытался объяснить Цай. – Я должен исправиться, – покладисто согласился Ли. В становящейся душной темноте под покрывалом этого не было видно, но он точно ухмылялся. – Провести основательную работу над своими ошибками во всех областях. Ву закатил глаза от того, как двусмысленно прозвучала вроде бы нейтральная фраза. И как только этот человек додумался до того, что хороший секс непременно поправит впечатления от плохого? Впрочем, даже это было логичнее, чем откупаться, скажем, дорогими подарками вроде золотых часов и ювелирных изделий с бриллиантами, которые вместо того, чтобы радовать партнёра, служат напоминанием о неприятном эпизоде. Ву не успел перейти от этой мысли к воспоминанию о миниатюрном сундучке из красного дерева, в котором до развода и переезда в Маунтин-Вью сестра хранила колечки с историей, и в которую теперь ссыпала мелочь, возвращаясь из магазина. Его отвлёк Ли. Он так и не убрал руку, а теперь принялся дрочить ему в той же спокойной и размеренной манере. Цай притянул его к себе, испытав настоятельную необходимость за что-то держаться. Какое-то время они целовались – Ли был чертовски хорош в этом! – но только Ву вошёл во вкус, как тот выпрямился, отчего большая часть покрывала сползла с них на пол. Впрочем, и без него становилось невыносимо жарко. Ли по-хозяйски подтянул его ближе, пристроив ногу себе на бедро. Ву постарался не думать, как развязно это выглядит с его стороны. Впрочем, думать о чём-то, когда умелые пальцы вот так перебирают яйца, было крайне затруднительно. А уж когда Ли переместился за них, это было уже что-то вовсе запредельное. Его отрезвил звук открывающейся крышки. Такой звонкий пластиковый щелчок. Первой мыслью было скинуть начальника с кровати, если тот, конечно, не ожидает от него чего-то в этом духе. – Ты сказал, никакого проникновения, – возмутился он вместо того, чтобы что-то предпринять. – Никакого, – подтвердил тот, и Ву снова ощутил давление его члена. – Вот, можешь убедиться. Ли совершенно беззастенчиво потёрся об него, давая понять, насколько ему нравится происходящее. Цай проглотил подкативший к горлу комок и чертыхнулся, вспомнив слова Ли, звучавшие, как для полицейского протокола. Его переиграли… да как ловко! Впору было начинать паниковать. – Разве не будет ещё лучше, – продолжал между тем Харпер, надавливая на особенно чувствительное место, – если я сделаю то же самое, только изнутри? Он отрицательно мотнул головой. Ли помассировал ещё немного, нарочито медленными круговыми движениями. Ву застонал. Он просто ненавидел себя за слабость, но ничего не мог с собой поделать. Садист точно знал куда и с какой силой надавить, чтобы мозги превратились в желе от удовольствия. – Только пальцы, – он посчитал нужным внести ясность. – В прошлый раз я заметил: тебе такое нравится. Дразнящие прикосновения продолжались. Он касался везде, мял. Надавливал так, будто собирался протолкнуть пальцы глубже, пока Ву не перестал зажиматься. В итоге вышло как-то само собой, он даже не очень-то возражал. Это было как логическое продолжение… весьма многообещающее. Добившись своего, Ли зашуршал упаковкой и ленивым движением раскатал презерватив по его члену. На миг Ву показалось, что он готов поменяться ролями, а потом Харпер наклонился и лизнул головку как грёбаный леденец. Обхватил губами и сразу выпустил. Тягучее удовольствие совсем затуманило разум, но всего этого было недостаточно, чтобы достигнуть разрядки. Ли никуда, похоже, не торопился, вознамерившись медленно и со вкусом пытать его до самого утра, планомерно подводя к самой грани и удерживая на ней, как на горном серпантине. Ву честно попытался вести себя тише, но сбитое дыхание всё равно то и дело прерывалось стонами. Ли взял ещё немного смазки. Последовало уже ставшее привычным давление, и Ву далеко не сразу отреагировал на то, что ощущение отличалось. Что-то, какой-то посторонний предмет, скользнуло внутрь и как будто бы удобно там устроилось. – Что это за хрень?! – взвился он, хотя и так прекрасно чувствовал внутри слегка изогнутый предмет из упругого, не слишком жёсткого материала. – Всего лишь подарок обиженной женщины, – Ли успокаивающе погладил его по внутренней поверхности бедра. – Это было незадолго до твоего перевода. Всё почти как у вас с Келли. – Между нами ничего нет и быть не может, – отрезал Ву. – А твоя напарница об этом знает? – последовал невинный вроде бы вопрос. Напарница. Ву не нашёлся, что на это сказать. А Ли ещё и одарил его всезнающей улыбкой во вспыхнувшем голубом свете от экрана смартфона. Конечно. Игрушка была новомодной и коннектилась с другими устройствами, чтобы ею можно было управлять дистанционно. Такую ни в коем случае нельзя было давать такому человеку, как его начальник. – Не люблю вибраторы, – буркнул Ву вместо ответа, хотя он, похоже, и не требовался. – Тогда нам повезло, – Ли хмыкнул, настраивая что-то в приложении. – У этой вещицы другой принцип работы. Ву охнул и непроизвольно схватился за живот, когда штука внутри него ожила и задвигалась. Ощущение и правда отличалось от назойливой вибрации, вызывающей что-то похожее на онемение. Сейчас он бы, пожалуй, порадовался такому эффекту, если бы это притупило почти болезненную чувствительность комка нервов у него внутри. Харпер явно вознамерился добить его. Нажав на экран ещё пару раз, он небрежно отбросил телефон на кровать и в тот же момент подхватил его под колено, закидывая одну ногу себе на плечо. Игрушка сместилась внутри, послав разряд тока по всему телу. А Ли снова обхватил губами болезненно напряжённый член, заглатывая сразу на полдлины. Ву хрипло вскрикнул. Было до боли приятно. Особенно, когда Ли начал медленно двигать игрушку, нажимая на изогнутую «рукоятку» оставшуюся снаружи и каждый раз безошибочно направляя её в нужную точку, отчего его бросало в жар и выгибало. Ощущения спадали, давая крошечную передышку, и снова нарастали. До бесконечности! – У тебя есть ещё резинка? – прохрипел он. Надо было отвлечься, пока Ли ещё не довёл его до состояния полного помутнения сознания своим ртом и языком. Тот попытался ответить, не выпуская при этом член изо рта. Получилось совсем не то, что ожидалось. Его накрыло сразу, словно попал под гигантскую волну. В ушах зашумело, в голове стало удивительно пусто. – Отдышись, – услышал он голос Харпера и даже не смог послать его с его заботой куда подальше. – Мы вполне можем устроить второй заход позже. Если захочешь. Он прилёг рядом на изрядно помятую простыню, уменьшил интенсивность работы игрушки до минимальной, едва ощутимой в таком состоянии. Ву с трудом перевернулся на бок и позволил любовнику притянуть его к себе. Всего несколько минут. Можно было ни о чём не думать. Оказалось, с Ли может быть вот так – уютно и спокойно. Так, что даже не хотелось чем-то заполнить тишину комнаты. К сожалению, Ву слишком хорошо знал, что это умиротворение – не более чем иллюзия. Он разочарованно вздохнул, когда проблемы и нерешённые вопросы нагнали его, и конечно же Харпер не оставил это без внимания. – Ву, о чём ты думаешь? – он легонько поцеловал его в висок. – Так будет не всегда, – зачем-то честно ответил тот, хотя совсем не хотел портить момент. Похоже, в методе Харпера что-то было, раз уж в итоге ему всё-таки понравилось. Хотел бы он узнать капитана ближе в более благоприятных обстоятельствах. После всего случившегося он уж точно не должен хотеть, чтобы Ли снова проделал с ним все то же самое, что сегодня, так, чтобы можно было распробовать, не отвлекаясь на ненужное беспокойство. – Всегда, если ты сам не захочешь чего-то другого, – отозвался тот. Звучало искренне, но ему всё равно не верилось. Начальника будто подменили. Он поддался моменту и поверил Ли, когда тот говорил, что хочет всё исправить, но оставалась ненулевая вероятность того, что тот просто играл роль и говорил то, что от него хотели услышать, чтобы в итоге добиться своего. Если так, то как далеко простирался его план? И какую роль в нем предлагалось сыграть Ву и… менее везучим его жертвам? – Зачем ты это делаешь? – он упустил на волю один из вопросов, снова наводнивших сознание и почти сразу пожалел об этом. – Ты мне нравишься, Ву, – повторил Ли то, что говорил за ужином. Можно было – нет, нужно было подстроиться. Позволить разговору уйти в предложенное русло. Так было бы безопаснее. Однако сегодня Ву явно отказало чувство самосохранения. – Я об убитых, – выговорил он. – Просто хочу понять… Любовник подобрался. Это чувствовалось по тому, как он изменил положение. Даже дыхание стало другим. Ву сам не знал, на что рассчитывал, заводя этот разговор. Уж точно не на то, что Ли просто так возьмёт и подтвердит его догадку насчёт мотива: правосудие для Харпер… Едва ли он станет откровенничать о матери даже с собственным психотерапевтом, если таковой у него имеется. – Если бы ты видел их, то понял бы, чего на самом деле они заслуживали, – он держал обещание и говорил спокойно несмотря на то, что Ву сам лез на рожон. Более того, его слова звучали пугающе веско и логично. Цай сглотнул. На Эндрю Скотта он насмотрелся вдоволь. И, приходилось признать, без колебания отправил его на смерть. Использовал в качестве живца, вот только пойманная рыба оказалась здоровенной акулой, которая едва не проглотила рыбака целиком.