Правосудие для Харпер

Сан-Франциско, наверное, как и любой другой большой город, никогда не спал, так что, проезжая по его улицам, Ву наблюдал не пробуждение, а скорее что-то вроде пересменки. Последние самые упорные ночные гуляки разбредались кто куда, уступая место тем, чей рабочий день начинался рано утром. Выносили свои фотоаппараты и туристы, привлечённые живописным рассветом. Людей и машин было немного, и так хотелось позволить себе разогнать мотоцикл, чтобы встречный ветер как следует проветрил голову, гудевшую от мыслей. Однако он отдавал себе отчёт в том, что слишком устал для быстрой езды. Слишком, но всё же не настолько, чтобы и дальше играть с огнём, оставаясь в доме Ли. Они провели вместе ночь, и Ву хоть убей не знал, как теперь относиться к произошедшему. Это не укладывалось в голове, начиная с того, как можно было дать волю своему любопытству и пойти на абсолютно безумную сделку? Ту часть, что касалась действительно хорошего секса, Ли исполнил в точности. Ву отнюдь не был уверен, что дальше он справится так же хорошо. Они только больше всё запутали. Даже вернувшись домой, Ву по-прежнему не знал, что и думать. Он запер дверь и, не разуваясь, прошёл в гостиную. Остановился напротив стены, которую недавно украсил фотографиями. Наверное, надеялся найти в них успокоение, но даже в школьные годы жизнь не казалась такой уж простой штукой. Вспомнив Пожара, он отвернулся. Нет, он не станет приплетать бывшего одноклассника к своему сегодняшнему решению… Это будет нечестно. Они разобрались между собой ещё вчера, нет, уже позавчера – день выдался таким долгим, что не мудрено запутаться в числах… Цай открыл пистолетный сейф и достал оружие, да так и замер с ним в руке, не донеся до ложемента. Что-то насторожило. Какое-то ощущение. Нет, конечно, у него не возникало мысли, что начальник мог намеренно испортить его пистолет. С оружием всё было в порядке. Слишком в порядке! Взвесив его на ладони, Ву встал в стойку, будто хотел переполошить соседей выстрелом в стену. Это только укрепило его уверенность в том, что ему не почудилось. Вес был именно таким, каким и должен был быть… у заряженного оружия. В английском языке подходящего случаю выражения просто не нашлось, так что пришлось вспомнить ругательство на китайском поизощреннее. Он сел прямо где стоял – на пол перед шкафом и несколько секунд просто пытался осознать, что пистолет был в точности в том состоянии, в котором Ву забыл его у Ли, то есть заряжен и на предохранителе. Неверяще он достал патроны и проверил каждый. Нет, ни о каком сне не могло быть и речи. Он встал, пошёл на кухню и за столом разобрал, а затем снова собрал пистолет, убеждаясь, что тот в полной боевой готовности. – Сумасшедший, – пробормотал Ву во второй или третий раз. – Как это понимать? Сколько у него сегодня было возможностей взять оружие и пустить его в ход? Неужели такой продуманный ублюдок, как Харпер, не подумал об этом? Как он мог так безрассудно рисковать? От следующей догадки Ву внутренне похолодел. Неужели это могло быть подсознательное – или вполне сознательное? – стремление к саморазрушению? Мог Ли хотеть сделать это его руками? Даже представить такое было сложно. Он меньше всего походил на человека, ищущего смерти. Но разве не вот так оно обычно и бывает? Ву достал мобильный и уже почти что набрал номер начальника, но вспомнил, который час. Тот, конечно же, ему не ответит. И не потому, что вышиб себе мозги, нет. Просто любой нормальный человек на его месте уже давно лёг бы спать. Это Ву сидит тут, ковыряется в пистолете и своих беспорядочных мыслях, думать некоторые из которых ему должно быть стыдно. Он решительно встал. Разулся у входной двери, повесил кобуру на крючок для одежды, запер пистолет, бросил ношеную одежду в корзину для белья, лёг и застонал от очередной мысли, которая встряхнула его, как хороший разряд электрошокера: неужели Харпер мог настолько его изучить, чтобы не сомневаться: Ву ни при каких условиях не воспользуется оружием? Он перевернулся на спину и закрыл лицо руками, хотя хотелось побиться головой о стену, чтобы избавиться от мыслей. Не думать вообще. Так, чтобы сосущий вакуум в голове. Пустота и темнота. Или монотонное мелькание разметки на трассе. – Я сплю, – пробормотал он вслух, как бы пытаясь убедить себя в этом. Потом повторил уже мысленно. Снова и снова. Это не помогало. Кровать стала жутко неудобной. Навалилось ощущение, что он слишком устал, чтобы спать. Всё это было у Ву в голове, но от понимания легче почему-то не делалось. Отчаявшись усыпить себя, он попытался вспомнить текст какой-нибудь песни. Слова, которые сами шли на ум, стоило только первым нотам зазвучать, теперь бежали от него. Что угодно, – уговаривал он себя, перебирая в голове такие группы, как Nickelback, Nirvana, Aerosmith, The Beatles, даже Queen, хотя последняя снова напомнила о работе, и всё пошло по кругу. Резкий звонок мобильного телефона заставил его открыть глаза. В первый момент он не понял, где находится, что уже почти вошло в привычку, о том, чтобы припомнить, когда же он наконец заснул, речи не шло. Часы показывали только четверть одиннадцатого. Звонила Келли. «Я нашла её», – голос в трубке звучал возбуждённо. – Кого? – не понял Ву, ещё не вполне проснувшийся. «Красотку с полароидом, – объяснила она. – Вчера поискала в сети, где купить всё, что нужно для таких аппаратов и разослала всем письмо с её фотографией». Ву попытался осмыслить произошедшую катастрофу и то, чем может грозить практикантке проявленная инициатива. После разглашения деталей дела широкому кругу лиц практиканту нечего и надеяться стать офицером полиции даже если до конца испытательного срока осталось всего ничего. Ву успел испытать облегчение от того, что в будущем ему не придётся с ней работать. «С личного электронного адреса, – пояснила она, когда пауза в разговоре затянулась. – Написала, что нашла сумку, и этот снимок – единственное, что может помочь мне найти владельца». – И кто-то откликнулся? – спросил Цай, устыдившись собственных мыслей. «Только что получила ответ, – гордая собой подтвердила Келли. Судя по голосу, она не сдерживала улыбку. – Подумала, ты захочешь съездить туда вдвоём». – Пришли мне адрес, встретимся на месте, – выпалил Ву крайне поспешно, потому что от её тона на ум ему пришли пророческие слова Ли. После всего сказанного начальником на счёт Келли, разговор с ней превратился в какой-то минное поле и прямо сейчас ему казалось, что та могла как-то не так воспринять его реакцию. «До встречи», – пропела девушка и повесила трубку. Уже через полминуты пришло сообщение… заканчивающееся звёздочкой. Хорошо ещё, что она не успела попросить его заехать за ней! И очень плохо, что телефон по его запросу выдал крошечный фотомагазин, лавчонку, стиснутую с боков химчисткой и закусочной. *** В реальности магазинчик оказался ещё меньше, чем выглядел на экране. Места на его фасаде не хватило даже на полноценную вывеску. Её заменял логотип в виде полароида с торчащей из него изрядно выгоревшей на солнце фотографией. Келли ждала его в закусочной, сидя с чашкой за одном из двух столиков у окна. Практикантка помахала ему через стекло скорее, как приятелю, нежели коллеге, тремя глотками прикончила напиток и поднялась с места. Счёт она, видимо, оплатила заранее. – Ну и дыра, – припечатала она заведение, с крыльца которого только что сошла. – Не пробовала такого какао с тех пор, как в последний раз ездила в ретритный центр вместе с родителями! Представляешь, Ву, там его кипятили в котле! – она показала руками, что говорит о чем-то по-настоящему колоссальном. – Кое-кто верил, что в этой кастрюле варят непослушных детишек. – Кофе там, наверное, не лучше, – с сожалением проговорил Цай – Кутил всю ночь? – догадалась она и сочувствующе хмыкнула. Вместо ответа Ву предпочёл первым втиснуться в магазинчик. Из-за нехватки места витрины были расставлены не только по обе стороны от двери вдоль стен, но и посередине так, что торец стеклянного стеллажа с прозрачными дверками на замочках практически перегораживал вход. Ву пошёл по правому проходу, Келли – по левому. В конце вызывающего клаустрофобию помещения находился прилавок, а за ним никого, если только исключить возможность, что хозяин погребён под громоздящимися там картонными коробами. На всякий случай Цай перегнулся через прилавок и проверил, не торчат ли из-под завала ноги, а выпрямляясь, едва не задел Келли. – У тебя новый шампунь, Ву? – спросила она как-то невпопад. – Эй, ты что это делаешь? – возмутился тот, потому что она, поднявшись на мысках, попробовала понюхать его волосы. – Знакомый запах, – заметила Келли, крылья носа у которой так и подрагивали. – Такой же как у лейтенанта. – Не говори глупости, – он проклял себя за то, что смутился и начал отпираться. – Серьёзно, – настаивала Келли. Будь у неё побольше опыта, припёрла бы его к стенке. – Кого хочешь спроси, у меня такой нос, что я могла бы выслеживать преступников по запаху. – Наверное случайно купил такой же, – Ву, пытаясь отодвинуться, но деваться было попросту некуда. Его спасло появление хозяина магазина. Позади составленных друг на друга коробок приоткрылась неприметная дверка. Пока долговязый мужчина вытягивался через щель наружу, раскладывать подобно пришельцу из какого-то фильма и стараясь ничего не задеть и не свалить, Келли успела включить полицейскую, даже блокнот достала. На странице слева Цай увидел табличку в одной колонке адрес, в другой – электронная почта и комментарии. – Доброе утро, – поздоровался долговязый, с любопытством рассматривая гостей. – Чем могу быть полезен? – Моя коллега писала Вам по поводу одной из Ваших покупательниц, – не стал ходить вокруг да около Цай. – А, о находке, – мужчина похоже несколько растерялся. – И вы специально приехали сюда? Я ведь писал, что не могу разглашать информацию о клиентах и сам свяжусь с ней. – Боюсь, для нас Вам придётся сделать исключение, – Ву показал жетон. Это произвело на продавца неизгладимое впечатление. Тот воззрился на предмет в его ладони, как на огромного тарантула, и совершенно спал с лица. У Ву мелькнула мысль, как, наверное, тяжело доставлять кровь на такие высоты. А если собеседник упадёт в обморок? Тогда весь магазин рискует сложиться, как карточный домик. Только бы не было толчков… Не хотелось бы оказаться погребённым под слоем фототехники стекла и коробок в такой странной компании. – Так поэтому она перестала к нам ходить? – сбивчиво забормотал мужчина. – С ней что-то случилось? – Это мы и хотим выяснить, – заверила его Келли. Это подействовало не слишком-то успокаивающе. Под взглядами двух копов долговязый сперва никак не мог найти нужный номер телефона в клиентской базе, а потом дважды сбивался, набирая его. – Здравствуйте, звонок из магазина фототехники. Могу я поговорить с Донной, – попросил он, дождавшись ответа. – А, вот как… Простите, соболезную. Долговязый замялся, выслушивая что-то. Келли достала блокнот, чтобы занести туда имя, как сперва подумал Ву, но ошибся. Та писала довольно долго, потом вырвала лист и передала продавцу. – Нет-нет, ничего такого, – замямлил он, пробегая глазами записку. – Сейчас в моём магазине полиция, они ищут Донну… Он сделал короткую паузу, в ходе которой пошёл пятнами. Похоже, переговоры шли плохо. Может быть, даже хуже некуда, и он уже успел пожалеть о своей принципиальности. Если бы он предоставил Ву и Келли данные, которыми располагал, это им бы досталось выслушивать всё то, что доносилось с того конца линии. – Нет-нет, Вы не обязаны верить мне на слово, – забормотал он, терзая пальцами витой провод. – Они только просят Вас приехать завтра после шести в полицейский участок, чтобы уточнить информацию. Абонент ожидаемо не пожелал, чтобы трубку передали кому-нибудь из служителей закона. Продавец дисциплинированно продиктовал адрес с блокнотного листка, заминка – причём на обоих концах линии – вышла только с именем детектива, к которому следовало обратиться родственникам Донны. – По буквам, – подсказала Келли после третьей неудачной попытки, и дело пошло. Она дождалась, когда тот попрощается и повести трубку и попросила: – Расскажите нам о Донне. – Это был её отец. Он решил, что это какой-то пранк, – пожаловался продавец, не зная, куда себя девать. Магазин, с какой стороны ни посмотри, был ему мал. Наконец он опустился на табурет, слишком низкий для такого роста, как, впрочем, и потолок, если бы он продолжал стоять. Сидя он напоминал крайне несчастного взрослого, взгромоздившегося на трёхколёсный детский велосипед. – Вы были правы, Донна пропала, – совершенно похоронным тоном проговорил он. – Тогда же, когда перестала приходить к нам в магазин. А я-то думал, что вёл себя с ней слишком навязчиво… Выходило, что девушка ему не просто нравилась. Он пытался оказывать ей знаки внимания. Так же неуклюже, как – вероятно, из-за своего телосложения – делал всё остальное. Кто знает, если бы он лучше питался и ходил в зал хотя бы два раза в неделю, может, она бы не предпочла ему Итана Уорда? – Дайте-ка проверю… – для этого он выпрямился, насколько позволяла высота потолка, и снова обратился к компьютеру. – Ого, мне казалось, я её видел только в прошлом году, а прошло уже больше двух! Она покупала кассеты для моментальных снимков вроде того, который вы мне прислали. Сразу несколько, потому что собиралась в поездку. У Ву практически не оставалось сомнений в том, что эта поездка стала последней в её жизни. Он ещё раз оглядел собеседника. Тот выглядел раздавленным новостью об исчезновении девушки, к которой неровно дышал, и не походил на человека, способного убить кого-то из мести, а после раскидать части тела по городу. Однако после того, как он ошибся в начальнике, Цай избегал полагаться на интуицию. Он записал контактную информацию продавца, спросил, где тот был в прошлые выходные и собирался проверить, мог ли тот подкинуть им руку. Бедняга был весь мокрый, как мышь, когда он узнал от него всё, что хотел. Впрочем, Ву не видел в этом признаков вины. Помещение магазина не было рассчитано на то, что в нем будет находиться сколько-нибудь продолжительное время даже один человек, а они набились туда втроём. Было огромным облегчением выбраться после затянувшегося разговора на свежий воздух и немного совестно оставлять беднягу в такой нездоровой атмосфере. Келли первым делом толкнула Ву локтем, попав не в бок, а в подставленную руку. – Ты же не думаешь, что он убил Донну? – она, как видно, долго копила возмущение, соблюдая субординацию при свидетеле… или подозреваемом. – Может, угостить тебя самым худшим кофе в твоей жизни, чтобы котелок начал варить? – Я думаю, что он мог убить Итана Уорда, – отозвался Цай, так и сяк вертя в голове версию. Келли фыркнула. Потом прыснула и наконец рассмеялась во весь голос. Последнее явно было уже лишним. Похоже, решила, будто он шутит, и хотела показать, что находит его крайне остроумным.