Китти, моя милая Китти.

Кабинет Григория Петровича Стук в дверь. Скривившись молодой паныч положил трубку и с неохотой молвил: — Войдите. — Пане, Грыгорию Петровычу. - пробормотала Павлина. — Ну, чего тебе? Что нужно?! - рыкнул он — Я просить вас прийшла. Пустить мене до мамы в село.. С Катрей, все в поряде, пустите. — Ступай немедля! - перейдя на крик проговорил тот. Сделав поклон головой кухарка вышла из кабинета. — Вот ирод проклятущий, все ему не так. - бормотала Павла выходя из поместья. покои Китти Она все так же сидела на полу подле еды и разбитой посуды, слезы душили ее. Китти не знала сколь прошло времени. Ей было ужасающе плохо. Кто-то подошел к двери. Поворт ключа. Дверь отворилась. На пороге был он. Пан младший Червинский. Молодой человек шел в курильную, но услышав шум в комнате его Китти, решил, что лучше зайти. Она подняла на него глаза опухшие от слез. Она смотрела на него с неким призрением, равнодушностью. — Поднимись. - промолвил он со строгостью. — Уходите, оставьте меня в покое. - давясь слезами отвктила его милая Китти. Она отвернула голову стукнув рукой по стене. Из груди вырваля крик. Григорий не смотря на боль в ноге схватил ее за предплечье и поднял с пола. — Ты весь день так сидела?! - с раздражённостью в глазах проговорил тот. Китти молчала, она избегала взгляда с ним, но не вырывалась. Девица тяжело вздохнула, грудь опустилась. Увидев на кровате несколько платьев он взял первое, которое попалось ему под руку и кинул в нее. — Одевайся, немедля. Из глаз юной особи вновь ринули слезы. По комнате эхом пролетели ее всхлипы и отчаянный крик. Она упала на пол, стукая кулаками по нему. — Китти? - с волнением в глазах спрашивал пан. Она молчала лишь извивалась на полу, и плакала. Не смотря на боль в ноге молодой панок откинул свою трость и наклонился да бы поднять юную девушку, которой он так бредил, которую так хотел. Он сел на кровать положа Китти рядом, ее голова лежала на его коленях. Кажись вот она, лежит на нем, он может сделать то, что задумал и пытался воплотить в жизнь. Но в нем не было экой страсти, возбуждения. Глаза дамы были открыты. Она лежала вступившись в стену, он прижалась к пану так искренне, так по настоящему, на удивление для обоих. Ее руки крепко обнимали его как можно сильнее вжимаясь в него. Он не был ей мерзок, или противен, напротив. Он был ей так роден, как никогда, она не чувстовала в нем зверя, который хотел так нагло обесчестить ее. Напротив она чувствовала, его волнение за нее. Он сидел в ступоре не ожидая такого от его милой Китти. Руки непроизвольно опустились на нее волосы, которые спадали волнами с ее плечь. Он убрал растрепанные локоны, и положив руку на голову, боязко с опасением, он гладит ее как бы успокаивая. Ее глаза немного призакрылись, через мгновение она спала, вжимаясь в сильного, крепкого парня. Тихо засопев она часто безопасность в его крепких мужских руках впервые, ей было так спокойно, как никогда, в присутствии Григория Петровича. Он сидел в полном спокойствие, чуствуя, что его милая Китти, доверят ему, в нем нет этой страсти и безжалости. Она была так Беззащитна, хрупка в его крепких рука, он чувствовал что-то более весомое нежели страсть.