В путь!

      Секунда… Две… Три… Пятнадцать… Полминуты… Минута… … Я потерял счет времени. Тишина. Такая тишина, что звон в ушах звенит, а в голове ветер гуляет. Я думал, что мне хана. Все, конечная, приплыли. Все, что я успел осознать, так это то, что мертвяк спрыгнул на меня через забор, что протянулся вдоль здания, у которого мы проводили в неполном составе нашей чудо-команды неспешный досмотр. Вроде как я даже попытался его скинуть… вернее то, что от него осталось: половина-то тела осталась висеть на металлическом заборе. … Ну, на данный момент меня волновало три вопроса: Первый — кто виноват? Второй — что делать? И третий — разве зомбари умеют стрелять из огнестрела? И если с первыми двумя вопросами все более или менее понятно, то вот последний вызывал у меня такую тоненькую, на гране подсознания, неразбериху. По крайней мере одно констатировать можно точно — я все еще жив, ибо если был бы мертв, то боль не ощущалась бы так остро. «Дерьмовая у тебя ситуация, братец.» — моя шиза, на удивление, меня сильно успокоила — вряд ли я смог бы сейчас услышать внутренний голос, будь я в некоем чистилище или же аду. — Ты не знаешь, что произошло? — я как бы решил подыграть своему невидимому другу и соседу по больной головушке. «Понятия не имею, но тебя явно ранили огнестрелом и явно в район живота, бочина пробита, и возможно насквозь…» — Так, мой дорогой доктор медицинских наук, это все итить как охуенно, но меня интересуют не следствия, а причина: кто мне пустил маслину в бок и с кого мне сука спрашивать за это? Внутренний голос какое-то время молчал, и я уж подумал, что и он вместе с кровью, текущей из дырки в моем животе, начал медленно вытекать. Но спустя несколько мгновений, которые показались мне вечностью, он наконец спизданул, как говорится, «не дать, не взять». «Я не уверен, но вроде тебя подстрелил Жека». Ну охуеть теперь…

***

Сознание медленно возвращалось ко мне. Я пытался открыть глаза, но их слепило, будто мне кинули светошумовую прямо под ноги. — Он ранен, жить будет, но недолго, надо срочно его на стол и вытаскивать пулю, точно задета вена, возможно задет нервный узел… — я услышал лишь обрывок Лехиной фразы, но даже этого хватило, чтобы полностью открыть, несмотря на боль, глаза. Я слегка приподнял голову, в меру возможностей оглядел место, где нахожусь. Машина. Едет. Куда-то. Рядом Леха, в резиновых перчатках, проводит мне сеанс проктолога… а, нет, всего лишь копается в моем животе. Кстати о нем — боли не было — долбанули мне промедола; но было желание встать и осмотреться. И я по какой-то долбанутой причине решил, что это хорошая идея, пока в моем теле копошится другой человек. — Так, блядь, Женя, Элис, держите его, иначе я сейчас не пулю ему достану, а кусок печени! <Упс, все же не на вылет… но зато будет что детям рассказать! А если повезёт, то и показать! > «Ты, мля, все еще здесь? Я думал, ты со своим запасом юмора кончился в тот момент, когда я отрубился…» — парировал подкол моей шизы я сам. <Поправочка. Мы оба отрубились. Я в твоей голове, а значит если ее отрубят, то вместе с твоей жизнью оборвётся и жизнь твоего покорного слуги! Так что изволь быть поуважительнее! > Я мысленно закатил глаза, а затем почувствовал, как меня прижимают две пары рук: одни покрепче — Ржекич, а вторые более мягкие и нежные — наша временная гостья из Рыжевских партизан местного розлива. — Нет, ну это какое-то блядство. Я сдохнуть даже не могу… все равно найдётся кто-то, кто попытается меня заштопать. — заключил свой поток мыслей я, даже не обратив внимание, что сказал это вслух. — Шутит, значит жить будешь… — виновато сказал Женя. Спустя секунду он посмотрел чуть выше сидений и крикнул сидящим впереди: — Серб, куда ты гонишь, все, оторвались уже, ходячие не умеют бегать. Я услышал приглушенный возглас Радды в ответ Жеке. — Я этого сучонка порву блядь, пусть только мне попадется, козел обдолбанный. А я, блядь, вам говорил, что этого пиздюка порешить надо было. Но нет, блядь, Старый решил в героя поиграть, епта. И что теперь? Стадо вырвется из хутора, перекроет единственную разведанную на сто кэмэ в радиусе трассу, наш Великий и Бессменный Лидер лежит в луже собственной крови, а Леха пытается засунуть обратно его кишки. Ахуеть приплыли!       Серб бы и дальше продолжал истерику, если бы Андрей, сидящий по правую руку от него не пизданул ему смачный подзатыльник — по крайней мере по звуку было похоже именно на это. Наконец-то, мы стали замедляться, а я стал по-тихоньку чувствовать, что у меня не хватает куска мяса в теле. — Он потерял много крови, надо бы ему больничку найти… — Леха продолжал хлопотать надо мной, но я уже и не пытался встать и посмотреть, что же он там сделал. — Какая нахер больничка?! Ты еще скажи, что ему нужен постельный режим и постоянный уход сексапильной медсестрички! Где мы, блядь, найдем больничку?! — Камзанов подал голос впервые за долгое время, — Не говоря уже о квалифицированном враче…       Наконец-то голос подала Элис. — Ребят, что произошло? Я вообще нихрена не поняла. Я смотрела на другую сторону здания, когда услышала с вашей позиции выстрелы. А дальше только заметила Андрея, скидывающего мертвяка с Ника. Кто стрелял? Женя снова виновато посмотрел на меня и, сглотнув, подмигнул ЭйДи. — Ты? Ты… да т-ты больной! Ты очередь всадил в мертвяка, который лежал и пытался сожрать твоего друга?! — казалось, у Элис сейчас сорвет крышу. — Да ты совсем рехнулся?! Для этого есть нож или любое другое холодное оружие! Да даже если под рукой не было, ты в упор не смог попасть в голову мертвецу? Который еле шевелится?! Я покряхтел и подал голос: — В защиту подсудимого осмелюсь сообщить: ваша Честь, прошу учесть, там была только половина мертвеца, и эта самая половина была частично закрыта моим телом.       Алиса вдруг ошарашенно взглянула на меня, будто я прямо сейчас наложил целую кучу дерьма у нее под носом. — А ты вообще молчи и отдыхай. Какая у него группа крови? — обращаясь к Лехе, поинтересовалась Алиса. — Вторая, резус отрицательный. Он мне рассказывал. У Серба точно такая же. Так что с донором проблем не будет. Но я не смогу перелить кровь в кустарных условиях, я не врач… обычно Ник отвечал за это, у него есть опыт. Нужна больница, срочно.       Женя вновь посмотрел на меня, я уловил в его глазах тревогу. — Все нормально, Женек. Ниче, до этого и не таких обламывали, да?.. — я чувствовал, как меня покидают силы, жутко хотелось спать. — Никитос, не отрубайся… Блядь, Леха, делай что-нибудь. — судя по голосу, Жека был не на шутку напуган. — Я сейчас вколю ему оксикодона, но надо решать что-то срочно с квалифицированной помощью.       За несколько секунд до того, как я окончательно вырубился, буквально на краю сознания я ощутил, как Элис сказала Лехе что-то. На грани отключки я расслышал лишь «у меня есть идея» и «Виола поможет». <Как думаешь, это конец?> — спросила шиза, но прежде, чем я смог что-то сообразить, царство Морфея все же настигло меня.