— 6 —
22 декабря 2021 г., 09:15
Примечания:
Моих читателей ждёт новая увлекательная лекция от нашего горячо любимого профессора. Несомненно, он поделится ею со своими студентами, но, пытаясь уложиться во время, отведённое для пары, ему придётся вложить меньше подробностей, чем хотелось бы. Я же, мои прекрасные, хочу попытаться создать более полную картину, а потому не помещаю эту часть в уже привычный формат лекций, это будет простая текстовая глава, однако, прошу считать, что повествование всё же ведётся от имени преподавателя.
Оглушительный шум ветра неприятно звенел в ушах волка от нечеловеческой скорости, с которой он рассекал воздух, покидая место священной битвы. В свете луны начинали кружиться витиеватые снежинки, что, касаясь волчьей шерсти, мгновенно замерзали, превращая её в подобие сосулек. Вокруг массивной шеи крепкой хваткой сцепились человеческие руки. Юнги держался из последних сил, не до конца воспринимая всё происходящее.
Чимин не мог сфокусировать свой взгляд на чём-то конкретном. Очертания всего, что его окружало, сливались в единые полосы: настолько быстро он бежал. Да и в темноте лесной чащи рассмотреть что-либо не представлялось возможным.
Волк, не оглядываясь, двигался всё дальше и дальше. На задворках сознания мелькало место, что он успел позабыть, не вспоминая о нём уже несколько лет. Однако, небольшой домик в глубине леса сохранил свой облик в мыслях, так что Чимин уже точно знал, куда именно они держали путь.
Ещё будучи ребёнком, возомнившим себя важным и сильным, как все взрослые, Пак выбирался с отцом в глубины волчьей территории, где старший строил небольшую хижину. Он рассказывал сыну, что эта постройка будет их тайным местом, в котором Чимин — если будет остро в этом нуждаться — всегда сможет побыть в одиночестве, вдали от суеты. Повзрослев, Чимин действительно часто пользовался этой возможностью, сбегая в этот домик, когда ему нужно было поразмышлять о чём-то в тишине. В этом же месте хранились его записи об истории своей стаи, которые он вёл уже несколько лет. Безусловно, это был идеальный вариант, чтобы спрятаться и продумать дальнейший план действий.
Чимин на ходу думал о многих вещах сразу, но поток нескончаемых мыслей резко прекратился, стоило волку почувствовать, как хватка лиса, который, казалось, вцепился намертво, ослабевает.
Сейчас было совсем не подходящее время для остановок и отдыха. Они были ещё далеко от места назначения, и привал не был хорошей идеей, нельзя было исключать и погоню, что могла за ними вестись. Думая обо всём этом, волк всё же стал замедляться, решив дать Юнги несколько минут передышки, позволить ему крепче ухватиться и удобнее устроиться.
Чимин, разумеется, и сам воспользовался возникшими крупицами спокойного времени, чтобы набраться сил на дальнейшую дорогу. Внутренний голос кричал о том, что совершённый поступок был слишком глуп и опрометчив, так что с последствиями будет справиться очень трудно.
Мысленно уже вступая в конфликт с самим собой ради защиты собственных помыслов, Чимин ощутил лёгкое, как дуновение весеннего ветра, прикосновение к своей голове. Обнаружив, неожиданно, что человек, покоившийся на его спине, вдруг ерошил его шерсть, после сразу же приглаживая. Лис молчал, не произнося ни звука, только продолжая свои нехитрые действия ещё минуту, а после обнял волка за шею, давая знак, что готов двигаться дальше.
Чимин не мог не восхищаться смелости и спокойствию этого лиса. Возможно, дело в том, что у Юнги особо не было выбора или в том, что он всё ещё не до конца соображал, что творится, но он не пытался защищаться от своего похитителя, не расцеплял свои руки и даже не думал о побеге. А ведь Пак действительно похитил его, нарушил правила и договорённости, буквально выкрал лиса со священного обряда. Но Юнги, казалось, это вовсе не волновало. Всё, что он сделал — повернул голову, соприкасаясь покрасневшей от холода щекой с шерстью на спине зверя и закрыл глаза, давая своё безмолвное разрешение делать всё, что угодно.
Подняв голову и глубоко вдохнув так, что ноздри обожгло морозным воздухом, Чимин оглянулся вокруг, чтобы постараться как можно точнее определить их положение и примерное время, за которое они доберутся до хижины. Они были далеко от основной территории обеих стай, об этом свидетельствовала необычная тишина, царившая в этом месте. Её изредка нарушали птицы или шелест листьев, что ещё не были покрыты снегом, но были потревожены ветром.
Останавливаясь напротив домика, до которого, они, наконец, добрались, волк дышал тяжело. Он постарался преодолеть оставшееся расстояние как можно скорее, понимая, что лис слишком легко одет для царившей в лесу погоды. В тишине лесной глуши было отчётливо слышно, как стучали зубы Юнги. Дверь открыть было несложно, Чимин никогда не запирал её, поэтому просто толкнул её носом, проходя внутрь.
Он подошёл к небольшой старенькой кровати в углу комнаты, тут же подгибая лапы, чтобы Юнги было удобно опуститься на неё. Лис не сразу обратил внимание на действия волка, но затем поднял голову и, понимая, что от него требуется, поспешно почти сполз с него, устраиваясь. Чимин же прошёл дальше, остановившись напротив шкафа, в котором лежали запасные вещи, как раз для таких ситуаций, когда он приходит сюда в обличии волка.
Перевоплотившись в человека, Пак стал быстро переодеваться. Юнги в этот момент подтянул к себе тонкое одеяло, что было невероятно холодным, усаживаясь удобнее. Он старался бодрствовать, но накопившаяся за переполненный событиями день усталость была сильнее, поэтому, стоило ему только прикрыть глаза, как он тут же заснул.
Чимин, взглянув на лиса, коротко улыбнулся, приступая к делам. Первым делом, он закрыл дверь, чтобы та не пропускала больше мороза в и так промёрзшую хижину. Пройдя в кладовку, он в полной темноте нащупал спички, которые, на удивление, ещё не отсырели. Вероятно, отец пополнял запасы и бывал здесь чаще, чем сам Чимин. На столике возле кровати стояли две лампы, что являлись в доме единственным источником освещения. Взяв одну из них, Пак отошёл от постели подальше, чтобы внезапно зажёгшийся свет не потревожил крепко заснувшего лиса.
Залив в специальный отсек топливо с помощью воронки, Чимин одним лёгким движением поднял колбу, скрывающую фитиль от любого внешнего воздействия. Вращая ручку регулировки, Пак вытянул держатель фитиля, сразу же поднося к нему только что зажжённую спичку, после опуская колбу и убавляя интенсивность, чтобы пламя не коптилось. Мрак холодной комнаты был разрушен слабым источником света. Теперь требовалось прогреть помещение, поэтому Чимин направился к печке, что располагалась у стены в середине комнаты. Он старался быть тихим, позволяя лису отдохнуть.
Затопив печь, Чимин несколько минут вслушивался в треск горевших дров, наблюдая за пламенем.
Волк устроился у кровати, прямо напротив лица Юнги, следя внимательным взглядом за слегка приоткрытыми губами укутавшегося в тонкое одеяло лиса. Он свернулся в клубок, пытаясь сохранить хоть какое-то тепло. Чимин наблюдал недолго, вспомнив, что в кладовке раньше хранились тёплые пуховые одеяла, за которыми он и направился.
Забрав с собой сразу два, Пак на мгновение остановился у окна, вглядываясь в темноту. Стекло покрывалось инеем в причудливом узоре, свидетельствуя о том, что на лес вдруг обрушился сильный мороз, хотя ещё сегодняшним утром погода была весьма тёплой для поздней осени.
«Видимо, мы разгневали какого-то бога, нарушив лисий ритуал», — мысленно пошутил волк.
Набросив одеяла на глубоко спящего лиса, который всё ещё мелко дрожал от холода, окутавшего всё тело, Чимин подоткнул края, устраиваясь на стуле рядом с кроватью. Время близилось к ночи, так что стоило задуматься о сне, но волк с этим не спешил, продолжая думать о том, какую глупость они совершили. Хотя, он не мог винить лиса, так что размышлял о том, почему он сам пошёл на такой шаг.
В который раз его раздумья были прерваны. Юнги повернул голову в его сторону, но глаз не открыл: продолжал спать. Он задышал чаще, веки на белоснежном лице зажмурились, он хмурился во сне. Затем он стал двигать ногами, будто пиная что-то, чего не было на самом деле, сбивая простыни.
Паку хватило пары минут наблюдений, чтобы понять, что лис видит ночной кошмар. Чимин так резко подорвался со стула, что тот чуть было не упал, но Пак смог зацепить его ногой, возвращая в устойчивое положение, протягивая руки к Юнги, чтобы освободить того от удушающего сейчас кокона одеял.
Чимин судорожно соображал, что должен сделать. Он знал, что тормошить спящих нельзя, кричать тоже, он хотел тихо обратиться к лису, но не знал его имени. Вдруг Юнги открыл глаза, резко поднимаясь на кровати и вскрикивая, напугав не ожидавшего этого волка.
— Эй, эй, всё в порядке, слышишь? Ты в безопасности, всё хорошо!
Пак взял Юнги за руку, не сильно сжав пальцы, стараясь вернуть лиса в реальность. Подняв глаза, он с удивлением обнаружил дорожки слёз, поблёскивающих в тусклом свете лампы, что была поставлена рядом. Было слышно насколько сильно участилось сердцебиение Юнги, он никак не мог совладать с собой, тихо всхлипывая и пытаясь унять дрожь в теле.
— Ты в безопасности, — ещё тише произнёс Чимин, видя как во взгляде лиса появляются искры осознания. Его ресницы подрагивали, когда он, наконец, взглянул Паку в глаза.
Чимин никогда не видел, чтобы в одном взгляде мешалось столько, казалось, несовместимых эмоций. В глазах Юнги в этот момент плескался дикий страх, раскаяние, непонимание и светлая благодарность, это завораживало.
В следующие несколько минут между ними повисла тишина. Они просто смотрели друг на другая, пытаясь понять, что должны сказать или сделать. Чимин прервал молчание первым.
— У тебя что-нибудь болит?
Пак хотел сразу осмотреть Юнги на наличие травм, ведь нельзя забывать, что они сбежали с битвы, но тот уснул быстрее, чем Чимин закончил все дела в доме, поэтому, решив не будить лиса, волк хотел дождаться его пробуждения. Теперь, однако, причин медлить не было.
Юнги потребовалось некоторое время, чтобы понять суть вопроса, а потом собраться с силами и ответить.
— Н-немного, — голос дрогнул в неподходящий момент, заставив лиса смутиться и опустить голову. Чимин сделал вид, что не обратил внимание на это.
— Ты должен сказать мне, что именно, чтобы я смог тебе помочь. Позволишь?
Чимин старался не давить, он в самом деле переживал и всего лишь хотел помочь. Их разговор завязывался слишком медленно, Юнги отчего-то усиленно думал над каждым своим ответом, хотя вопросы Пак задавал несложные и обычные в такой ситуации. Вот и сейчас лис вновь поднял свои карамельного цвета глаза, заглянув в омуты напротив, пытаясь разглядеть какой-то подвох.
«С чего бы этому незнакомцу интересоваться моим состоянием?» — мысленно задавался он вопросом. Юнги решил, что должен ответить, чтобы быть вежливым.
— Нога саднит немного, но в целом, я в порядке. Спасибо.
— За что благодаришь? Я ещё ничего не сделал, — Чимин улыбнулся, выпуская, наконец, чужую руку из собственной. Он и не замечал, что всё ещё держал её.
Юнги вопрос оставил без ответа, поэтому Пак также молча ушёл на кухню, там в небольшом шкафчике он держал аптечку, пополняемую годами. Она представляла из себя деревянный сундук среднего размера и закрывалась ключом, будто хранила не лекарства, а настоящие сокровища.
А драгоценностью всякие таблетки и микстурки на самом деле являлись, ведь в лесах зачастую не находилось необходимых трав, а люди продавали лекарства неохотно: самим тоже не хватало. Чимин в том, что касалось болезней и их лечения, был скрупулёзен, оттого и собирал всё, что могло пригодиться, обязательно внимательно следя за сроками и условиями хранения.
Сундук был поставлен на пол, когда Чимин устроился на своём месте рядом с кроватью, открыв его ключом, что короткой верёвочкой прикреплялся прямо к замку для удобства, Пак взглянул на Юнги, прикидывая, что из запасов может понадобиться.
Мин опирался на изголовье кровати, подтянув к себе ноги, он снова укрылся одеялом, хотя в доме уже было значительно теплее, но то ли от того, что дом давно стоял непрогретым, то ли от некого страха, сковавшего сердце лиса, он продолжал мёрзнуть. Чимин потянул к нему руки, намереваясь откинуть одеяло с ног, сосредоточенно наблюдая за реакцией, чтобы не напугать. Юнги смотрел за движениями, дёрнувшись и зашипев, когда Пак коснулся щиколотки.
— Прошу прощения, — сразу же произнёс Пак, отдёрнув руку. — Судя по реакции, это ушиб. Я не врач, так что не утверждаю, но давай обработаем всё, опираясь на такое заключение.
Юнги только кивнул, не сопротивляясь. Чимин пододвинулся ближе, чтобы определить симптомы, что указывали бы на растяжение или, что ещё хуже, перелом. Пак наблюдал лишь сильный отёк, а реакция Мина на прикосновение сообщала о том, что боль была не такой яркой, как при переломе, она стихала, ведь с момента повреждения прошло уже достаточно времени, а значит, это всё же был ушиб.
Прикладывать что-то холодное к месту травмы было уже поздновато, да и холодильника в хижине не было. Чимин выглянул за дверь, ненамеренно впуская холод в дом, и обнаружил, что на крыше уже стали образовываться сосульки. Со словами «это лучше, чем ничего» он сорвал их, сразу заворачивая в несколько слоёв бинта, затем прикладывая к ноге. Юнги лишь прерывисто вдохнул, ничего не сказав.
Несколько минут спустя, Пак обработал область повреждения антисептиком, наложил стерильную повязку, помещая на неё плотный валик из ваты, и перебинтовал.
— Готово, — произнёс Чимин, мягко подняв ногу чуть выше, подкладывая под неё несколько подушек. — Придётся поспать сегодня в неудобном положении, — тему мучающих лиса кошмаров, он пока затрагивать не стал, — нога должна находиться на некотором возвышении.
Юнги продолжал упорно молчать, будто его не волновало совсем, что с ним делают чужие руки.
— Скажи мне хотя бы, как тебя зовут?
— Юнги. Мин Юнги.
— Что ж, рад знакомству, меня можешь называть Чимином. Думаю, тебе всё ещё нужен отдых, поэтому предлагаю тебе всё же попытаться уснуть, хорошо? — Пак перевёл на него взгляд, и на секунду замер, потому что Юнги выглядел так, будто заплачет с секунды на секунду, — Что-то не так?
— Нет-нет, — поспешил оправдаться лис, — всё хорошо, просто мне редко удаётся заснуть в те ночи, когда снятся кошмары. Но это не твоя проблема, не переживай, извини.
— И часто тебя мучают страшные сны? И, пожалуйста, переставай извиняться, ты не сделал и не сказал ничего плохого. И ты не обязан отвечать на мой вопрос, если это личное.
— Я уже не помню, когда последний раз спал спокойно. Так что, каждую ночь.
Чимин задумался, решив, что диалог пока стоит закончить. Им обоим нужно отдохнуть, чтобы завтра вместе решить, как им лучше поступить. Для светлых мыслей нужен хороший сон.
— Попытайся поспать. Знаю, что это кажется непосильной задачей сейчас, но после всего, что ты пережил сегодня организму нужен хороший отдых. Мы поговорим с тобой завтра, а пока, пожалуйста, отдохни. Я услышу, если ты вдруг проснёшься, так что обязательно постараюсь помочь.
— А где ты будешь спать? — Юнги уже был готов позволить усталости унести его в сладкую дрёму, но, быстрым взглядом оглядевшись вокруг, понял, что волку на ночь устроиться негде, ведь он занял единственную кровать.
— Там, у кухни, — Чимин указывал взглядом, — есть очень удобное кресло, на сегодня это моя кровать.
— Что?! Нет, ты не можешь позволить мне занимать спальное место, оставаясь спать в кресле, это неправильно! — Юнги чуть было не подскочил на постели от недоумения, вовремя вспомнив про свою травмированную ногу.
— Ещё напади на меня за это, — Чимин усмехнулся, — тебе сейчас нужен покой для быстрого восстановления, да и то кресло действительно удобное, я там уже спал. И не спорь со мной, меня всё устраивает.
Юнги нахмурился, возмущённо бормоча что-то себе под нос, но дальше пререкаться не стал, наблюдая, как волк устраивается на кресле. Засыпал лис, ощущая безмятежное спокойствие.
***
Глубокий сон медленно выпускал Чимина из своих сладостных объятий. Он крепко зажмурился, как только открыл глаза. В комнате было слишком светло. Вчерашний снегопад одарил лес сугробами, что отражали солнечные лучи, оттого всё вокруг было намного светлее. Пак перевернулся на спину, оторвав голову от подушки, чтобы осмотреться вокруг.
На кровати тихо сопел Юнги, укрывшийся одеялом до самого носа. Его волосы представляли из себя полный беспорядок, Чимин улыбнулся, оценивая его растрёпанный вид.
Чимин задумался о том, что стоит соорудить какой-то завтрак, ведь они оба вчера ничего не съели. В доме сейчас ничего нельзя было приготовить, он не был предназначен для житья. Здесь можно было только переночевать, если очень захочется. Но ни холодильника, ни плиты здесь не было, оттого Пак решил действовать по старинке: развести костёр и зажарить какую-то дичь, а значит, придётся выйти на охоту.
Поиски не были долгими, спустя некоторое время, Чимин уже возвращался с ветками и берестом для костра, а также несколькими тушками зайцев и мышей. Разведя костёр, он принялся за готовку. В этом Пак был хорош, он с лёгкостью разделывал мясо с помощью специальных приборов и собственной силы.
Ещё до того, как отправиться на охоту, волк отыскал пару тарелок в кладовке, поэтому сейчас заносил готовое, отдающее жаром мясо в дом, разложив всё по посуде.
Юнги ещё не проснулся, кажется, всю ночь пролежав в одном положении, даже не повернув головы, и не меняя его сейчас. Чимин оставил тарелки с ароматным мясом на столе в импровизированной кухне, затем подойдя к кровати. Вчерашним вечером он не рассматривал Юнги, в голове и так было слишком много мыслей. Однако, теперь, проснувшись первым, он получил возможность присмотреться к лису поближе.
Он обратил внимание на отчего-то сбитое одеяло, собравшееся теперь выше худых коленок, обнажая ноги, одна из которых так и покоилась на возвышении подушек. Видимо, даже крепкий сон не помешал Юнги сохранить необходимое положение.
Чимин задумался о том, стоит ли будить спящего лиса, когда до него донёсся шорох простыней и одеял, заставивший его быстро отступить от кровати, дабы не смущать Мина, который, похоже, уже бодрствовал.
— Как ты себя чувствуешь? — негромко поинтересовался Пак, подходя ближе.
— Не помню, чтобы спал так хорошо в последние лет восемнадцать.
— Шутишь — хороший признак, видимо, тебе и правда лучше. Я там мяса нажарил на завтрак, надеюсь ты не против.
— Ты приготовил завтрак? Правда? — глаза лиса забегали из стороны в сторону, настолько он был удивлён.
Губы Чимина дрогнули в улыбке, когда он принёс тарелки, поставив их на стул, рядом с кроватью, сразу же протягивая Юнги приборы.
Завтрак прошёл в молчании. Убрав посуду на кухню, волк вернулся на своё место, доставая из сундука, что остался стоять у кровати, новые бинты и мази. Он потянулся к ноге Юнги, тот не выказывал сопротивления, просто наблюдая за происходящим. Чимин снял старые повязки, с гордостью отметив, что отёк значительно уменьшился, затем повторяя всё, что он делал вчера.
— Спасибо, — раздалось вдруг.
— Не за что, — просто ответил Пак.
— Нет, послушай. Я благодарен, что ты спас меня, хотя и не понимаю, почему. И благодарен за то, что носишься со мной, ты ведь совсем не обязан.
— Это ведь я притащил тебя сюда, тебе правда не за что быть благодарным. Нам нужно подумать, что делать дальше.
В комнате воцарилась тишина, никто из них не знал, какой шаг сделать дальше, но продумать дальнейшие действия было необходимо, пусть всё уже случившееся и было всего лишь порывом.
Одно было известно точно — назад, на территорию лисов путь был закрыт. Юнги там больше не ждут, хотя сам Мин думал о том, что его там и не ждали никогда. Он всегда был как бельмо на глазу у всей стаи, так что они, он уверен, счастливы от него избавиться. Юнги никогда не было места в этой «семье».
Чимин всерьёз задумывался о том, чтобы отвести его к себе. На самом деле, это была иллюзия выбора. Они не могли пойти к лисам, как и не могли остаться в этой хижине. Волчья стая была их единственной надеждой. Оборотни, конечно, были более понимающими, но не в том, что касалось лисов — врагов.
И всё же, других выходов Чимин просто не видел. Стоило попробовать. Он озвучил свои мысли Юнги, в восторг тот, разумеется, не пришёл. Он не боялся волков, в его положении любой незнакомец был ему ближе, чем собственная стая, но мысли о том, что он не успеет даже ступить на волчью территорию, как его сразу же убьют, искоренить не удавалось.
У Мина не было причин доверять или не доверять Чимину, но отчего тот не внушал страха, хотя, может, Юнги просто в этом себя убедил.
Пак мысленно решил, что сначала стоит отправиться в стаю одному, потому что, вероятно, он напугал родителей долгим отсутствием. Этим он поделился с Юнги. От Чимина не ускользнуло то, как поникли плечи лиса после услышанного. Волк мог бы пошутить, что Мин просто не хочет отпускать его, но, почему-то казалось, что причина такой реакции была в другом. В чём-то, чего Чимин пока не мог понять.
— Мне нужно вернуться, но я не могу оставить тебя здесь одного, — Пак одарил Юнги выразительным взглядом.
— Боишься, что сбегу?
— Ты не пленник, — серьёзно проговорил Чимин, — Я тебя не держу, ты волен идти куда тебе хочется.
— Зачем же тогда забрал? — веселье из голоса Юнги исчезло.
— Не знаю. Это казалось правильным.
— Казалось? Больше не кажется?
— Если бы я не хотел тебя спасать, то не стал бы. Ни к чему злить меня, я ведь добр к тебе, разве нет? — Чимину пришлось подавить вспышку раздражения, что возникла во время этого разговора, и он поспешно извинился.
— Я останусь, конечно, идти мне всё равно больше некуда. Только, пожалуйста, обещай, что придёшь за мной, — голос был тихим и дрожал.
— Разумеется, — коротко ответил Пак. Он не хотел ничего говорить, считая молчание более красноречивым, чем любые слова, но трепет, с которым Юнги произнёс последнюю фразу, заставил передумать.
Чимин не сразу покинул лиса. Сначала нужно было подготовить в доме всё необходимое, чтобы тот мог комфортно провести здесь несколько часов. Пак хотел вернуться к вечеру, надеясь, придумать решение. Он подготовил дрова, объяснив Юнги на всякий случай, как обращаться с печкой, хотя тот и сам это прекрасно знал. Также волк принёс пару вёдер воды, чтобы Мина не настигло обезвоживание и принёс ещё мяса, разделав его на случай, если лис проголодается.
На ходу перевоплощаясь, Чимин вышел из дома, направляясь к своей стае. Юнги, хромая и стараясь как можно меньше опираться на повреждённую ногу, дошёл до двери, плотно её закрывая и направился к шкафу, что был недалеко от кровати, чтобы достать оттуда свитер и пуховый жилет, который был явно ему великоват.
Для Юнги наступили часы напряжённого ожидания. Ему оставалось только надеяться, что где-то в этом мире для него найдётся место.
Примечания:
Буду рада, если нажмёте «Жду продолжения» и оставите отзыв <3
![давай останемся друзьями (и больше не заговорим) [let's be friends (and never speak again)]](https://assets.teinon.net/fanfic-covers/d_OFzJ7g8DTp2oD1qzC1XBPGWmdQbgGDky.webp)
