Последний вальс

Уже столько времени прошло. Джейс все так же ярко сиял, представляя проекты совету Пилтовера. Он горел тогда, стоя на самом краю своей личной бездны, и теперь сияет ещё ярче, стремясь сделать все верно. Его положение быстро росло, а любовь граждан становилась все крепче и крепче. Постоянные разговоры с членами совета, что были обеспокоены новым обстоятельством дел и так страстно желали откусить кусочек побольше. Но разве это то, что нужно Пилтоверу сейчас? Отношения между нижним городом и верхним становились все более натянутыми, словно трос того самого моста что их соединял. Виктор задумчиво разглядывал ядро, что они вместе собрали. Отчаяние нарастало все сильнее с каждым днем. «Золотой мальчик» лучше справлялся со своими чувствами, все больше уходя в работу. Особенно после того случая с ядром, которое Виктор использовал в своих целях. Мужчина уже и сам не понимал чего именно желал на данный момент. Может это была быстрая смерть, а может нечто большее… Кроме погибшей, по его вине, ассистентки никто не стремился быть с Виктором дольше чем это требуется. По крайней мере так казалось ему самому. Джейс слишком занят, настолько что не всегда мог прийти в момент очередного обморока друга. «Так больше не может продолжаться» — решил для себя Виктор, медленно хромая по улицам нижнего города и изучая взглядом ни капли не изменившиеся постройки проживающих, если можно так сказать, там людей. Тусклый город, освещаемый через призму ярких неоновых вывесок, нависает своей железной «тушей» над прохожими. Трубы, ставшие словно венами живого самого по себе города, все так же исправно работают, что Виктор так же считал сомнительным. Но, как говориться, выжить тут можно если хорошо постараться. Мужчина остановился, опираясь на костыль и смотря на раскрывшийся вид города. Тихий шум капающей воды и легкий ветер все так же успокаивают. Но что-то нарушало покой, мешая сосредоточиться на важном моменте в жизни ученого. Как и любой огонь, он собрался потухнуть. Рука медленно ослабила хватку, отпуская костыль. Тот с металлическим стуком полетел вниз, цепляя собой выступающие части стены и металлические детали каркаса здания. — Не самый лучший исход событий, не считаешь, Виктор? -из темного коридора появился силуэт доктора, что прятал лицо под шарфом даже в такой теплый день. Он остановился и словно начал ждать чего-то кроме ответа. — Будь у меня идеи разумнее этой… Боюсь что теперь не буду никому полезен… Особенно в такой момент — Может тебе не нужно гнаться за теми, кто о тебе и не вспомнит? Врач стал медленно подходить, ровняясь плечом к плечу с Виктором. Тот же не позволил своей болезни взять вверх так сразу. До дрожи сжимая кулак, Виктор перевел взгляд на мужчину рядом с собой и продолжил слушать его предложение. — Я знаю человека, который нуждается в помощи ученого… А ты нуждаешься в исцелении, которое я могу тебе дать. Это, конечно, не божья помощь, но обмен звучит лучше чем прыжок в канаву, не так ли? Виктор не смог удержаться, цепляясь за плечо врача и закрывая глаза. «Вспомнит ли Джейс, если я пропаду?.. Измениться ли хоть что-то, если соглашусь?» — закусив губу, ученый неуверенно кивнул. Желание жить- вполне нормально для любого человека. К тому же, Виктор уверен в том что со временем перестанет быть нужным. Путь до лаборатории был мучительно долгим. Голова начинала снова гудеть, напоминая Виктору что тот измотан и жаждет покоя, а не ходьбы по улицам нижнего города. Врач усадил мужчину на что-то металлическое и холодное. Что именно ясно не было, а через секунду почувствовался укол в шею и столь желанный отдых наступил мгновенно, словно струями воды смывая измотанность и пульсацию в голове… Как долго это происходило? Что именно произошло за это время, Виктор все ещё не мог понять. Перед ним было лишь два размытых силуэта, что менялись между собой время от времени. «Глупец!» — кричал разум мужчины, когда под кожу снова вводили что-то горячее и выбивающее на новый крик боли и ужаса. Все тело было пронизано этой болью. Рука, ноги, тело… Боль отдавалась даже в лице, на левой скуле и глазу, от чего так хотелось заплакать и начать звать на помощь. Но разве кто-то услышит и придет, особенно в подобном захолустье? — Он готов, Силко… Виктор почувствовал как руки отпускает боль от оков и как на второй план уходит жар. Силко… Виктор зажмурился, пытаясь вспомнить все то что он слышал на собрании совета. «Он должен был умереть… Это невозможно!» — испугался парень, сжимая кулаки и приседая. Врач подошел с правого края кушетки, накидывая на ученого плащ черного покроя. — Не торопись и разомни ноги… Первое время может быть… непривычно. Виктор разозлился, подскакивая с кушетки и сжимая горло врача. Впервые во взгляде того можно было прочесть истинную злобу.Но вот, Виктор медленно опустил взгляд на свои ноги. Тело стало больше похоже на протез, видимо, из-за распространения болезни по телу, пришлось работать со многими участками и ноги не исключение. Виктор неуверенно улыбнулся, медленно поджимая «пальцы» на ногах. Хоть те изначально не принадлежат к нему, но он чувствует. Мужчина перевел взгляд на фигуру в кресле и стал взглядом вопрошать о том что он может сделать сейчас. — Лучший способ их опробовать за дверью и она не закрыта, Виктор. Силко пронаблюдал, как юноша, будучи полным до краёв своего сознания счастьем, выбежал за дверь, впуская в комнату свет коридора. Что-что, а сейчас тот был крайне удивлен лишь тем на что способен наркотик. Печально лишь что теперь оба глаза имели расплывшийся зрачок, а лицо покрыли не только шрамы, но и больные вены. Все же это не подарок феи крестной, а наркотик. Мужчина посмотрел на врача, благодарно кивая тому и выходя после Виктора. Ученый счастливо бегал по песку, что не могло не радовать. — Я по гроб жизни вам обязан! Силко вздрогнул от налетающего звука. Юноша, подбежав, принялся за крепкие объятия, полные благодарности и счастья. Мужчина взял за руку ученого, приближая того к себе второй рукой за талию. — Тогда позволь мне попросить тебя кое о чем… Уверенный шаг мужчины с сединой выбил из колеи Виктора. Но Силко просто хотел выдохнуть, осознавая что он живой и не вредя своей любимой дочери, что так старается почтить его грязное имя своими действиями. Восстание- абсолютно другая история. Сейчас мужчина чувствовал, пусть и мнимое, но все-таки тепло кого-то живого и молодого. Рука прошлась по кудрям парня, ласково завихряя их вверх. — Столько амбиций… Жить я буду не долго, Виктор… Просто дай мне знать, что это будет не в одиночестве… Ты ведь понимаешь, к чему это я? Высокая цена силы аркейна, одно на другое. Виктор вспомнил свои эксперименты с растениями и то, как врач смог избежать смерти его питомца, введя мутацию в спокойный, сладкий сон. Но сейчас это лишь теория, возникшая в голове ученого. «Неужели они… Через мои органы… Почему именно мои? Такое разве возможно» — Виктор даже кивнуть не успел, как Силко потерял равновесие и нуждался в поддержке. Разумеется мужчина подхватил бывшего главу улиц под руку и помог присесть на камень, понимая что теперь он выбрал сторону полноценно.

***

Целую неделю Виктора терзали сомнения. Он должен был предупредить своего друга что цел, но все вокруг никак не проявляло того что Джейс заинтересован в его поисках. За окном льет неприятный, серый дождь. Темно-зеленое небо нависло над все таким же городом. Ученый, крепко держась правой рукой за шест флюгера, внимательно смотрел на силуэт здания совета впереди. Холодный ветер треплет плащ, заглушая иногда своим завыванием шум проливного дождя. Немного помявшись, Виктор поспешил таки навестить своего старого друга. Джейс был занят более важным делом, ведь рядом с ним сейчас столь прекрасная женщина. Виктор уже давно не ревновал друга к его пассии и принялся открывать окно, невольно слушая о том, что они обсуждают. Куча речей о политике снова льется из уст прекрасной девы, что обняла Джейса со спины, будучи уже голой. -… А как же твой друг? — словно не желая напоминать, сказала та и посмотрела в глаза повернувшегося к ней лицом мужчины. Джейс мягко поцеловал её в губы, а руки Виктора остановились. Ученый стал внимательно смотреть на друга через стекло, ожидая от того ответа и надеясь услышать хоть какой-то ответ. Он наблюдал, как загорелый мужчина медленно начинает хмуриться, задумываясь о вопросе что ему задали. Минута молчания была словно пуля меткой Кейтлин. Виктор произвольно сжимал отмычку в руке, пока та не издала характерный звук ломающегося механизма. Слов ученый ждать больше не смел, да и вовсе не желал. Он давно был обижен на то, что происходило в целом. Джейс и не планировал создавать то, о чем они мечтали и говорили? Виктор быстро бежал, желая укрыться от дождя и своих собственных мыслей. Таким пристанищем для него всю неделю являлись пещера врача и его личное укрытие в заброшенной башне. Выбрать тот решил второе место, по пути выкидывая сломанную отмычку и укрывая голову воротником плаща. «Это был его план? Прогнал всех, кто мог ему мешать… Хеймердингер… За что он поступил так с профессором?.. За что поступил так со мной?!» — последний вопрос особенно сильно бился в мыслях. Словно огромный молоток ударял по колоколу, а сам мужчина находился внутри и был вынужден это терпеть. Физическая боль его больше не беспокоила после операции, но было что-то… Это нечто не давало покоя сейчас. Виктор медленно подошел к стене у края и оперся на неё плечом, смотря на то как идет косой дождь. От горячего, после бега, дыхания шел легкий пар. Плеча мягко коснулись и с Виктором поравнялся мужчина. Силко, пожалуй, был единственный с кем Виктор говорил по душам эту неделю. Они много говорили, чтобы им было проще работать вместе, чтобы виктор правильно понимал цель просьбы своего «спасителя». — Красивый вид- протянул мужчина, похлопывая по плечу ученого. — Да… Гораздо приятнее слушать тишину, чем некоторых людей. Виктор мог даже представить как мужчина немного наклонил голову, когда тот приблизился и погладил по спине. По своему приятный голос очень тихо и заботливо спросил: «не расскажешь?». Возможно, это было даже слишком заботливо. Виктор устало уткнулся в плечо мужчины, кивая головой. Ученый покосился на вторую руку, что опиралась на костыль. «Как иронично» — пронеслось в голове мужчины. Силко медленно и заботливо взял за правой рукой, что была свободна от костыля, левую руку Виктора. Оба мужчин стали немного покачиваться в такт, а мешающая опора была быстро отставлена в сторону своим хозяином. — Ты можешь упасть- констатировал Виктор, не поднимая взгляда с плеча, но позволяя манипулировать со своей рукой и талией. Сам же тот положил свободную руку на плечо Силко. — У меня есть кому меня удержать. Оба тихо усмехнулись, соглашаясь с тем что опорой, во всех смыслах этого слова, были пока только они друг для друга. К примеру, Виктор часто занимался исследованиями до поздна и забывал перекусить, а Силко исправлял этот момент как позволяло ему его положение. Мужчина считал, что молодой ученый для него больше как сын, возможная замена и защита от чувства вины к Джинкс. Но позже он стал замечать как Виктор стал больше раскрываться. Он показывал изобретения, чертежи, искал новые методы через порой абсурдные способы, а слушателем мог быть лишь тот кто не может далеко убежать. Плавные, медленные движения, пусть и скованные слабостью ног Силко, были похожи на вальс. Вальс- который танцуют не зрелые подростки, пытаясь научиться не сдерживать порыв эмоций. Вечная тишина и терпение, которое было нужно соблюдать, в силу разных причин, отдавалась в дрожи рук и бегающем взгляде. Даже Силко невольно почувствовал себя моложе, когда Виктор все же поднял взгляд покрасневших от сдерживаемых слез глаз. Мужчина погладил ученого по холодной от дождя щеке, немного ускорив движения. Касания к лицу были последней точкой, после которой Виктор прослезился, вновь представляя перед собой многих старых друзей. Движения вальса стали четче, ярче и увереннее. Виктор был ведомым, иногда крепко прижимаясь за плечи к груди мужчины. На что тот отвечал теплыми объятиями. На холодный пол заброшенной постройки упал плащ Виктора. Под ним была столь же промокшая до нитки, вязаная кофта. Виктор запустил тонкие пальцы протеза под жилетку, расстегивая пуговицы. Силко приблизил Виктора к себе за подбородок, разглядывая обветренные губы и все ещё серые от усталости скулы. — Позже пути назад не будет… Уголек… — Ты всем даешь новые имена? Отчаяние Виктора подтолкнуло того коснуться губами шрама мужчины на щеке. Все ещё теплые руки бывшего злодея стали забираться под кофту и открывать спину. Ученый же снял с того жилетку и резким движением руки распустил тканевый галстук. Новый поворот, вынуждающий Виктора прижаться спиной к стене и начать задыхаться от глубокого и горячего поцелуя. Лента прошлась по воздуху, вырисовывая узор, словно волны с моря. Виктор запрокинул голову, тихо простонав от поцелуев в шею. Ветер продолжал развивать ленту, что парень крепко удерживал в кулаке. Обе руки легли на спину Силко, который уже медленно опустился ниже груди. Тонкие губы злодея бережно проходились по стыкам кожи с механизмами. Оба медленно сползли на пол, продолжая обнимать друг друга. — С…Силко…- тихо выдохнул Виктор, смотря на мужчину. Сам Силко уже опустился к паху Виктора, все так же целуя и оголяя тело. Правой рукой мужчина поднялся вверх к груди и коснулся губ ученого. Тот беспрекословно принял пальцы в рот, начиная их облизывать и целовать кончики пальцев. Силко вальяжно, словно кот, ухмыльнулся, сменяя пальцы во рту Виктора на свой язык. Ученый тихо простонал. Пальцы медленно вошли в того, начиная самую основную процедуру. Силко терпел, наблюдая как мужчина под ним извивается и просит продолжения. Разумеется, ждать Виктора он не заставил и бережно вошел внутрь. Мужчины взялись за руки. Вместе пыхтя, оба уже начинали двигаться на встречу друг другу. Виктор стонал, пока его партнер тихо шептал в ухо ласковые фразы. -Мы одинаковы, Виктор… Мы- единое целое… Оба застонали, особенно прогнувшийся от удовольствия и прослезившийся Виктор. Мужчина посмотрел на злодея, снова его поцеловав. Влажная лента, что все так же была между крепко соединенных в замок ладоней, продолжала развиваться на ветру, желая вырваться под холодный дождь.

***

Виктор поправил небольшой белый бант, что закрепил на шпильце к своей кофте. Прошло уже два месяца. Два месяца тишины и относительного покоя. Силко уже начинал слабеть, чего Виктор пытался избежать всеми силами все это время. И теперь тот готовился к «свиданию». По крайней мере он так это называл, а теперь уже его злодей не сильно сопротивлялся такому исходу событий. Предупредив врача, что того сегодня не будет, мужчина поспешил в старое логово Силко. Туда, к шуму прибоя и мутно-зеленой воде. Виктор не считал эти места ни плохими, ни хорошими. Но к ним был привязан тот, к кому он привязался сам. Мужчина и правда ждал Виктора у моря. Он стоял по пояс в прохладной воде, смотря на подбегающего Виктора, что так боялся опоздать. «Как прекрасно он переживает эти чувства» — констатировал для себя мужчина, погладив по щеке подбежавшего ученого. Тело злодея уже не могло сдерживаться и требовало покоя. — Ты сказал, что это очень важно. Что произошло? Мужчина заботливо провел рукой по все так же растрепанным кучеряшкам брюнета. Силко приблизился, нежно поцеловав ученого. — Прости- прошептал он прямо в губы Виктора, толкая его в воду и закрывая глаза. В голове проносились мысли о правильности действий. Но иначе Силко больше не мог. Его тело начало отторгать все, что можно и нельзя, боли стали невыносимыми и сводящими с ума. Виктор, падая, наблюдал все в замедленной съемке. Он не знал откуда был звук хлопка, а на что он был похож так тем более. Вода наполнила его разум, а в легких стал моментально пропадать кислород. Страх окутал тело, поскольку Виктор попытался подняться за счет помощи Силко. Он вытянул руки, словно пытаясь ухватиться. Последней каплей стало упавшее сверху тело мужчины. Пуля попала тому четко в лоб, а кровь начала стремительно выходить из тела, клубясь вокруг мужчин алыми облаками. Виктор замотал головой, положив руки на лопатки злодея. От напряжения и нахлынувших эмоций тот закричал, не планируя сбежать и всплыть.

Солнце медленно заходило, прячась за зелёно-серыми тучами, а над алым пятном на морской глади плавает белый бантик на шпильке.