Второй шанц на любовь

Тяжëлый рабочий день подошëл к концу. Солнце скрылось за горизонтом, появилась луна. Закрыв дверь кабинета, Мори пошëл к лифту. На удивление, лифт пришëл быстро — видимо, был не далеко. Мори зашëл в лифт и нажал на кнопку первого этажа. Кто-то вызвал лифт на пятом этаже. Когда дверь открылась, перед боссом портовой мафии стоял член исполнительного комитета. — Мори-сан, — склонил голову Накахара. — Заходи. Чуя зашëл в лифт; они спускались на первый этаж. От цепкого взгляда врача не укрылся помятый вид подчинённого и несколько засов на шее, что скрывал чокер. Чуя вышел из здания первым — он пошëл в сторону кафе, около красной машины его ждал парень в дорогом костюме. Мельком Мори осмотрел очередного любовника подчинённого, мысленно желая, чтобы здесь оказался муж члена исполнительного комитета. Будто услышав босса портовой мафии, Осаму вышел из-за дерева, за которым до этого стоял. Рыжик обнял любовника, поцеловал его в щёку; они сели в машину и уехали. У Дазая отпало желание встречать любимого мужа. — Видимо, ждать его не стоит, — вздохнув, сказал детектив. — А ты ждал? — задал вопрос брюнет, подойдя к несчастному. Осаму кивнул. Ринтаро осмотрел шатена. — Опять? — Снова, — усмехнулся Дазай. — Привет, бессонница. — Вам тоже, — улыбнулся детектив. «Неужели, так заметно? Все смотрели и ничего, а он заметил…» — с теплотой подумал брюнет. — Не лучшее место для разговоров, — намекнул босс портовой мафии. Кто-то мог увидеть и убить Дазая, ведь он — «предатель». — А может я для этого и пришëл, — ответил шатен. — Я знаю, зачем ты пришёл, а точнее ради кого, — с лёгкой грустью сказал Мори. Никто уже не мог сказать точно как вечер, медленно переползающий в ночь, стал таким. Выпивая очередной бокал, Мори посмотрел на товарища: Осаму пил вино, а он коньяк. Или наоборот? Цвета подозрительно похожи, думал врач, рассматривая жидкость в своëм бокале и сравнивая с жидкостью у детектива. На полу стояли три пустых бутылки, а на столе почти выпитая четвёртая. Пили они в квартире босса портовой мафии: начинали в довольно уютном баре, а продолжили тут. В голове у Мори мелькнула шальная мысль, он хитро посмотрел на шатена, допивающего алкогольный напиток. Взяв его за плечо, Мори притянул пьяного детектива к себе, стаскивая со стула. — Мори… — не смог договорить пьяный и немного удивлённый детектив. Удивление переросло в шок, ведь они сейчас сидят на кухне бывшего босса и целуются. Мори ждал, он упорно ждал действий и выбирал, что лучше? Но у Осаму был свой ответ. Он слегка придвинулся, отвечая на поцелуй. Мори взял парня на руки и понёс в спальню, бережно укладывая его на белое покрывало и порывисто стягивая с себя плащ, бросая его в сторону. Осаму лежал в рубашке — плащ ещё в начале вечера он снял, оставив на вешалке в прихожей. Мори медленно начал снимать с него одежду, целуя шею и ключицу, вырывая изо рта лёгкий стон. Шатен покраснел то ли от стыда и смущения, то ли от алкоголя. Сняв рубашку с детектива и отбросив в сторону, брюнет наклонился к оголенной груди и, немного помедлив, прикусил сосок, заставив шатена громко простонать. Он начал расстегивать рубашку главы мафии; закончив с верхом, Осаму спустившись ниже, расстегнул ширинку штанов Ринтаро, стал снимать их. Мори стащил со стройных ног бывшего мафиози штаны, открыл прикроватную тумбочку, достав оттуда смазку. — Н-не надо. Я… я… — запнулся шатен, икнув. Огай приподнялся и медленно спросил: — Почему ? — пьяно усмехнулся, наклоняясь ближе. — Ты стесняешься? — с похотливый улыбкой произнёс мафиози, на что Осаму неуверенно кивнул, а его щёки покраснели, но не стал убирать руку Мори. — Я буду очень аккуратен — с нежностью сказал Огай, погладив эспера по щеке. Шатен прикусил губу, неловко кивая. Подаваясь своим желаниям, Осаму обхватил шею Мори, притягивая того к себе и целуя. Брюнет достал смазку. Проникая пальцем в детектива, он сорвал с губ шатена стон. Чужая рука полезла к нетронутому телу, вырывая новые тихие стоны. Когда один палец смог двигаться спокойно, Мори добавил второй, растягивая бывшего мафиози и прильнув к губам. Он поцеловал его, проникая внутрь, исследуя рот детектива; он нежно ласкал стенки его рта языком, но, не удержавшись, поддался похоти, срываясь и возвращаясь к губам, оттягивая, кусая до крови. Детектив зашипел от боли — он ненавидел боль. Не сильный удар по плечу привёл Мори в чувства, возвращая «трезвость» ума. Огай наклонился к Осаму. — Прости, — искренне попросил брюнет. Ему было жаль, он не хотел причинять боль любимому. Получив в ответ тихое «мгм», он продолжил растягивать чужое тело, после чего вытащил пальцы и стал медленно и предельно осторожно входить; Осаму зарылся в волосы Мори. Войдя до конца, Огай стал медленно двигаться, постепенно ускоряясь и выбивая из чужого тела стоны, зажмурив от приятностей глаза. Брюнет ухмыльнулся, всё резче входя в Дазая, сжимая бёдра эспера; за раз Мори зашёл во всю длину. — Огай, — простонал детектив имя мужчины ему в плечо, тяжело дыша и улыбаясь. Мори кончил в шатена. Тяжело дыша, он лëг рядом. Одной рукой обняв возлюбленного, изнеможенный жаркой ночью Осаму быстро уснул. Эффект алкоголя начал проходить. Прислушиваясь к ровному дыханию бывшего мафиози, Мори думал о том, что будет дальше: с одной стороны, сейчас он счастлив, да и Осаму не выглядит грустным: лежит рядом, тихо сопя и улыбаясь, что ещë нужно? С другой стороны, это может быть эффект алкоголя, да и у Дазая есть муж. Только думая об этом, Мори становилось противно: Дазай через себя переступил ради него, а он скачет по любовникам, даже не скрывая этого. Огай почти каждую ночь слышал стоны из кабинета рыжика и прекрасно знал чьи это стоны. Осаму стал ворочаться; перевернувшись на живот и уткнувшись Мори в ключицу, продолжал спать. Отогнав все мысли, Мори поглаживал волосы детектива. Поцеловал в макушку Осаму, Ринтаро погрузился в царство Морфея.