Глава VII Jaon'ycne partayl
25 декабря 2021 г., 17:00
Примечания:
Самое важное воспоминание (мандо'а)
За годы наёмничьей жизни Тирен успел придумать себе предысторию — менее насыщенную, чем настоящая — и часто рассказывал её клиентам, достаточно любопытным для того, чтобы задавать вопросы охотнику за головами. Так же он хотел поступить и в этот раз — рассказать этому бородатому мужчине о том, как он, Парналл Онсогго, был вынужден покинуть пространство Мандалора из-за разногласий со своим кланом. И это могло бы стать большой ошибкой.
К счастью, именно в этот момент девушка, до того сидевшая в кресле за границей действия голопроектора, решила подойти к передатчику. Заметив, что на ней мандалорская броня, Тирен понял, насколько он был близок к полному провалу. Его история была убедительной для человека извне, но любой мандалорец мгновенно заметит в ней множество несостыковок — вроде того, что клана, носящего фамилию Онсогго, не существует. Проблема была ещё и в том, что Тирен никогда не был мастером импровизации: если он попытается на месте «подкорректировать» свою историю, выйдет ещё более неправдоподобно. Оставался всего один вариант: рассказывать всё как есть.
Мандалорец сделал глубокий вдох.
— Меня зовут Тирен Шан, — начал он, — и я последний из своего клана. Несколько лет назад я встретил Эзру Бриджера…
Тирен рассказал обо всём, что происходило в его жизни с того дня, когда он спас синеглазого сироту от штурмовиков. Сказал он и причину, по которой он решил связаться с лотальцем снова.
— Ты хочешь, чтобы Эзра помог тебе убить кого-то? — протянула мандалорка. — Во-первых, зная Эзру, он вряд ли согласится. Во-вторых, кого?
— Дроид-убийца HK-47, — последовал ответ.
Эзра открыл рот от удивления: когда Тирен в последний раз упоминал этого охотника, невозможно было даже представить, что этот охваченный ужасом человек однажды бросит вызов этой машине смерти.
— Кто-то заказал тебе дроида? — удивился Фенн. — Кому это могло прийти в голову?
— Не заказал, — покачал головой Тирен. — Я сам хочу его прикончить. Этот дроид… это существо уничтожило весь мой клан, мандалорца за мандалорцем.
— Один дроид уничтожил целый клан? — опешила Сабин.
— Этот дроид существует уже тысячи лет, — включился в разговор Эзра. — Похоже, его не так уж и просто убить.
— И ты предлагаешь, — возмущённо начала Сабин, — Эзре присоединиться к тебе в охоте на машину для убийств, которую никому не удавалось уничтожить веками? Не слишком ли велик риск?
— Я не прошу немедленного ответа. Эзра, — мандалорец повернулся к юноше, — сообщи мне, когда вы придёте к согласию. Я буду ждать.
Лоталец кивнул.
* * *
— Самоубийство, — подытожил общее мнение Кэнан. Эзра ожидал, что предложение отправиться на охоту за убийцей с тысячелетним стажем вызовет некоторые разногласия среди Фантомов. Но он не ожидал, что Гера окажется настолько против. И что она умеет быть настолько убедительной тоже. Голоса «за» со стороны — ожидаемо — мандалорцев, а также Кэнана (он явно понимал, насколько Тирен дорог Эзре) были задавлены авторитетом Фантома-два. Эзра понимал Геру — тви’лечка панически боялась потерять кого-то из своего экипажа, своей семьи, на этом задании. Понимал, но согласиться с ней не мог. Честно говоря, в глубине души Эзра с самого начала знал, что исход будет именно таким. Ну что же, ему не впервой сбегать от собственной команды. Особенно от Геры. По пути к «Миражу-два» его окликнула Сабин: — Куда это ты собрался? — Да так… — начал было лоталец, но девушка оборвала его: — Как и в прошлый раз, давай пропустим все эти истории. У тебя не так хорошо получается врать, как ты думаешь, — тут Сабин ухмыльнулась. — Итак, повторю вопрос: куда ты собрался? Ни с того ни с сего Эзра решил выложить как на духу, кем именно для него стал Тирен Шан. Как он обучал лотальца сражаться. Как он защищал его. Как он, пусть и ненадолго, заменил ему давно пропавших родителей. — Я не могу его бросить, Сабин, — горячо проговорил Эзра. Юноша чувствовал в себе решимость, которую до того испытывал лишь однажды — в тот памятный день, когда лотальцу было видение о его родителях. — Со мной вы или нет, хотите вы этого или нет — я пойду, и вам меня не остановить. — Хорошо сказано, юноша, — усмехнулся появившийся словно бы из ниоткуда Фенн Рау. — Не горячись, твоя подруга не собиралась тебя отговаривать. Мы летим с тобой. В конце концов, этот Шан — один из нас, мандалорцев. Несмотря на то, что Эзра числился в экипаже «Призрака» уже несколько лет, он всё ещё испытывал чувство приятного удивления каждый раз, когда его друзья так говорили. Около шаттла компанию ждал Кэнан Джаррус. — Я знаю, что вы задумали, — без обиняков заявил он. — Не могу сказать, что полностью одобряю вашу затею, но и остаться в стороне не могу. Пусть Гера и будет в ярости и отчаянии, но я не могу поступить иначе. Я с вами.* * *
За иллюминаторами «Миража-два» мерцала синева гиперпространственнго туннеля. Если бы десять лет назад кто-нибудь сказал Фенну Рау, что однажды он снова будет сражаться бок о бок с джедаями, он бы рассмеялся этому человеку в лицо. Но вот он, летит помогать своему соплеменнику в его миссии всей жизни, а рядом с ним сидят двое джедаев и мандалорка, считающаяся своим кланом предательницей. Воистину, разрыв договора с Империей стоил того. Чего не скажешь о гибели Защитников от рук Саксонов. — Кстати, — вдруг заговорил Эзра, — а почему вы так спокойно отнеслись к рассказу Тирена? — А что, должны были как-то иначе? — отозвалась Сабин. — Ну… ему всегда казалось, что другие мандалорцы будут его… — Эзра замялся в поисках подходящего слова, — осуждать за трусость. За то, что он подался в бега, после того, как этот дроид перебил его семью. «Семью. Какой забавный выбор слов» — подумал Защитник. — На его месте, юный Бриджер, я бы поступил точно так же. — Фенн всё же решил включиться в разговор. — Разве отступить от более сильного противника с тем, чтобы вернуться позже с новыми силами — это трусость? Разве сохранение своей жизни вместо бездумной и бесполезной жертвы — это трусость? — Нет, — слегка ошарашенно пробормотал Эзра. Похоже, только что Фенн совершил небольшой переворот в представлении парнем мандалорской культуры. — Напротив, — продолжал Защитник, — наш народ не испытывает большого уважения к людям, жертвующим собой безо всякого смысла. Сидящие в шаттле замолчали. План действий был обговорён вместе с Тиреном как только герои покинули «Призрак»: они должны были встретиться на Лотале, а затем ждать, когда информация о прибытии Шана на родину Эзры достигнет HK-47. Рискованно, но лучше, чем самим пытаться выследить дроида-убийцу. Вдруг одна из лампочек на приборной панели «Миража» замигала, сигнализируя о входящем вызове. Кэнан, сидевший в кресле пилота, нажал на кнопку, и перед лобовым стеклом возникла голограмма Геры. Глаза тви’лечки метали молнии. — Кэнан Джаррус, — рассерженно начала Гера, — несколько минут назад «Мираж» отстыковался от «Призрака», о чём меня любезно уведомил мой астромеханик. По странному стечению обстоятельств, в это же время с корабля пропали ты, Эзра, Сабин и Рау. Не изволишь объясниться? — Дорогая, — с улыбкой начал Кэнан, — ты же знаешь, мы никогда не отказываем, если у нас попросят помощи. Обычно ты ещё добавляла «кроме особых случаев». Эзра и Сабин не сочли этот случай особым, Фенн Рау, видимо, тоже. Кроме того, — тон Кэнана посерьёзнел, — ты бы сделала то же самое, будь на месте этого мандо, скажем, Чэм Синдулла. — Где мой отец для меня и где… — начала было Гера, но тут в разговор решил включиться Фенн: — Осторожнее, капитан Синдулла, — сказал он. — Из рассказа Бриджера об этом мандалорце я убедился, что тот стал юноше едва ли не дороже родного отца, пропавшего много лет назад. Тирен Шан спас ему жизнь, а позже оберегал и… — Рау замялся, подыскивая подходящее слово в общегалактическом — Защитник не хотел без нужды переходить на мандо’а, — растил мальчишку, стараясь следовать нашим традициям воспитания. Не стоит недооценивать их связь. Гера глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. — Хорошо, — после долгой паузы проговорила она. — Только… прошу, не рискуйте собой понапрасну. Я не переживу, если кто-то из вас… — тви’лечка замолчала, не в силах окончить предложение. — Разве мы хоть когда-то рисковали собой понапрасну? — усмехнулся Кэнан. Гера закатила глаза. Спустя секунду её голограмма исчезла. — Вот и поговорили, — подытожил Эзра. — Могло быть и хуже.* * *
С последнего визита Фантомов Лотал почти не изменился. Повстанцев, шедших к Йелату — одному из поселений близ столицы — окружали бескрайние золотистые прерии, среди трав которых прятались лот-коты, над горизонтом вздымались одинокие горы, освещаемые восходящим солнцем, а над всем этим раскинулось усеянное белыми облаками голубое небо. В такие моменты легко можно было забыть, насколько крепкой хваткой держит этот мир Империя. Спустя всего несколько минут после того, как герои покинули «Мираж-два», Эзру уже окружили местные обитатели. Сабин усмехнулась: каждый раз, когда Фантомов заносило обратно на Лотал, лот-коты так и липли к синеглазому юноше, словно бы между ними существовала какая-то связь. Между тем, герои подошли к посёлку. Сабин опасалась, что коты проследуют за Эзрой и дальше, привлекая к повстанцам ненужное внимание. К счастью, зверушки, словно почуяв его мысли, тут же разбежались, стоило Эзре войти в посёлок. В Йелате штурмовиков было меньше, чем в столице — сказывалось отсутствие важных объектов, да и время было раннее, — но всё же больше, чем до того, как Траун взял дело в свои руки. Стоило отдать должное: чисс умел распоряжаться вверенными ему ресурсами. Наконец, Фантомы добрались до кантины — одного из немногих двухэтажных зданий в посёлке. Здесь они условились встретиться с Тиреном. Войдя в помещение, они увидели, что тот уже ждал их за одним из столиков. Мужчина сильно выделялся среди посетителей кантины своими доспехами. Впрочем, по плану он и не должен был прятаться — скорее, наоборот. Заметив Эзру, Тирен помахал ему рукой. Фантомы подсели за столик к мандалорцу. Дядя Тирен, — начал Эзра, — с Сабин и Фенном Рау ты уже знаком, — лоталец кивнул в сторону названных мандалорцев, — а это — Кэнан, мой учитель. Тирен и Кэнан обменялись сдержанными кивками. Сабин вздохнула: воистину, взаимная неприязнь мандалорцев и джедаев друг к другу практически неистребима. — Хорошо, что вы прибыли, — проговорил тем временем Тирен. — Честно говоря, я не ожидал на… — он обвёл взглядом сидящих за столом, — такую помощь. — Улизнуть одному не получилось, — развёл руками лоталец. — Пришлось предложить присоединиться. К слову, нам уже стоит беспокоиться о кровожадных машинах смерти, рыщущих в округе? — Вряд ли, — серьёзно ответил мандалорец. — Я на планете всего пару часов, и большую часть этого времени я провёл здесь. Парочка подозрительных личностей попадалась, но сомневаюсь, что они уже успели донести своему господину о своём прибытии. — «Господину»? — нахмурился Рау. — С каких пор кто-то называет дроида, пусть даже и очень древнего, «господином»? — Это… — Тирен замялся, — очень необычный дроид. Сами всё увидите, когда он будет здесь. Сабин мысленно кивнула. Сама она в детстве слышала от матери истории о джедае, возглавившем Республику в годы одной из войн с мандалорцами, когда весь остальной Орден отсиживался где-то в уголке. Урса Врен тогда рассказывала, что этот джедай путешествовал вместе со своей командой, в которую входил и этот HK-47. Если этот дроид-убийца застал настолько древние времена, то кто знает, какие навыками он успел обзавестись за свою долгую жизнь?* * *
Теперь каждый день команда проводила в поисках признаков прибытия дроида на Лотал. В сам город по понятным причинам старались отправлять Тирена, повстанцы же осматривали окрестные посёлки, вроде Йелата. Однако эти поиски были бесплодны. Эзра даже высказал предположение, что дроид просто-напросто забыл о Тирене. Впрочем, тот быстро урезонил его: — Этот дроид охотился за мной уже два десятка лет. Нет ни единой причины, по которой он бы прекратил преследование сейчас. Кроме того, пара дней — не такой уж и большой срок. Запасись терпением. А ещё за эти дни у Тирена состоялся разговор с Сабин и Фенном Рау. Последние после слов Эзры о том, что Шан считает себя трусом, решили серьёзно поговорить на эту тему с соплеменником, как только представится возможность. Защитник почти слово в слово повторил тому свои слова, сказанные Эзре, когда повстанцы летели на Лотал, а Сабин заявила, что не ей, dar’manda, покинувшей свой клан, судить о поступках Тирена. Наконец, по прошествии пяти дней с тех пор, как повстанцы вернулись на Лотал, HK-47 объявился. Тирен, сейчас больше смахивавший своей одеждой на обычного жителя Лотала, шёл по одной из улиц столицы. Стоял полдень, так что людей вокруг было много: некоторые куда-то спешили, а некоторые, в том числе и сам Шан, шли прогулочным шагом, не ставя перед собой цели идти куда-то конкретно. В толпе всех этих людей в бежевой, голубоватой или оранжевой одежде особо выделялись штурмовики своей блестящей белой бронёй. Их тоже хватало: как-никак, с приходом Трауна стратегическая значимость Лотала в глазах имперского руководства резко возросла. Вдруг Тирен заметил ржавую фигуру протокольного дроида, стоявшую рядом с округлой стеной одного из зданий и слегка выделявшуюся из толпы своим ростом. Он выглядел необычно: в отличие от современных протокольников, которым часто старались придать сходство с людьми, создатели этого дроида, похоже, вдохновлялись какой-то давно исчезнувшей расой: центр его лицевой пластины как бы выступал над остальной её частью, а по бокам от него располагались две горевших оранжевым щёлочки, служивших машине глазами. Дроид-убийца HK-47. Тирен похолодел: всё же встреча с машиной, когда-то уничтожившей весь твой клан, пугала до жути. К счастью, дроид его не заметил: мандалорец носил одежду, типичную для жителей Лотала, а также шляпу, поля которой хорошо скрывали лицо. Этого, а также толпы, окружавшей Тирена, оказалось достаточно, чтобы древняя машина для убийства не смогла его разглядеть как следует. Мандалорец оперативно — насколько это было возможно в таком потоке людей без привлечения внимания — ретировался. Пройдя пару улиц, он наконец остановился и приступил к планированию дальнейших действий. Первым делом Тирену следовало оповестить команду о том, что HK-47 наконец объявился на Лотале. Уже затем можно было совместно продумывать план действий. Тирен решил сначала отправиться к Эзре. На эти пять дней лоталец обосновался в заброшенной телебашне — своём старом убежище, в котором юноша жил ещё до того, как повстречал Фантомов. Туда сейчас и направлялся мандалорец на своём спидере. Наконец, он добрался до вышки. Поднявшись наверх, он увидел Эзру. Юноша стоял на смотровой площадке, положив руки на ограждение, и глядел на город вдали. Тирен подошёл к лотальцу и встал рядом. — Он здесь, — тихо проговорил Тирен.* * *
Повстанцы собрались во всё той же кантине в Йелате. День клонился к вечеру, так что в помещении было весьма людно, но героям тем не менее удалось найти свободный столик, вокруг которого они сейчас и сидели. — Какие будут идеи? — спросил Эзра. — Сколько у нас времени? — поинтересовался в ответ Фенн. — Неплохо было бы знать, в каких рамках мы должны строить план. — У машины обширная сеть информаторов, — отозвался Тирен. — Скорее всего, в запасе у нас часов пятнадцать. — Этого достаточно, чтобы мы смогли где-нибудь укрепиться. Мы изначально в позиции обороняющихся, а значит, можем дать бой на своих условиях. Не будем же упускать эту возможность. — Нам нужно место, достаточно удалённое от города — лишнее внимание со стороны ведроголовых нам ни к чему, — подала голос Сабин. В идеале это должно быть какое-то здание с узкими проходами — на случай, если дроид пригонит свою «обширную сеть» и будет использовать её как живой щит — из которго хорошо просматриваются окрестности. — Вышка Эзры подходит по всем параметрам, — заметил Кэнан. — В точку. Мы можем засесть внутри и ожидать прихода гостей. — Напомню, что мой дом рассчитан на мея одного, — запротестовал Эзра. — Ну, мы же не собираемся там жить, — ухмыльнулась Сабин. — Я уверена, ты переживёшь ещё пару часов в обществе своего ни-в-коем-случае-не-приёмного-отца. Эзра открыл было рот, но так и не нашёлся, что ответить мандалорке. — А саму вышку можно окружить чем-то вроде мин, — заметил Фенн. Защитник был явно увлечён составлением плана обороны и ничто другое его сейчас не волновало, в том числе болтовня младших членов команды. — Хорошая идея, — кивнула Сабин. — «Позаимствуем» пару баков чего-нибудь взрывающегося у ведроголовых, а я установлю детонаторы с датчиками движения.* * *
К наступлению ночи всё было готово. Как и было обговорено, герои обосновались в заброшенной телебашне неподалёку от столицы: один — сейчас это был Тирен — стоял на смотровой площадке и следил за окрестностями, остальные же сидели в комнате, когда-то служившей Эзре жилищем. По ровной металлической площадке, окружавшей вышку, были расставлены ящики-укрытия, а дальше, в высокой желтоватой траве, были спрятаны импровизированные мины Сабин: красные баки с горючим, украденные с одной из имперских авиабаз, с прикреплёнными к ним термодетонаторами. Стоит мандалорке нажать пару кнопок на своём наруче, и бомбы станут активны, а любого, кто подойдёт к убежищу героев, будет ждать пренеприятный сюрприз. Несомненно, повстанцы хорошо подготовились к обороне. Впрочем, Тирен не был уверен, что даже этого будет достаточно, чтобы остановить HK-47. Иногда мандалорцу казалось, что этот дроид — Смерть во плоти, и если уж он вознамерился тебя убить, однажды он своего добьётся, сколько бы ты не прятался и как бы сильно ты не готовился к встрече. Впрочем, подобные фаталистичные мысли нисколько не ослабляли решимость Тирена, скорее даже наоборот: если всё предрешено, то зачем прятаться? Глядя на луны Лотала, клонившиеся всё ближе к горизонту, мандалорец снова прокручивал все события, которые произошли с ним со дня прошлой встречи с Эзрой и в конечном счёте привели его сюда. Спустя несколько месяцев после того задания Тирен, в очередной раз прокручивая поведение лотальца, вдруг кое-что понял. Он впервые по-настоящему осознал, насколько Эзра предан своим идеалам: даже сам Шан, который, видимо, был для юноши ближе всего к понятию «непререкаемый авторитет», не мог заставить его отвернуться от своего неприятия убийства, от своего весьма необычного, но всё же кодекса чести. Качество, высоко ценимое многими мандалорцами. Именно этого упрямства и недоставало Тирену, чтобы открыто сразиться с HK-47. По крайней мере, так думал сам мандалорец. Случайная встреча с охотником за головами из клана Фетт на одном из заданий лишь укрепила решимость Тирена перенять это качество у своего подопечного. Верность этого наёмника-мандалорца своей родине изрядно поугасла, подобно тому, как облупилась краска на его некогда ярко-зелёной броне. Но Боба сохранил главное — решимость следовать своему кодексу чести — а верность восстановить ненамного сложнее, чем нанести новую краску. Та встреча была всего пару недель назад. И вот он стоит, глядя в лицо приближающемуся кошмару с гордо поднятой головой. Мандалорец отдавал себе отчёт в том, что даже если проклятый дроид и будет уничтожен, он сам может не пережить эту ночь (почему-то Тирен был уверен, что уже до рассвета всё решится). Теперь он сожалел лишь об одном: что Эзре так и не удалось стать мандалорцем. Что он, возможно, никогда не сможет назвать своим сыном того, кого уже почти считал таковым. Вдруг Тирен заметил что-то на горизонте. Быстрым, отточенным движением мандалорец надел шлем и опустил к глазам дальномер. Приблизив изображение, он увидел два десятка трандошан, направлявшихся на спидерах к вышке. Судя по их снаряжению, настроены ящеры были весьма недружелюбно. Время, отведённое на рефлексию, подошло к концу. HK-47 наконец настиг свою жертву.* * *
Тирен, не снимая шлема, ворвался в комнату, где сидела остальная команда. — Они здесь! — объявил мандалорец. На секунду эта новость привела героев в замешательство, но они тут же опомнились и пришли в движение: сидевшие до этого Кэнан и Фенн встали, а Сабин нажала что-то на своём наруче — очевидно, активировала мины. Спустя всего полминуты вся команда уже выходила из двери в основании телебашни. Стоило им только выглянуть, как они увидели взрыв первой из мин: оранжево-красное пламя взрыва взметнулось вверх, и несколько спидеров с трандошанами полетели в разные стороны. Трава, окружавшая импровизированную мину, загорелась. Псле первого же взрыва трандошане остановились и пригнулись, укрывшись в высокой траве. До этого наёмники рассчитывали на эффект неожиданности, но сейчас последней банте было ясно, что эта ставка провалилась, так что ящеры экстренно меняли свой план. Между тем, всё больше травы становилось охвачено огнём. Это грозило стать большой проблемой: если сама вышка была окружена металлической площадкой, и постанцы могли не бояться распространявшегося пожара, то вот созданное ими минное поле из бочек с горючим могло быть попросту уничтожено пламенем. И герои опасались, что трандошане тоже до этого додумаются и просто выждут, пока пожар не потухнет, сделав всю работу по разминированию за них. К счастью, никому из ящеров такая идея в голову не пришла. Впрочем, совсем тупыми нападавших было назвать нельзя: трандошане ползли дальше под прикрытием высокой травы и, судя по тому, что взрывы раздавались довольно редко, старались найти слепые зоны у датчиков движения детонаторов. Вскоре взрывы совсем затихли: видимо, наёмники нашли слабое место устройств. Знала его и Сабин: если ползти у самой земли и при этом достаточно медленно, желательно с остановками, то датчик тебя не заметит. — Если бы не трава, ящерицы были бы сейчас как на ладони, — тихо проговорил Фенн. — Как жаль, что мы не можем их видеть. — Вы не можете, — отозвался Кэнан, доставая свой DL-18. — А нам с Эзрой необязательно видеть цель, чтобы поразить её. Тирен достал один из своих Westar’ов из кобуры и вручил его Эзре. — Покажи, что я не зря тебя учил, — усмехнулся мандалорец. Лоталец коротко кивнул. Затем он закрыл глаза и сконцентрировался. Спустя несколько секунд он увидел, нет, почувствовал области в траве, где Сила словно бы искрилась эмоциями. Трандошане. Эзра перевёл бластер в парализующий режим и выстрелил в ближайшее возмущение. Рябь в Силе не исчезла полностью, но сильно поутихла, сделавшись едва ощутимой — он попал. Справа от себя лоталец услышал звук ещё одного выстрела — это был Кэнан. Ещё один огонёк эмоций погас. Со стороны трандошан донеслись крики: ящеры поняли, что и этот их план раскрыли. Несколько наёмников даже решили подняться и бежать напролом, но их срезали выстрелы мандалорцев, молниеносно выхвативших свои бластеры. Одному трандошанину не повезло дёрнуться рядом с миной: над травой расцвёл ещё один цветок взрыва. Джедаи продолжили стрельбу. До металлической площадки добралось от силы два-три ящера, которых парой выстрелов добили мандалорцы. Эзра протянул бластер обратно Тирену, но тот жестом попросил лотальца оставить оружие себе. — Чистая работа, — донеслось из-под шлема Сабин. Атака была отбита, но это явно была всего лишь первая волна: в конце концов, сам HK-47 ещё не объявился. Между тем, по подсчётам Сабин, минное поле значительно поредело, а с учётом пожара, к приходу второй волны от их линии обороны ничего не останется. Минут через пять трава вокруг вышки полностью догорела, оставив лишь почерневшую от пламени землю. Вокруг всё ещё лежала пара-тройка бочек, покрывшихся копотью от жара, но этого было мало. Да и потом, теперь, когда вся трава сгорела, в минах не было никакого смысла. А на горизонте уже виднелась следующая группа трандошан. Герои поспешили спрятаться за заранее расставленными ящиками. Эзра и Кэнан, конечно, могли бы прикрыть своими световыми мечами мандалорцев от выстрелов наёмников, но повстанцы решили не раскрывать свои карты без необходимости. Стоило трандошанам приблизиться к позициям героев, как на них обрушился град выстрелов сразу из семи бластеров. Ящеры падали на выжженную землю один за другим под огнём повстанцев, но, несмотря ни на что, нескольким всё же удалось добраться до них. Неприятным сюрпризом для Тирена оказалось то, что трандошане были вооружены смертоносными на малой дистанции энергетическими дробовиками. Beskar’gam, конечно, выдержал, но удар всё равно был ощутимым. Несмотря на всю прочность мандалорской брони, нескольких попаданий вплотную из этого оружия будет достаточно, чтобы пробить даже её. А ещё световой меч не мог отразить все восемь зарядов, выпускаемых этими дробовиками, за раз. К счастью, ни один из трандошан не успел сделать второй выстрел: выстрелы повстанцев настигли ящеров раньше. Вторая волна была отбита. Повстанцы получили время на короткую передышку. Когда на горизонте показалась третья группа врагов, на востоге уже забрезжила утренняя заря. Ночь близилась к концу. По-видимому это был последний отряд: трандошан было заметно меньше, чем в предыдущих волнах — очевидно, это были все, кто остались — а впереди наёмников шла высокая фигура дроида-убийцы. HK-47 наконец-то вышел на охоту лично. Повстанцы быстро перестреляли ящеров и открыли огонь по дроиду. Безрезультатно: заряды бластеров оставляли на корпусе дроида лишь едва заметные отметины, не причиняя урона самой машине. HK-47 размеренной поступью надвигался на героев, никак не реагируя на ливень из бластерных зарядов, обрушившийся на него. Поняв тщетность своих действий, повстанцы прекратили огонь. Дроид остановился в десятке метров от ящиков, за которыми они прятались. Из динамика, расположенного внизу выступа на лицевой пластине машины, проскрежетал абсолютно лишённый эмоций голос дроида: — Наблюдение: ты наконец-то перестал прятаться, Тирен Шан, — отчеканил он. — Насмешка: твой кодекс чести запрещает тебе убегать в страхе дольше двадцати стандартных лет? Вместо ответа Тирен выстрелил в HK-47 из бластера. Разумеется, эффекта это не возымело. — Бессмысленный расход энергии оружия. Мою броню не пробить вашими бластерами. У вас нет шансов против меня. Предложение: отдайте мне Тирена Шана, и я отпущу вас. — Никогда! — решительно ответил Эзра. Глаза дроида мигнули: — Благодарю. С удовольствием прикончу вас, мешки с мясом. Из левого предплечья дроида выдвинулась ракетная установка. HK-47 прицелился и выпустил ракету в ящик, за которым прятался Кэнан. Джедай едва успел отпрыгнуть, прежде чем прогремел взрыв. HK-47 снова мигнул глазами и выдвинул скорострельный бластер из правого предплечья и прицелился в шатена. В мгновение ока тот активировал свой световой меч. Синее лезвие столкнулось с красными сгустками энергии, отражяя их обратно в сторону дроида. Как и в случае с выстрелами самих повстанцев, заряды собственного бластера не причинил тому никакого вреда. HK-47 тут же заменил ракетницу на второй бластер. Понимая, что его учитель не справится один с таким шквалом огня, Эзра бросил бластер обратно Тирену, а сам поднялся из-за укрытия и включил свой меч. Лезвие осветило зелёным лицо лотальца. — Наблюдение: джедай с падаваном сражаются вместе с мандалорцами. Насмешка: хорошо, что мой старый хозяин этого не видит. Не поняв практически ничего из слов дроида, Эзра бросился вперёд. Древний убийца тут же открыл огонь из второго бластера по Эзре, вынуждая того уйти в глухую оборону. Теперь оба джедая были скованы необходимостью отражать сгустки энергии, летевшие в них непрерывным потоком. С другой стороны, свободные руки у HK закончились. Это был шанс для мандалорцев. Фенн, Тирен и Сабин поднялись из-за своих укрытий, открывая одиночный огонь по дроиду. Теперь они не пытались пробить его броню, но прощупывали её, искали в ней уязвимые места. Наконец, Сабин удалось найти одно такое: попадание в неприкрытое сочленение между правой рукой и туловищем дроида, где, вероятно, тоже когда-то находилась броня, заставил того на краткий миг прекратить огонь из своего правого бластера. Все трое мандалорцев тут же принялись обстреливать уязвимую точку. Интенсивность огня HK по Эзре значительно снизилась, что позволило тому приблизиться к дроиду. Вдруг дроид резко прекратил огонь. Глаза его мигнули красным, и он начал уворачиваться от выстрелов мандалорцев с неожиданной резвостью. По виду этой машины и не скажешь, что она способна двигаться с такой прытью, а главное, гибкостью. Через пару секунд он снова прижал Эзру и Кэнана огнём — по-видимому, приноровился к такой манере боя. Если интенсивность его огня и упала, то едва ли достаточно, чтобы джедаи смогли перейти в наступление. Если бы кто-то сейчас наблюдал за битвой, развернувшейся у заброшенной башни связи E-272, он был бы поражён сюрреалистичностью картины: трое мандалорцев, чей народ имел репутацию величайших воинов в галактике, и двое джедаев, всемогущих рыцарей добра из былых времён, сражались с одним-единственным насквозь проржавевшим дроидом, напоминающим по виду протокольника, сражались и не могли одолеть. Однако таких наблюдателей не нашлось: единственными свидетелями этого противостояния были прятавшиеся в высокой траве лот-коты и две луны Лотала. Между тем, Сабин выпустила в HK ракету из своего реактивного ранца. Это возымело эффект: огонь бластеров дроида затих. У мандалорки мелькнула безумное предположение, что древний убийца всё же повержен, но спустя какую-то пару секунд из дыма от взрыва появилась знакомая фигура. — Бессмысленно, — отчеканила машина. — Вы, видимо, не поняли: меня нельзя уничтожить. Но я рад, что вы продолжаете сопротивляться. Сражение с вами доставляет мне удовольствие, особенно тем, что исход его предрешён. Вероятно, HK хотел снова открыть огонь, но Кэнан и Эзра уже подобрались вплотную к дроиду. Тот тут же убрал бластеры и выдвинул вибромечи из предплечий. Металлические лезвия с громким, режущим уши скрежетом скрестились с зелёным и синим световыми мечами. Эзра ожидал, что вибромечи не выдержат жара плазменного лезвия. Какого же было удивление лотальца, когда металлический клинок не то что не распался, едва ли вообще накалился от контакта со световым мечом! — Старый хозяин позаботился о том, чтобы никакие мешки с мясом не представляли мне угрозы, — проскрежетал дроид. Даже джедаи и ситхи. Чистый бескар. Лезвия вибромечей HK-47 целиком состояли из этого бесценного металла. Никаких примесей. Сколько же создатель этого монстра потратил средств и усилий для вооружения своего детища? HK-47 атаковал джедаев. В лучшие свои годы навыки фехтования у дроида были отточены до предела: каждый его удар был безупречно выверенным, каждое его движение было идеально просчитанным, и всё это подкреплялось опытом десятков дуэлей с чувствительными к Силе. Если бы Эзра и Кэнан столкнулись с ним тогда, у них не было бы ни единого шанса даже с учётом огневой поддержки мандалорцев, не оставлявших попыток поразить уязвимые места дроида. И хотя даже сейчас, спустя тысячелетия, дроид всё ещё оставался грозным соперником, его движения были не так точны, как когда-то, а память о предыдущих битвах на мечах не избежала процесса деградации: даже электронный мозг способен стареть. Сохранившихся навыков хватало, чтобы сражаться с джедаем и его падаваном на равных, но не более того: в поединке установилось шаткое равновесие, которое мог нарушить любой пустяк. Этим «пустяком» стал удачный выстрел Тирена. Мандалорцу удалось попасть во всё то же правое плечо. Пропущенный удар от Эзры по всё тому же плечевому сочленению стоил древнему убийце руки. Равновесие поединка было нарушено, и теперь Кэнан со своим учеником теснили HK-47, вынужденного сражаться всего одним лезвием. Понимая, что проиграл, HK активировал свой последний козырь: при помощи реактивных двигателей в спине и стопах дроид совершил фантастический прыжок длиной в пару десятков метров, после чего с невообразимой для такой конструкции скоростью бросился прочь от джедаев. Кэнан и Эзра было бросились за ним, но их остановил окрик «Стойте!» Тирена. — Эта битва близится к завершению, но она моя, и закончить её должен я один. Развязка наступит, когда я настигну HK-47. Вы же должны остановиться и ждать меня здесь. Эзра уставился на Тирена с широко раскрытыми глазами. — Ты не можешь, — покачал головой лоталец. — Ты же видел, на что он… на что оно способно. Даже с одной рукой оно уничтожит тебя. — Это мой долг, — отозвался Шан. — Долг перед своим кланом. — Ты не должен своему клану бессмысленную смерть в безнадёжном бою, — отозвался Фенн. — Я могу понять, что ты не желаешь, чтобы в развязке этой битвы принимал участие кто-то из нас, но юный Бриджер — другое дело. По его словам, ты обучал его в течение года. Он имеет полное право присоединиться к тебе в этой битве. Секундное колебание Тирена растянулось для Эзры на целую вечность. Наконец, мандалорец кивнул: — Хорошо. Пожалуй, ты прав, Рау.* * *
Два спидера мчались над осещаемыми мягкими золотистыми лучами восходящего солнца прериями Лотала. Эзра Бриджер и Тирен Шан преследовали свою цель. Последний был погружён в раздумья. В прошедшей битве Эзра показал себя настоящим воином, умелым и, что куда важнее, храбрым. В один момент сражения Шану даже показалось, что против наёмников HK-47 сражаются не трое, а четверо мандалорцев — настолько тогда Эзра походил на представителя его народа. Не своим видом, нет, но своими действиями, своим бесстрашием. Возможно, последний из клана Шан всё же поспешил с выводами? Возможно, ещё есть… Не додумав мысль до конца, Тирен остановил спидер. Эзра, последовавший его примеру, удивлённо взглянул на мандалорца. — Что случилось? — спросил юноша. — Эзра Бриджер, — торжественно начал Тирен. — Этой ночью я видел, тебя в деле. Я видел твоё бесстрашие, твоё мужество, и понял, что ошибался, что ты готов. Что ты был готов уже давно. — Готов к чему? — озадаченно спросил Эзра. — К тому, ради чего я тебя опекал и обучал много лет назад, — тихо проговорил Тирен, нажав что-то на своем наруче. — К тому, чтобы стать одним из нас. Ni kyr’tayl gai sa’ad — Ezra. Эзра потерял дар речи от удивления. Однажды Тирен рассказывал ему о Церемонии имени и души — усыновлении кого-либо мандалорцем. И теперь Шан официально объявил Эзру членом своего клана. Тирен впервые назвал его своим сыном. В глубине души Эзра мечтал об этом с того дня, когда мандалорец взялся за его обучение. Лоталец отказывался признаваться себе в этом даже тогда, когда Тирен сказал ему, что парню не суждено стать мандалорцем. С того дня юноша старался демонстрировать безразличие к мандалорской культуре, рассказы Тирена о которой он слушал с такой жадностью. Такое же безразличие, которое он старался демонстрировать к судьбе своих родителей, Эфраима и Майры Бриджеров. Но вот Тирен объявил Эзре, что тот отныне мандалорец, и это безразличие растаяло подобно тому, как растаяло в день, когда юноша узнал о смерти своей семьи. В последний раз Эзра был так счастлив, когда Сабин показала ему их фото. — Vor entye, ner buir, — прошептал юный мандалорец.* * *
Наконец, после получаса погони, Эзра и Тирен Шаны настигли HK-47. Дроид стоял посреди прерии, даже не пытаясь прятаться или убегать. Желтоватая трава доходила ему до колен. Из предплечья уцелевшей руки был выдвинут вибромеч. Убийца ждал их. — Насмешка: даже джавы передвигаются на своих краулерах скрытнее, чем вы на спидерах, — просрежетал он. Вместо ответа Тирен выхватил свои бластеры, а Эзра — световой меч. — Наблюдение: остальные мешки с мясом остались у башни, — продолжил HK. — Очевидно, цель вашего пребывания здесь — задобрить меня, дав мне возможность легко убить вас. Я с радостью принимаю этот подарок, но не стану ограничиваться им. Древний убийца бросился в атаку на мандалорцев, Эзра побежал навстречу. Ещё несколько секунд, и серое лезвие скрещивается с зелёным. Как и в прошлый раз, Тирен открыл огонь по дроиду, стараясь поразить его уязвимые места. Однако теперь, когда мандалорец стрелял в одиночку, HK без труда уворачивался от выстрелов. Более того: в дуэли против всего лишь одного джедая машина могла позволить себе действовать более рискованно. Когда мечи Эзры и HK вновь скрестились, дроид вдруг отпрыгнул и вытянул руку в сторону Тирена, одновременно заменяя холодное оружие на бластер. Всего через секунду на Тирена обрушился ливень из красных лучей. Спасла мандалорца лишь отменная — во многом благодаря Силе — реакция Эзры: всего пара выстрелов попали в броню Шана-старшего, прежде чем его сын встал между ним и дроидом, отражая своим мечом выстрелы. Складывалась ситуация, похожая на начало боя у вышки. Только теперь у HK-47 была лишь одна рука, чтобы сражаться, так что ни у одной из сторон сейчас не было преимущества. Дроид осознавал это, и, похоже, такое положение его не устраивало: он вновь сменил бластер на вибромеч и вернулся к изначальной тактике. Через некоторое время HK опять поменял стиль боя: вместо того, чтобы теснить Эзру, он начал пытаться обойти его — очевидно, чтобы добраться до Тирена. И хотя пока что лотальцу удавалось не подпускать дроида к своему отцу, он понимал, что вечно это продолжаться не может: в конце концов он допустит ошибку, и тогда его отец окажется под ударом. Нужно было срочно что-то придумать — на то, что Тирену снова повезёт попасть в крохотную, непрерывно двигающуюся мишень рассчитывать не стоило. Схватка всё накалялась: движения HK-47 ускорились до предела, и Эзра едва поспевал за темпом дуэли. Долго он так не выдержит. Вдруг Эзре пришла в голову рискованная идея. Несколькими минутами ранее он бы, вероятно, отмёл её, но сейчас мандалорцу нужно было любой ценой переломить ход поединка. За миг до того, как мечи в очередной раз скрестились, джедай отпрыгнул в сторону, оставляя Тирена открытым. HK тут же бросился к мандалорцу. Эзра развернулся и толкнул машину Силой, выставив обе руки вперёд. Дроид не упал, но был выбит из равновесия. Эзра тут же бросился в атаку; дроид едва успел заблокировать удар джедая и теперь отступал. Впрочем, продолжалось это недолго: изначально находясь в проигрышной позиции, древний убийца вскоре упал на землю под градом ударов Шана-младшего. Теперь он отчаянно отползал от Эзры. С каждым следующим ударом зелёное лезвие становилось всё ближе к грудной бронепластине машины. Мандалорцы практически чувствовали себя победителями. Чего и добивался HK-47. Очередной удар зелёного светового меча пришёлся на корпус дроида. С ужасом Эзра увидел, что, подобно вибромечам, нагрудная пластина HK выдержала удар. Не только оружие дроида было сделано из бескара. — Как я и предупреждал, мешки с мясом: меня нельзя уничтожить. Дроид откатился в сторону и с помощью своих реактивных двигателей совершил ещё один прыжок, казавшийся абсолютно невозможным, в сторону Тирена. Удар Эзры, который должен был отрубить дроиду голову, пришёлся тому в область незащищённой талии, отсекая ноги от туловища. Однако это ничего не изменило: на реактивной тяге то, что осталось от дроида, долетело до Шана-старшего, и прежде, чем мандалорец смог что-либо сделать, лезвие вибромеча отсекло тому голову безупречно выверенным ударом в горло. — НЕТ! — закричал Эзра. Он бросился к месту, где упал HK-47. Дроид едва ли пытался защищаться: в сложившейся ситуации единственной развязкой могло быть прекращение его функционирование, и сопротивление было бессмысленным. Спустя десяток секунд с машиной было покончено: очередной яростный удар Эзры отделил голову дроида от тела. С полубезумной машиной, убивавшей органические формы жизни не только ради денег, но и из ненависти, в течение четырёх тысяч лет, было покончено. Жизнь, тянувшаяся кроваво-красной нитью по страницам истории галактики, наконец была прервана. Но значимость этой битвы в масштабах истории сейчас мало интересовала Эзру. Вместе с историей легендарного дроида-убийцы в тот день закончилась ещё одна история. История мандалорца Тирена Шана, двадцать лет скрывавшегося от своей смерти в надежде сохранить наследие Шанов, единственными свидетелями гибели которого были лишь машина, убившая его, его приёмный сын и восходящее солнце планеты Лотал.* * *
Эзра Шан, одетый в мандалорскую броню, сидел на койке в заброшенной телебашне, глядя на своё отражение в визоре шлема, всего лишь час назад принадлежавшего его отцу. После битвы с HK-47 лоталец — теперь уже мандалорец — отправился обратно к вышке, забрав beskar’gam Тирена. Когда он прибыл на место, остальных членов команды не было — наверное, уже на «Мираже-два» или в той самой кантине в Йелате. Это не имело значения. Человек, решивший заменить ему отца, погиб у него на глазах. Погиб, как и его настоящий отец. И снова Эзра ничего не смог сделать. Снова Эзра оказался недостаточно силён для того, чтобы защитить свою семью от смерти. Юноша подумал о Фантомах: Гере, Кэнане, Зебе, Сабин и Чоппере. Да, команда «Призрака» за эти годы стала его семьёй, сделала всё, чтобы он больше никогда не был один. Но удалось ли им добиться своего? Сейчас, когда мандалорец, когда-то спасший тринадцатилетнего синеволосого мальчишку от штурмовиков, был мёртв, Эзра ощущал в своей душе некую… пустоту. Такую же пустоту он чувствовал десять лет назад, когда Империя забрала Эфраима и Майру Бриджеров. И Фантомы не могли её заполнить, как ни старались. Кэнан пытался стать ему заменой отца, но… Вдруг в мозгу Эзры мелькнула страшная мысль: неужели и Кэнан закончит свой путь точно так же? Неужели все, в чьей жизни он оставил след, обречены? В этот момент дверь комнаты отворилась. На пороге стояла Сабин. — Эзра, ты… — начала было она, но осеклась, увидев на юноше мандалорский доспех. — О, нет. Мандалорке не нужно было ничего объяснять. То, что на Эзре броня Тирена, могло значить только одно. — Мне жаль, Эзра, — прошептала она. — Мои родители погибли, — глухо проговорил Эзра. — Тирен пытался заменить мне их и тоже погиб. Каждый, кто хотел помочь мне, спасти меня от одиночества, заканчивал плохо. — Нет, нет, ещё раз нет, — решительно покачала головой Сабин, чувствуя, куда клонит её друг. — Самая большая глупость, что я от тебя слышала. Твой отец собирался отправиться за этой железкой в одиночку. Если бы не ты, решивший присоединиться к нему, он бы так и не смог выполнить свою миссию. Так ему удалось наконец уничтожить машину, истребившую его клан. Удалось ведь? — Удалось, — удручённо кивнул Эзра. — Но ты не видела его раньше. Он бы никогда не сразился с этим HK, если бы не я. Я подтолкнул его к этой безрассудной и бессмысленной схватке. Если бы он не встретил меня тогда, четыре года назад, он был бы всё ещё жив. — Ага, — с сарказмом ответила мандалорка. — Прозябал бы на космических станциях, шарахаясь от собственной тени. И в конце концов HK бы его настиг. Пойми, Эзра, в случившемся нет твоей вины, даже наоборот: если бы не ты, всё могло бы быть гораздо хуже. У некоторых историй просто не может быть абсолютно счастливого конца, и всё, что нам остаётся — смягчить удар настолько, насколько нам хватит сил. С этим ты справился как нельзя лучше. И потом, разве Тирен назвал бы тебя своим сыном, не заслужи ты этого? Разве то, что тебя признал достойным наследником мандалорец, не говорит тебе, что ты сделал всё как нельзя лучше? — Откуда такая уверенность? Может, я украл у него эту броню? Сабин закатила глаза: — Если бы я услышала что-то подобное года два-три назад, я бы ещё могла поверить, но уж точно не теперь. Ты был слишком привязан к Тирену, чтобы предать его доверие. Впервые за их разговор Эзра улыбнулся. — Olarom bah ner uvet, Jetii’ka, — торжественно произнесла мандалорка.
Примечания:
Насколько нужны переводы фраз на мандо'а? Стоит ли переводить всё, или достаточно ограничиться необходимым, вроде названия этой главы?
