Вне камер

             После выключения трансляции, Субин остаётся в зале ещё на какое-то время. Включая шаффл любимых треков, он скидывает с себя бейсболку, встряхивая влажными волосами и, наконец, облегчённо выдыхая, освобождается и от тёплой толстовки, кидая вещи в сторону. Однако не проходит и десяти минут его свободной практики, как в дверь сначала коротко стучат, а затем в приоткрытое пространство просовывается синяя макушка.       - Хён?       - Чонвон-и! Заходи, ты один? - улыбается до сощуренных глаз Субин, подбегая к колонкам и убавляя немного звук.       - Да, у ребят расписание, - скидывая с плеча сумку, Чонвон быстрым шагом подходит к старшему и утопает в крепких объятиях, хихикая. - Эй, задушишь.       - Просто рад тебя видеть, - бормотание заглушается коротким и нежным чмоком в подставленные губы. - Как прошёл день?       - Загружено? - потираясь носом о чужой, Чонвон нехотя выпутывается из объятий и снимает пушистую кофту, бросая её поверх своей сумки. - А твой? Прости, я не видел всю трансляцию, успел на самый конец, - он клонит голову из стороны в сторону, чуть разминая мышцы.       - О, тебе повезло, что не видел. Посмеиваясь, Субин переключает несколько треков, останавливаясь на подборке всякой зарубежки, и встаёт в середину зала.       - Я пытался танцевать, но почти потерпел поражение. Немного поговорил с МОА. О вас тоже. Немного.       - О нас? - сужает глаза Чонвон, невольно улыбаясь сильнее и зеркаля чужую улыбку с глубокими ямочками на нежных щеках.       - О вас. О хореографии, песнях там...не интересно, - машет рукой Субин, смущённо отворачиваясь к зеркалу. Он замечает краем глаза младшего, вставшего неподалёку и слегка покачивающего телом в такт музыки. - Потанцуешь со мной?       - Вопрос или предложение?       - И то, и то?       - Тогда...да и да? Качая головой и беззвучно смеясь, Субин начинает знакомую им двоим связку, хоть она и не подходит под музыку. Это вызывает у Чонвона бесконтрольный смех тоже, который разрастается всё сильнее к середине танца. Они стараются двигаться в унисон, но постоянно путаются в ногах или уводят руки в разные стороны. Под конец танца, совсем выдыхаясь от смеха больше, чем от движений, Субин наваливается на Чонвона со спины, крепко обнимая и утягивая за собой на пол.       - Это был всего один танец, - чуть дыша удивляется он, облокачивая Чонвона на свою грудь и прижимаясь щекой к макушке. - А я готов откинуться.       - Во-первых, ты протанцевал здесь половину трансляции. А во-вторых, мы танцевали неверно! - защищается младший. - Когда танцуешь неверно, всегда дыхалка умирает первой.       - Тогда нужно отдохнуть. И попробовать ещё.       - Что-то из вашего?       - Или из вашего?       - Только не фристайл, - прыскает Чонвон, глубоко вдыхая и обмякая в объятиях Субина. - Пять минуток и поднимаемся, хён.       - Вы беспощадны, мистер Ян, - бормочет в синий затылок старший, усмехаясь и лишь крепче стискивая руки вокруг чужого тела.       - А ты думал со мной будет легко?       - Надеялся?       - Что ж, как лидер, я ведь должен быть строгим и требовательным.       - Как и я, полагаю. Но не могу быть строгим к тебе, Чонвон-и, как ни крути.       - О, предоставь это мне, хён, - фыркая, Чонвон кидает взгляд на часы на стене и тянет губы в хитрой улыбке. - У вас осталось ещё три минуты, мистер Чхве. Что вы собираетесь с этим сделать?       - Взять от них всё. Звонкий смех Чонвона отдаётся от светлых стен тренировочного зала, когда его окончательно валят на спину, но затихает, стоит только мягким губам прижаться с поцелуем. Три минуты превращаются в пятнадцать.