I ain't there yet but I'm healing

- И она опять отказалась? Шерил не думала, что её это заденет, но всё же задело. Она кивнула, кладя вилку рядом с пустой тарелкой. Вкусная еда, впервые за долгое время приготовленная мамой, покоилась в желудке, потому девушка слегка откинулась на спинку стула и потянулась за стаканом с соком. Всё ведь было прекрасно: у неё есть любящая семья, в школе всё в порядке, ей, в отличие от Тони, не приходилось каждый день выживать. Так чего она расстроена? Ещё в обед она направлялась на задний двор в таком приподнятом настроении. Клишированно, но она действительно думала, что работа в паре поможет ей получше узнать Тони. Единственного человека в школе, которого она по-настоящему хотела узнать. Бетти от неё уже отдалялась – встречаться пару раз в год, проводить летние каникулы и переписываться – это одно, а видеть друг друга каждый день – другое. Купер часто пропадала на вечеринках, у своего тайного бойфренда и, вообще, находила, чем себя занять. Шерил же вновь стала одиночкой, теперь уже в Ривердейле. - Может быть, тебе стоит прекратить пытаться? - Не слушай маму, милая. Она ей нравится, Пенелопа. И ты же слышала, у девочки не так давно умер отец. Кому, как не нам, знать, каково это – терять близких. Ей нужна поддержка, просто всё это делается постепенно. Это нелегко, особенно если она привыкла, что все люди дерьмо. - Клиффорд! - Он прав, ма. – Как ни прискорбно, но Шерил понимала, что ей будет очень тяжело заставить Топаз довериться ей. Все вокруг вели себя с ней как дикари. Вместо того, чтобы помочь справиться с потерей, закидывали тапками и тыкали пальцами. Она бы с таким не справилась. Выдержке Тони стоило позавидовать. И поэтому ей так хотелось помочь. Стать хотя бы подругой, с которой можно будет обсудить переживания. Спустя два года после смерти Джея, десятки сеансов, всё равно были моменты, которые она никому не открывала. А Тони даже не пыталась помочь сама себе, попробовать поработать со специалистами, так что трудно было представить, какой груз она тянет на своих плечах. - Она хорошая девушка, и я не понимаю, почему окружающие с ней так грубы. Да, она закрытая, серьёзная, себе на уме. И если я хотя бы отдалённо представляю то, что у неё в голове, это ужасно. Не хочу, чтобы она переживала это в одиночестве. - Да уж, детка. Не могла ты впервые серьёзно влюбиться в кого-то попроще? Шерил закатила глаза, вставая из-за стола, чтобы помочь с посудой. - Я не влюблена в неё. Она мне просто нравится, больше я ничего не знаю. Мне хочется защитить её ото всех, кто её задирает. И я считаю это вполне нормальной реакцией. - Мы понимаем, малышка. Не думай, что кто-то будет тебя осуждать. Ты добрейшей души человек, который всегда хочет помочь всем. Но и о себе не забывай. Ты ведь её совсем не знаешь. У неё случилось горе, но это не значит, что у неё нет своих тараканов. А у кого их нет? Шерил не верила, что бывают идеальные люди. Но за свою жизнь она научилась отличать потенциально хороших и плохих. После смерти брата в её окружении то и дело появлялись «хорошие», кто пытался помочь ей справиться с потерей. Но потом оказывалось, что им нужна лишь какая-то выгода. Даже в какой-то степени хорошо, что они потеряли всё, и больше не были богачами из Нью-Йорка. Ей нечего было дать таким страждущим. В дверь позвонили, и младшая Блоссом с Клиффордом переглянулись. - Иди, открой. Я отнесу остальную посуду и отправлю маму отдыхать. Потом присоединишься ко мне на кухне. - Разве мы кого-то ждём? - Насколько мне известно, нет. Рыжеволосая нахмурилась, вспоминая, приглашала ли она Бетти в гости и как могла об этом забыть. Но уже практически семь вечера, на улице потихоньку темнело, а если бы Купер должна была заглянуть, то появилась бы явно до ужина. И она уж точно не ожидала увидеть на пороге розововолосую, которую еле успела подхватить, когда та потеряла сознание. - Да успокойся же ты, Шерил! Шерил мельтешила перед диваном с той секунды, как Клиффорд, которого она своим криком изрядно испугала, перенёс Топаз в гостиную. На деле, прошло не больше пары минут. Пенелопа командовала парадом – тут же попросила принести аптечку, проверяя жизненные показатели девушки. Но рыжей, что тут же после нетерпеливого оклика матери оказалась на коленях перед диваном, казалось, что прошло не меньше получаса. У неё перед глазами всё ещё стояла розововолосая, падающая ей на руки и пачкающая её домашнюю одежду своей кровью. Пенелопа, разложившая все необходимые медикаменты перед собой, оперативно привела Тони в сознание. Да, у неё был заслуженный выходной, но инстинкты врача, натренированные годами, никогда не дремали. Топаз заворочалась, морща нос и хмуря брови, и отодвинула голову от ваты с нашатырем настолько, насколько позволяли силы. - Эй, ты как? Слышишь меня? Что случилось? Довольно глупо было задавать ей вопросы, пока она в таком состоянии – еле может приоткрыть глаза, но Шерил ничего не могла с собой поделать. Чем она ещё могла помочь? Она-то не врач, который знает, что делать. У неё началась паника, которой тут было не место. - Кто это? - Тони - девушка, о которой я рассказывала. Пенелопа спокойна, как удав, но от рыжеволосой не скрылся её изучающий взгляд. Ну, конечно, она лишь недавно призналась, что в новой школе у неё появился интерес. И мало того, что Тони постоянно её отшивает и ведёт себя, как отшельник, так ещё и приходит вся побитая, будто прямиком с бойцовского ринга. Женщина приготовила несколько стерильных антисептических салфеток и принялась обрабатывать раны на смуглом лице. - Осмотри её. Мне нужно знать, нет ли у неё серьёзных ран. Несмотря на трясущиеся руки (она была похожа на наркомана в процессе ломки), девушке всё же удалось аккуратно расстегнуть рубашку Тони. Ранее на ней была ещё и куртка, но этот предмет одежды небрежно валялся где-то на полу – местами порванный и заляпанный кровью. На смуглой коже уже начали проступать контрастные синяки. Блоссом сглотнула, пытаясь не думать о том, каким нужно быть чудовищем, чтобы причинить такой урон хрупкой девушке. Её разум был слишком затуманен, чтобы сопоставить два и два, осознать, кто в действительности мог такое сотворить. Но тут её взгляд наткнулся на источник кровотечения – парудюймовый порез, явно сделанный чем-то острым. Ей пришлось отвернуться, чтобы сдержать рвотный позыв. Она миллион раз была у мамы на работе, пусть не во время операций, но насмотрелась в приёмном покое на всякое. Но одно лишь осознание, кто перед ней, волновало всё внутри. - Мам, тут порез. Выглядит серьёзно. - Смени меня, я посмотрю. Блоссом с удовольствием подвинулась, а потом заняла место Пенелопы, беря в руки чистую салфетку и склоняясь над лицом розововолосой, чтобы обработать рассечение под глазом. Тони ещё не до конца пришла в себя, но по взгляду было понятно, что она осознает, кто она и где. Они несколько секунд не прерывали зрительный контакт, пока Топаз не вздрогнула и не застонала от боли, откидывая голову на спинку дивана. - Ну-ну, дорогая, не дергайся. Мне нужно остановить кровь и наложить повязку. Шерил нашла ладонь девушки, всю в кровавых разводах (видимо она пыталась хоть как-то самостоятельно остановить кровь) и сжала её, надеясь, что тем самым не причиняет большую боль. - Ты будешь в порядке, я обещаю. Мама хирург, и не такие раны латала. - Латать я её буду в больнице. - Не… Не надо. Первое, что Топаз сказала за последние долгие несколько минут. И её хриплый голос добил Блоссом. Девушка отвернулась, чувствуя, как горячие слёзы стекают по щекам. Ей было не стыдно проявлять эмоции, просто не хотелось перетягивать внимание. Они должны были сосредоточиться на том, чтобы помочь Тони. И если она говорила, что не хочет в больницу, значит так тому и быть. - Насколько это необходимо? - Рана не слишком глубокая. Жизненно важного ничего не задето. Но будет некрасивый шрам, если я не зашью. К сожалению, я не успела приобрести хороший шовный набор для домашних нужд. Пенелопа шутила, значит и правда не всё так критично. И Шерил понравилось, как в мгновение поменялось выражение лица матери, когда она обратилась к Топаз. Всё-таки она была профессионалом своего дела, но сейчас выступала как мать девушки, которой Тони доверилась. - На сегодня сойдёт и так. Придёшь в себя, а завтра заглянешь ко мне, никто даже не узнает, так что можешь не беспокоиться. Но я бы предпочла позвонить твоей маме. - Не надо маме, пожалуйста. Она не знает… Не знает, что у меня проблемы. - Какие проблемы? - Мам, хватит заваливать её вопросами. Ты не видишь, в каком она состоянии? Пенелопа кивнула. Она закончила с ранами и собрала использованный материал, чтобы выкинуть. Клиффорд, всё это время выступавший молчаливым наблюдателем, забрал аптечку, на секунду подзывая дочь к себе. - Она ведь не бандитка какая-нибудь? Наркотики? - Нет, пап! Просто у нас в школе есть плохие ребята, которые любят её задирать. Они обычно такого не делают, но… - Блоссом вдруг снесло волной осознания. Тони ведь ударила Джонса не так давно, буквально несколько часов назад. Она было подумала ранее, что девушка слишком преувеличивает, боясь расплаты. На самом же деле, она наоборот была не достаточно осторожна. - Я отведу её в гостевую комнату. Ничего? - Да, пусть остаётся. Всё равно в таком состоянии никуда её не отпустим. Есть причина, почему она не хочет говорить матери? Шерил пожала плечами. Они не были столь близки, чтобы она знала подробности. Но ей хватило того, что родители встали на её сторону. Ей больше не хотелось оставлять девушку, поэтому она вернулась к дивану. Как раз вовремя, ведь Тони попыталась встать. *SHY Martin - Are you happy* - Эй, эй, а ну сядь! - Мне жаль, что я вас побеспокоила. – Она что, плакала? Не из-за того, что её избили, а из-за того, что помешала кому-то? – Я не собиралась пользоваться визиткой, просто не знала, куда ещё пойти. До дома мили три ещё, а я не была уверена, что дойду. Но я могу идти сейчас. Спасибо вам большое за помощь, мне пора. - Ещё чего! Тони, хватит валять дурака. Ты знаешь, что я никуда тебя не отпущу. Ты минуту назад говорила, что не хочешь, чтобы мы звонили твоей маме. И как ты собираешься показаться ей на глаза? - Всё ведь не так плохо! Твоя мама остановила кровь. Остальное она даже не заметит. У Шерил в который раз защемило сердце. Насколько дома всё плохо, если Тони уверена, что мать, мало того, что не побеспокоится, что её до сих пор нет дома, так ещё и не обратит внимания на избиение? - Я помогу тебе дойти до гостевой спальни. И только попробуй заикнуться о том, чтобы уйти. Не испытывай моё терпение. И она ещё храбрилась, что может уйти... Еле дошла до комнаты, располагавшейся чуть дальше по коридору, и то с помощью рыжей, и постанывая при каждом шаге. - Посиди, приляг, как тебе будет удобно. Я пока принесу тебе переодеться. - И себе заодно тоже. Я тебя испачкала, прости. И лучше постою, чтобы не испачкать ещё чего-нибудь. - Да прекрати ты. Главное, чтобы тебе было комфортно. Моя футболка точно не пострадает. Если ты так переживаешь, прямо сейчас закину её в стирку. Знаю, что будет тяжело, но постарайся чувствовать себя, как дома. Тебе здесь правда рады. Тони хмыкнула, но спорить не стала. Ну а зачем? Блоссом бы всё равно настояла на своём. И правда, её родители показались розововолосой очень милыми людьми, хотя она не особо была в состоянии оценить их гостеприимство. Она только сейчас начала более-менее соображать, что происходит. Голова, на которую тоже пришлось достаточно урона, раскалывалась. Всё лицо горело огнём – благо от антисептика, а не от заражения. Но боль была адская. А это она ещё молчала о ножевой ране. И как только Джонс додумался до таких решительных мер. Неужели она выглядела опасной против трёх крупных парней? Шерил вернулась так быстро, будто бегом бегала до своей комнаты. Она нисколько не смутилась, да и Тони тоже, когда помогала девушке переодеваться. Конечно, розововолосая бы предпочла принять душ, но Блоссом предложила неплохую альтернативу, и она избавилась от остатков размазанной тут и там крови с помощью влажных салфеток. Завтра ей станет лучше. Школу она пропустит – не дай Бог ещё столкнуться с неадекватным Джонсом. Так что примет душ и отлежится, сколько душе угодно. Блоссом не отходила от неё ни на шаг, вела себя, как курица наседка, и успокоилась лишь тогда, когда розововолосая забралась под одеяло. Тони не хотелось, чтобы Шерил уходила прямо сейчас. Она понимала, что им нужно поговорить. Не собиралась скрывать от девушки правду, лишь должна была взять слово, что это останется между ними. Да, она боялась, что ещё могут выкинуть парни. А уж тем более, ей не хотелось, чтобы они увидели потенциальную угрозу и в рыжеволосой. Топаз похлопала по покрывалу на кровати, и Блоссом присела, будто бы даже облегчённо вздыхая. Она действительно была к ней несправедлива. Неужели последний час не доказал, что она могла довериться? Хотя бы попробовать точно стоило, в качестве благодарности. Она ведь могла (ладно, она бы никогда так не поступила, но могла, хорошо!?) просто закрыть дверь перед её носом и оставить разбираться со своими проблемами. Но носилась тут, как с маленьким ребёнком. И она определённо прервала семейные посиделки, отчего ей было стыдно. - Прости меня. - Тебе не за что извиняться. - Не меня ты планировала увидеть на пороге в такое время. И уже точно не рассчитывала возиться как с калекой, вместо того, чтобы побыть с родителями и позаниматься своими делами. - Они не против, что ты осталась. Скажем так, ты для них не незнакомка. Неловкое молчание воцарилось на несколько секунд. Значит, она рассказала о Тони родителям. Что ж, стоило признать, это было приятно. Она вот о Шерил подробнее матери не рассказала. Не из-за того, что не хотела. Просто в их семье такое не принято. Но рассказала она Джону, если бы могла? Определённо. Ему бы Блоссом понравилась. - Расскажи мне, что произошло. Мне надоело придумывать причины. Твои опасения были не беспочвенными, так? Это сделал Джонс? - В основном. Там были два других парня, но они лишь наблюдали до поры до времени. Думаю, ему просто снесло крышу и захотелось на ком-то отыграться. Ножевое ранение явно не входило в его планы. Он сбежал, как трусливый щенок. - Он должен за это заплатить! – Ладонь рыжеволосой, покоящаяся на одеяле, сжалась в кулак. Эту сторону Шерил (как и почти все её стороны) ей видеть ещё не доводилось. Она казалась такой милой и доброй, уж точно не воинственной особой, которая готова мстить. Но месть тут была не уместна. *Tommee Profitt, Svrcina - There for you* - Мы в расчёте. - Чёрта с два! Ты этот нос ему даже не сломала. А что сделал он? – Голос рыжеволосой непроизвольно опустился до шепота, и ужас, который Тони увидела в карих глазах, явно не был поддельным. – Он тебя покалечил. Избил до потери сознания да ещё и ножом воспользовался. Я думала, они просто хулиганы, которым делать нечего, и они от скуки бесятся. Были у меня в старой школе такие парни. Но они настоящие бандиты. Им не место среди людей. - Не тебе в это вмешиваться, это уж точно! Хватило того, что тебе пришлось со мной возиться. Ты и так слишком добра, и не смей отрицать. С самого первого дня ты пыталась что-то для меня сделать. Что-то хорошее, прошу заметить. А этого для меня не делали раньше. Даже до смерти папы. Шерил отвела взгляд, вздохнула. Тони замолчала. Назревал более откровенный разговор, или она чего-то не понимала? Тогда почему Шерил выглядела так, будто собиралась с мыслями? Не с силами и смелостью уж точно, ведь когда она вновь посмотрела на Топаз, розововолосая заметила лишь нежность. Она бы прикусила губу, если бы та не болела, ведь раньше на неё так не смотрели. А она много раз желала увидеть такой взгляд. От Вив, например. - Слушай, я не хочу тебя пугать, правда. Ты не из пугливых, да, знаю. – Топаз улыбнулась через боль, ведь Шерил будто прочитала её мысли. Но она кивнула, давая понять, что перебивать не будет. – Так вот. Но и начинать дружбу со лжи я тоже не хочу. Я так учтива и добра, скорее всего, лишь по одной причине – ты мне нравишься. Типа как, реально нравишься, Тони. Я не собираюсь торопить события, принуждать тебя к чему-то. Просто хочу, чтобы ты знала. Я хочу помочь тебе побороться с внутренней тьмой, которую, на самом деле, видно невооруженным взглядом, как бы хорошо ты не пыталась её прятать. Она перевела дух. А Тони теперь была слишком ошарашена, чтобы перебивать. В последнее время она уж точно не была сосредоточена на личной жизни (да и раньше-то не особо), так что такое признание слегка выбило её из колеи. Хотя, честно говоря, если бы она хоть немного отвлеклась от своего горя и посмотрела по сторонам, поняла бы, что просто так излишнее внимание люди редко проявляют. - Я знаю, что говорю. И правда могу помочь. Мой брат-близнец, Джейсон, умер два года назад. Так что я прошла через все стадии горя, пока, наконец, не научилась жить дальше. - Меня не нужно спасать, Шерил. Своими силами обойдусь. Девушка тут же пожалела о том, что опять начала грубить. Не то, чтобы Блоссом выглядела слишком оскорблённой, она даже улыбнулась, будто только такого ответа и ожидала. - Нет, Тони, я не спасатель. Просто хочу стать человеком, на которого ты сможешь положиться. У меня в своё время такого не было. Я доверяла только Джейсону. Горе настолько изменило меня, что я даже родителей оттолкнула, а они уж точно такого отношения не заслуживали. Если бы не они и не вовремя оказанная помощь психолога, я бы тут с тобой не сидела. Шерил подвинулась чуть ближе. Первым инстинктом было тут же отодвинуться на безопасное расстояние. Но Тони сдержалась. Это ведь Шерил. Она не собиралась причинять ей боль. Хотя с этим выводом она однозначно поторопилась. Когда Блоссом протянула ей руку и перевернула запястьем вверх, Топаз впервые заметила, что у них, оказывается, намного больше общего, чем ей поначалу казалось. И тогда она почувствовала боль. Не физическую, которой она за сегодня испытала достаточно. Скорее душевную. Она встретилась взглядом с Шерил. Девушка явно была настроена решительно и готова была идти до конца, раскрытия каких бы секретов это ни стоило. - Я видела шрамы на твоих руках. Если ты не хочешь признавать остального, это действительно то, что нас связывает. Я три раза пыталась покончить с собой, но у меня так и не получилось. Потом принудительное лечение, работа с психологом. И ты можешь мне не верить, но, оглядываясь назад, я бесконечно благодарна родителям, за то, что они вмешались. Тогда я не хотела жить, но сейчас я хочу. И я считаю, что тебе тоже пора захотеть жить. - Маме всё равно. Думаю, у неё были предположения пару раз, когда она находила кровь на моих вещах, но таких попыток было гораздо больше. Не хочу, чтобы она знала о том, что случилось. Она это просто так не оставит, а я терпеть не могу этот эгоизм. Знаешь, она не замечает моего существования, когда рядом, но стоит кому-нибудь усомниться в том, что она хорошая мать, у неё просто сносит крышу. - Значит, твоя мать не узнает. Я завтра свожу тебя к маме в больницу. Можешь оставаться здесь, сколько угодно. Я серьёзно, Тони. Тебя никто не выгонит. - Нет необходимости. Она уедет через два дня. Бог знает куда и насколько. Так что проблем не будет. Шерил кивнула. Но Тони заметила (и, чёрт возьми, она впервые за последний год почувствовала что-то отличное от грусти, горя, апатии и безразличия – она почувствовала смущение), что Блоссом эта новость не слишком обрадовала. Значит ли, что она хотела, чтобы Топаз осталась? - Но я бы была благодарна, если бы можно было остаться у вас хотя бы до завтрашнего дня. Мне нужно немного восстановиться. - Да, отдыхай. Я наверное совсем тебя утомила. Прости. Шерил собралась подняться, но розововолосая себя пересилила. Она застонала, потому что любое движение отдавалось болью, но всё же потянулась к запястью Блоссом. Впервые она действительно почувствовала бугорки под пальцами. И как раньше не заметила? Но разве она могла хотя бы предположить, что эта искрящаяся добротой и жизнью девушка когда-то пыталась покончить с собой? Это казалось чем-то невообразимым. - Я бы хотела стать твоим другом, если ты по правде этого хочешь. Ты мне тоже нравишься, пусть я и не могу обещать, что из этого что-то получится. Я буквально забыла, как думать хоть о чём-то кроме смерти папы. - Нам ведь некуда торопиться, правда? Шерил легонько сжала пальцы Тони в ответ, а потом всё же встала. - Я посплю в гостиной сегодня. Так что, если тебе что-то понадобится, не стесняйся. Спокойной ночи, Тони. - Спокойной ночи, Шерил. Топаз легла на спину, уставившись в потолок. Не самое удобное положение, она никогда так не засыпала, но сегодня лучше перестраховаться, ведь повязка на животе и так держалась на честном слове и уже чуть-чуть пропиталась кровью. Девушка надеялась, что ей удастся заснуть хотя бы к утру. Она не привыкла спать где-то кроме своей кровати. Она была на ночёвке всего раз, и то, знала, что её пригласили лишь потому, что она случайно услышала от Арианы о готовящемся событии. Никогда она не была частью девчачьего коллектива, даже в лучшие времена. Хорошим членом команды она быть умела, а вот подругой нет. Так что ей было даже немного жаль Шерил, ведь она не предполагала, на какие муки с ней подписывается. Но, несмотря на всю боль, Топаз была рада, что этот вечер случился. Несколько слезинок скатилось по щекам, когда она прокрутила в голове события последних часов. Её ведь могли убить, но думала она лишь о том, как Шерил повезло с семьёй. Она вот осталась совсем одна в целом мире злобы и боли. Хотя… Она всё же позволила себе вымученную улыбку. Всё-таки, этот мир ещё не насквозь прогнил, раз встречаются такие люди, как Шерил. И она знала, кого ей стоило поблагодарить за то, что их пути с Блоссом пересеклись. Топаз прикрыла глаза, отчасти из-за того, что её начало клонить в сон (она всё-таки была истощена), отчасти, чтобы уменьшить головную боль. И прежде чем провалиться в сон, она успела произнести одну фразу. - Спасибо, пап.