зимняя история

      — Он правда спит? — Оказавшись на руках дяди, удивлённо уточнила Эллия.       За всю дорогу Га Он не сменил своего положения, оставаясь сидеть, прислонившись лбом к боковому окну. И, если поначалу Эллия предположила, что так он избегал разговора, то сейчас сомневалась.       Оставляя вопрос без ответа, Ё Хан молча отнёс племянницу в дом. Услышав ворчание, что дальше она справится сама, он поспешил вернуться к машине, в которой было пусто.       Га Он не пытался спрятаться, лишь переместившись в крытую беседку. Сгорбившись, он смотрел на вытянутые руки.       — Если ты думаешь, что я оставлю тебя одного, то навсегда об этом забудь, — произнёс Ё Хан без тени недовольства, присев перед ним на корточки, укрывая его ноги тёплым пледом.       Главное, что запомнил Ё Хан — это не оставлять Га Она в своих мыслях без опоры. Он должен высказаться, но никак не держать всё в себе. У них обоих было предостаточно болезненных воспоминаний, как одиночных, так и совместных, и раз их невозможно вырезать — тогда их нужно принять.       Присев рядом с младшим, Ё Хан накрыл частью пледа его бледные ладони.       — Ты всё слышал? — Сипло произнёс Га Он, и его голос после долгого молчания звучал ужасно.       — Думаю, да, — кивнул Ё Хан, в тот момент действуя интуитивно, когда увидел незнакомого мужчину рядом с Га Оном, сразу оказавшись рядом. Это было ради его безопасности.       — Я боялся, что он узнает тебя, — тихо усмехнулся Га Он, согнувшись пополам, прижимая ладони к лицу.       — Га Он-а, — мягко позвал Ё Хан, голосом помогая двигаться дальше, не закрываться от него.       — Встретившись со своим прошлым, я понял, что не имею права забывать его. Нет, я помню родителей, Су Хён, но так эгоистично хотел не вспоминать боль, которую причинил тебе, — поднимая покрасневшие глаза, блёкло выдохнул Га Он, — мне так жаль.       — Поверь ты мне сразу, тебя бы не было здесь, — резко прервал его Ё Хан, видя в глазах парня непонимание, продолжая, — Сон А избавилась бы от тебя, не остановившись на трущобах.       Конечно, Га Он мог сыграть роль, которая была дана ему изначально — быть похожим на брата и стать слабым местом Ё Хана. Особенно, когда он поддавался влиянию.       — Если бы я убил тебя, — прерывисто прошептал Га Он, слишком часто видя такой исход в своих кошмарах.       — Ты не убил, — отрезал Ё Хан, не позволяя ему углубиться в страдания.       — Я собирался, — сжимая руки, его голос стал едва слышным.       — Га Он, я сам сказал тебе найти убийцу и заставить его страдать, ты так и сделал, слепо оказавшись в ловушке Сон Ы. Если я, зная её подлые трюки, оказался позади, то, как ты, эмоциональный мальчишка, только потерявший лучшего друга, мог сопротивляться ей? — Не подбирая смягчающих слов, честно говорил Ё Хан, когда и самому было больно представить, что случилось бы с Га Оном, если бы он не успел перехватить нож. И не было бы вины до конца дней. Га Он не смог бы жить дальше.       — Я должен был быть лучше, — всхлипнул младший, пальцами зарываясь в волосы, до боли сжимая их.       — Ты старался, — и это было правдой, когда Га Он так хотел верить Ё Хану, даже, когда все вокруг убеждали его в обратном.       Больше не нужно было говорить. Уткнувшись в грудь Ё Хана, Га Он тихо рыдал, избавляясь от накопившейся горечи. Слова мужчины стояли на повторе в его голове, помогая прийти в себя. Нежные поглаживания по спине только заземляли.       Пересаживая к себе на колени, Ё Хан осторожно взял его лицо в свои ладони, бережно прикасаясь к щекам.       — Ты не должен наказывать себя, намеренно вспоминая болезненные моменты. То, что произошло — пусть останется в прошлом. Теперь всё по-другому, и я знаю, что ты будешь стоять за меня до конца, — вкрадчиво говорил Ё Хан, поглаживая его лицо, наклоняясь ближе, чувствуя его дыхание, — мы здесь, и мы вместе, а остальное и так будет временами топить нас по ночам, но один из нас всегда вытащит другого.       — Я буду на твоей стороне до последнего вдоха, — уверенно произнёс Га Он, и первым сократил маленькое расстояние между ними, отчаянно прижимаясь к его губам, облегчённо выдыхая, когда Ё Хан опустил ладонь на затылок парня, не позволяя отстраниться, отвечая на поцелуй, смягчая его, проводя языком по его покусанным губам.       — Я знаю, — улыбнулся Ё Хан, оттягивая водолазку, оголяя шею Га Она, нежно прикасаясь к заметным следам прошлой ночи на его чувствительной коже, — мне всё ещё тяжело представить тебя в роли плохого парня, который искал проблемы на свою задницу.       — Я не, — покраснел Га Он, вспомнив, что старший слышал Мин Чжуна, к тому же, ему и раньше были известны его поездки на мотоцикле, явно выходящие за рамки безопасных.       — А передо мной предстал таким правильным, — носом проводя по шее, Ё Хан вновь прижался к ней губами, освежая старые отметины, приятно посасывая кожу.       — Ё Хан, — чувствуя жар, когда они были на улице, Га Он неровно дышал. Мужчина умел одним голосом встряхнуть его.       — Серьёзно, Ким Га Он, я был заворожен твоим поведением, когда наивный оленёнок так смело перечил мне, — прикусив шею, Ё Хан отстранился, самодовольно поймав расфокусированный взгляд любимого. То, что он помнил, как застал Га Она в своём кабинете за столом — это было крайне вызывающе.       — Я был уверен, что ты не причинишь мне вред, — хрипло отозвался Га Он, не забывая все свои бесстрашные поступки, даже лишаясь воздуха, он знал, что Ё Хан не удушит его.       — И ты провоцировал меня, — тихо усмехнулся Ё Хан, сжав его бёдра, когда он хотел было встать, — не так быстро.       — Здесь для этого холодно, — быстро пробормотал Га Он, хоть и поняв, что мужчина почувствовал его возбуждение.       — Для чего холодно? — Притворяясь, заинтересованно уточнил Ё Хан, весело наблюдая, как Га Он всё же встал с его колен, неуклюже последовав к дому, с каждым шагом застревая в глубоком снеге.       Заключая его в объятия со спины, Ё Хан повернул его в другую сторону, не давая зайти в дом.       — Я не смогу удержаться до спальни, и Эллия будет дразнить тебя, — коротко пояснил Ё Хан, перед машиной быстро снимая с Га Она лишнею верхнюю одежду и сразу вталкивая его на заднее сиденье.       Прерывисто выдохнув, Га Он упёрся в противоположную дверь машины, потянувшись к своим джинсам, пока Ё Хан включил отопление и тоже снял куртку.       Забираясь к Га Ону, Ё Хан сразу навис над ним, избавляясь от водолазки, которая с самого утра подталкивала к непристойным мыслям. Жарко прижимаясь ртом к соску, Ё Хан сжимал другой сосок пальцами. Видеть эту часть тела сквозь обтягивающую водолазку — казалось пыткой.       — Ё Хан, — не выдерживая сильного давления на соски, Га Он нетерпеливо выгибался, хватаясь за плечи мужчины.       Перемещаясь поцелуями вниз, Ё Хан тепло оглаживал тело любимого, стараясь, как можно трепетнее, целовать его, передавая всю свою любовь.       Сдерживая безумный порыв поскорее почувствовать его тесноту, Ё Хан хотел сделать хорошо Га Ону, позволить ему чувствовать, как он важен. Именно поэтому, тягуче медленно облизывая влажную головку члена, кружа языком по ней, соскальзывая к основанию, мужчина хотел слышать его стоны удовольствия.       С каждым пошлым причмокиванием, Ё Хан вбирал глубже его член, слыша желанные стоны в перемешку со сбившемся дыханием. Сжимая дрожащей рукой волосы старшего, Га Он сам поддавался бёдрами вперёд, всхлипывая, когда подходил к краю, но его останавливали.       — Ё Хан, я хочу, — всхлипнул Га Он, желая освободиться.       — Что? — Отстранившись, придерживая рукой его член, Ё Хан намеренно надавил языком на его головку, чувствуя дрожь парня.       — Я… Я хочу, чтобы ты трахнул меня, — несдержанно выдавил Га Он, разведя ноги шире.       — Я думал, ты хочешь кончить, — смущая младшего своей тёплой улыбкой, нарочно медленно проговорил Ё Хан, при этом послушно следуя его желаниям, вынимая из кармана смазку.       — Кончить, когда ты будешь во мне, — зная, что Ё Хан любил слышать правду, открыто признался Га Он, даже вопреки горящим щекам, не в силах молчать.       — Мой мальчик, — целуя колено младшего, Ё Хан вводил пальцы в его дырочку, быстро подготавливая тело, с каждым движением надавливая на простату.       Прося обнять его, Га Он вытянул вперёд руки. Прижимаясь голыми телами, они были единым целым, и каждый толчок только подтверждал это. Ё Хан сжимал его бёдра, входя глубже, покрывая лицо парня ненасытными поцелуями.       Ё Хану нравилось видеть своего любимого таким раскрепощённым, как в словах, так и в действиях. Они открывались друг другу.       Задыхаясь, Га Он соприкасался чувствительными после ласки сосками о тело Ё Хана. Их губы соединились в долгом поцелуе, и, отдаваясь, Га Он пришёл к концу, с закрытыми глазами видя мерцающие узоры всевозможных цветов, сжимаясь внутри, подталкивая Ё Хана кончить следом.       Меняясь местами так, чтобы Га Он оказался на груди Ё Хана, они тяжело дышали. Приятная слабость разошлась по всему телу. Нежно целуя младшего в волосы, Ё Хан прикрыл глаза.       — Га Он-а, — позвал его старший, задерживая руку на затылке.       — Мм?       — Лучше вспоминай вот такие наши моменты, — тихо произнёс Ё Хан, проводя пальцами по его шее, вызывая приятные мурашки.       — Я люблю тебя, — подняв голову, Га Он потянулся к любимому, вкладывая в поцелуй все свои чувства.       — Я люблю тебя тоже, оленёнок, — коснувшись его щеки, улыбнулся Ё Хан, не в силах перестать смотреть в любимые глаза, в которых всегда мелькала детская наивность, которую он так любил.