Ласт Тоффи

Прошло несколько дней с момента последней находки. Ребятам некогда было заниматься расследованием все то время: Самаэль отбывал наказание, Селена приболела, Кристиан был поглощён своим проектом перед поступлением в колледж, Мелло не хотела выходить на улицу из-за происшествий на дне рождения Мелоди, Арнольд был занят заданием по химии, делая все за двоих, а Нора и вовсе пропала с радаров друзей. Погода окончательно испортилась — от теплого солнышка, греющего жителей города, не осталось и следа. Оно лишь выполняло функцию освещения планеты, иногда подмигивая людям, мол, я все же есть. После длительного отдыха от приключений, по завершению уроков компания приятелей собралась на парковке возле учебного заведения, дожидаясь Лама. Остановка, на которую должен был приехать автобус с парнем, была недалеко, поэтому ребята решили постоять в более крытом помещении, дабы не чувствовать гнев природы. Холодно было настолько, что кончики пальцев отказывались шевелиться, покрываясь красным, точно только распустившиеся тюльпаны. Ветер будто проходил насквозь, а теплый свитер совсем не спасал ситуацию, он, наоборот, словно посмеивался, слегка подлетая на ветру. — Ну и где он? — вскипела Оуэн, осматривая остановку возле них. Туда постоянно приезжали не те автобусы. Совсем недавно уехал тот, на котором они должны были уехать, но со стороны северного района ничего не было. — Может, из-за погоды отменили несколько рейсов? Я слышала, должен начаться шторм ближе к ночи, — робко предположила Мелло, посильнее укутываясь в ветровку. — Сейчас не ночь, Ллойд, — цокнула Нора, отворачиваясь от девушки. — Возможно, из-за чего-то другого, — пожал плечами Мур, поглядывая на свой форд, который ему, скорее всего, пришлось бы оставить около школы. Про то, что Лам поедет с ними, стало известно только на ланче. Тесниться впятером на задних сидениях никому не хотелось, да и ненароком их могли остановить стражи закона. — Фух, — выдохнул Ли, становясь около друзей. Парень был одет слишком легко для такой погоды — белая тонкая рубашка да темные брюки из хлопка. Руки Вана дрожали, были красными и кое-как удерживали потрепанный временем дипломат. Самаэль, увидев данную картину, снял с себя куртку, оставаясь в теплой фиолетовой толстовке, и накинул её на плечи друга. Тот сначала отнекивался, а после поблагодарил, засовывая руки в рукава. — Какие новости? — спросила Селена, оглядывая приятеля. — Мелло говорила, что это было довольно сложно. — Да, — кивнул головой он, ища в сумке ключ и листок. — Я сначала не понял, что «они» имеют в виду. Довольно сложный был шифр, да и перевод тоже не отличался. Символы были местами перепутаны, и, чтобы решить его, пришлось думать логически. Переставлять местами и всё такое. Перебирая в руках листы по археологии, Ли оправдывался, а после достал маленькую, сложенную вдвое бумагу в клетку. Он передал им их же находку, а после развернул лист, зачитывая вслух: — Пасть открыта — зубы там. Пальцами по тем зубам. Есть идеи? — Как говорила Селена, — обратился ко всем Мур, выдвигая свое предположение, — это, скорее всего, последний ключ. Тогда, учитывая то, что мы были в сердце города, а также в южном, восточном и северных районах, это должен быть западный. Надо отталкиваться от его составляющих. — Ну и что такого есть в этом районе? Одни пижоны, — фыркнула Оуэн, вспоминая Огастеса. — Эй, вообще-то я там тоже живу, — напомнил Кристиан. — Тогда тем более, — усмехнулась Нора. — 1:1, — рассмеялся Самаэль, припомнив слова Криса про Южный район. Мур недовольно засопел, услышав это, но ничего не сказал. Всё-таки они собрались тут для того, чтобы решить загадку, а не ругаться на пустом месте. — Ну так что, есть варианты? — поинтересовался Лам, возвращаясь к теме разговора. — В моем районе в основном частные дома, но есть ещё сквер, музыкальная школа и ботанический сад, — поведал Мур. — Что есть в сквере? Что-то подходит под описание? — спросил Ван. — Вряд ли ключ в парке… — прошептал Арнольд. — Согласен. Три ключа мы и так уже нашли в парках нашего города, — кивнул Крис, — один в фонтане, другой в солнечных часах, а третий в памятнике. Ребята призадумались. В словах друзей было разумное зерно. Хоть места и повторялись, но головоломки и тайники всегда были разные. А сквер западного района ничем не отличался от предыдущих. Разве что стоимостью сооружений. Всё-таки микрорайон считался самым элитным в городе. — А в ботаническом саду что? У вас типа нет каких-нибудь растений-мутантов? — задал вопросы Сам, потирая руки. — Сомневаюсь. Да и эти так называемые мутанты давно бы съели артефакт, — пожал плечами Кристиан. — Тогда остаётся музыкальная школа, — проговорила Селена. — Вот тут вероятнее всего. Но пройти туда вряд ли получится, — сказал Мур. — Пропустят. У нас с Арнольдом там отцы работают, — робко сообщила Ллойд. — Правда, придётся придумать, почему вы с нами. — Скажем, что мы все вместе готовимся к концерту, а Лам наш дирижёр, которого пригласил твой папа, — тут же сообразила Диккенс. — Ахахах, круто придумано, сис. У Ли как раз видок подходящий, — усмехнулся Самаэль. — Хах, не думаю, что это хорошая идея, — тихо усмехнулась Мел. — Администратор знает о всех концертах, учениках и работниках, поэтому мы с Арни придумаем что-нибудь другое в автобусе. И с этими словами они направились в сторону общественного транспорта. Пока компания друзей добиралась до остановки, озираясь по сторонам в поисках автобуса, погода чуточку улучшилась. Уже не было никакого обжигающего ветра, а листья не кружились в танце, поднимаясь на несколько десятков сантиметров ввысь. — И что мы будем делать там? — спросила Оуэн, потирая ладони, пытаясь тем самым их согреть. — Где мы там найдем зубы? — Это, скорее всего, клавишные, — предположила Мелло, смущенно осматриваясь. — Рояль, фортепиано, синтезатор из самых простых. Считай «пасть» крышкой инструмента. — Спасибо, мисс ходячая музыкальная энциклопедия, — с сарказмом произнесла Нора, кланяясь в благодарностях. На подобные выпады девушки никто уже не реагировал — бессмысленно. Как сказал Кристиан однажды, — ее не перевоспитаешь. Мириться с этим, конечно же, тоже никто не хотел, но приятели решили оставить этот разговор до тех времен, пока они не разберутся с лунным народом и их загадками. Все устали. Никто так сильно не напрягал свои мозги даже в школе. Продолжительные прогулки в компании им уже надоедали — они друг от друга уставали. Их спасла неделя, когда все были заняты своими делами, наблюдая друг за другом издалека, успевая соскучиться. Сейчас же их так же вдохновляло лишь то, что это был последний ключ (по их подсчетам). Но это и в то же время напрягало — неизвестно, что будет дальше, после всего этого квеста. Вдруг это вообще не вело к народу, который по легенде исторической книги города скрылся достаточно давно. Возможно, это вовсе был какой-нибудь проект по истории старшеклассников, который выполнялся в качестве «приключения». Тем более Меган недавно так же интересовалась историей Ласт Тоффи и спрашивала о лунном народе. Все это сбивало с толку, расстраивало и завлекало одновременно. И казалось, что птицы в этом городке одна из самых меньших проблем. Автобус подъехал достаточно быстро. Мур в последний раз взглянул на свою машину из небольшого окна общественного транспорта, а после приземлился на сиденье, представляя, как он будет добираться до нее вечером, когда погода окончательно испортится. — Чел, ты мог типа поехать на ней следом за автобусом, — стукнул его по плечу Самаэль, когда они проезжали парковку. — Она утром барахлила, я еле как доехал до школы, — ответил ему Кристиан. — Поэтому не факт, что я доехал бы за вами. А так я посмотрю в гараже что-нибудь, что поможет мне ее немного восстановить и добраться спокойно до дома. — Жесть, чувак, — тот посмотрел в окно. — Погода портится, ты уверен? — Придется, — пожал плечами одноклассник. Ехать было недолго, и при желании и хороших погодных условиях можно было бы даже дойти пешком. Сам район располагался достаточно близко, и если углубляться в историю города, то школа раньше была пансионом, а впоследствии гражданской войны, когда большая часть жителей западного района была подвергнута мобилизации, он был расформирован. Через какое-то время на улице пошёл дождь. Маленькие капли барабанили по оконным стёклам автобуса, заставляя пассажиров выйти из дремоты. По радио передавали, что дождик не усилится, поэтому ребята были спокойны. Их маленькие зонтики вполне помогут справиться им с этим погодным явлением. Постепенно за окошком начали появляться двухэтажные и трёхэтажные дома с большими и богатыми садами с различными фигурами и клумбами. Некоторые домики были огорожены огромными заборами, сделанными для защиты от воров. Всё-таки в этом микрорайоне живут одни богачи, а местные воришки были бы не против позариться на их добро. Саут-стрит отличалась от остальных улиц города не только тем, что на ней живут самые обеспеченные люди, но и блестящей чистотой. В остальных районах кое-где проглядывали нескошенная трава, неубранная листва или ещё что-то, но тут такого себе никто не позволял. Каждая семья не жалела денег на дворников. Им хотелось, чтобы не только их жилища были красивыми, но и двор выглядел достойно. Увидев западную часть Ласт Тоффи, Селена и Самаэль сильно удивились. Даже Филлмор-стрит не была такой чудесной, как это место. Глядя на этот микрорайон, брат и сестра сразу представляли в нём Кристиана, ведь с другими дворами Ласт Тоффи он никак не сочетался. Южный район слишком бедный и грязный для него, северный совсем обычный, а восточный немного не дотягивает до такого интеллигентного и ухоженного парня. — Как же здесь великолепно! — восторженно воскликнула Диккенс. Она продолжала с интересом разглядывать новые места их городка и радоваться каждому из них. — Только это великолепие не для обычных смертных вроде нас, — саркастично подметила Нора, — лишь для элиты вроде Кристиана или Огастеса, — сказала она, выделив имена одноклассников. — Ну, у каждого денежное состояние разное, чувих, — ответил ей Сам, — это чё-то вроде лотереи, — горько усмехнулся одноклассник. — Ага. Но только избранные побеждают в ней, — фыркнула Оуэн, сложив руки на груди. — Нора, у меня также в жизни не всё сладко, несмотря на внешнее благосостояние, — нервно проговорил Мур. — Да, конечно. И в чём же проявляется горечь? В том, что бедняжке Крису не купили новую машинку? — состроив жалобную гримасу, задала риторический вопрос девушка. — Ребята, давайте не будем ссориться? У нас важное задание, — вмешался в разговор двух подростков Лам. — Если будете ругаться, ничего нормально не выйдет. Услышав слова самого взрослого человека в их компании, все тут же замолкли. Нора недовольно отвернулась к окну, прожигая злым взглядом дома богачей, а Кристиан уткнулся в плечо Самаэля, желая найти в нём поддержку. Далее они ехали молча. Каждый думал о своём, не желая нарушать тишину. Да и говорить им было не о чем. Все устали после занятий и были погружены в свои собственные мысли и переживания. Наконец автобус затормозил у остановки. Друзья постепенно начали выходить из транспорта, осматривая свои вещи, дабы убедиться в том, что они ничего не забыли. Оказавшись на улице, подростки прошли несколько метров вправо и очутились у старинного трёхэтажного здания, коим и являлась музыкальная школа. Домик был не такой уж и большой со стороны и сделан практически полностью из красного кирпича. Только крыша с чердаком были обделаны белой фасадной панелью. На входе красовались четыре арки, а по бокам ещё две, за которыми находилась входная дверь. Большие окна на втором и первом этажах с чёрными ставнями немного пугали своим мрачным образом, а беленькая сторона крыши с маленьким арочным окном посередине будто не вписывалась во внешний вид здания вовсе. Как и сам дом в западный район в принципе. Он заметно выделялся из остальных построек, что были рядом с ним. Будто его перенесли с Рейвен-стрит, где похожих мест было куда больше. — И нам сюда? — воскликнула Оуэн в крайнем раздражении. — Я ожидала большего от вашей школы искусств. — Мы не жалуемся, — вспылил Мур. — Она достаточно хорошо исполняет свои функции, что от нее еще требуется? Девушка цокнула, не зная, что ответить. Он был прав, но фасад школы явно не подходил под богатый район города. Компания друзей прошла к крыльцу здания, открывая двери. Мел с Арни переглянулись, и, улыбнувшись, вышли чуть вперед, направляясь к администратору. — Добрый день. Арнольд, Мелло. Надо что-то передать вашим отцам? — приветливо улыбнулся мужчина средних лет в строгом смокинге. — Они нас попросили передать бумаги со школы для будущего благотворительного концерта, — Ллойд улыбнулась еще шире. — Плюс нам надо будет поговорить. — Хорошо, — он понимающе кивнул. — А ваши… Друзья? — Мы ненадолго, так что не надо их записывать, — продолжила диалог Мел, слегка напрягшись. Девушка не хотела, чтобы Эдриан знал о её приходе и о том, что с ней были друзья, После недавних-то событий! Благо администратор кивнул и махнул рукой, дабы они уже поскорее прошли и не толпились в фойе. Ребята быстро прошмыгнули в один из коридоров, попутно оглядывая комнаты. Им повезло, что в этом холле не было смежных кабинетов, и им не приходилось заглядывать по несколько раз в одну комнатушку. Прошло буквально две минуты, когда Селена остановилась около старой дубовой двери, которая местами уже потрескалась. Посередине неё был выцарапан месяц. — Наверное, это она, — Диккенс навалилась на тугую ручку, которая никак не хотела открывать дверцу. Она несколько раз дернула ее, прежде чем та открылась. В помещении было довольно неуютно — много пыли, которая чуть ли не летала в воздухе, плотно закрытые бордовые шторы, которые не пропускали свет, и куча старой музыкальной аппаратуры. — Ну, если верить справкам про лунный народ, то это вполне имеет место быть. Старые инструменты тому доказательство, — произнес Кристиан, войдя в комнату. Он провел пальцами по крышке рояля, а после достал салфетку из кармана темных брюк, дабы их вытереть. — Сел, тут много пыли. Тебе лучше не заходить, — брезгливо продолжил парень, смотря на подругу. — Это будет довольно подозрительно, если я буду стоять около двери и постоянно спрашивать: «Ну что там?» — поэтому я зайду, — решительно ответила девушка. Как только Диккенс вошла, дверца громко захлопнулась, из-за чего тинейджеры вздрогнули от испуга. — Молодец. Давай сообщим всем, что мы здесь! — взмахнув рукой, нервно выпалила Оуэн. — Извините, ребята, — растерянно попросила прощения Сел и тут же чихнула. — Тебе лучше отойти в сторонку, чтобы самочувствие не ухудшилось… — прошептал Арнольд. Он подошёл к однокласснице и приобняв её за плечи, увёл подальше от музыкальных инструментов. Парень до сих пор чувствовал лёгкое смущение после поцелуя в щёчку от Селены, но старался не подавать виду. Ему было тепло на душе от воспоминаний об этом, но Хорн всё ещё не мог понять, серьёзно это всё или нет. — Ладно, давайте уже приступим к расследованию, — сказал Лам, привлекая к себе внимание, — не факт, что ключ находится здесь, поэтому стоит подумать хорошенько, какой будет ответ на загадку. Осмотрев комнату, подростки увидели чуть поодаль от рояля несколько скрипок и контрабасов, а также саксофоны и трубы. Недалеко от них лежало и ещё что-то, спрятанное под белым покрывалом. Разглядеть это не получалось, так как в каморке было темно. Неожиданно Диккенс, прикоснувшись к стене спиной, нажала ею на выключатель. В комнатке в миг посветлело, и стало очевидно, что это что-то вроде склада для инструментов. Мелло прошла в самый конец комнаты, внимательно рассматривая её. За бархатными бардовыми шторами спряталось окошко, которое не мыли уже довольно давно. Слева располагались рабочий стол и стул, а сами стены были украшены нотками и их названиями, из-за чего Ллойд пришла к выводу, что раньше это был класс для занятий, который по какой-то причине переделали в кладовку. Недолго думая девушка сняла покрывало с неизвестного объекта. По кабинету разлетелись комки пыли, которые чуть ли не бурей полетели на ребят, поэтому все постарались поскорее отвернуться, дабы грязь не попала в глаза или в рот. Откинув тряпку в сторону, Мел пригляделась к находке. Это была большая фотография в рамке. На ней было изображено семь мужчин, играющих на музыкальных инструментах. Спереди, на маленьких табуретках, сидели четверо молодых людей: один играл на трубе, другой на тромбоне, третий на кларнете, а последний на банджо. Посмотрев повыше, на задний ряд, Ллойд увидела ещё троих: барабанщика, клавишника и контрабасиста. Но если на остальных она не обратила внимания, то трое парней ее, наоборот, привлекли. Кларнетист явно был старше других и уж очень сильно похож на мистера Лоуренса, их учителя по английскому языку и литературе, а мужчины, играющие на синтезаторе и на контрабасе, напоминали ей отца и господина Хорна. На фотографии молодой Эдриан выглядел очень безмятежно и в то же время сосредоточено. В его взгляде ещё не было той строгости, которая стала привычна сейчас. Он лучезарно улыбался публике и явно был заворожён делом, что не могли скрыть даже толстые линзы очков. «Уже тогда папа любил носить такие», — подметила про себя Мелло. Ллойд осматривая эту картину, невольно улыбнулась, осознавая, что раньше всё было иначе. Их отцы играли в джаз-бэнде, а семью Грейзеров не коснулась трагедия… К сожалению, тех времён, когда её отец был музыкантом, девушка не помнит, но обязательно расспросит об этом у матери, когда вернётся домой. Мел ещё несколько секунд разглядывала фото, после чего вернулась к друзьям. Те уже расположились на стульях, которые были до этого так же покрыты тонкой тканью. Они воспользовались ей, чтобы протереть сиденья от грязи. — Ну, если она права, — цокнула Нора, осматривая компанию, — то это должно быть пианино. По правую сторону от ребят стоял белый рояль с золотистыми оборками и такого же цвета педалями. Около него находилась потрепанная временем сидушка из замкожи молочного цвета. Вполне возможно, что ее изначальный окрас был белоснежным, но впоследствии загрязнился. На передней стенке инструмента совсем незаметно был выбит весь лунный цикл, что прямо говорило о том, что это то, что им нужно. Но заметить невооруженным глазом выбивку было сложно, поэтому приятели сомневались, правильно ли они делают. Ллойд присела на сиденье за рояль и провела пальцами по крышке, приподнимая ее. На её внутренней стороне практически незаметно также было выбито множество символов, которые она заметила. Девушка удивленно посмотрела сначала на них, а после на одноклассников и соседа, указывая на крышку. Лам быстро сообразил, что подруга имеет в виду, поэтому достал из своего дипломата потрепанную книжку, который «отряд аутсайдеров» величали как лунный словарь. Парень склонился рядом с Мел, невольно замечая, что парфюм у нее сменился, и вместо привычного запаха яблок он улавливал благовоние с нотами сирени. Аромат показался ему знакомым, но полной уверенности не было. Повернув голову, мужчина уставился на лицо девушки. Она смущенно улыбнулась, вмиг заливаясь краской. Ван попытался улыбнуться в ответ. И все-таки сделав это довольно криво, Ли вновь посмотрел на символы. Было сложно сосредоточиться — время поджимало, в любой момент могла зайти охрана да и флиртующий Самаэль, который часто обращал внимание на рядом сидящую подругу, отвлекал. Крис маячил под рукой Лама, пытаясь помочь, но ничего путного не предлагал. Ван все думал, почему у него не получается составить слова, ведь он использовал слоги. — Может, это названия нот? — робко предположила Мелло. — Загадка же связана с музыкой, плюс символы выбиты на рояле. Тогда Ли понял, хлопнув рукой по лбу. Точно! В конце словаря были отдельные символы, переводящие на буквы. И когда дело пошло на лад, было уже не так страшно. — Соль диез, до диез, ми, — произнес парень. — Повторяется восемь раз. Затем ля, до диез, ми два раза и… Его прервала мелодия, которая распространилась по всему кабинету. Мел, услышав названия нот и сложив два плюс два, поняла, о каком произведении идет речь. Пальцы девушки аккуратно перебегали с одних клавиш, на другие. Левая рука играла аккорды, когда же правая перебирала их. Лунная соната Бетховена как никогда была подходящей для всех происшествий города. Такая грустная, «минорная», трагедийная. Все присутствующие на миг затихли. Даже Нора не могла сказать ни слова, — настолько музыка и игра приятельницы были прекрасны. Селена время от времени поглядывала на дверь, боясь, что кто-нибудь к ним ворвётся. А остальные будто и забыли обо всём: о своих проблемах, воронах, влюблённостях и маньяке. В этот момент для них существовали только «Лунная соната» и старенький потрёпанный рояль, который, несмотря на старость, завораживал и заставлял приглядываться к себе. Каждые трещинки и царапинки ничуть не портили его, а совсем наоборот — составляли историю. Такую же загадочную и интересную, как сам музыкальный инструмент. А музыка всё играла и играла, переходя из крайности в крайность: вот она тревожная, чем-то взволнованная, а тут успокоилась и стала мягкой и нежной, с некими нотками переживаний, будто сама богиня луны — Мат Чанг, о которой сразу же вспомнил Лам. В его стране о ней и её сестре, богине солнца Мат Чой, существовали легенды и поверья. В старинных преданиях говорилось, что Мат Чанг когда-то была даже горячее, чем её сестрица, из-за чего люди страдали от её палящего зноя, поэтому матери Мат Чанг было велено вымазать золой лицо дочери. С тех пор нрав лунной богини стал нежным и мягким, прямо как играющая в данный момент мелодия. После этого все на свете полюбили её. Жители говорят, что всякий раз, когда Мат Чанг поворачивает своё лицо и смотрит на землю, наступает полнолуние, а когда поворачивается спиной — новолуние, а если же она обращается к земле правым или левым боком, то это соответствует первой и последней четверти луны. В голове Ли тут же начали всплывать образы двух богинь, а также родной город. На его душе стало тепло и в то же время грустно. Тоска окутывала его сердце всё больше и больше, но он старался это преодолеть, дабы не погрязнуть в депрессивных мыслях. Постепенно музыка подошла к концу. Ллойд сыграла последние, завершающие аккорды и, отпрянув от клавиш, обомлела. Из-под крышки рояля послышался странный, нехарактерный скрип. Ребята тут же вышли из своих дум и подошли поближе к инструменту, заглядывая внутрь него. Между струнами начало появляться что-то продолговатое, цепляя краями нитки. Казалось, вот-вот, и они порвутся, но артефакт проскакивал между ними, хоть и с натяжкой. Через пару секунд из ямки вылез весь ключик. Лам аккуратно вытащил его, и отверстие сразу же захлопнулось. — Вау, ну ни чё себе, — восхитился Самаэль. — Никогда бы не подумала, что у нас есть такая комната в школе искусств, — робко проговорила Мелло, поглядывая то на рояль, то на фотографию, стоящую в другом конце кабинета. — Да чё там комната, твоя игра на пианино ваще улёт, если бы не ты, мы бы не нашли ничего, — похвалил подругу Диккенс, стукнув легонько по плечу. — Да, это было поистине прекрасно, — поддакнул Ли, искренне улыбаясь. Услышав такие слова, Мел заметно засмущалась и опустила взгляд вниз. Кристиан взял у Вана находку и прокрутив её между пальцами, оглядел со всех сторон, после чего сильно удивился. На ней не было характерных символов, как на предыдущих ключах. Плоский, практически отшлифованный — он напрочь отличался от первых найденных. — Тут что-то странное, ребят, — позвал друзей Мур. — Он абсолютно чистый. — В смысле? — слишком громко воскликнул Диккенс, нарушая идиллию, которая образовалась за последние несколько минут. Парень передал старинный артефакт в руки другу, который был не меньше удивлен. Маэль осмотрел его вдоль и поперек: подносил к лицу, в надежде увидеть хоть какие-то крошечные слова на лунном языке, подходил к окну, дабы уловить их на свету, и несколько раз пытался соскрести ногтем невидимый слой. Ничего не получалось. Сам кивнул, подтверждая слова одноклассника, а после передал ключик рядом стоящей сестре, чтобы та убедилась. Эта процедура повторилась до тех пор, пока Лам со вздохом не убрал его во внутренний карман пиджака. Настроение испортилось у всех — неужели их страшные вымыслы исполнились? Это конец? Всего лишь чья-то шутка? Почему на нем нет ничего? Почему он пустой? Эти мысли затронули каждую голову в маленьком помещении. Никто не знал, что им теперь делать дальше. Они лишь безмолвно переглядывались между собой, тем самым пытаясь найти решение. Но идей не было. Оуэн, встав с нагретого солнцем места, первая удалилась из душной комнатушки. Остальные подтянулись за ней. Всё раздражало — персиковые обои в коридоре и темные стулья вдоль стен, об которые все вечно спотыкались. Пустота накрыла Мелло. Девушка вовсе не знала, как ей поступить, как ей помочь Мелоди, которая так этого просит. Ей было страшно, и она чувствовала себя виноватой. Что, если она ошиблась в каком-то месте? Сыграла совсем не те ноты, и из-за этого вылез другой ключ? Хотя он вообще не должен был вылезти… Ллойд запуталась. Быстро попрощавшись с администратором, компания вышла на улицу. Холод окутал их снова, заставляя поежиться. Солнце, которое совсем ненадолго выглянуло из-за сгустившихся туч, не спасало. Напротив, оно подчеркивало всю никчемность такого визита и создавало мрачную перспективу грядущего. Темнело. Кое-где горели фонари с перебоями, подчеркивая тревожность приятелей. Было безлюдно. Лишь одинокий мужчина стоял посреди тротуара, во всем черном, источая еще большую темную ауру. Ребята переглянулись между собой, замерев на месте, увидев, как он пристально смотрит на них. — Ребят, вам не кажется, что он пялится на нас? — встревоженно прошептала Нора. Девушку напрягло такое пристальное внимание со стороны незнакомца, из-за чего она немного испугалась, потому что похожий взгляд был и у её отца, когда тот окончательно сошёл с ума после смерти своей жены. — Может, он просто заблудился? — предположила Селена. — У него такой потерянный вид, да и стоит он посреди дороги. — В любом случае… раньше тут его никто не видел, — прожигая взглядом мужчину, признался Кристиан. — Давайте пойдём отсюда? У меня из-за него мурашки по коже, — застенчиво сказала Мелло, потирая плечи. — Вот-вот, Ллойд впервые говорит дело, — согласилась с подругой Оуэн. — Да ладно вам, — беспечно ответила Сел, — не думаю, что он нападёт на нас или что-то вроде того, — высказалась она. — Хей-хей, здравствуйте! — крикнула Диккенс в своей типичной дружелюбной манере, махая незнакомцу рукой. — Сис, хорош, не надо, — проговорил Самаэль, тормоша сестру за плечо. Но ответа не последовало. Как от девушки, так и от мужчины, который всё также стоял на месте. Постепенно их всех остальных начал окутывать страх, прожигая до трясучки. Было страшно даже сдвинуться с места, несмотря на то, что в паре шагов находилась музыкальная школа и можно было вернуться обратно и вызвать оттуда такси, дабы уехать хоть куда-нибудь, лишь бы не видеть этого жуткого человека. Пусть даже и будет им стоить это всех карманных денег, хотелось поскорее сбежать. — Не стоит бояться, нужно идти… — прошептал Арнольд как ни в чём не бывало и прошёл вперёд. — Хорн, ты сдурел?! — шёпотом прикрикнула Нора. Но парень ничего ей не ответил и пошёл дальше. Друзья испуганно переглянулись и кивнув друг другу, последовали за ним. — Может, зря мы так боимся? Обычный человек посреди улицы, что в этом такого? — попытался успокоить себя и остальных Лам. — Чел, в связи с последними событиями… типа лучше не доверять даже простому жителю, — ответил ему Сам. — А то как же… — проговорил про себя Ли. Внезапно Селена молча взяла за руку своего брата, а второй обхватила ручку Кристиана. Парни сначала удивились, а особенно Мур, но тут же Самаэль подхватил мысль сестры и взял в ладонь руку Мелло. Та очень сильно засмущалась и подала свою Ламу, а Крис Норе. Ван был слегка шокирован, но в то же время ему было приятно, что он наконец возьмёт девушку, которая ему нравится за ручку. Оуэн же не очень нравилось прикасаться к однокласснику, но, преодолев неприязнь, она всё же это сделала, так как боялась идти дальше в полном одиночестве. После этих жестов подростки явно почувствовали себя спокойнее и поняли, что смогут защититься. Лишь Арнольд шёл впереди них, словно главнокомандующий, совершенно ничего не боясь. Неожиданно незнакомец тоже начал надвигаться на них, выходя из-за фонарного столба. Присмотревшись к нему, ребята разглядели, что это был мужчина в плаще, на котором кое-где виднелся тёмно-серый орнамент. Его было трудно разглядеть издалека. На голове у него красовался капюшон от этой же самой накидки. Из-под неё было видно только его карие глаза, по которым было нетрудно определить, что он азиат. Когда приятели дошли до середины улицы и остановились практически рядом с остановкой, незнакомец сделал также. Повисла гробовая тишина. На улице не было ни души, только они и этот странный тип. Каждый боялся сказать хоть слово, а Хорн, который перед этим уверенно шагал вперёд, остановился и не двигался, будто выжидал чего-то. Внутри подростков забушевала тревога, но они старались её преодолеть, полностью положившись на Арни. Но если бы что-то пошло не так, друзья были готовы ринуться ему на помощь. Пусть и погибли бы, но помогли. — Молодцы, вы прошли игру, — неожиданно для всех заговорил низким голосом незнакомец. Услышав эти слова, компания удивилась. Какую игру? Неужели он про ключи? — Чё? — воскликнул Диккенс, всматриваясь в мужчину. Тот же молчал, пристально оглядывая ребят. Их это еще больше смутило, и они замешкались. Уйти? Или остаться? Никто не знал, что будет дальше, и это сбивало с толку. Азиат мог себя повести как угодно и мог иметь абсолютно всё под «игрой». — Он несет какой-то бред, — цокнула Нора, когда не дождалась ответа от незнакомца. — Пошлите уже. — Стойте, — остановил их Арнольд, вглядываясь в пустоту за мужчиной. Подростки оглядели парня, а после проследили за его взглядом, и всем стало еще более жутко, чем до этого. Что он увидел за стариком — неизвестно. Но Хорн пристально смотрел туда, не отводя взгляд, поэтому создавалось впечатление, как будто там кто-то стоит так же, не двигаясь. Но при этом видны были лишь ветви деревьев. Молчание продолжалось еще несколько секунд, пока незнакомый им человек их будто анализировал. — У меня нет голоса, чтобы произнести слова, но издалека ты все еще слышишь, как я кричу, — произнес шепотом он, медленно приближаясь к ним. — Что за херню ты несешь? — взбесилась Оуэн. — Успокойся, — остановил рукой надвигающуюся на «молчуна» девушку Арни. — Нам надо его выслушать. — У меня нет голоса, чтобы произнести слова, но издалека ты все еще слышишь, как я кричу, — повторил мужчина еще раз, пока кучка ребят жалась друг к другу из-за накрывавшего их страха. Компания переглянулась между собой, а когда посмотрела обратно на незнакомца, то увидела лишь отдаляющуюся от них массивную спину. — Это что такое было? — тихо спросила Мелло. — Скорее всего, он сказал то, что должно быть на ключе, — предположил Лам, попутно записывая слова незнакомца в блокнот. — Ага, или просто сумасшедший, сбежавший из дурки в соседнем городе, — Нора цокнула. — Да и район подходящий для пребывания. — Может, ты уже перестанешь? — на выдохе произнес Мур, смотря на девушку. — В натуре, Нор, харе, — поддержал друга Самаэль. — Ты уже перегибаешь. Одноклассница закатила глаза. — Может, это последний ключ, поэтому так все официально? — шёпотом высказал свою догадку Арнольд. Виспер молчал, что было странно. Хорн терялся в такие моменты, ведь надоедавший призрак раньше говорил без умолку. — Мне кажется, это какой-то бред, — Селена воспользовалась ингалятором, прежде чем ответить другу. — Сейчас отгадаем, а там нас будет поджидать какой-нибудь маньяк. А если эта вся «игра» затеяна для того, чтобы нас убить? Мол, пытаемся все узнать… Девушка запаниковала, и брат подумал, что она наконец сняла розовые очки. — Не думаю, — проговорил Кристиан. — Если бы он действительно был убийцей, то вряд ли бы вышел к нам просто так, — высказался он. — Ага, а кто же это тогда? Санта Клаус? Пришёл нам загадки рассказывать за подарок? — съязвила Оуэн. — Чуваки, давайте расслабимся и типа всё спокойно обдумаем, — попросил Самаэль. Парень не меньше остальных боялся происходящего, но хотел разобраться в этом и поскорее поймать преступника. Всё-таки они проделали долгий путь к концу игры. — Расслабиться невозможно, — робко вмешалась Мелло, потирая локоть правой руки. — Вдруг он действительно маньяк? Может, у них там целая опасная группировка? — предположила девушка. — Вот-вот, — в унисон сказали Селена и Нора. — Мел, ты разве не хочешь найти Мелоди? — наклонившись к подруге, спросил Диккенс. Он был в шоке от слов приятельницы. Ведь совсем недавно она хотела найти убийцу во что бы то ни стало, а тут резко сдала назад. Даже сумасшедшего в лесу не испугалась, а тут при виде какого-то сказочника струсила. Ллойд замялась и на миг отвела взгляд, заметно покраснев. — Хочу, — пробормотала она, — но мне страшно, — через силу выговорила Мелло. — Я боюсь, что с нами случится то же самое, что и с Мелоди. — Этого не произойдёт, чувих, — попробовал уверить её Сам. — Такой исход маловероятен, мы осторожные, — вмешался в диалог Крис. — Ага, конечно, все так думают, а потом их тела бесследно пропадают, — сложив руки на груди, огрызнулась Оуэн. — Хватит нести чушь, — попросил одноклассницу Мур. — Чушь? Да ты сам несёшь полнейший бред. Ты хочешь, чтобы мы все разгадывали загадки какого-то стрёмного незнакомца?! Ты понимаешь, что подвергаешь нас опасности?! — прикрикнула девушка. Услышав это, Кристиана уже было не остановить. Парочка одноклассников снова начала ругаться, позабыв про временное перемирие. Никто не вмешивался в их разговор, да и друзья этого не хотели, пока Мел внезапно боязливо не сказала: — Это всё очень странно, но мы были в похожих переделках, и нас всегда выручал Арнольд. Оуэн и Мур замолчали, вспомнив о друге, который стоял чуть поодаль от остальных, отвернувшись в сторону фонарного столба. Он услышал своё имя, но никак на него не отреагировал, а, наоборот, продолжал прожигать взглядом дорожку, по которой не так давно прошёл мужчина. — Арни, что ты об этом думаешь? — неуверенно поинтересовалась Ллойд, заставляя лучшего друга вернуться в реальность. В компании вновь повисла гробовая тишина. Хорн наконец обернулся и посмотрел на подругу пустыми глазами. Виспер до сих пор не проронил ни слова, и парня это настораживало. Многое было непонятно, и Арнольд сам запутался в своих ощущениях и мыслях и не мог дать точного ответа. — Ребят, я, конечно, извиняюсь, — неожиданно для всех заговорил Лам, который, стоя в стороне, осматривал находку и старался не вмешиваться в разборки друзей, так как давно понял, что это совершенно бесполезно. Ван списывал такое поведение на переходный возраст, поэтому пытался не обращать на это внимания, — но у меня в комнате есть различные принадлежности, которые помогут нам изучить ключ. Можно попробовать удалить ржавчину, отшлифовать находку или же проявить надпись ультрафиолетом, — предложил он. Для всех это стало спасением. Приятели обрадовались, что Ли придумал запасной план. Тинейджеры как можно скорее хотели уйти с мороза в тепло, поэтому быстрым шагом направились на остановку. Они почувствовали облегчение, ведь, возможно, сейчас все решится, но вместе с этим у каждого внизу живота затягивался тугой узел неизвестности. Им пришлось потрудиться, чтобы уместиться в автобусе. Много народа ехало в центр, а это был последний транспорт, который направлялся туда. Приятелям надо будет пересесть в другой, прежде чем они доберутся до дома Мелло и Лама. Было даже как-то неловко ехать туда после недавних происшествий и выходок Норы. Сама Мел не горела желанием, но было несколько причин, почему она была спокойна: отца не было дома, с ней был сосед, который в случае чего сможет перетянуть подростков на себя, и возможное решение загадки. — Ой, извини, — пискнула Ллойд, когда на очередном повороте она навалилась на стоящего рядом Самаэля. Вместе с этим девушка еще и наступила ему на ногу, но парень не был зол. Он ее придержал одной рукой за талию, когда та попыталась восстановить равновесие, а после наклонился так близко, чтобы прошептать одно «ничего». Мел моментально залилась краской и попыталась скрыться в плече рядом стоящей Норы. Оуэн же обернулась назад, цокнув и дернув плечиком одновременно, скидывая с себя лицо подруги. — Вы, может, в свои брачные игры поиграете, когда останетесь наедине? — скривила губы девушка, упрекая парочку. — Обязательно, — недовольно проговорил Сам, пытаясь скрыть смущение. Он быстро убрал руку с туловища рыжеволосой.

***

Автобус остановился в начале Рейвен-стрит. Компания подростков, встав со своих мест, мигом вышла из него, направляясь в конец улицы. Ветер успокоился, и на улочке было уже не так холодно. Тучи рассасывались, открывая взору розовое небо, где начали появляться маленькие светила. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, в последний раз за день освещая улицу, тем самым давая надежду, что все еще будет, пусть и не сегодня. И, как всегда, надежда в эту минуту особенно много значила для каждого, кто был готов отдать ей всего себя. Ребята бегло прошмыгнули на второй этаж в комнату Лама, дабы их никто не заметил. Но сделать это было довольно сложно, когда они услышали голоса женщин на кухне. Тихо открыв скрипучую дверь, друзья прошли в теплую комнату парня, устраиваясь поудобнее. Пришло время раскрыть все карты. Ли, не теряя времени, приступил к созданию раствора цинка, чтобы, как и в прошлый раз, снять с ключа ржавчину. Парень залез в стеклянный шкаф и начал искать нужное вещество. Из комода тут же полетели на пол различные баночки, ёмкости, книги, инструменты и многое другое. Со стороны казалось, что шкафчик маленький и может уместить в себе максимум какие-нибудь книжки или сервиз, но явно не всё то, что умудрился туда запихать Лам. Тем временем подростки разбрелись по разным углам: Нора уселась на стул за рабочим столом, который был у самой двери, Кристиан присел на пуфик, а остальные уместились на диванчике. Друзья до сих пор не хотели говорить, так как были немного напуганы и заметно устали. Каждый надеялся, что махинации Вана помогут делу и на ключе появится новая загадка. А особенно этого хотел Арнольд. Виспер до сих пор молчал, и парня это пугало. Сначала призрак говорил без конца, потом появились видения, и тут это существо внезапно пропало. Арни не понимал, что случилось и что теперь делать. Верить ли тому незнакомцу или же надеяться на друга археолога? Однозначного ответа не было, но Хорн решил понаблюдать за тем, что будет дальше, а уже потом делать какие-то выводы. Наконец Лам нашел нужные вещи, наполнил миску водой и, добавив туда цинк, положил ключик на дно ёмкости. — Всё готово, — сообщил он, — осталось только подождать около часа.

***

В Ласт Тоффи постепенно наступала ночь. Жуткая тишина окутала город. На улицах не было ни души. Не слышались звонкие голоса детей, серьезные разговоры взрослых и топот ножек местных жителей, хотя до комендантского часа оставалось около двух с половиной часов. В принципе, ничего необычного. Для маленького провинциального городка это нормально. Обычно в крупных мегаполисах в это время просыпается ночная жизнь: открываются клубы, рестораны, из различных заведений звучит музыка, а уставшие молодые люди после тяжёлого трудового дня идут поразвлечься. А вот в небольших городах наступает «полноценная» темнота. Все идут отдыхать, и мало кто выходит на улицу. Обычно это работники или же подростки, весело проводящие время в столь поздний час. Но в Ласт Тоффи это время суток чувствовалось иначе. Оно было страшным и пугающим. Тишина окутывала каждого с ног до головы и жутким эхом доносилась до самой глубины сознания, заставляя запереться дома на все замки и не выходить до самого утра. Внезапно на Саут-стрит появилась довольно массивная фигура человека. Того самого сказочника, который озвучил отряду аутсайдеров последнюю загадку. Он до сих пор не покинул город и бродил по его закоулкам, пытаясь найти выход к лесу, совершенно не подозревая, что за ним уже давно кое-кто следит. — Это кто-то из лунного народа? — шепотом спросила Рина, выглядывая из-за кустов. — Да. Я чую, что это он, — тихо ответила ей Соул, прожигая взглядом туриста. — Тогда почему мы сидим здесь? Может, убьём его и принесём голову Супреме? — продолжила спрашивать Бланд. — Нет, — махнув рукой соплеменнице, отрезала ворона-воин, — мы проследим за ним и найдем остальных. Так будет даже лучше. После этого вечно ругающиеся ребятишки нам не понадобятся, — объяснила она. — Это бред, лузеры и так нас практически привели к лунному народу, — гаркнул Огастес. — Рина права, этим мы заслужим уважение госпожи. Главная в троице тяжело посмотрела на парня, который не вздумал притихать, как это было раньше, когда ловил на себе грубые взгляды сородичей. Он лишь продолжил приводить доводы, которые, как ему казались, были очень даже весомы. Мужчина тем временем уже практически вышел на прямую тропинку, которая вела в лес. Хоть он и выглядел намного моложе своих лет, в силу возраста память покидала его, уступая место навязчивой дезориентации, делая его все более уязвимым. Незнакомец прекрасно понимал, почему именно выступал посредником, поэтому не осуждал свой народ. Ему давно было пора пойти на покой, а перед этим сделать завершающую миссию, оповестив подростков о том, что они уже в конце пути. — Я так не могу! — вскипел Харди. — Я не хочу быть слабым звеном! После его тихого крика он подпрыгнул на месте, давая себе возможность перевоплотиться в птицу в полете. Тело его скомкалось в одной точке, подметая под себя сжавшийся воздух, а после раскрылось уже в тушке ворона. Парень махнул крыльями, взлетая над деревьями, тем самым пытаясь найти странника. Рина всегда и во всем поддерживала друга, ведь втайне любила его и пыталась тем самым заполучить любовь с его стороны. И этот случай не был исключением — она повторила действия приятеля, также перевоплощаясь в ворону. Каркнув, Бланд полетела ввысь за ним, попутно осматривая маленький лесок возле дороги. Мужчина спокойно шел по тропе, улыбаясь самому себе и своим всплывшим воспоминаниям. Он думал о том, как вместе со своей покойной женой они впервые, в 1950 году, нашли поселение лунного народа, и о том, как их там приняли. Теплота растворялась в нем, придавая этому вечеру особый шарм. Мужчина практически плыл по дорожке, когда перед ним возникло два свирепых ворона. Он остановился, поняв, что они летят как бы на одном месте и это не к добру, потом развернулся и что есть мочи побежал обратно к дороге. Красный галстук с золотистыми кантовками, который и так свободно висел на шее старика, развязался окончательно, упав около бордюра дороги. Птицы настигали его, но пока что ему удавалось убежать, хоть от этого и сильно болели ноги. Хотелось отдышаться, что не спасло бы его от своей участи. Черные пташки окружили его, а когда он пытался повернуться, они били своими крыльями его по голове. Головокружение настигло мужчину, отчего его ноги покосились и он упал на холодный и мокрый от дождя бетон. Как назло, мимо проезжающих машин не было, хотя у него и не было на них надежды. Огастес приземлился на его лицо мерзкими лапами, царапая его. Он осмотрелся на наличие свидетелей и, поняв, что их нет, вернулся к старику. Сначала цапнул его за нос, сдирая окончательно морщинистую кожу, а после за щеку, проделывая то же самое. Харди наслаждался свежими кусками плоти, прожевывая их, пока тот, надрываясь, кричал. Окончательно сорвав голос, он уже издавал хрипы, пока птица выклевывала ему глаз. «Какой живучий», — пронеслось у Рины в голове, пока она сдирала ногтевой покров с пальцев посредника. — «Он уже должен был умереть от болевого шока». Мучения старика прекратились, когда Огастес надрезал его кожу на шее, тут же выклевывая её содержимое. Последнее, что увидел мужчина, было лицо его улыбающейся жены.

***

Прошел час, и Лам аккуратно вытащил артефакт из специального состава и положил его на заранее постеленное полотенце. Подростки тут же оживились, увидев действия друга, и поспешили к нему. Каждый так и норовил влезть в этот процесс, чтобы наконец узнать следующую загадку. Ван то и дело отталкивал своих приятелей, дабы они ему не мешали. Всё-таки трудно работать, когда шестеро детишек путаются под ногами. Парень надел резиновые перчатки и, взяв в руки ключ, принялся осматривать его. Ржавчина сошла, но новых символов не было. — Ничего не понимаю, — сказал про себя Ли. — Что такое? — спросил Кристиан. — Нужна лупа, — ответил ему Лам, вытянув левую руку в сторону, сжимая и разжимая кулак, подавая сигнал о том, чтобы они дали ему нужный предмет. Мелло, увидев это, направилась к стеклянному шкафчику. Настолько часто девушка бывала в этой комнате, что знала, где что лежит. А ведь подумать только — когда-то в этом комоде находились книжки Мелоди, а теперь археологические принадлежности. Ллойд не могла и представить себе, что когда-нибудь они с соседом подружатся и сблизятся. Открыв дверцу шкафа, Мел немного порылась в вещах и сразу нашла искомое. Всё-таки парень часто использовал лупу, когда осматривал новые находки, поэтому она лежала в небольшой тряпочке, чуть ли не на самом верху горстки предметов. Взяв в руки находку, девушка направилась к друзьям и, вручив её Вану, растерянно отошла за ребят. — Спасибо, — поблагодарил её Ли, немного смущаясь. Но он постарался не обращать на это внимания и сконцентрироваться на расследовании. — Да… Не за что, — тихо ответила ему Мелло. Лам принялся осматривать ключ через лупу. Вертел его в разные стороны, приближался и отдалялся от него, протирал, но ничего не нашёл. Артефакт был пуст. — Ничего нет, — сообщил подросткам он. — Может, типа попробуешь его отшлифовать или проявить этим… Как эта хреновина называется?.. — проговорил Самаэль, почесав затылок. — Ультрафиолетом, — напомнил другу название электромагнитного излучения Мур. — Точняк! Ультрафиолетом, — щёлкнув пальцами, выпалил Диккенс, — спасибо, чувак. Услышав слова благодарности, Крис довольно кивнул, поворачивая голову в сторону археолога. — Не знаю, выйдет ли что-то. Обычно было достаточно снять ржавчину, и загадка уже была видна. Не думаете ли вы, что тот незнакомец действительно говорил правду? — поинтересовался Ли, откладывая лупу и ключ в сторону. — Слушай, ты сам сказал, что можешь своими штучками помочь проявить послание, — начала Нора, — а теперь сдаёшь назад? Если нихрена не можешь, тогда зачем нам мозги парил? — огрызнулась Оуэн. — Нора! — воскликнул Крис, зло смотря на одноклассницу. — А что я такого сказала? Если обещал, пусть делает. Я не хочу верить первому попавшемуся бомжу, — высказалась она. — Не наседай на него, — попросила подругу Селена. — Я уверена, что сейчас все получится, и не будет нужды верить тому мужчине. — Я сделаю все, что в моих силах, — смущенно произнес парень. — Но мне кажется, что тут явно ничего не будет. Сколько лет этот ключ лежал внутри рояля. Диалог на этом прекратился. Оуэн надулась, усевшись на свое нагретое место, Селена же подошла поближе к парню, не упуская веры в лучшее. Лам достал из ящика стола, на котором все и находилось, продолговатую палку, которая излучала ультрафиолетовые лучи. Он нажал на тумблер на одном из концов, что включило ее. Стол осветил фиолетовый свет, и Ли направил фонарик на ключ, попутно выключая настольную лампу. Но, как и в случае с цинком, ничего не проявилось. Ван покрутил его и так, и сяк, надеясь, что такие нужные сейчас символы окажутся на ребре ключика, но ничего не было. Он потер переносицу, жмурясь. Ребята сразу поняли, в чем дело, и грустно выдохнули. Последняя надежда испарилась, а вместо нее пришли злоба и разочарование. — И что делать теперь будем, господа? — окончательно взбесилась Нора, устало опуская ногу на пол. — Верить этому чудику я не собираюсь! — У нас нет выхода, нам придется, — протянул последнее слово Кристиан, хмурясь. — Нам ничего не остается делать, надо думать над этим. — Но… Что, если Селена права, и мы не сносим головы? — Мелло замяла руки. — Надо найти другой способ. — Какой, чувих? — скорее всего риторически спросил Самаэль. — Крис прав, других вариков нет. — Самаэль, — позвала брата Сел. — После всего случившегося с отцом… Ты реально хочешь пойти туда, куда загадал тот мужчина? — То есть тебя не смущало то, что мы несколько недель гоняли по заброшкам, подвергая себя все той же опасности? Девушка промолчала, обдумывая все про себя. Она действительно не задумывалась о том, что нападения могут случиться с ними в любой момент, будь они в том парке с часами или в заброшенном бассейне в районе, где жила Нора. Тогда это все казалось беспечным, потому что они были в начале пути: только переехали, и все им было интересно, да и времяпровождение с друзьями сказывалось на настрое. Но сейчас, когда они, по сути, зашли в тупик и единственный вариант решения проблемы предлагал стрёмный незнакомец, ей показалось это странным и опасным. Селена не хотела подвергать себя такой опасности, учитывая все то, что происходило с ней и ее братом в Блайнд Агасте. — Ты записал, что он сказал? — обратился Мур к Ламу. — Да, — произнес тот, попутно доставая листок из дипломата. — «У меня нет голоса, чтобы произнести слова, но издалека ты все еще слышишь, как я кричу». — Что это может быть? — прошептал Арнольд, закапываясь еще больше в своих размышлениях. — Да ничего это не может быть! Забудьте и пошлите домой! Наши приключения окончены! — Оуэн схватила сумку и прошла к двери. — Нам надо решить эту загадку! Нам придется, как бы ты этого не хотела! И мы пойдём в загаданное место, несмотря на твой ответ! — вспыхнул Кристиан. До этого никто его не видел таким злым и хмурым. Все привыкли, что он добрый души человек, который кушает все то, что предлагает ему Нора, независимо от ее настроя. Крис никогда не кричал, лишь спокойно обосновывал свою точку зрения даже тогда, когда все ссорились. Он не давал себе слабину в ссорах, вспоминая, что происходило с его родителями в этих моментах. И не хотел, чтобы это все повторялось и с ним. — Да почему мы должны всегда вас слушаться? — как можно спокойнее произнесла Селена, но голос дрогнул на последнем слове. Девушка всегда следовала указаниям отца и брата, думая, что они лучше знают, никогда и не думая их ослушаться, но сейчас она и так была на взводе, что дало ей небольшой стимул показать свой характер. — Мы лучше знаем, сис. Мы все решили, нам надо докопаться до истины, — как можно спокойнее произнес Самаэль, поглаживая сестру по плечу. — Мы, мы, мы. Всегда мы! Только вот никто не спрашивает наше мнение, — поддержала подругу Оуэн. Мелло же молчала. Она часто была эпицентром в ссорах. Что уж далеко ходить — вспомните недавний случай на дне рождении Мелоди. Ей всегда конфликты приносили дискомфорт, когда же ее отец, будто энергетический вампир, подпитывал все в себя. — Почему никто не спрашивает ваше мнение? Мы всегда им интересуемся, — опроверг слова одноклассницы Мур. — Ага, ну конечно. Даже сейчас, когда мнения разделились, вы стоите на своём и не хотите нас услышать! — продолжила ругаться Нора. — Чувих, вы хотели осмотреть ключ, убрать ржавчину, посмотреть его под ультрафиолетом, Лам это сделал, — вступил в спор Маэль, — он ничё не нашёл. Следовательно, надо слушать того мужика. Разве ваше мнение никто не учёл? — Да, сейчас его никто не слушает, — сложив руки на груди, ответила Оуэн. Разборки продолжались. Никто не хотел даже слышать точку зрения другого. Все кричали и ругались, кроме стоящих в разных концах комнаты Мелло и Арнольда. Ллойд выжидающе смотрела на друга, будто хотела, чтобы тот снова сказал что-нибудь внушительное, как это всегда и бывало, чтобы все успокоились. Девушка знала, что Виспер ему что-то шепчет и хотела узнать что. Мел не понимала, почему одноклассник молчит. Ведь всё это прекратить можно по щелчку пальцев и развеять сомнения друзей. Хорн не раз делал странные вещи и подсказывал остальным верные решения, так что же сейчас мешает? Арни же видел грустный взгляд подруги и осознавал, что только она в этот момент помнит о нём и ждёт помощи от него. Безмолвно кричит ему, подаёт знаки, но всё тщетно. — Я же сказала, что мы никуда не пойдём, — топнув ногой, крикнула Нора. — Да никто тебя и не зовёт, только перестань подговаривать Селену! — огрызнулся Мур. — Никто меня не подговаривает. Просто у нас мнения сошлись, — вступилась за подругу Диккенс. — Вот-вот! — поддакнула девушка. — Сис, мы же должны работать вместе. А вдруг пока меня не будет, чё-то случится? — обеспокоенно вопрошал Самаэль. — Тогда не иди никуда, забей на всю эту ситуацию! — воскликнула Сел. Эти споры могли продолжаться долго. Лам этого не выдержал и вышел на балкон, громко хлопнув деревянной дверью. Этот звук заставил всех замолчать, а Мелло вздрогнуть. Увидев, что её сосед уже не выдерживает, Мел решилась вмешаться: — Мальчики, я тоже боюсь следовать словам этого незнакомца, поэтому даже не знаю… — Вот, молодец, Ллойд, человеком становишься, — похвалила подругу Оуэн, из-за чего на неё все зло зыркнули. — Арнольд, что ты думаешь насчёт этого? Что Виспер тебе говорит? Если он за это, то я пойду. До этого ведь всё было хорошо, — робко заявила Мел. Услышав эти слова, девочки задумались. А ведь и правда — всё мог решить только Хорн. Парень украдкой посмотрел на приятелей. Впервые он почувствовал страх перед ними. Призрак молчал с самой встречи с незнакомцем и, видимо, говорить не собирался. Арни понимал, что всё зависит только от него. И также осознавал, что молчание его невидимого приятеля только подтолкнёт остальных к закрытию расследования. — Хорн, ну что ты молчишь?! — грубо поинтересовалась Нора. — Не наседай на него! Вдруг пытается разобрать слова Виспера, — попросил одноклассницу Крис. Оуэн на это лишь закатила глаза. — Арни, не переживай. В любом случае всё будет нормально, — проговорила Сел, подойдя к другу. Она положила руку ему на плечо и немного потеребила его. Арнольд тут же залился румянцем, но старался этого не показывать. Он знал, что уйти от ответа не сможет. А тем более разочаровать Селену и Мелло, поэтому спустя какое-то время наконец прошептал: — Виспер молчит… — Как молчит? — шокированно спросил Самаэль. — После встречи с тем мужчиной он замолчал… И до сих пор не говорит, — рассказал Хорн. Диккенс устало выдохнул, поняв, что уже никак не сможет переубедить сестру и заносчивую подругу перейти на их сторону. Было обидно и в то же время грустно, что парень никак не может повлиять на их мнение, ведь он хочет как лучше. Конечно, Маэль понимал, что насильно заставлять их нельзя и надо учитывать их точку зрения, но, как ему казалось, это единственный верный вариант развития их действий. Лам до сих пор был на балконе, поэтому не застал ухода Оуэн: — Делайте что хотите, отныне — дальше без меня, — она нацепила сумку на плечо и вышла из комнаты, не попрощавшись. — Нора, подожди! — крикнула ей вслед Селена. — Там уже темно, я с тобой. Девушка выбежала так же быстро, как на небе появилась первая звезда. Мелло оглядела друзей и, взяв старый кардиган, оповестила друзей о том, что она их проводит хотя бы до поворота на остановку и скрылась за дверью. — И что делать будем? — Мур устало опустился на кресло, опрокидывая голову на руки. — Я не знаю, чувак, — протянул Сам, смотря на дубовую дверь. — Пойдем одни, значит. Арни, ты с нами? Че вообще думаешь по этому поводу? — Ну… Нам все же следует разгадать загадку, — чуть громче обычного произнес Хорн. — И это мое мнение, а не Виспера. — Отлично, братан, — усмехнулся Диккенс. — Мы разделились на два лагеря? Угарно. — В смысле? — спросил Лам, закрывая за собой дверцу лоджии, на секунду впуская вечернюю прохладу в комнату. — Арнольд за нас, а девочки боятся, — пожал плечами Кристиан. — Ну… — протянул хозяин комнатки. — Им свойственно, они же девчонки.

***

Кристиан сложил свой кассетный плеер в барсетку перед самым выходом из последнего автобуса до комендантского часа. "Only you" группы SAVAGE была его самой нелюбимой песней, но это было своим обычаем после смерти родителей. Любимая мелодия матери. Заслушанная до тошноты, но навевающая теплоту некогда семейного дома, когда все были вместе. Вот только вчерашние голоса улетучились, и парень остался в своем маленьком пространстве один. Дом умер, и весь мир, оставшийся снаружи, тоже был мертв. Вот только жизнь продолжалась, несмотря ни на что, — именно это и утешало. Если уж одному из умалишенных мира удалось сохранить свою нормальность, значит, она не исчезнет никогда. Этот вывод можно было развить и в шутку, но думать о юморе не хотелось. За последние несколько дней в памяти отпечаталось слишком много кощунственных мыслей, и речь уже не шла о том, чтобы очнуться от ужаса. Каждый раз, когда Крис начинал вспоминать творящееся вокруг, ему казалось, что он возвращается в кошмар, но наваждение не исчезало, а оставалось на уровне картинки. Вот только у него был скрытый фон — оно отчетливо чувствовало чужую ненависть, разлитую в мире. Было похоже на алкогольную интоксикацию — на какое-то время сознание притуплялось, в мозг поступала новая порция отравы, а потом он начинал точно так же четко видеть реальность. Потеря родителей так рано сильно сказалась на его мировоззрении. Разочарование в жизни приняло мучительные формы. В нем боролись панический ужас перед катастрофой, заключавшийся в том, что он будет одинок и никому не нужен, и осознание того, что он — одна из тех искр, которые тщетно пытаются затушить руками равнодушных к своей судьбе людей. Автомобильные огни осветили парковку возле школы, когда Мур сел в машину и включил зажигание. Было обжигающе холодно, поэтому юноша укутался посильнее в теплый свитер отца и нажал на прогрев авто. Потом вышел из машины, хлопнув дверцей. Мысленно себя поругал за такую халатность, направляясь к капоту желтого форда. Подняв его, он осмотрел внутренности автомобиля. — Да что же с тобой такое, — протянул юноша, задирая рукава вязаной кофты. Парень наклонился еще больше, практически залезая в «мозги» авто. Просмотрев несколько свечей, — именно на них и было подозрение из-за троящего двигателя, — он понял, что проблема в них. Одна из свечек зажигания была неисправна. На ней были трещины, а также обгорание нескольких электродов. Крис вернулся в салон, захватывая свой «чудо-чемоданчик», а после вернулся уже к двигателю. — Почему эта сила работает только на живых? — спросил сам себя Мур. Юноша был в ужасе, когда узнал, какой сверхспособностью обладает. Однако ему было одновременно интересно узнать, можно ли это вообще контролировать, а если да, то как этому научиться. Покопавшись в руинах воспоминаний, он вспомнил свою любимую кошку. Если подсчитать ее возраст, то она давно должна была умереть. Да и после того, как ее сбил неосторожный водитель на дороге возле дома, должна была отойти в мир иной. Когда Кристиан подбежал к ней, то понял, что она не двигается. Не обладая на тот момент огромными познаниями в биологии и анатомии, он даже не осознал, что домашний питомец вовсе не дышит. Мур лишь гладил ее, плача. Последнее, чего парнишка хотел в четырнадцать лет, так это лишиться еще одного приятного сердцу существа. Но спустя некоторое время кошка жалобно мяукнула, а после облизала руку хозяина. Крис в тот момент заплакал еще больше. Улыбнувшись от воспоминаний, он понял, что спас ещё одного любимого друга до Норы. На секунду стало тепло, несмотря на погоду на улице. Взявшись за колпачок провода, Мур аккуратно потянул на себя, тем самым снимая клемму со свечи. Взял торцевой ключ и с его помощью выкрутил старую свечку зажигания из ее посадочного места. И проделав все то же самое, но только в обратном порядке, насадил запасную свечу. Вытерев руки совсем чистой тряпкой, Крис простоял еще некоторое время снаружи. Садиться в прогретое авто не хотелось — холод отрезвлял от навязчивых мыслей, к которым парень все время возвращался. Так же как и не хотелось ехать обратно в холодный дом, где его ждал лишь дед, который не особо любил приемника, да рабочий персонал, который наверняка закончил все свои дела. Разве что садовник будет допоздна, а после доложит господину Муру о том, что его внук опять приехал ночью. Но Кристиану все же пришлось, поэтому, сев обратно в машину, он проверил, как она работает. Доехать можно было до особняка, а с утра вызвать сервис и опять вернуться в школу на автобусе. Возвращение в пустое жилище совершится через двадцать пять минут, если верить навигатору.