Ласт Тоффи

Ночь полностью окутала Ласт Тоффи, окончательно захватив город своими невидимыми руками. Где-то дул ветерок, колыхая старые жуткие ветки деревьев, напоминавшие уродливые скрючившиеся пальцы ведьм из сказок, которые так и намеревались кого-нибудь схватить. В домах местных жителей уже давно потух свет, не было слышно их звонких голосов, а животные, которые бодрствовали в это время суток, и вовсе затихли. Такая угнетающая тишина свойственна этому городку. Все живые создания спрятались, зная, что сейчас не лучшее время для вылазок. В это время на территории поселения особенно страшно и даже самые крупные и опасные хищники чувствуют себя добычей. Ещё несколько минут назад лесные дорожки освещала белоснежная луна, но её быстро закрыли серые, словно смог, тучи. Даже звёзды исчезли с небосвода, из-за чего в бору было особенно темно. Внезапно кроны сосен шелохнулись из-за пролетающих сверху воронов. Птицы мчались на очередное собрание, но на этот раз с очень «приятным» сюрпризом. Харди вцепился лапками в голову убитого им старика и хотел как можно скорее доставить её, дабы похвастаться перед соплеменниками. Он чувствовал себя неимоверно хорошо и возбуждённо. Парню нравилось убивать людей, от этого он набирался сил и энергии, а также получал колоссальный прилив адреналина, из-за чего юноша ещё больше мотивировал себя на продвижение в стае. Несмотря на поступок Огастеса, Соул была против этого, но ничего не смогла сделать. Она осознавала, что владычица, скорее всего, будет не в восторге от такого подарка. Её план был однозначно лучше, и ворона это понимала. Девушке казалось, что Харди придёт конец уже сегодня за такой проступок. Он и так был на волоске от гибели, да ещё и чуть ли не вся стая встала против него. Каким-то чудом Владыка изменила своё решение в прошлый раз и не дала его казнить, но что будет в этот — никому неизвестно. Помимо этого, Соул переживала, что могут навредить и ей за то, что она не смогла сдержать этого юнца; от этого ей было ещё страшнее. Тело вороны дрожало, хоть птица и старалась не подавать виду, но летела всё же с трудом. Сконцентрироваться на дороге не получалось, из-за чего девушка несколько раз чуть не врезалась в ветки. — Супрема точно будет довольна тем, что мы сделали, — слащаво сказала Рина, выжидающе поглядывая на своего друга. — Не мы, а я, — грубо ответил ей Огастес. — Хоть это и была твоя идея, основную работу сделал я, а Соул и вовсе стояла в стороне, поэтому только я должен получить похвалу Госпожи, — закончил парень. Бланд ранили эти слова. Девочка хотела, чтобы её приятель обратил на неё внимание, а также принимал в счёт. Хоть в школе перед всеми он это и показывал, Рина понимала, что это наигранно. Очередная маска. Юноша собрал вокруг себя, по его мнению, самых лучших и влиятельных людей в школе: привлекательную и популярную Лайлу, сильного футболиста Майлза и хулигана Кори. Её же он принял в свою компанию только потому, что они из одного племени и должны держаться вместе, так как только она знает реальное воплощение друга и может вместе отправляться с ним на задания. Но, несмотря на это, Харди всё равно никого из своих так называемых друзей не воспринимал всерьёз. Для него они были чем-то вроде игрушек, пешек, если угодно, которые нужны ему для прикрытия и достижения своих целей. Лететь оставалось недолго: пара полян и несколько десятков сосен. Вдали уже виднелся огромный дуб, возле которого Огастес собирался получить хвалебные слова Владыки. — Быстрее, — скомандовал вдохновленный парнишка и полетел вниз, попутно перевоплащаясь в свой людской облик. Пара воронов переглянулась между собой и повторили действия соплеменника. Опускаясь на траву, ступни мини-отряда намокли. Совсем недавно прошел дождь, усиливший запахи вокруг. Кровь, которая была на руках каждого, практически смылась. Бланд было настолько противно от этого, что она воротила нос, и вытерла руки о листья кустарника. Супремы не было. Или та пыталась показать, что ее тут нет. — И где она? — простучал зубами Харди, вытаскивая из-под камня свою одежду. Тема наготы была давно закрыта — это стандартный процесс перевоплощения. Но Рина по-прежнему обхватывала себя руками и стояла к сородичам спиной, стесняясь. — Недоверие, Варго? — как гром среди ясного неба прозвучал стальной голос. — Твоя уж очень привлекательная тушка явно не всем по вкусу, — саркастично произнесла девушка, ухмыляясь. — Извините, — Бланд упала на одно колено, склоняя голову к земле. В знак уважения или из-за стыда — никому не было известно, кроме нее самой. — Поднимайся, земля холодная. На всех моей силы не хватит, — Глава упомянула о нескольких своих «могуществах». Одно из них было как раз-таки восстановление здоровья. Но, так как племя увеличилось, Супрема решила, что естественный отбор вполне неплохое решение, и укрепляла здоровье только самых важных — на ее взгляд — персон. — Госпожа, — обратился к ней Харди. — Мы не с пустыми руками. Парень кивнул в сторону куста чуть поодаль от них. Там лежала голова старика, которую Огастес презрительно выбросил перед тем, как опуститься на землю. — Что это такое? — Владыка обратилась к Соул, хмурясь. Девушка, что стояла позади всех с высоко поднятой головой, молчала. Она ожидала, когда к ней обратятся, не пытаясь перебить владычицу. — Это некогда мужчина из племени лунного народа, которого растерзали Варго и Ароум, — спокойно и твердо произнесла женщина. Повелительница нахмурилась, услышав это, и только хотела что-то сказать, как её перебило ужасное карканье птиц: — Вы узнали, где они прячутся? — Сколько их там? — Вы убили его вдали? Такие возгласы только раздражали Супрему, а Огастес почувствовал себя неуютно. Он не ожидал, что все будут спрашивать именно об этом. Парень надеялся, что соплеменники обрадуются трупу человека из лунного народа, ведь отряд аутсайдеров и так близок к разгадке их местоположения, поэтому вот-вот вороны должны их настигнуть. Соул же, наоборот, заранее предугадала подобную реакцию, следовательно, в этот момент ничуть не испугалась. Хоть в её сердце и таилась маленькая искорка надежды на спасение своей туши, с каждой секундой она угасала, но духом ворона не падала. — Тихо! — неожиданно закричала глава, ударив рукой по деревянному подлокотнику трона. Её крик разнёсся эхом по всему лесу, будто создавая огромную звуковую волну, из-за которой затрепетали даже деревья. На поляне наступила тишина. Вороны испугались гнева своей повелительницы. Госпожа зло посмотрела на подданных, оглядывая их сверху вниз. К ней подошли Татий, Сохви и Лесана, дабы нагнать на стаю ещё больше ужаса. Каждое существо боялось, что гнев владыки обрушится и на них. Никто не хотел быть на месте добычи. — Супрема, стоит расспросить Ароума, — шёпотом посоветовала ей самая мудрая ворона Сохви. — Да, я так и сделаю, — томно вздохнув, ответила девушка и тут же встала со своего места. — Ароум, расскажи, как всё было, — строго попросила его она. Огастес вздрогнул, услыхав своё позывное имя, но не растерялся: — Мы следили за отрядом аутсайдеров, как вдруг увидели, что после разгадки предпоследней загадки к ним вышел человек из лунного народа. Он загадал им последний ребус и скрылся, после чего я убил его. После истории Харди верховные вороны удивлённо посмотрели на него. А у владычицы, наоборот, не дрогнул и мускул после услышанного. Повелительница пристально смотрела на своего подчинённого, будто изучая его душу. Из-за этого даже Соул стало не по себе, хоть она и понимала, и принимала свою дальнейшую судьбу. Юноша же то и дело пытался отвести взгляд и спрятать правой ногой голову старика за собой, осознавая, что это ничем хорошим может не закончиться, а его путь прервётся. И ведь чёртова ворона-воительница была права: не стоило этого делать. — Ты же понимаешь, что упустил возможность для всей стаи найти лунный народ раньше? — спокойно поинтересовалась Супрема. — Да, госпожа, — опустив очи, ответил парень. — Сейчас детишки подобрались к разгадке, но что, если они остановятся? Не завершат начатое? — вкрадчиво продолжила говорить владыка. — Они должны продолжить, — проговорил Огастес. — Ничего они тебе не должны, глупый мальчишка! — грубо заявила она. — А ты, Соул, где была в это время? К Варго вопросов нет, она слишком слабохарактерная, чтобы что-то сделать. А вороны-воины должны быть беспощадными и дисциплинированными. А если что, они могут даже покалечить своих подчинённых за непослушание. Бланд вздрогнула, услышав это. Её задели слова про неё, из-за чего она сжала себя руками сильнее. — Госпожа, я не смогла ничего сделать, — преклонившись перед хозяйкой, попыталась объясниться ворона, — и я прошу у вас прощения за содеянное. Но не надеюсь на вашу милость. После этой реплики на поляне снова воцарилась тишина. Девушка быстро села на свой трон и, сложив руки домиком, задумалась. Так оставлять эту ситуацию нельзя было, поэтому в этот момент в её голове крутились различные варианты дальнейших действий. Верховные вороны то и дело что-то ей шептали, а это перешёптывание угнетало ещё больше. Харди уже привык к тому, что никто не смеет что-то говорить за его спиной, так как тот держал в страхе всю школу. Но тут он почувствовал себя одним из тех неудачников, которых они обсуждают на переменах. — Я приняла решение, — снова встав на ноги, заявила владыка, — вы будете жить и мы разделим твой дар, Ароум. Всё-таки это плоть одного из предателей, а значит, она будет особенно сладка. Но что касается отряда аутсайдеров и поселения. Если эти детишки забросят своё расследование, я убью тебя. Варго и Соул я пощажу в любом случае. Первую заберёт естественный отбор, а вторая нам нужна. Всё-таки лишние учительские уши в этой жалкой школе нам не помешают, да, мисс Фоллен? — ехидно улыбнувшись после обращения к вороне-воительнице, договорила Супрема.

***

От деревьев к противоположным, образуя круг, была нацеплена лента ограждения. Вокруг собралась толпа зевак от мала до велика, большинство из которых были родители с детьми после занятий в школе искусств. По периметру оцепленной области расхаживали детективы и федералы. Криминалист был сгорблен над трупом мужчины, фотографируя все очень детально, чтобы после было намного легче раскрывать дело. Под гул ветра подъехала черная машина с надписью «ФБР», откуда вылезла еще кучка копов во главе со статным мужчиной. На улице было пасмурно, и специальный агент стянул с лица солнечные очки. — Что-то серьезное, раз дело дошло до ФБР, — прошептал парень своей даме, на что она громко вздохнула от испуга. Мигалки выключились, и команда полицейских прошла на место преступления. — Агент Симмонс, — протянул руку командир. — Комиссар Харди, — сдержанно кивнул отец Огастеса. — Не думал, что дело дойдет до вас. — Давно пора, — огрызнулся работник «ФБР». — Вас ввели в курс дела? — Да. Но мне будет интересно услышать из ваших уст вашу правду. Уж больно заинтересовали меня дела, помеченные как нераскрытые. Пара копов прошла к обезглавленному трупу, когда к Симмонсу подбежал его помощник, протягивая ему красный галстук. Мужчина подтянул силиконовые перчатки и взял находку. — Интересно, — хмыкнул тот. — Свободен, агент. Тот кивнул и ушел к криминалисту рассматривать фотографии. ФБРовец поднялся с корточек и вышел за пределы оцепленного места, обращаясь к гражданам: — Что наиболее крупное и посещаемое тут есть? — Школа искусств. Она чуть дальше, если идти на запад, — произнес школьник, за что отхватил оплеуху от отца. Симмонс сдержано кивнул мальчугану. — Камеры есть? —обратился он к сотрудникам. — Да, камера наблюдения охватывает всю площадку около здания, так что, возможно, повезет, — Харди сделал задумчивый вид. — Тогда почему ты все еще здесь? Такой вопрос ошеломил комиссара. Давно с ним не разговаривали в таком тоне. Но он ничего не ответил коллеге и быстро удалился в музыкальную школу. Мужчина понимал, что первым делом действительно нужно посмотреть записи с камер видеонаблюдения, поэтому придраться не к чему. Больше Харди боялся того, что скоро вскроется правда о незакрытых делах города. Возможно, это послужит толчком для появления полиции из Ричмонда, а может, даже из Вашингтона, если узнают, что таких дел больше тысячи. Это могло послужить его отстранению от службы, а в лучшем случае к понижению в должности, чего комиссар тоже опасался. Ему не хотелось искать новую работу и терпеть команды нового начальника. Он считал это унизительным, а злые языки жителей Ласт Тоффи точно будут шептаться о нём и распространять различные слухи. От таких мыслей мужчина встрепенулся, но быстро пришёл в себя. Сейчас нужно сделать всё, чтобы сохранить своё звание. Харди наконец подошёл к двери учебного заведения и с лёгкостью открыл её. На пороге у охраны уже стояли директор школы искусств — мистер Бэйли и ещё двое учителей: господа Ллойд и Хорн. Женщины же, наоборот, не хотели лишний раз выглядывать из окон, дабы снова не увидеть эту страшную картину. Они лишь нервно переговаривались и озвучивали вслух свои догадки насчёт произошедшего. Некоторые из них думали о детях, которые должны были приехать сюда на занятия, а также о тех, кто будет сейчас уходить. Им не хотелось, чтобы ребята узрели этот кошмар. Кто-то второй раз, а кто-то только в первый. Ведь если даже им от мыслей об этом не по себе, то что может случиться с детской психикой после этого? — О, комиссар Харди, здравствуйте, — поприветствовал полицейского директор и протянул свою руку, дабы поздороваться. Мужчина ответил на этот жест доброжелательно. За руководителем школы повторил и Эдриан Ллойд, а Мэдока Хорн обошёлся традиционным поклоном. — Как мы поняли, чуть ли не на территории нашего учебного заведения произошло зверское убийство? — поинтересовался мистер Бэйли, встревоженно покрутив пальцем седые усы. — Именно так. Мне нужно посмотреть записи с ваших камер, — холодно сообщил мужчина. Услышав это, учительницы ещё больше запаниковали и начали говорить громче, из-за чего в коридоре поднялся неприятный шум, что мешало разговору. — Миссис Хэйл, Бартлет, Прит, прошу вас, общайтесь потише, — спокойно, но в то же время строго попросил директор. После этой просьбы старушки мигом замолчали. Они понимали, что сейчас нужно сохранять спокойствие и не мешать расследованию, хоть у них это и не получалось. — Так-то лучше, — прошептал мистер Бэйли, — вернёмся к нашему диалогу. Вы можете посмотреть записи. И извините за моих подчинённых. Просто они напуганы, — прокашлявшись, сообщил он. — Да и не только они, — отстранённо вставил свои пять копеек Ллойд, — дети, у которых ещё идут уроки, думаю, тоже не в восторге, — поправив очки на переносице, предположил учитель музыки. — Я это понимаю. Мои люди будут дежурить у ваших дверей и постараются вывести их из здания так, чтобы они не увидели труп. Хотя, скорее всего, пока детишки шли сюда, они уже успели всё разглядеть. Логичнее будет поставить некоторых у остановки, а других у здания, чтобы те, кто собираются приходить, точно ничего не рассмотрели, — рассказал план работникам Харди. — Это замечательно. Мы не хотим, чтобы наши ученики получили такой неприятный опыт, да ещё и в школе искусств. Музыка, наоборот, должна приносить радость и удовлетворение, а не такой ужасный осадок, мягко говоря, — высказался господин Хорн. — Мы сделаем всё, что в наших силах, — ответил ему полицейский. — Спасибо вам большое, для нас это важно, — поблагодарил его мистер Бэйли. — Хэнк, прошу, покажи комиссару Харди записи, — сказал охраннику руководитель, потеребив того по плечу. — Будет сделано, — кивнув, проговорил мужчина. Коп направился за охранником здания, следуя в подвал, где и находились компьютеры с записями с камер. Лампочка мигала, как бы говоря, что давно пора ее заменить. В целом погреб выглядел намного лучше, чем любая другая комната в той же средней школе. Новые обои — только недавно был сделан ремонт. Картины разных художников украшали стены, и можно было бы сказать, что это мини-галерея музея. Пол сверкал от чистоты — уборщица не так давно оттерла мраморные плитки. Несколько кресел и цветов возле них дополняли прекрасный вид. — Вы же понимаете, что процесс не быстрый. Пока диск отформатируется, а после загрузит туда записи. — Мы подождем, Хэнк, — угрюмо протянул Кентин, падая на стул возле двери, скрестив руки. Прошло около пятнадцати минут, когда диск был готов. Все это время люди, присутствующие в комнате, молчали. Между ними повисла напряженная тишина — охранник был обеспокоен случившимся, комиссар же боялся за свою должность.

***

Харди протянул носитель с важными записями специальному агенту, но не спешил его отдавать. Симмонс ухватился за пластиковую коробку, пытаясь выхватить. — Вы же понимаете, что тем самым только усугубляете свое положение и доверие, которое и так подорвано? — злобно хмыкнул мужчина, оглядывая местного комиссара. После этого Кентин отпустил диск, а следом подошел другой федерал, осведомляя своего начальника о том, что все возможные вещдоки собраны и они готовы направиться в отдел. Деревья стали багряными, придавая им огромный шарм. Ветер стих, на улицах было спокойно, а вокруг летали черные птицы. Солнце постепенно заходило за горизонт, объявляя о том, что скоро наступит долгожданная ночь расследований в Ласт Тоффи.

***

Звонок оповестил учеников о том, что настало время ланча. Поток подростков вывалился в коридор, прижимаясь друг к другу и обсуждая слух о новом трупе в городе. Стало вновь страшно — маньяк расхаживает по улицам, и главное — он до сих пор не пойман. Дети боялись не меньше взрослых, ведь в основном жертвами становились ребята их возраста, и это навевало панику пуще прежнего. — Как думаешь, это вновь связано с воронами? — спросила Селена у подруги, усаживаясь за новый и непривычный для их компании стол. — Не знаю, даже думать об этом не хочу. Настолько это страшно, ух, — устало протянула Мелло, ставя поднос с едой. — Ты не разговаривала с мальчиками? Уже прошло несколько дней… Мне непривычно, может, стоит помириться?.. По одиночке намного ужаснее… — Не знаю, мы с Самом не разговариваем, так, только по домашним делам, и то это звучит больше как приказы друг другу, — девушка прыснула ингалятором, подавляя новый приступ. — Ты Нору не видела? — Нет, — Ллойд так и не притронулась к обеду. В животе все крутило от новых вестей. Диккенс хмыкнула и глянула в другой конец зала, где собралась их мужская компания: — Как думаешь, о чем они говорят? — Наверное… Обсуждают новость? — тихо предположила Мел. — Возможно, — Селена откусила тост, наслаждаясь вкусом. — О чём говорим? — к ним подсела запыхавшаяся Нора с красными щеками и носом. Было заметно, что она только с улицы. — Ты где была? Вроде в твоем расписании сегодня не было физической культуры, — поинтересовалась Диккенс, оглядывая приятельницу. — Нигде. Да и вообще… какая разница? Чего вы все такие взбалмошные? — Оуэн оглядела столовую. — Что опять случилось? — Новый труп. — И всего-то? — задала риторический вопрос девушка, присаживаясь рядом с подругами. — Мы вовремя отказались от расследования, а то и гляди, это были бы наши тушки, — высказалась она, доставая из сумки клубничный йогурт с одноразовой ложкой. Такие слова заставили Мелло и Селену занервничать. Им не хотелось, чтобы то же самое произошло с их друзьями. Но переубеждать их бесполезно. Придётся смотреть за ними издалека и чуть что бросаться на помощь. — Думаю, ты права, — неуверенно согласилась с приятельницей Ллойд, — нам лучше какое-то время не высовываться, — взвесив все за и против, сообщила она. Хоть ей и хотелось помириться друзьями, страх перевешивал это желание. — Именно, об этом-то я и толкую, — положив в рот ложку с йогуртом, проговорила Нора, — так странно в чём-то соглашаться с тобой, Мел. — Но всё же мальчиков не нужно так оставлять, они же наши друзья, — попыталась вразумить знакомых Сел. — Друзья, не друзья — мне плевать. Если бы они нас ими считали, то выслушали бы и не стали так кричать, — сказала Оуэн, — главное, что мы сейчас в безопасности. Да и если честно, я не верю во всю эту брехню вроде дружбы. Так что каждый сам за себя, девочки, — закончила она. Хоть девушка и говорила так, всё равно глубоко внутри переживала за парней, а особенно за Самаэля. Одноклассник не выходил у неё из головы ни на минуту. Ллойд и Диккенс чувствовали практически то же самое, но также старались не показывать этого, хоть у Селены это получалось с трудом. Девушки всё ещё были обижены на приятелей, и эта обида мешала им восстановить общение с ними.

***

Тем временем за одним из столов мальчишки без особого аппетита уплетали еду. Им, скорее, даже не хотелось есть её. Они делали это только для подпитки энергии. В их компании, в отличие от женской, царила какая-то странная тишина. Не было рядом добрячки Селены, которая во всём старалась находить хорошее и своей улыбкой озаряла всех даже в самый дождливый день; застенчивой музыкантши Мелло, чей милый голос становился раем для ушей; и, конечно же, вредной Норы, которая своими злыми шуточками и цинизмом заставляла всех прийти в себя. Их команда была уже не той без них. Было как-то неуютно и в какой-то степени удручающе. Но, несмотря на это, парни поставили перед собой цель найти маньяка, с ними или без них; и её они должны выполнить во что бы то ни стало. — Девочки что-то так оживлённо обсуждают, — подметил Кристиан, первым нарушивший тишину. — Ага, небось нам все косточки перемывают, блин, — предположил Самаэль, отпив глоток чая. — Нора так точно, — томно вздохнув, ответил Мур, — да даже если и так, то мы ничего не сможем сделать. Нужно разгадать загадку того старика. Время идёт, люди пропадают, нельзя сидеть без дела, — сказал парень. — Да-а, придётся пошевелить мозгами, чуваки, — пробормотал Диккенс, — ты не помнишь, как она звучит? Там было чё-то про крики. — У меня нет голоса, чтобы произнести слова, но издалека ты все еще слышишь, как я кричу, — напомнил однокласснику Крис, — как-то так. — Хм… И чё это может быть? — спросил самого себя Маэль. — Арни, чё думаешь? До этого молчавший Хорн оторвался от ковыряния вилкой горошка в своей тарелке. Ему было до сих пор неловко перед приятелями. Виспер молчал, а сам он тонул в неизвестности, и его это пугало. К тому же разлад с девушками он считал не очень хорошим событием, которое могло разрушить их и без того хрупкую дружбу. — Не знаю… Возможно, какой-то источник, — прошептал Арнольд.

***

— Почему лузеры расселись по разным углам?! — недовольно подметил Огастес, сжав вилку в руке. — Не знаю, может, устали друг от друга? — предположила Рина. — Какая может быть усталость, когда они должны вести нас к лунному народу?! — продолжил вопрошать Харди. — Я ведь могу погибнуть из-за них! — Ну же, не переживай, — произнесла девчушка, кладя свою руку поверх его. — Ты что делаешь? — сквозь зубы проговорил парень, но все же улыбнулся, дабы не подавать виду и не портить репутацию ни себе, ни «подруге». Когда Рина умерла в пятнадцатилетнем возрасте от передоза слабительного, а точнее, от обезвоживания организма, в надежде похудеть, после этого Супрема приняла ее слоняющуюся душу к себе в «команду», то Огастес дал обещание, что будет всегда ее поддерживать, дабы заслужить место и статус в вороньей стае; тогда еще более-менее ценились человеческие качества, нежели сейчас. Но если кто-то из воронов дал слово, то не исполнение его карается смертью, а Бланд была как раз тем человеком, который при первой же возможности доложит о неповиновении. — Подбадриваю тебя, что я еще могу делать? — капризно произнесла Рина. — Прекрати, на нас люди смотрят, — все так же цедил Харди, испепеляя взглядом собеседницу. Та, испугавшись, быстро одернула руку и нервно улыбнулась, понимая, чем ей может это все обернуться. Огастес может придумать лазейку из этой ситуации, но все же он озабочен своим повышением в глазах соплеменников, да и в целом значимости. — Предлагаю их помирить, — весело пропела одноклассница, радуясь пришедшей идее. — Ну, гений, удиви меня, — устало вздохнул парень. — Я могу подойти к Норе на химии, все равно у нас же парные работы сейчас, ну и наговорю этой дурочке всякой чепухи. Она же поверит, — улыбнулась Бланд, поправляя новые браслеты на руке. — Наивная, — рассмеялся юноша. — А мне что прикажешь делать? К этим отбросам я не пойду, не хватало еще одной взбучки с этим чудиком. — Ой, об этом я не подумала, прости. — Я, впрочем, и не удивлен, что ты не умеешь думать. А к малявкам кого тогда? Лайлу? — фыркнул Харди. — Как вариант. Ты такой умный! — сладко пропела девчонка, улыбаясь пуще прежнего.

***

Снова звонок, говорящий о том, что пора опять приниматься грызть гранит науки. Кучки подростков быстро выходят из столовой, дабы успеть до следующего оповещающего сигнала начала урока. Нора не спеша подошла к своему шкафчику, закидывая туда помятую пачку сигарет. Цокнув, она вспомнила, как неудачно приземлилась на них на крыше школы, когда прогуливала ненавистный урок алгебры, замерзая еще больше, потому что кофта не спасала. — Увидимся завтра после школы? — спросила Селена, идя под ручку с Мелло мимо Оуэн на свой урок. — Ага, — неохотно кивнула девушка. — Наверное. Пропустив еще несколько компаний подростков, она пошла в кабинет химии, усаживаясь за дальнюю парту, в надежде хоть чуточку поспать. В последние дни ей не удавалось это сделать. Девушка была на мели, и ей пришлось ездить в другой город за новой поставкой героина, которую надо было продать в неблагоприятном районе Суффолка. Изрядно вымотавшись, она все-таки наскребла на корм собаке хотя бы еще на месяца два. Оуэн было неимоверно стыдно за это перед Голди, ведь та была вынуждена голодать, когда у хозяйки случались приступы зависимости от наркотических веществ. — Не зевай, — лучезарно улыбнулась Бланд, подсаживаясь к однокласснице. — Чё надо? — огрызнулась девица, разваливаясь на стуле. — Ты что такая грубая? Если я увела у тебя парня, это не значит, что я плохая. Может, проблема в тебе? — завелась Рина, но позже быстро остыла. — Я не хочу повторения этой ситуации и чтобы тебе было больно. Я же вижу, как ты смотришь на этого идиота Диккенса, который дальше одной рыжей головы не видит. Разве ты не хочешь, чтобы он полюбил тебя хоть чуточку? — Советы от потаскухи Харди не заказывали, увольте. — Я же с добрыми намерениями, не груби, — девушка пыталась не злиться, ведь от этого, можно сказать, зависела жизнь ее возлюбленного. — Мальчики любят, когда их мнение ценят, уважают, а также прыгают перед ними на задних лапках, вылизывая после них тарелку с едой. — Фу, — протянула Нора, скривившись в лице. — Кто тебе сказал такой бред? Прочитала в новом выпуске «советы для самых лучших модниц»? — Глупая ты, раз не воспринимаешь всерьез. Ты думаешь, как я добилась Огастеса, что он ушел от тебя и твоей независимости? Я лишь потакала ему во всем, слушала его и считалась с его мнением, подавляя свое. Ты подумай об этом на досуге. Может, хоть тогда Самаэль разглядит в тебе наивную дурочку, которая готова ради него на все, и забудет об этой замухрышке Ллойд, — с такими словами Рина пересела на соседнюю свободную парту, пока учительницы не было, зная, что если останется хоть на секунду с заносчивой девчонкой, то пострадает. Оуэн ненадолго призадумалась. С чего бы вдруг Бланд подходить к ней? Желание помочь из жалости? Или она хочет опустить её? Больше всё-таки девушка склонялась ко второму варианту. Ей казалось, что Рина задумала очередную выходку: поссорить её с девочками, да ещё и таким обманным манёвром сделать так, чтобы она унизилась перед Самаэлем. — Ну уж нет, на этот раз я не поведусь на их слова, — проговорила про себя Нора и уткнулась лицом в сложенные руки, дабы наконец-то поспать. А вот Диккенса и Мура ещё больше удивило то, что Бланд заговорила с Оуэн. Оба не понаслышке знали, что компания Харди её не выносит, так же как и их сейчас. Поэтому кроме как предположений о подколах со стороны шестёрки Огастеса в головах парней не было ничего. Им вроде как и хотелось заступиться за одноклассницу, но они оба осознавали, что та всё ещё обижена на них и наверняка пошлёт их, объединившись с Риной. Да и Самаэлю не хотелось нового наказания, тем более от мисс Мартин. Время шло, а учительницы до сих пор не было. Вероятнее всего, она застряла в лаборатории, дабы найти нужные химикаты, как это иногда бывало. Ученики же тихо разговаривали, где-то слышался шелест листов тетрадок с формулами и задачами, а кто-то и вовсе мирно посапывал, сидя за партой. На уроках мисс Мартин, даже когда той не было, все старались не шуметь, чтобы не разозлить преподавательницу, которой было не лень сидеть с наказанными школьниками после занятий даже в своё нерабочее время. А такой участи не хотел даже самый заядлый хулиган. Вот и Огастес долго думал, стоит ли ему рискнуть и поговорить с Меган до прихода химички. Парень обдумывал план по спасению своей тушки и пришёл к выводу, что если он подойдёт к Самаэлю или к Кристиану, то от первого точно получит по лицу. А вот через Плэйт может что-то выйти. Всё-таки она с ними хоть иногда, но общается, поэтому идея была неплохая, хоть Харди и боялся исполнить её. Во-первых, потому, что все в школе знают, что он не любит неформалов, а это могло сказаться на его репутации; во-вторых, ему казалось, что Мег откажется помочь ему. Но что поделать, придётся попробовать. Через силу парень встал со своего места и под взорами своих одноклассников подошёл к девушке. Та что-то увлечённо читала и не обращала совершенно никакого внимания на удивлённые перешёптывания, а также на подошедшего к ней Огастеса. Юноша остановился у её парты как вкопанный, боясь сказать хоть слово. Впервые в школе ему было страшно. Наконец через несколько секунд он собрался с мыслями и проглотив комок, застрявший у него в горле, взял стул от соседней парты, подсел к Плэйт и начал разговор: — Что читаешь? — «Сёгун», — не отрываясь от книжки, ответила Мег. Её совершенно не поколебало присутствие парня рядом. Ей было абсолютно всё равно. А вот Харди занервничал ещё больше, не зная, что и сказать. — Интересная хоть история? — поинтересовался он, заметно краснея. — Да, — холодно проговорила та. Огастес осознавал, что так продолжаться не может. Время идёт, Мартин может вот-вот вернуться. Нужно подойти поближе к сути дела. Тяжело вздохнув, юноша протёр лицо руками и наконец заговорил: — Ты не заметила, что Самаэль, Кристиан, Нора, Арнольд, Мелло и Селена, кажется, поссорились? — С чего бы им ссориться? — спросила она, мельком посмотрев на одноклассника. — Да не знаю, что-то случилось, наверное, а что — непонятно. Вот думаю помирить их, — рассказал Харди. — Зачем это тебе? Ты же их ненавидишь, — задала вопрос Меган, — унижать больше некого или что-то другое на душе? — усмехнулась Плэйт. Огастес покраснел ещё больше. — Ну, не то чтобы унижать некого, просто скучно без них стало. Так-то поругаться было с кем в школе… — попытался оправдаться тот. — Ты со всеми подряд ругаешься, так что тебе скучно не будет. — Ну, или, возможно, я просто привязался к их отряду аутсайдеров. Всё-таки не хочется, чтобы их дружба рушилась, — соврал парень. От такого заявления его тянуло блевать. — Хм… Удивительно, — задумалась Мег. — А от меня-то ты что хочешь? — Хотел попросить тебя… может, ты поговоришь с Кристианом и Самаэлем, узнаешь, что и как? — объяснился Харди. Услышав это, девушка захлопнула книгу и отложила её в сторону. — А ты почему сам не спросишь? — Ну, ты же знаешь, какие у нас с Диккенсом отношения. Боюсь, он мне не откроется, — признался он. — Забавно, — ухмыльнулась одноклассница. «Хотя, может, они поссорились из-за меня? Из-за того, что я съездила с ними на океан?» — подумала про себя Плэйт. В голове девушки закрутились разнообразные размышления. Ей не хотелось помогать Огастесу, но и вина перед ребятами душила её изо всех сил. Меган следовало взвесить все за и против. Время от времени она стучала пальцами по парте, чем заставляла нервничать Харди ещё больше. С каждой секундой юноша надумывал себе всё больше и больше вариантов отказа, из-за чего его сердце забилось в бешеном ритме. В течение месяца с ним произошло слишком много потрясений, и организм давал знать, что ему нужно отдохнуть. — Я попробую, но не ради тебя, — холодно ответила Меган, сложив руки на груди. Всё-таки мысль о том, что это могло произойти из-за неё, не давала ей покоя. Девушка решила отложить затею до перемены — нового нагоняя от учительницы она бы не пережила. Кое-как дождавшись громкий звонок, Плэйт нехотя пошла в сторону коридора. Ей было страшно и неуютно из-за своих мыслей по поводу разлада среди подростков. К ней в компании мало кто доброжелательно относился, и на этой почве могла произойти ссора. — Привет, — как-то неуверенно начала Мег, подойдя к парням. — Что-то случилось? — Алоха, — откликнулся сразу же Самаэль, облокачиваясь о свой шкафчик. — Да нет, все ништяк, а чё? — Вы уже который день порознь ходите с девочками, мне стало интересно… Это не из-за меня? Кристиан рассмеялся, положив руку на плечо Плэйт: — Нет, конечно, с чего ты это взяла? Просто поссорились из-за разных мнений, всего-то. — Надеюсь, это не из-за нашей поездки на океан, — девушка нервно улыбнулась. — И надеюсь, что вы говорите правду, а то быть причиной ссоры друзей всегда неприятно. — Не беспокойся, все отлично, чувих, — Диккенс улыбнулся однокласснице в ответ, заверяя ее тем самым. — Ты же сама знаешь, как это бывает. Арнольд лишь сдержанно кивнул, подтверждая слова другого, что все хорошо и девушка не причастна. Несомненно, парней гложила вся эта ситуация, им было стыдно, что они не выслушали нормально мнение подруг, а лишь поставили перед фактом. Но мальчики все так же считали, что они правы и им стоит двигаться дальше. — Помиритесь обязательно, странно видеть «отряд аутсайдеров» порознь, — Меган рассмеялась, почувствовав, как неприятный осадок уходит. Плэйт это сказала не за тем, чтобы их обидеть. Она намекнула на то, что именно вместе они уже что-то представляют. Также многие ребята из школы иногда бросали удивленные взгляды на кучки разбившихся тинейджеров в столовой на ланче, да и в коридорах на переменах. — Обязательно, Мег, не беспокойся, — заверил ее Мур, смотря на приятельниц в другом конце коридора, которые пристально глядели на них в ответ. — Вот ждем когда кто-то из них подойдет поговорить, а там уже извинимся. Ребята проследили за взглядом друга. Девочки увидели, что их обнаружили, резко отвернулись и принялись делать вид, что о чем-то разговаривают, хотя до этого молчали. — Видимо, это произойдет нескоро, — Плэйт все так же смеялась над ситуацией. — Я очень надеюсь, что вы помиритесь. Но все же будет лучше, если вы подойдете первыми. После того как она это произнесла, тут же попрощалась с парнями и удалилась на второй этаж, обусловливая этим, что ей необходимо в кабинет арта. Арнольд задумался над словами одноклассницы. В них было разумное зерно. Хоть Виспер и молчал, юноша решил, что нужно что-то сделать с этой ситуацией. Когда-то ведь надо начинать принимать решения самостоятельно. Да и иногда стоит забыть про гордость и помириться первым, а после всё обсудить. Арни решил, что сделает это пока что втайне от друзей. Сначала ему стоит попробовать самому и, если что, обратиться к ним. Недолго думая Хорн придумал неплохой план, который нужно осуществить через Мелло. Всё-таки они лучшие друзья как никак, и парнишка по ней однозначно скучал. — Арни, — позвал приятеля Сам, но тот не отозвался, — Земля вызывает Арнольда Хорна, вы нас слышите? — шутливо спросил он, положив руку тому на плечо. Почувствовав прикосновение товарища, юноша вздрогнул. Опять он погряз в своих мыслях, не слыша других. — Извини, я просто задумался, — прошептал Арнольд. — Виспер вернулся, что ль? — поинтересовался Диккенс. — К сожалению, нет, — тихо ответил Хорн. — Тогда надеюсь, что ты думал о расследовании, — холодно и по-привычному серьёзно высказался Мур, — потому что сегодня надо будет кое-что обсудить. — Ладно, только недолго, у меня сегодня урок игры на контрабасе, а завтра хоть целый день могу расследовать, — шепнул парень. — Как скажешь, — проговорили в унисон одноклассники.

***

— О чём это они болтали там с Меган? — недовольно задала риторический вопрос Нора, сжимая учебники. «Да ещё и Самаэль смеётся», — пронеслось в её голове. — Во всяком случае, это не наше дело, — неуверенно ответила Мелло, — если им хочется вести расследование с ней, вместо того чтобы помириться с нами, это о чём-то говорит. Значит, мы им не нужны, — робко сделала вывод девушка. — Вынуждена согласиться с тобой, Ллойд, — томно вздохнув, пробурчала Оуэн. Ей было обидно, что мальчики ничего не предпринимают, а особенно Диккенс. Ей хотелось вновь наладить с ним отношения, но сама она не могла к нему подойти. Это было бы слишком странно, да и преодолеть гордость сложно. К тому же за те несколько дней, что они находились порознь с парнями, отношения между ней и Мел стали налаживаться. Нору уже не бесили заикания и застенчивость девчонки, и это показало ей Мелло с другой стороны. Она увидела, что та оказалось очень интересной и неординарной личностью, с которой приятно общаться. Помимо всего прочего, у них чаще, чем с Селеной, находились темы для разговора, и для Оуэн это было странно. А вот Ллойд в душе радовалась. Ей давно хотелось подружиться с Норой. Девушка не понимала, почему к ней было такое отношение, ведь она, по сути, ничего не сделала. Это её пугало. Неужто она в чём-то провинилась перед ней? И это чувство пожирало её каждый раз, когда они виделись с ней. Будь то сказанная реплика, на которую Оуэн язвительно ответила, или разбитый ключ, найденный ими в южном районе. Хоть обломок от него и нужен был, Мел всё равно ощущала дискомфорт. Сколько раз её отец винил во всём, даже в самых незначительных мелочах! Быть жертвой для неё уже стало нормой, поэтому за любой промах она винила себя. — Девочки, я не думаю, что там что-то серьёзное, всё-таки Мег наша подруга, — защитила соседку Селена. На этот раз никаких комментариев Нора не вставила, а лишь пожала плечами и удалилась в сторону кабинета географии. — Ладно, нам тоже пора идти, — напомнила Мелло и направилась к аудитории испанского языка. Диккенс побежала за ней.

***

В классе иностранного языка было уже полно народу. Все оживлённо болтали и шутили, не обращая внимания на прибывших. Белые шторы на окнах весело раскачивались на ветру, подобно ученикам, находившимся здесь, а жёлтые стены добавляли ещё больше позитива в данную атмосферу. На них висело множество плакатов с правилами из испанского для младших классов. На рисунках их объясняли пушистые зайчики, добрые и мудрые совы, а также котики и лисички. Даже на доске для уроков с правой стороны была нарисована ваза с цветами от предыдущих учеников с благодарностями за проведённое занятие, — настолько всем нравилась миссис Санчес. На её лекциях было совсем не скучно. Она старалась найти индивидуальный подход к каждому и разбавить нудную информацию шутками и небольшими передышками, поэтому все любили её. Мелло и Селена незаметно для остальных уселись на свои места. К сожалению, на этом уроке они сидели далеко друг от друга, но это их не тревожило. Через какое-то время в аудиторию забежал Арнольд, присев за свою парту. Девушки думали о нём и не могли отвести взгляд, — иногда так хотелось поболтать с ним. Ллойд, наконец отвлёкшись от друга, принялась повторять заданный материал, пока внезапной к ней не подошла знакомая фигура, которая отвлекла её от дел — Лайла Офендед. — А что это мы тут одни сидим? Где же друзья? — ехидно поинтересовалась она. Мел постаралась проигнорировать этот вопрос, отвернувшись к окну. Она понимала, что спорить с этой девчонкой бесполезно. — Ой, да ладно тебе, хватит меня сторониться, — взяв стул от соседней парты, сказала Лайла и села рядом с одноклассницей. Та по-прежнему не хотела с ней контактировать и даже не повернулась, — я же просто хочу помочь. Вижу, что ты поругалась с Арнольдом, — подметила Офендед. Эти слова затронули Ллойд, и она от неожиданности выпучила глаза. Мелло не ожидала, что шестёрка Огастеса будет об этом говорить. — Дам тебе совет: лучше помирись с ним и перестань отворачиваться, а то не мудрено, что вы поругались, — усмехнулась девушка. — Ты ведь помнишь, как развалилась ваша дружба с Максом после пропажи Мелоди? Сейчас может произойти то же самое. Мелло вздрогнула. Это задело её и чуть ли не до слёз. Девочка мельком посмотрела в сторону Переса: тот активно общался с одноклассниками, шутил и веселился. Время от времени он закатывал веки, дабы вызвать отвращение у одноклассниц, а потом вместе со своими приятелями смеялся с этого. Ллойд вспоминала, как они раньше точно так же делали всякие проделки с ним; на её душе стало неимоверно тоскливо, из-за чего она, не заметив, вернулась в нормальное положение. — Так-то лучше, видимо, тебя это заинтересовало, — ухмыльнулась Лайла, — ты подумай, может, что и наладится. Не хочется же быть всю жизнь одной, — закончила она и, поставив стул обратно, вернулась на своё место.

***

Наступила очередная перемена. Из кабинетов постепенно начали выходить радостные ученики, попутно переговариваясь друг с другом. В коридорах вновь стало шумно. Школьники до сих пор думали о происшествии, которое недавно произошло в городе, поэтому большинство разговоров было о нём, а не об уроках. Мисс Фоллен это настораживало, и она надеялась, что в ближайшее время все об этом забудут, хоть и понимала, что вряд ли будет так. Да и к тому же, наблюдая за Мелло издалека и дома у своего молодого человека, девушка пришла к выводу, что что-то случилось в отношениях с её друзьями, поэтому учительница приняла решение поговорить с ней об этом. Её не покидало ощущение, что это могло случиться из-за неё в том числе, ведь на дне рождении Мелоди она неосторожно и так бестактно сообщила родителям Мел о том, что они с приятелями ходят в лес. Но Кёнюль не хотела сделать ей больно, а лишь защитить от Супремы и воронов. Мисс Фоллен осознавала, что если они найдут лунный народ, то стая мигом расправится с ними, а через какое-то время и с Кафкой. Девушка ценила и любила его, а также привязалась к его младшей сестрёнке. Ей не хотелось, чтобы её парень чувствовал себя ужасно после смерти Мелло, да и потерять свою приятельницу ей не хотелось, поэтому как только у неё закончилось занятие, она мигом поспешила к кабинету испанского. В холле столпилось слишком много детей, которые мешали ей пройти, посему девушка легонько их расталкивала и вновь начинала быстро бежать, цокая каблучками. Было душно настолько, что мисс Фоллен ощутила, как промокает её блузка в районе подмышек, хотя аудитория находилась в том же коридоре, что и её. Наконец дойдя до кабинета иностранного языка, Кёнюль, отдышавшись, принялась ждать. Благо миссис Санчес ещё не отпустила своих студентов, поэтому учительница пришла как раз вовремя. Через несколько минут дверь со скрипом отворилась, из неё вышли такие же довольные школьники. Правда, среди них выбивалось грустное лицо Мел. Девушка шла, держа в руках учебники и совершенно не смотря на дорогу. Очевидно, она погрязла в своих мыслях, из-за чего даже не заметила знакомую. — Мелло, — позвала ученицу Кёнюль, дернув её за рукав фланелевой рубашки. Ллойд покрутила головой в поисках человека, который её звал, наконец выйдя из своих дум. — А, мисс Фоллен, здравствуйте, — поприветствовала её девочка. — Мы можем поговорить? — спросила у неё она. Девушка подметила про себя, что учительница выглядит очень обеспокоенной, хотя обычно она довольно расслабленная и уравновешенная. Глаза женщины были выпучены, что только подчёркивали толстые линзы очков, лицо красным, да и громкая одышка давала о себе знать. — Да, конечно, — робко ответила Мелло. — Отлично, пойдём в мой кабинет, а то здесь шумно, — предложила она и направилась в сторону аудитории. Ллойд пошла вслед за ней. В холле уже рассосался поток учеников, поэтому им не составило особого труда дойти то неё. Как только они вошли, мисс Фоллен закрыла за ними дверь и, присев за своё рабочее место, показала жестом, что Мел может присесть напротив неё за первую парту. Девушка так и сделала, сложив книги на столе рядом с собой. — Извини за бестактность, но я заметила, что ты чем-то расстроена… — начала Кёнюль. — Ты поссорилась со своими друзьями? Мелло удивилась. Она не думала, что это так очевидно. То Лайла спрашивает об этом, хоть они и враги, то теперь девушка еë брата. Что происходит? Почему к ним все пристают? — Мы просто не сошлись во мнениях, поэтому у нас пошёл небольшой разлад, — неуверенно объяснила Ллойд. — Это случайно не из-за меня? Из-за того, что я сказала на дне рождении Мелоди? — начала засыпать её вопросами преподавательница. — Я не хотела, чтобы всё вышло так. Просто я пыталась вас образумить. Ведь я беспокоюсь. Всё-таки вы мои ученики, а ты уже почти как родная, — призналась мисс Фоллен, сложив руки в замок. Было видно, что ей стыдно. Мелло поразили эти слова. Девушка не ожидала, что Кёнюль так к ней относится. Ей было приятно, что кто-то переживает за неё. — Нет-нет, что вы, вы здесь не при чём, — робко сказала Мел, — никто не держит обиду на вас за тот случай. Услышав это, преподавательница вздохнула с облегчением. — Я рада это слышать и надеюсь, что это правда. Но в чём суть вашего конфликта? — поинтересовалась она. — Скажем так… мы не сошлись во мнениях насчёт нашего хобби, — объяснила девочка. — Тогда думаю, что это некритично. Главное — это поговорить друг с другом и выслушать, а потом найти компромисс. Понимаю, что это сложно, но стоит постараться, чтобы сохранить вашу дружбу. — Да, я это понимаю, — опустив взгляд вниз, проговорила Мелло. — Всё же по одиночке трудно, особенно в это время, — высказалась женщина. — Твои друзья очень хорошо на тебя повлияли. Весь сентябрь ты светилась, словно самая яркая звёздочка, — подойдя к ученице, сказала она, — поэтому не стоит их терять. Ллойд улыбнулась после слов Кёнюль. От них ей стало куда спокойнее, чем от разговора с Лайлой или родителями. В этот момент мисс Фоллен показалась ей самым родным человеком; и даже ближе тех, кто живёт с ней в особняке. — Я обязательно подумаю над этим, — сообщила Мел, — спасибо. Благодарность девушки была для учительницы словно солнце в самый пасмурный день. На её душе стало спокойнее. — Я, пожалуй, пойду. Нужно подготовиться к следующему уроку, — предупредила Мелло, вставая со своего места. — Да, да, конечно, — проговорила женщина, выпуская подростка. Мел собрала учебники со стола и направилась в сторону выхода. Открыв дверь, она бросила последний взгляд на мисс Фоллен: — Спасибо вам ещё раз. — Не за что. И помни, что я всегда здесь и буду рядом, чтобы поддержать тебя, — сказала ей Кёнюль. Услыхав эту реплику, Мел улыбнулась ещё сильнее и скрылась в коридоре, оставив преподавательницу наедине со своими мыслями. Та же подошла к окну и, сложив руки на груди, принялась наблюдать за происходящим на улице. Дул ветер, тормоша деревья и сдувая с улиц чёрные перья её соплеменников, напоминая о налёте, который случился не так давно. Дворники школы поспешно подметали территорию и собирали мусор в большие кучки, которые скоро выкинут. Солнце светило не так ярко, — всё-таки скоро наступит октябрь, а за ним и новые переживания. «Надеюсь, что ребята объединятся, по одиночке им не выжить», — подумала про себя мисс Фоллен, — «хоть бы они не вернулись к расследованию. Тогда стая не будет их трогать». — Всё витаешь в облаках, Соул? — послышался голос из-за входной двери. Девушка отвлеклась от своих мыслей и вздрогнула, увидев в отражении Супрему в человеческом обличье. Обычно она не обращалась к ней по позывному имени в школе, поэтому ворона сразу догадалась, что что-то тут неладно. — Здравствуйте, госпожа, — обернувшись к владыке, поприветствовала её женщина. — Я тут узнала, что в отряде аутсайдеров разлад, — закрывая дверь, рассказала она, — Огастес всё придумывает план, как их помирить, чтобы спасти свою тушку, — усмехнулась владычица. Кёнюль это ничуть не поразило. Ведь, зная Харди, она понимала, что тот пойдёт на всё, лишь бы выжить. Хотя было бы интересно глянуть, как он будет их мирить, учитывая то, что они враги. — Ты ему случайно сейчас не помогала? — спросила повелительница. — Нет, госпожа, — опустив взгляд вниз, ответила историчка. Супрема призадумалась, увидев грустное лицо подданной. Но тут же быстро подошла к ней, подняв её личико за подбородок. — Я же знаю, что тебе их жалко. — Никак нет, госпожа. — Не ври мне, Соул, я тебя насквозь вижу, — попросила её она, — я тоже когда-то полюбила одного человека, он живёт в моей памяти до сих пор, но его подлый поступок я никогда не прощу. Кёнюль удивилась, услышав это. Она не знала эту историю. В её глазах Владыка представала строгим правителем, который не терпит своих врагов и общается с ними только для достижения своих целей. — Но любовь губит нас, Соул. А особенно ворон-воительниц. Как я уже говорила, воины должны быть свирепыми и безжалостными. Да, даже к своим друзьям! Я знаю, что это не просто, но советую тебе задуматься над этим, — заявила глава. — Тебя ждёт большое будущее, уж поверь. Я бы хотела сделать тебя своим приближённым после того, как ты поборешь свои слабости. Всё-таки чуть ли не с самого начала ты была мне верна, — погладив девушку по щеке, сказала Супрема. — Но я не могу… — призналась мисс Фоллен. — Хм… Тогда будем действовать иначе, — отдёрнув руку от учительницы, проговорила повелительница, — если ты не преодолеешь это, я уничтожу Кафку и всю его семью. Постепенно, убивая их на твоих глазах. А перед смертью они будут видеть твой лик и кричать, что верили тебе, а ты обрекла их на мучительный конец. Женщина вздрогнула: она не хотела такого для своего молодого человека. Кёнюль любила его всем сердцем и оберегала и не желала ему такой участи. — Думаю, это ускорит твой рост над своими слабостями. Я и так тебе много позволила, разрешив встречаться с человечишкой, — холодно заявила владыка, скрывшись за дверью, оставив Соул наедине со своими мыслями.

***

Диккенс чмокнула в щеки обеих подруг и убежала в класс музыки — сегодня ее первое собрание, а потому ничто, ничто ей не испортит настроения. После того как мистер Хопкинс узнал о ситуации в клубе Роберта Тёрнера через её брата и Огастеса, он позаботился о том, чтобы её туда приняли, чему девушка была несказанно рада и чуть ли не заобнимала директора в знак благодарности. — Фу, что за слюнепускания? — протерла щеку Оуэн, недовольно спрашивая. — Да ладно, у нее шквал эмоций. Радуется, — все так же робко произнесла Ллойд, улыбнувшись, глядя в сторону убежавшей Селены. Девочка тем временем остановилась около разрисованной двери, собралась духом и открыла её. Внутри пахло настолько приторно, что Сел чихнула. «Конечно, собрались леди, и я тут», — пронеслось у неё в голове. — Привет, — улыбнулась ей девчушка, которая и пригласила её в клуб. Диккенс поприветствовала всех собравшихся и уселась на стул: — Какие планы? — Ну, скоро концерт Роберта, он колесил по Вирджинии и вот возвращается в родной город. Мы сейчас придумываем плакат с надписями на концерт и думаем, что встретим его около мотеля. — Интересно, — у Селены загорелись глаза. Она давно мечтала заняться чем-нибудь полезным, да и устала дома сидеть. После того как они перестали заниматься расследованием, ей стало совсем скучно. На том и решили. Компания девочек собралась вокруг сдвинутых парт с огромным ватманом и многочисленными красками, любезно одолженными без спроса из класса искусств. Было много споров по поводу расположения букв и цветов, которыми их будут закрашивать, будут ли цветы, звездочки или сердечки, а может, вообще блестки? — Можно тебя? — Лайла произнесла с осторожностью, обращаясь к однокласснице. — Да, конечно, — та радостно отозвалась. — Что-то случилось? — Да заметила, что вы поссорились. Не дружба получается, раз часто ссоритесь? — ехидно улыбнулась девушка, пытаясь вывести собеседницу на эмоции. — С чего ты взяла? — наивно откликнулась Диккенс, а после взяла себя в руки. — Если ты разочаровалась в ней, не значит, что это у всех так. Никто не осуждает вас, что вы дружите лишь из-за выгоды с Харди. Разве вот это дружба? — Я вообще-то к тебе с благими намерениями, Селена, — огрызнулась Офендед. — Ты что, все воспринимаешь в штыки? Я имела в виду, что надо помириться, чтобы сохранить статус дружбы. Долгие ссоры приводят к распаду компаний, возьми на заметку. «У этих популярных школьников привычка удаляться после обидных слов», — хмыкнула Сел и вернулась к столу с выбросом любви к местному певцу.

***

Ллойд собиралась домой и направлялась к своему шкафчику, дабы убрать ненужные учебники и забрать исписанные тетрадки. Открыв дверцу, на нее вылетел листочек, сложенный вдвое. Не успев его поймать, Мелло наклонилась за ним, ненамеренно раскрывая. Все эти тайны, интриги, расследования возымели на нее отрицательный эффект. — «Поговорим у тебя дома на уроке. Арнольд», — прочитала девушка, облокачиваясь на соседний шкафчик. Настроение мигом поднялось — друга ей не хватало. Это была их первая ссора, да и слова Лайлы и мисс Кёнюль возымели на нее эффект. Недолго думая, Мел достала старый блокнот из ящика и вырвав оттуда листочек, написала ответ: «Хорошо, буду ждать». И, сложив его пополам, направилась к шкафу друга. Учебный день закончился. Осталось сходить на дежурство и можно было отправляться домой. Ей уже во всю не терпелось поговорить с одноклассником. Хотелось вернуть общение с ним и с остальными мальчиками.

***

Наконец Мелло вернулась домой. В особняке, как всегда, очень приятно пахло: мама снова напекла тех самых булочек с кунжутом. Девушка их неимоверно любила. Но сейчас было некогда уплетать их, следовало поспешить на урок. Отец не любил, когда она опаздывает. А уж тем более после недавних событий ей очень не хотелось нервировать его. Поздоровавшись с домашними, Ллойд прошмыгнула на второй этаж. В коридоре прошёл Лам, но соседку он не заметил, погрузившись в чтение газеты. На это девочка лишь пожала плечами, — они могут встретиться позже, ведь сейчас нужно было успеть на занятие и поговорить с Арнольдом. Пройдя чуть вперёд, Мел подошла к своей комнате и, открыв входную дверь, вошла в неё. В помещении уже сидели Эдриан и Арнольд. Во время музицирования она превращалась в своеобразную аудиторию, в которую папа приносил несколько пипитров, ноты и различные книги, посвящённые игре на контрабасе. Это всегда казалось девушке чем-то волшебным. — Всем привет, — робко поздоровалась Бинни, кладя сумку в угол за рабочим столом. — Здравствуй, дочь моя, — холодно ответил ей мистер Ллойд, — садись за инструмент. Мелло, кивнув, присела на указанное место рядом с товарищем. Она оглядела его и поняла, что что-то с ним неладное. Хорн и до этого выглядел немного странно, но сегодня особенно: чёрные синяки под глазами, тяжёлый взгляд и взъерошенные волосы. Обычно парень ухаживал за ними, а его лицо имело здоровый оттенок. Неужто это из-за расследования? — Для начала нужно разогреться. Сыграйте несколько простых упражнений, — попросил Эдриан. Ребята послушались его и принялись играть, но у Мел сосредоточиться явно не получалось. Все мысли были лишь о сидящем рядом друге и его состоянии. В голове крутились разные догадки, но что от них толку, когда можно просто поговорить и всё выяснить? Но сейчас очевидно не лучшее время для выяснения ситуации, учитывая то, что папа находится рядом. После долгого занятия и нескольких десятков сыгранных аккордов, превращающихся в музыкальную композицию, глава семейства Ллойд оставил подростков в комнате, удаляясь в школу искусств. — До свидания, отец, — произнесла Мелло, сдержанно обняв его. — До встречи, мистер Ллойд, — Арнольд поклонился мужчине, когда тот выходил из кабинета. Несколько минут неловкого молчания и взглядов друг на друга. Хорн сделал шаг первым, зная характер своей подруги. — Как у вас дела? — аккуратно спросил её парень. — Да… Все хорошо, у вас как? — смущенно улыбнулась девушка. — Да тоже все отлично, Самаэль занимается боевыми искусствами, Крис по-прежнему на курсах, особо не видимся, — тихо хмыкнул парень. И снова пауза. Тинейджеры смотрели друг на друга все так же, как и в коридорах школы — мимолетно, пытаясь не показать разбившейся компании свой интерес по поводу друг друга. Хотя все бы поняли, ведь они дружили довольно долгое время. — Я скучаю, — одновременно произнесли они, а после рассмеялись. Обстановка начала налаживаться, не было уже удручающего молчания. Около часа они болтали ни о чем — о своих впечатлениях за все эти дни, о том, как им надоела учеба, а в частности учительница химии, как они не хотят выполнять проект, который был для них не особо понятный, и о том, что им делать дальше. — Если я скажу Норе о том, что я общалась с тобой, она разозлится еще больше, и я снова стану врагом номер один, — Мелло робко улыбнулась: терять наладившуюся связь не хотелось. — Парни, наверное, нормально отреагируют, но таким заявлением их «шокировать» не хочу. — Получается, будем скрывать? — А что еще остается делать? Они поссорились, мы помирились, нас не поймут. Хотя могут и давить, мол, как они там, мириться не хотят? — Мы и не ссорились, Арни… Мы всего лишь заложники обстоятельств… — прошептала Ллойд, склонив голову. В последнее время на девушку очень многое навалилось: ссора с отцом, с приятелями, да и недавняя новость о трупе без головы. Еще чуть-чуть, и Мел может заплакать — слишком много накопилось эмоций. — Как у вас там с расследованием? — поинтересовалась она, поправив выпадающую из-под шапочки прядь волос. До этого Ллойд старалась избегать этой темы, но подумала, что нужно всё-таки узнать об этом. Ведь вид её одноклассника всё ещё настораживал её. — Пытаемся им заниматься, как только выпадает свободное время, — шёпотом рассказал Хорн, — а вот загадку мы до сих пор не разгадали. Всё ломаем головы над ней. — Понятно. Мелло не знала, как можно продолжить беседу. Самочувствие парня угнетало её и девушка хотела узнать, что с ним, но ей не хватало смелости. Не хотелось показаться бестактной. На несколько минут ребята снова погрузились в тишину. Вроде бы всё обсудили, страх потери дружественной связи они преодолели, осознав, что будут дорожить друг дружкой несмотря ни на что. Арнольда и вовсе эта пауза не напрягала. Он любил покой и находил в этом свою красоту. Никаких лишних шумов на фоне, только шелест листвы за окном и стук сердца. — Арни, — внезапно начала Мел. — Да? — отозвался парнишка, посмотрев в глаза своей однокласснице, из-за чего та отвела взгляд в сторону. — Извини, если это что-то личное или тебе будет неприятно, — сказала она, — чёрт, я не хочу обижать тебя, — опустив голову вниз, произнесла Ллойд. — Ты меня не обидишь, ведь ты мой друг. И ты никогда меня не задевала своими словами. Хоть ты и пытаешься подобрать их максимально тактично, меня даже твоя грубость не расстроит. Я лишь хочу, чтобы ты перестала замыкаться в себе и сказала, что тебя беспокоит, — тихо высказался Хорн, — не будь к себе так категорична. Нам нужно слушать друг друга, чтобы избежать в дальнейшем ситуаций, подобных той, что произошла недавно между нами и нашими друзьями. Мелло удивилась, услышав такое, и даже покраснела. Обычно парень угадывал её состояние и знал всё наперёд, а тут он вдруг решил выслушать её. Девушка предположила, что ссора привела его к таким изменениям и неожиданно для себя решила, что задаст этот вопрос. Ей не хотелось потерять приятеля вновь. — Как твоё самочувствие? Ты выглядишь немного иначе, — робко спросила Мел, наконец переборов себя. Юноша усмехнулся. — Виспер до сих пор не вернулся. Я пытался выяснить почему. Не могу уснуть без его шёпота, да и бодрствовать без него стало тревожнее. Всё-таки такие вещи творятся в Ласт Тоффи, — поведал ей одноклассник. — Я уверена, на то есть веская причина, и скоро он обязательно вернется, — девочка положила руку на плечо друга. — Он тебя никогда не оставлял надолго. — В этом то и проблема, Мелло. А что, если это затянется и он вернется довольно поздно? А что, если он вообще не вернется? — без злобы проговорил парень, еще больше тускнея. — Значит, так надо. Он никогда не делал что-то нарочно. Может… Его миссия закончилась? — тихо предположила Ллойд, сжимая плечо. — Я не знаю… И не хочу это знать. — Во всяком случае, у тебя до сих пор есть я, а я уж никуда не денусь! — улыбнулась одноклассница. — Спасибо, — Хорн обнял ее, прижимая к себе настолько сильно, что Мел закряхтела. Раньше таких порывов не было, оно и понятно — сейчас все по-другому, новые эмоции и впечатления, да и странные ситуации дали о себе знать. — Мне пора, родители будут волноваться, — после пятиминутных объятий сообщил Арнольд. — До завтра. — Да, конечно, — Мелло поднялась с софы. — Пока, Арни. Они обнялись еще раз на прощанье, когда спустились к выходу из дома, прежде чем парень вышел за дверь.

***

Девушка заметила неладное, как только машина остановилась около её дома. Идея подвезти Оуэн пришла на ум Крису, а та и не отказалась, — на улице слишком холодно для нее. Хоть они и не разговаривали и находились в ссоре, та не отмахнулась от такого заманчивого предложения, да и Муру было не плевать на здоровье подруги. Нора нахмурилась, оглядывая свой двор: было непривычно чисто, сорняки пропали, кресло на крыльце стало более «свежим» и теперь представлялось возможным понять его изначальный цвет — вырвиглазный красный. Свет на кухне горел, а калитка была заперта. Девочка не привыкла закрывать дверцу за собой, — она все равно открывалась —, и свет все время выключала: те деньги, которая высылала бабушка, изредка оставались на счету, поэтому его давно отключили. — Ты убралась? — задал очевидный вопрос парень, увидев убранную территорию. — Издеваешься? — цокнула девушка, и, не сказав и слова благодарности, выскочила из форда, специально хлопнув дверцей. Таща за собой рюкзак, Оуэн не спешила заходить. Остановившись на разбитых ступеньках, она учуяла из приоткрытой форточки запах своей любимой лазаньи. На несколько секунд Нора оказалась в детстве, вспоминая, как ее привозил школьный автобус, и она бежала домой, в тепло и уют, когда мама была жива. Хлоя, зная, насколько ее дочь была привередлива к еде, и совершенно не обедала в школе, успевала готовить ей завтрак в учебное заведение, а к приходу малышки готовила ее любимое блюдо. Девушку передернуло. Она отбросила все свои мысли и, сложив два плюс два, нахмурилась. Заходить все так же не хотелось, но пришлось. Наверняка бабушка услышала шум машины и выглянула в окно в моменте, когда Оуэн не обратила внимание. И — словно в подтверждение её мыслей! — дверца отворилась. — Привет, моя дорогая! — воскликнула женщина и выбежала на крыльцо. Старушка обняла внучку, оставляя на ее недавно выстиранной одежде след от муки. — Что ты тут забыла? — цокнула Нора, пытаясь вырваться из объятий. — Зачем же так грубо? — Брейна потрепала девочку за щеку, отчего та еще больше разозлилась. — У моей дочери и твоей матери скоро день рождения! Разве ты забыла? — Ничего не забыла, дай пройти, — Оуэн пыталась как можно быстрее попасть в дом, дабы никто не увидел к ней такой прилив любви. — Вся в отца! — грубо сказала женщина и ушла на кухню. Девушка лишь закатила глаза и прошла следом за бабушкой, дабы накормить своего питомца. Нора остановилась на пороге, не узнав комнату. Все блестело: полы, тумбочки, навесные шкафчики, да и в целом вся кухонная утварь. Вспомнив про свою заначку травы, она ринулась к дальнему шкафчику, раскрывая его полностью. Ничего там не обнаружив, Оуэн еще больше взбесилась: — Ты что натворила? — Хватит портить свое здоровье! У вас разве в школе нет внеклассных часов на эту тему? — задала риторический вопрос Брейна. — А надо бы — в городе есть один район, который только этим и занимается! — Как будто тебе есть до меня дело! — перешла на повышенный тон внучка. Захлопнув дверцу, она встала с корточек и направилась на выход из кухни. — Я не договорила! Ты вечно никого не слушаешь, тебе же добра желают! Очнись! — остановила её за плечо бабушка. — Что тебе стоит уехать со мной в Майами? Тебя вылечат, ты избавишься от воспоминаний, связанных с домом! В конце-то концов, кроме собаки, нет никого здесь, кто тебя любит! — Как ты не поймешь, что я не больна? Еще одно слово на этот счет, и я точно сойду с ума! Хочешь организовать мне билет в психушку? Да пожалуйста! Только знай, что там для усмирения особо буйных качают наркотой! Девушка вырвалась из хватки старушки и, перепрыгивая через ступеньки, быстро оказалась у себя в спальне. Дождавшись, когда скулящая собака забежит к ней в «нору», она захлопнула дверь и спряталась в углу. Хоть Брейна и оплатила долги за электричество, и отопление включили, дома по-прежнему было холодно.