Diamonds and Rust

Вар-Зу повысили. Или понизили, как посмотреть. Тол-Дар чуть ли не пинками выгнал её из СКК, потому что из-за её нерешительности лишился самого ценного объекта. Однако уже через час Вар-Зу получила место первого ассистента розовой ведьмы в её личной лаборатории. Даже орден вручили за основную работу. Наверное, это всё же было повышение. По крайней мере, лаборатория оказалась оборудована по последнему слову техники и предназначалась всего лишь для двоих. Ладно, троих. Госпожа Лио-Лай, кажется, тоже будет здесь. Она прибыла несколько дней назад в качестве невесты Верховного. Судя по тому, как стекленел взгляд Лио-Лай, когда она об этом говорила, не обошлось без гипноза. Это было невероятно: успешно загипнотизировать колдунью-менвитку. Конечно, Вар-Зу знала, что иммунитет менвитов к гипнозу — лишь обман для обывателей. Тол-Дар, например, умел стирать соплеменникам память. Но подвергнуть гипнозу колдуна?! Величие Верховного было поистине недосягаемым — куда там звёздам! Аппарат искусственного жизнеобеспечения тревожно запищал. Вар-Зу подправила параметры, и писк прекратился. Артефакт, заменивший сердце, работал без сбоев и плавно вживался в организм. Странная была эта арзачка. Посмотрев перед попыткой утилизации в её неправильные голубые глаза, Вар-Зу не увидела ни страха, ни злости — лишь сдержанное любопытство. А ещё сердце арзачки не превратилось в красный кристалл — оно уже было кристаллом. Лазурным, одним из легендарных утерянных. Кристалл, разумеется, забрал правитель, а вот девчонку вытребовала себе Её Высочество. Она, оказывается, умела создавать артефакты. В частности, искусственное сердце. По обмолвкам Таэль-Ло Вар-Зу поняла, что на Беллиоре принцесса наблюдала за подобным экспериментом и сейчас решила повторить его. Вот только сердце они вчера просто вживили. Принцесса изготовила его заранее и именно для этой девчонки. Знала про кристалл? Тогда почему ему так удивился Верховный? Вар-Зу покачала головой. Нет, не её это дело. Не надо лезть в интриги семейки Ломиэн. А вот подсмотреть немного… Дверь в кабинет Таэль-Ло была чуть приоткрыта. Ровно настолько, чтобы как бы закрыто, но всё слышно. Брат и сестра пили кофе, и вдруг принцесса заговорила: — Итак, ты собираешься жениться на Лионе мен Лайден. Решил возглавить демографический проект Тол-Дара? Так сказать, показать личным примером? — Ты знаешь, на ком я на самом деле хотел бы жениться, — ответил Гван-Ло. — К моему сожалению, её больше нет. А мне нужен наследник — я и так непозволительно долго холост. Если не поделишься секретом вечной юности, то скоро сдавать начну, — усмехнулся он. — Почему именно Лио-Лай? — спросила Таэль-Ло. — А кто ещё? Ив-Мил — сущий ребёнок, Мит-Кеш переспала уже со всеми членами правительства, с Ха-Тен меня опередили, Си-Рик и Ни-Вин ты убила. Кстати, вторую зачем? — Лиона мне больше нравится. Только ты на ней не женишься. — Что?! — По нашим традициям, братец, если ты забыл, — донельзя ехидно заговорила принцесса, — невесту правителя к жениху ведёт его замужняя родственница. Но твоими стараниями, дорогой, у нас вообще родственников не осталось. — И нужна тебе эта традиция? — Ты, когда короновался, битый час распинался о том, что для государя нет ничего важнее традиций. После пятого рао я бы на твоём месте не строила из себя новатора. — Второй вариант, сестрица: выйди замуж раньше, чем я женюсь. — Пф-ф! — расхохоталась принцесса. — За кого? — За Тол-Дара, — тут же нашёлся Гван-Ло. — Ни за что! — За Тор-Лана. — Он же тупой как танк! — За Элт-Рана. — Он постоянно занят и не сможет уделять мне внимания. — За Кау-Рука? При условии, что я отправлю его в пустыню, когда женюсь сам. — Слишком сложно. — За какого-нибудь крупного чиновника? Военного? Колдуна? Предпринимателя? Мы можем избавить его от жены, если она есть. Просто скажи, кого ты хочешь. Таэль-Ло молчала, видимо, ограничиваясь качанием головой, а Верховный называл имена, известные и нет, предлагал какие-то многоходовые комбинации и, наконец, психанул: — Всё! Достаточно. Ты выйдешь замуж за Элт-Рана. Всё равно муж тебе только для той традиции нужен. Секретарь! — Я здесь, мой господин. — Сколько занимает подготовка к свадьбе королевских особ? — Около двух недель, мой господин. — Долго. А с привлечением колдовства? — С привлечением колдовства — три дня, мой господин. — Отлично! Готовь приказ. — Подожди-подожди! — вмешалась Таэль-Ло. — А если он откажется? — Это приказ Верховного правителя Рамерии. Канцлер Элт-Ран обязан будет подчиниться. — Ладно, — прошипела Таэль-Ло. — Секретарь, передай Кари, чтобы сегодня же организовала мне свидание с Элт-Раном в каком-нибудь хорошем ресторане. За счёт правителя, — мстительно добавила она.. Верховный испустил тяжёлый вздох и ушёл, оставив сестру в покое. Вар-Зу даже любопытно стало, кто из этих двоих сообщит о свадьбе канцлеру. Правитель приказом обрадует? Или принцесса клинок и сердце предложит? Не получится ли как с тем балом? Зажав зубами медицинскую маску, Вар-Зу затряслась от беззвучного хохота.

***

Кари постаралась на славу. Ужин организовали в лучшем ресторане столицы, в приватном кабинете на двоих, со свечами и любимыми блюдами обоих. Элт-Ран, сменивший белый мундир на гражданский костюм серого цвета, пришёл вовремя и даже принёс букет из пяти розовых роз. Дань вежливости и ничего больше. Какое-то время Таэль-Ло и Элт-Ран молча ели, не особо обращая друг на друга внимание. Когда ужин интереснее партнёра, это дурной знак. Если бы сейчас были трёх- или четырёхтысячные годы, то их родственники, которые бы непременно наблюдали за свиданием, расторгли бы все договорённости о браке. Таэль-Ло детально изучила кабинет. Тёмно-коричневые стены под дерево, бордовые шторы, обивка стульев и скатерть. Белые салфетки, свечи в старинных подсвечниках, живые розы в кадках, тихая музыка без слов из спрятанного магнитофона. Ан-Хель, величайший менвитский композитор ранних семитысячных. Официант в сером костюме и длинном белом фартуке принёс чай и изысканные десерты. — Забавно, — произнесла Стелла, — это всё создавалось при мне, но когда я вернулась, всё равно оказалось новостью. — Вы скучаете по тому миру, Ваше Высочество? — сдержанно поинтересовался Элт-Ран. — То, что есть сейчас, как говорит мой брат, куда рациональнее, — заметила Таэль-Ло. Пальцы Элт-Рана сдавили чайную ложечку, и та даже слегка оплавилась. Канцлер как ни в чём не бывало принялся её выпрямлять. Принцесса прожевала половинку клубники и продолжила: — Однако тот мир тоже имел свои плюсы. Знаете, Элт-Ран, в моё отсутствие сомнительные дамы уничтожили один из лучших сервизов нашей семейной коллекции. Ю-Ман, между прочим. Я стала искать замену, но… Пластик! Примитивная керамика. Сейчас никто не интересуется фарфором. — Всё, что вас заботит, это фарфор? — преувеличенно равнодушно спросил Элт-Ран, хотя эту фразу следовало бы возмущённо выкрикнуть, ударив по столу кулаками. — Менвитский фарфор, заметьте. И нет, не только. Композиторы и музыканты, художники, учёные — любые творцы. Любые. Юбки и платья. Нормальные юбки и платья на женщинах. Собаки — вы хоть у кого-нибудь видели собаку? — Ваш брат считает, что от них слишком много шума и грязи, поэтому собаки, кроме служебных, строго запрещены. — И что ещё он находит… неприемлемым? — обобщила Таэль-Ло. Кажется, она нашла нужную точечку в непробиваемой броне. Иголка прошла — можно попробовать потыкать ножом. — Если максимально кратко, то всё, — сказал Элт-Ран. — Он жаждет рационализации мира: чтобы всё подчинялось распорядку и правилам, чтобы не было никаких отклонений от норм. — Но это невозможно. Мы же люди! — Арзаки, как вы помните, тоже когда-то были людьми. Но их, подлинных детей хаоса, упорядочили до смерти. — Элт-Ран прикрыл глаза и негромко, словно это были мысли вслух, пробормотал: — Как бы я хотел это изменить! О, да он раскусил игру! Какой умный канцлер! — Тогда какого Хоо вы ничего не делаете?! — рявкнула Таэль-Ло, вскочив и хлопнув по столу ладонями. Элт-Ран на провокацию не поддался. — Что я могу сделать? На мне лежит ответственность за магию Рамерии — я не могу допустить повторения того, что случилось тысячи лет назад. Если возвращать арзакских колдунов, то именно это мы и получим. — А что тогда случилось? У вас есть хоть какая-то информация? — Столетие жёлтой зимы, колоссальные жертвы, потеря пяти из семи кристаллов, медленная смерть магии. — Это, дорогой канцлер, последствия. А меня — да и вас, если бы вы хотели спасти мир, — интересуют причины. — И вы их выяснили? — заинтересовался Элт-Ран. — Там, в субмире? — Нет, — усмехнулась Стелла. — Их выяснил Кау-Рук. Здесь, в дворцовой библиотеке, причём отнюдь не в секретной части. — Я жажду подробностей. — Элт-Ран даже вперёд подался. — Пришлите ко мне Мерита сегодня к девяти вечера — я передам информацию ему. — Как скажете, Ваше Высочество. — А пока, — фыркнула Таэль-Ло, — давайте поговорим о том, как нас не устраивает наш будущий супружеский союз, а также о том, что мы будем делать после свадьбы.

***

С заповедником ничего не вышло. В теории, Кау-Рук мог попытаться открыть проход без кристалла, но это практически гарантировало его смерть. Уже две недели штурман и Дириэ искали в королевской библиотеке информацию об альтернативе кристаллам в сфере пространственных перемещений. В книжной сокровищнице Нэй нужная литература нашлась бы скорее, но Верховный пока не настолько отчаялся, чтобы отпустить Кау-Рука туда. В библиотеку часто наведывалась принцесса. Она помогла экипажу кое с какими аферами, да и новостями делилась охотно. Кау-Рук и Дириэ знали и про резню на авиабазе, и про спасение Элара, и про спектакль… С Лио-Лай они встретились сегодня с утра. Девушка порхала на крыльях внушённой любви к Верховному. Когда Дириэ на пробу спросил, помнит ли она Риэма, Лио-Лай отмахнулась. «Кажется, так звали одного из моих ассистентов». Кау-Рук подумал, что он не хотел бы быть на месте Гван-Ло, когда об этом узнают Риэм и дракон. Часов в шесть в библиотеке появилась Вар-Зу, ассистентка Стеллы. Она с остекленевшим взглядом подошла к Дириэ, дала ему лист бумаги, ещё горячий от печати, и скрылась за стеллажами. — Что это? — Кау-Рук нагнулся к соседнему креслу, чтобы читать одновременно с Дириэ.

«Лабораторный нейтрализатор магии АВ-1 представляет собой цилиндр длиной десять саен и пять мик в сечении. Для активации необходимо коснуться объекта жёлтой насадкой и нажать на красную кнопку. Длительность нейтрального состояния составляет десять минут.

Её Высочество ждёт вас, Лио-Лай и Мерита у себя в кабинете в 9:00–9:15».

Дириэ ехидно улыбнулся и скормил листок бумагорезке. Намёк был толще некуда. В восемь часов пятьдесят девять минут оба пленника постучались в кабинет. Он оказался открыт и пуст. Кау-Рук заглянул в соседнее помещение. Здравствуй, Элли. Её бы тоже забрать отсюда, но пока девушка даже не пришла в себя после клинической смерти — иначе это нельзя было назвать. АВ-1 лежал на столике возле кровати Элли. Хорошо лежал, как будто так и надо. И умысла никакого нет — просто гадкий Кау-Рук впёрся куда не надо и стащил принцессину собственность. Девять ноль пять. Никого. Девять ноль девять. Опаздывают. Девять одиннадцать. Дириэ стал нервно ходить из угла в угол. Девять тринадцать. Ну где вы? Девять четырнадцать ноль две. Что-то определённо пошло не так. Девять четырнадцать двадцать. Дириэ взял нейтрализатор, похожий на стилус от планшета. Девять четырнадцать тридцать две. Никто уже не придёт. Сорок. Шаги в коридоре. Сорок три. Таэль-Ло и Элт-Ран. Сорок семь. Кау-Рук запоздало расстегнул верхние пуговицы рубашки. Пятьдесят пять. — Давай. Пятьдесят семь. АВ-1 упёрся в полоску синего металла и тихо пискнул. Пятьдесят девять. Кау-Рук прижал к себе Дириэ и загадал место. Девять пятнадцать. Дверь в кабинет открылась, но принцесса и канцлер никого там не застали. Кау-Рук рухнул в снег за сотни томаэ от столицы. Дириэ смог удержаться на ногах, но тут же опустился рядом. — Ты как? — Жив, только рожа вся в кровище. Где мы? — А куда ты хотел? Насколько я могу судить, это ближайший к Ро-Алиам аэропорт. Штурман поднял голову и осмотрелся. В томаэ справа заходил на посадку пассажирский самолёт. Ближайший… — Ис-Хар. Пешком до нашего тумана около семи часов, — сказал Дириэ, сплетя карту. — Звоним в Ранавир? Кау-Рук стёр кровь с подбородка. Не рассчитал. Надо было брать томаэ на двести севернее, а то очень уж дальняя дистанция получилась. Лучше бы в два приёма добирались. Впрочем, и так неплохо вышло. Через полчаса за беглецами прилетел Тин-Мор на «Воробье», и вскоре они уже были в субмире.

***

Принцесса Таэль-Ло вела какую-то свою игру. Насколько Мерит понял из язвительных комментариев Элт-Рана, она хотела построить милый уютный мир с розовым фарфором, шёлковыми юбочками и будуарными собачками. Несмотря на весьма скептический настрой Элт-Рана в отношении принцессы, она могла поделиться полезной информацией. Мерит не понимал, почему Таэль-Ло не рассказала об этом сама или хотя бы не дала списка нужной литературы. Наверное, тоже хотела пообщаться с куклой. Канцлер проводил принцессу до дворца, покатав на вертолёте над столицей. Мерит тем временем на подземке добирался туда из Дома Правительства. Как бы арзак ни ненавидел Бассанию, подземка тут была великолепная — чисто дворец для поездов! И никакого футуризма, которым менвиты были одержимы чуть ли не с Эпохи первых полётов. Таэль-Ло и Элт-Ран уже были на месте. Они о чём-то беседовали с главой секретариата Верховного. Этот человек был прямо-таки воплощением менвитского занудства, так что разговор грозил затянуться. Принцесса приказала Мериту дожидаться в её кабинете, и арзак направился на второй этаж восточного крыла. Однако по пути его перехватил проходивший мимо Верховный. — Здравствуй, Мерит. — Добрый вечер, господин правитель. — Знаешь, Мерит, во время нашей продолжительной беседы Элар Шеннари сообщил мне, что сегодня состоится одна из диверсий Эсарийского конклава. Они имеют наглость лезть прямо во дворец! Нам с тобой не стоит с ними пересекаться, поэтому пойдём ко мне — выпьем чаю и немного побеседуем. Верховный говорил дружелюбно и даже с несвойственной менвитам мягкой улыбкой. Чай? С ним? Мерит надеялся, что его лицо не слишком сильно перекосило. Значит, диверсия эсарийцев? Что ж, в одном Верховный прав: их двоих радикалы ненавидят больше всего. Один — корень зла, другой — предатель, уютно обустроившийся в высшем обществе. Мерит не питал иллюзий — его презирали все арзаки, которые знали, кем он когда-то был. Асси вот не презирала, потому что для неё Мерит был просто арзакским колдуном. Чай разливала служанка. Предложенная беседа сводилась к описанию Верховным его личного идеального мира. Отец назвал бы такой мир бездушным чертежом: всё по клеточке, по линеечке, без отступлений. Все огрехи безжалостно вымараны ластиком, всё предельно рационально. Каждый человек — безжизненная функция. И лишь подлинные избранники во главе с Верховным правителем имеют свободу воли на принятие решений. В девять двадцать три Верховный закончил мечтать. Он позвал командира дворцовой охраны, и тот доложил: диверсанты были, но их обезвредили. Правитель просмотрел снимки. Десять человек, из них трое — колдуны. Мерит выдохнул: ни одного знакомого лица. — Утилизировать всех и зафиксировать процесс на видео, — равнодушно приказал Верховный. — Шеннари говорил, что среди них можно найти кое-кого поинтереснее. Будем выманивать.