3. Дыши всегда
9 декабря 2021 г., 20:23
Примечания:
глава, написанная на чилле. немного легкомысленная. следующая будет более пикантная🙃
18 декабря 2038
На следующий день Хэнк проснулся рано. Когда он разлепил глаза, на часах горели три неприятные цифры — 6:40. За зашторенным окном всё ещё было темно, а в доме — совершенно тихо. К тому же он заснул далеко за полночь, так уж сказался на нём его бестолковый сон в участке. В общем, поспал он немного. Но несмотря на все эти обстоятельства он, пробудившись в полседьмого выходного дня, так и не смог сомкнуть глаз. Лежать просто так он тоже не хотел, а потому решительно встал с постели и направился в ванную. С начищенными зубами и тщательно умытым лицом Хэнк тихонько прошёл по коридорчику и из-за угла выглянул в гостиную. Именно там и обнаружился Коннор, притом обнаружился в совершенно чудно́м виде. Он сидел на диване, ровный как струнка. Руки, расслабленные, лежали на коленях, и ни один квадратный сантиметр его тела не двигался. Спина — прямая. В общем, сидел он будто на табуретке, а не на диване. А ещё у него были закрыты глаза. Рядом с ним спал Сумо. Голова его лежала на колене Коннора — пёс явно не испытывал дискомфорта от близости с андроидом, — и их освещал тусклый свет, достающий до гостиной с кухонной тумбы. Сумо тихонько посапывал, и его громадная вздымающаяся спина была единственным источником движения во всей гостиной. А ещё у Коннора светился синим, не мигая, диод. Хэнк так и не понял, что это такое было — то ли какой-то спящий режим, то ли минуты перезагрузки, на которые он так некстати попал, — но в ту секунду, когда он собирался было развернуться и пойти обратно к себе в спальню, глаза Коннора открылись. Он по-прежнему не двигался, но повёл взглядом в сторону своего наблюдателя. От этого Хэнку стало жутко. Добрую минуту они сверлили друг друга ничего не выражающими взглядами. Хэнк попросту не мог сдвинуться с места: под странным взором Коннора его словно пришпилило к полу. Внезапно тишину разрезал его голос. — Я не хочу разбудить Сумо. Что мне делать? До Хэнка дошла суть ситуации, и он от души захохотал. Его громкий смех, конечно, сразу разбудил пса — тот поднял голову и уставился на Хэнка сонным взглядом красных глаз. Судя по хмурому виду, который захватил лицо Коннора, парню это явно не понравилось. Опомнившись, Сумо принял сидячее положение. К возмущению Хэнка, приветствовать хозяина он не бросился и, вместо этого повернув свою косматую голову к Коннору, принялся радостно облизывать ему щёку. Пёс был просто огромный, и ему ничего не стоило дотянуться до Коннора — ему и дотягиваться до него не надо было. Коннор, в свою очередь, лишь отклонился в сторону. Он, очевидно, не знал, как на это реагировать. Но выражение у него было скорее заинтересованное и ни разу не раздражённое. Хэнк никак не мог перестать смеяться. Войдя в гостиную, он включил торшер — открывать шторы было рано, ибо за ними всё ещё была утренняя зимняя тьма. — С собаками можно не церемониться, — объяснил Хэнк сквозь остатки хохота. Коннор дотронулся до щеки, которую ему лизал Сумо, и проведя по ней пальцами, потянул их было к языку. — Эй! Нет! Коннор! — вскрикнул он, и Коннор замер с поднесёнными ко рту пальцами. — Нет? Но почему? Это лучший способ изучения окружающих объектов. Хэнк скривился и смерил Коннора недоверчивым взглядом. — Это лучший способ показаться окружающим полным дебилом, — ответил он без церемоний. — И, чтоб ты знал, Сумо — не объект. Он собака. А собачьи слюни в рот не суют. Коннор нахмурился, но убрал руку от лица и неловко поместил её на голову Сумо. — Я анализировал чужой тириум и даже кровь давно погибших людей. Чем же так плоха собачья слюна? Губы Хэнка скривились ещё больше, будто во рту у него лежала долька сочного лимона. — Потому что это омерзительно. Если ты хочешь интегрироваться в общество, то лучше не совать в рот что попало, — пояснил Хэнк, усаживаясь в кресло. Ну и тема, чёрт возьми. А ещё ему до сих пор было обидно, что Сумо не удосужился его поприветствовать. Предатель… — Я… приму это к сведению. — Коннор кивнул и погладил Сумо по макушке. — Можем мы заехать сегодня по пути в библиотеку? Я закончил со вчерашними книгами. Хэнк махнул рукой. — Да ради бога. Хоть будет чем заняться. — Он вдруг хмыкнул и всмотрелся в Коннора с интересом. Ответом ему было любопытство. — Да так… Ты не пробовал читать помедленнее? Коннор прямодушно кивнул. — Да, я как раз хотел попробовать. — Знаешь, ещё ни один человек на моей памяти не учился читать, замедляя скорость. Коннор в очередной раз нахмурился и опустил взгляд к полу. — Знаете… в последнее время… с тех пор, как я стал девиантом, мне кажется, что я всё делаю не так. — Слушай, — сказал Хэнк, вздохнув. — Это нормально. Ничто в жизни не приходит мгновенно, на всё нужно время. Знаешь, говорят, век живи — век учись. К тому же, вещам надо позволять идти своим чередом. Тогда всё у тебя устаканится. — Хэнк стиснул зубы и добавил: — Уж я-то знаю. Коннор вскинул на него удивлённый взгляд, но, кажется, понял, что имеет в виду Хэнк, потому что у него хватило такта не спрашивать, о чём речь. Хэнк, в свою очередь, прогнал невесёлые мысли. Ему не хотелось портить себе настроение, которое, в общем, было более чем сносное — впервые за долгое время.***
Уже в десятом часу они были в городе. Хэнк решил не тянуть кота за хвост и сказал Коннору, что они поедут за покупками пораньше, к открытию магазинов. В первую очередь они заехали в библиотеку, отдали прочитанные тома и взяли новых, нечитаных. На этот раз Коннор прихватил добрых два десятка книг, среди которых были и фолианты объёмом никак не меньше тысячи страниц. Хэнк, на имя которого всё это записывалось, пытался не возмущаться и, таща половину книг к машине, не мог понять, чего ему хочется больше — рассмеяться или поматериться. Затем они заехали позавтракать. Коннор сидел за столиком напротив Хэнка и то поглядывал по сторонам, то наблюдал, как Хэнк поглощает свой сандвич. На нём была одна из немногих курток Хэнка, которую тот любезно одолжил ему на этот день, и шапка. Шапку он попросил сам, когда они собирались уходить, и Хэнк без слов понял, что с её помощью Коннор хотел спрятать диод. Как бы то ни было, в шапке ему явно было комфортнее. Хэнку было непривычно видеть Коннора в простой шапке, без его идеальной и, надо признать, стильной причёски. Сидя напротив него в той забегаловке и неспеша поедая третий по счёту бутерброд, Хэнк поглядывал на Коннора мягким и изучающим взглядом. Коннор на него тоже. Очевидно, обоим было любопытно наблюдать друг за другом после нескольких недель разлуки. Коннор явно заскучал по обществу за долгие дни сидения в камере, а Хэнку было просто интересно изучать новые повадки Коннора. А они у него, безусловно, появились в достатке. В тот час, за завтраком, он сидел, спрятав руки на коленях под столешницей и чуть склонившись к столу, а взгляд его был намного более расслабленный, чем в любой другой день из тех, что они проводили вместе в ноябре. — Итак, — провозгласил Хэнк, допив остатки чая. — Теперь — моя самая нелюбимая часть. Едем за шмотками. Но без этого никуда. Выглядишь как бомж. Это была правда. Одежда Хэнка была Коннору велика. В магазине у Хэнка глаза разбежались, стоило ему только переступить порог торгового зала. Он махнул на Коннора рукой и решил, что тот и сам справится с выбором подходящих шмоток. Тем более что взгляд у того был особый, и Хэнк не сомневался, что Коннор сможет подобрать себе вещь по размеру, всего лишь мельком взглянув на неё. И вот, Хэнк стоял в зале, смотрел на вешалки и уже подумывал о том, не присмотреть ли ему что-нибудь для себя, как услышал своё имя. — Хэнк, — это Коннор негромко позвал его из примерочной. Хэнк в три шага дошёл до неё и заглянул за шторку. Коннор стоял перед зеркалом в чёрных джинсах и синей рубахе. — Я не понимаю. Они обе смотрятся одинаково, хотя у них разные цвета. Дав Хэнку оглядеть себя, он снял рубаху и принялся надевать вторую. Хэнк отметил, что тело у Коннора совсем такое, каким казалось в одежде — поджарый торс со средней мускулатурой. Если бы не лицо, Хэнк бы дал ему двадцать лет, не больше. У Коннора было тело паренька, и Хэнк подавил в себе желание вздохнуть, вспомнив, что когда-то и он был так же подтянут и тонок. — Хм, Коннор… А андроиды могут качать мышцы? Коннор посмотрел на него через зеркало. — Нет. Могут разве что заменить компонент. А что, мне следует? — Нет, боже упаси. Ты отлично выглядишь. Короче, забудь. Коннор поспешно накинул на себя другую рубашку, тёмно-коричневого цвета. — Эта лучше. И вообще, синий тебе не идёт. На Хэнка вдруг нахлынули смешанные чувства — скука от шопинга, который он ненавидел, и досада от собственных противоречивых мыслей, и он оставил Коннора в примерочной, резким взмахом запахнув шторку.***
— Сегодня мне следует провести больше времени в спящем режиме, — сказал Коннор, когда они сидели на кухне. Дело было к полуночи, и у Хэнка разгулялся аппетит, так что теперь он сидел вместе с Коннором за кухонным столом, встречал новый день и поглощал бутерброд. Вообще-то, в любой другой день он был бы не прочь запить его пивом (как он всегда и делал), но в тот раз его вполне устраивал чай. Более того, Хэнк вовсе не хотел пить с тех пор, как Коннор поселился в его доме. И, говоря совсем уж честно, желание это поубавилось ещё в дни революции. Хэнк никогда не признался бы в этом вслух, но ему было стыдно за тот вечер, когда Коннор отыскал его, в отключке, на кухне. От одной только мысли, что парень снова увидит его пьяным вдрызг, Хэнка передёргивало. — Спящий режим? Что это вообще такое? Коннор постучал пальцами по столешнице, подбирая нужные слова. — То же, что и ваш сон. Все процессы отключаются, только сердце продолжает биться. — Какие процессы? — Которые свойственны людям в той или иной фазе сна. Движения глазных яблок. Шевеления конечностей, — Коннор принялся загибать пальцы. — Дыхание. Хэнк нахмурился. — Дыхание? Звучит стрёмно. Погоди, так я не понял — зачем андроидам дыхание? — Во-первых, так людям комфортнее находиться рядом с нами. Во-вторых… мне это кажется естественным. Если у меня бьётся сердце, то дыхание должно происходить соответственно. — Хм. — Хэнк стал ещё мрачнее. — Лучше дыши. Всегда. — М? Хэнк и Коннор сплелись долгими взглядами. Оба, кажется, оказались сбиты с толку от внезапной фразы Хэнка, а Хэнк, вдобавок, ещё и почувствовал себя неловко. — Я спать, — бросил Хэнк и встал из-за стола. — И я. С этим Коннор прошёл к дивану и уселся ровно на то же место, с которого встал тем утром. Он уже закрывал глаза, положив руки на колени, когда вдруг Хэнк, который озадаченно наблюдал за ним из коридора, пришёл в возмущение. Возмущение, которого он, впрочем, совсем не хотел показывать. Но сдержаться не смог. — Нет, стой, — сказал он и подошёл к дивану. Коннор распахнул глаза. Поколебавшись немного, Хэнк всё же сел рядом с ним. — Коннор, можно я дам тебе ещё один совет? — В ответ на это Коннор осторожно кивнул и продолжил сверлить Хэнка неуверенным взглядом. — Ляг на диван. И делай так всегда, когда собираешься, ээ, войти в спящий режим. Коннору, кажется, не хотелось этого делать, потому что диод на его виске заморгал жёлтым, хотя лицо и осталось бесстрастным. — Зачем? — Просто… это правильно. — Но тогда не останется места для Сумо, — предпринял он последнюю попытку, без особой, впрочем, надежды. — Переживёт. Коннор медлил, по-прежнему сконфуженный. — Да не тормози ты, — и с этими словами Хэнк, без усилия толкнув Коннора в грудь, повалил его на диванную подушку. Диод засветился красным, и Коннор медленно согнул ноги — длины дивана не хватило бы ни одному взрослому человеку, чтобы удобно улечься на нём во весь рост. Глядя на алое свечение, Хэнк подумал — не слишком ли грубо он поступил, но эта мысль быстро сошла на нет. Всё-таки нежности никогда не были в характере Хэнка. Сидя на краешке дивана, Хэнк почему-то не мог отвести взгляда от лица лежащего рядом с ним андроида. Родинки на его бледноватых щеках причудливо дисгармонировали с пляшущими вспышками диода, а карие глаза продолжали вглядываться в лицо Хэнка. Но спустя секунды взгляд Коннора изменился, и его лицо залила другая эмоция — выражение благодарности. Очевидно, Хэнк не был самым тактичным и вежливым человеком в мире, но его советы шли от сердца. И Коннор это понимал. Он положил руки на свою грудную клетку во всё той же старой Хэнковой футболке. В ближайшем будущем она, кажется, станет его любимым домашним предметом гардероба, поскольку Коннор надел её сразу же, как они прибыли домой после магазинов. Скрестив расслабленные ладони, он прикрыл глаза. — И не забывай дышать, — вздохнул Хэнк, перед тем как уйти к себе.
