Одинокая Справедливость

Вика заходит в квартиру тихо, но родители, которые сидели на кухне, её засекли моментально. Девушка попыталась ускользнуть к себе в комнату, но эта операция была заведомо провалена. - Вик, подойти, мы хотим поговорить. - Студентка вжимает голову в плечи, сжимает зубы, вспоминая, что родители видели, как она целовалась с преподавателем. И, честно сказать, не жалеет об этом. Серкова заходит на кухню, где у родителей глаза прям таки горят. Зная, как они относятся ко всяким геям, лесбиянками и прочим, брюнетка понимает, что сейчас ей пиздец. - Когда ты собиралась нам сказать, что у тебя появился парень? - Синие глаза становятся шире, брови взлетают вверх, показывая крайнее удивление. - Что? Парень? - А потом девушка вспоминает, что Владивенко реально была похожа на парня, в этой старой, зимней куртке, в капюшоне, штанах и кожаных, потёртый берцах. А ведь родственники видели женщину со спины и даже догадываться не могут, что это не парень, но, кажется они правы в другой стороне. - Не прикидывайся, мы видели тебя и как ты целовалась с парнем. Наконец-то хоть какая-то хорошая новость. - Брюнетка закусывает губу изнутри, понимая, что в нынешней обстановке, после смерти дедушки, хотя бы новость о том, что дочь снова вступила в отношения и счастлива, разгоняет всепожирающую тоску и грусть, добавляя радости. У Вики просто не было выбора. Ей пришлось солгать. - Я.. Пока не уверена, но, да.. Вы правы. - Серкова снова задаёт себе тот вопрос, который сначала был задан Гранко, в том самом медицинском кабинете. - Я пришла забрать её. Надеюсь никто не против. - Красноволосая заходит в помещение, берёт женщину на руки, которая хмуриться, терпя неприятную боль. - Простите меня, но.. Кто вы такая? - Вика всем телом чувствует, что с этой женщиной, которая больше на бандита похожа, связываться не стоит. Но Серкова не может игнорировать тот факт, что внутри неё что-то неприятно сжимается, рычит. Ревнует. - Хм? Я её старая подруга. - Владивенко пришлось обнять Анну за шею, второй рукой держась за живот, который сильно болел. Преподавателю сложно было терпеть невыносимую боль, которая привлекла внимания сразу двух человек, которые находились в кабинете. - Чёрт.. Ань, закрой.. Рот закрой.. Блять.. Как больно.. - Гранко укладывает Анастасию обратно, расстёгивает рубашку, а после проводит рукой по горячему животу. Карие глаза оборачиваются на Вику, которая стояла у входа. - Если не собираешься уходить, то закрой дверь. Девочка, если ты в чёрной одежде, пришла с похорон, это не значит, что они должны быть здесь. Насть, прекрати так двигаться, легче не будет. - Последняя сжимает зубы, по лицу стекает пот, ногти впиваются в руку преступницы, сжимая и оставляя царапины. Серкова, которая немного встала в штыки, закрыла дверь, после чего подошла ближе. Анна в это время не сильно нажимала на живот женщины, но в один момент блондинка громко крикнула, вцепляясь в чужую руку ещё сильнее. - Насть, а ты умничка.. В тридцать два заработать себе запущенную язву желудка.. - Блондинка тяжело дышала, руки её ослабли, отпуская из реальности, после чего преподаватель банально отключилась. Серкова обеспокоенная, смотрела на учительницу, лицо которой расслабилось, но тяжелое дыхание осталось, так же, как и стекающий пот по телу. Синие глаза обратили внимание, что на животе женщины, были шрамы. Рваные, длинные шрамы, которых было не так уж и мало. Гранко заметила взгляд студентки, после чего взяла преподавателя на руки. - А.. Ей разве не требуется медицинская помощь? Может.. Стоит отвезти её в больницу? - Гранко ухмыляется, прижимая к себе ослабленную блондинку, смотрит на реакцию Вики, которая залпом показала всё и сразу. Анна понимает, что эту студентку и Анастасию связывает не просто учёба, а нечто большее. А ведь, красноволосая понятия не имеет, чем здесь занимались эти двое, то того, как она пришла. - Ты сильно беспокоишься. Похвально, конечно, но.. Ты беспокоишься не как её студентка. Кто ты для неё? Возлюбленная? Любовница? Честно сказать, мне плевать, но просто имей в виду, что ей пришлось многое сделать и пережить, чтобы добиться той жизни, которую она сейчас имеет. Скольких людей она похоронила за всю свою жизнь.. А сколько ещё придётся похоронить? Никто не знает. - Серкова сжала кулаки, которые держали в карманах штанов. Она понимает, что по сравнению с этим человеком, Вика для Владивенко никто. Так, мимолетный интерес.. Но вот кто преподаватель для девушки, уже вопрос хороший. Последняя так и осталась стоять, даже когда Анна вынесла женщину на руках. Сначала из кабинета, а после и вовсе из университета. Вика стоит в кабинете трудового права, ждёт, пока преподаватель, Георгий Сергеевич, изучит её работу. Брюнетка пришла к Даше, разбитая в пух и прах. Она не собиралась плакаться в чужое плечо, но всё же решила начать реализовывать то, что давно задумала. Почти неделю, девушки пропускали учёбу, активно сидя в Квартире Касильковой и занимаясь работой. Рыжая, на удивление, была в полном порядке, в хорошем расположении духа, а квартира приобрела старый вид рабочей местности студентки, которая продолжает выкладываться по полной, ради достижения цели, над которой теперь снова активно работает и Вика. И теперь, после тяжело проделанной работы, Серкова ждала, пока учитель вынесет свой вердикт. И он делает это, говоря честно и то, что думает. - Работа хорошая, бесспорно, но из неё твоего тут процентов тридцать максимум. Я ещё с первых строк заметил, знакомый смысл и слова. Большую часть здесь сделала Касилькова. Ну, я рад, что ты хотя бы принесла мне это. К сожалению, учитывая обстоятельства, я могу поставить тебе три, но на большее не рассчитывай, это ещё по божески. Но, если ты не согласна, то давай договоримся так. Ты приносишь мне работу, где семьдесят процентов именно твои. Тогда, я поставлю тебе пять, а если она мне ещё и понравиться, то скажем.. Ты сможешь на законных основаниях не посещать семь моих занятий. Идёт? - Серкова, которая с того самого вечера, на контакт с кем-либо, шла тяжело, вздохнула, забирая около двадцати листов бумаги в свои руки. - Вы.. Пытаетесь меня подкупить? - Мужчина снимает очки, немного улыбается, после чего убирает руки за спину, проницательно смотря на студентку. Последней такой взгляд не понравился, но реакции, на удивление, не последовало. - Я подогреваю твой интерес. Ну так что, ты согласна? - Девушка особо не думает, не может думать о чём-то, что не касается той самой женщины, которая так и не появлялась, после того, как её на руках унесла красноволосая. Тяжело, ужасно тяжело думать, о чём-то другом. Невыносимо, просто нереально. Дай Вике волю и пистолет, она с большим бы удовольствием пустила бы себе пулю прямо в голову, но вспоминая дедушку, который так сильно радовался успехам внучки в училище... Вспоминая женщину, которая так издевательски ухмыляется и изящно, по-настоящему завораживающе курит.. Как фильтр сигареты держится между расслабленных губ, а стальные глаза скрываются за синим дымом, а потом выдыхается этот самый дым.. Запах табака и ментола.. Вику просто разрывало, ей было невозможно терпеть. Сидя на кухне подруги, куря туже марку сигарет, с ненавистным ментолом, студентка хотела сорваться на тот самый пустырь, в надежде увидеть сначала собаку, а после и саму женщину. Но, в голове девушки появилась адекватная мысль. Ну прибежит она на этот пустырь, ну увидит преподавательницу, а дальше что? Обнимет? Поцелует? Скажет, как ей башку разрывало всё это время? Или будет просто стоять, смотреть в эти глаза, видеть привычную, издевательскую ухмылку? Просто развернётся и уйдёт, обязательно испугавшись, мысленно дав себе по голове, за такую глупость? Именно поэтому девушка продолжала сидеть на кухне подруги, курить сигареты с ментолом. Когда появлялась сама хозяйка квартиры, с бумагами в руках, с карандашом за ухом, Серкова всякий раз тянула к ней руки, обнимая, прижимая к себе, утыкаясь носом куда-то в живот, получая в ответ поглаживание по спине и эту обманчивую, уже ненавистную фразу "Всё будет хорошо". - Ладно.. Хорошо.. - Преподаватель кивает, а девушка выходит из кабинета, садиться на лавочку, где сидела Даша, которая ждала, пока подруга скажет оценку. Но синие глаза смотря на закрытый кабинет Владивенко. Она просто не приходит. Может из-за язвы, может из-за той самой красноволосой, которой Вика хочет морду набить, но, в принципе бандитка не виновата, что брюнетка вот так.. Влюбилась? Девушка чувствует на себе тяжёлый, ожидающий взгляд зелёных глаз, показывает пальцами три, а после слышит мат со стороны Касильковой. Та прыгает пару минут, после чего затихает, не двигается. - Вик, а она ведь пришла. - Серкова не думая, на автоматике, встаёт с лавочки, дёргает ручку двери кабинета. Закрыто. Синие глаза, бешеные, смотря на Дашу, которая теперь понимает, что к чему, ужасно расстроенная. Весь шум и гам, который был в течении перемены, останавливается. Есть только эти две студентки, которые смотрят друг на друга. Брюнетка опускается вниз под двери, присаживается на корточки, сдирает ногтями чёрную, потрескавшуюся, краску, понимая всю суть своего идиотизма. Бьёт кулаком по двери, сжимая зубы, сдерживая себя от нечеловеческого воя боли, который сейчас орал где-то в голове. Даша подходит к подруге, гладит по спине. - Пойдём на улицу. - Серкова обречённо встаёт, едва переплетает ногами. Не знает, что подруга, вообще-то не соврала. Доказательством служила заваленная на парту Анной Владивенко, с квадратными повязками на лице, бинт которых пропитался кровью. Гранко сжимает перебинтованный живот женщины, чувствует кровь, слышит, как последняя сжимает зубы, сдерживается, чтобы не закричать от ужасной боли. - Сука, я ведь узнаю, что между вами. - Рука с живота уходит на шею блондинки, но последняя, перебинтованной левой рукой, наносит сильный удар по челюсти преступницы, а после отталкивает ногой. - Кха-кха, да иди ты к чёрту! Я пришла сюда, чтобы документы забрать, а не стать твоей жертвой! Ебанулась что ли совсем?! Да как ты смеешь?! Я могу избавиться от тебя в любой момент! Прекращай вот это дерьмо, поняла?! Кха, блять.. Сука, это больно, тупая ты пизда! Аргх, бляять.. - Бинт на руке преподавательницы пачкается в собственной крови из живота, женщина катается по парте, а после падает, пачкая и пол кровью. Тяжело встаёт, злиться, бьёт ногой, ещё не пришедшую в себя Гранко, ногой в живот, опирается окровавленной рукой о стену, пачкая, тяжело дышит. - Тупая сука.. Давно надо от тебя избавиться.. Жалко всё было.. А теперь, ты делаешь это?! Блять.. Как же ты не вовремя в дверь биться начала, идиотка.. Сука.. Мх, блять.. - Владивенко сжимает зубы, терпит очередной приступ боли, а после спокойно вздыхает. Анна, которая потихоньку начала приходить в себя, подняла голову на Анастасию. Карие глаза забились в страхе.