Палач Невады и Сердца

      Киборг проспал битых два дня. Что ж, при его размерах и усталости и сон такой вполне естественен.       Хэнк почти не отходил от гиганта. Всё смотрел на него, изредка поглаживая изувеченное лицо кончиками пальцев. И много размышлял.       Палач притягивал киллера к себе с неимоверной силой. Хотелось находиться рядом с ним часами, даже если они просто будут молчать.       Странно, что гигант чувствовал то же самое, стараясь делать вид, что спит. Он уже обожал эти нежные пальцы, столь ласково проходящие по его изуродованному лицу, заставляя жгучую боль в ранах смолкать и пропадать. Эта нежность была такой непривычной и такой сладкой. Ах, если бы киборг мог говорить, он бы во всех красках расписал бы, как ему нравится такое. И как ему нравится сам Хэнк.       Но солнышко уже встало, а значит, пора бы и подниматься. Тем более, вдруг испугаются, что умер, так как дыхание киборга было трудно уловить. Палач издал некий урчащий скрежет своей глоткой, после чего потянулся и стал вертеть головой, прислушиваясь к звукам, вибрациям и ощущениям вокруг него. Всё же, нервы остались. Услышав Хэнка, киборг обернулся к нему.  — «Доброе утро, Хэнк. Как ты? Извини, если вдруг заспался. Устал очень.»  — О, ты, наконец, проснулся… — киллер рассеянно посмотрел на Палача, — Со мной всё нормально, а сам-то ты как? Я волнуюсь.       Всё ещё эта непривычная забота. Придётся привыкать.  — «Извини. Кстати, что насчёт тех троих? Они в порядке? И да, вам лучше быть поосторожней. Я собираюсь отправиться на охоту, ибо есть же мне что-то надо.»       Фраза Палача приобрела страшный смысл, ведь если в Неваде совершенно нет животных, то получается, что Палач будет охотиться на… На людей?.. На живых людей?! И вот такое соседство буквально с каннибалом, который может в любой момент взбеситься и тебя сожрать уже наверняка начнёт пугать любого. Лучше, чтобы остальные знали об этом. Но чёрт, Док подобное явно НЕ одобрит, или ещё чего хуже — прогонит Палача гнить на улице. Но и оставлять данный факт без внимания товарищей тоже нельзя. Как же быть?  — Эм… — Хэнк потёр макушку в поисках нормальной формулировки вопроса, — А ты… Не пробовал есть обычную еду?  — «Хэнк, ты говоришь с обезумевшей машиной для убийств, ты о какой нормальной еде вообще говоришь? Для меня человечина — изысканный деликатес, который я всегда не прочь отведать».       Киборг страшно облизнулся, что начало пугать ещё больше. Неет, надо срочно сказать об этом остальным, иначе они рискуют проснуться без головы.  — Я надеюсь, ты не сожрëшь Дока и Дэя с Сэнфордом… — Уимблтон неопределённо покосился куда-то в сторону, — И меня…  — «Неа. Вы несъедобные. Док костлявый, как скелет, Сэнфорд — одни мышцы, а все мышцы очень жёсткие и безвкусные, Дэймос худой и пропах сигаретами. А ты…»       Киборг задумался. И эта задумчивость настораживала. Но вскоре он дал ответ.  — «Неа, я не голодный до металла. И к тому же, своих не едят.»       Пронесло. Ну и хорошо.       С таким раскладом Хэнку было, в общем-то, всё равно, кем будет питаться Палач. Это Невада, детка, каждый сам за себя. И если у тебя не получится сбежать от огромного киборга, который запланировал перекусить тобой — значит, ты просто неудачник.       Наёмник попробовал мыслить шире. Гранту такого размера явно нужно немало, чтобы утолить голод, поэтому… Что, если брать его с собой на миссии? Ведь в теории он может зачищать комнаты от свежих трупов — и ему приятно, и нет вечно разлагающихся тел. Надо будет поделиться этим с Доком.       Киборг потянулся, после чего сполз на пол, потянулся, подобно коту, и занял место у плиты и холодильника, начав изучать всё присутствующее. Затем что-то просчитал и сделал определённые выводы.  — «Еды маловато. Я знаю, где найти много свежей еды. Если Док даст добро, я пойду и добуду её. Это будут продукты, а не только мясо.»       Хэнк слегка удивлённо поднял большой палец вверх и осторожно вышел с кухни. Стоит начать разбираться с этим прямо сейчас.       Уимблтон прошёл к кабинету начальника и коротко постучался.  — Войдите, — донеслось с той стороны, и киллер открыл дверь, переступая порог и поспешно закрывая за собой.       Док уныло сканировал глазами монитор, подперев голову ладонью, а рядом с ним стояла кружка кажется уже остывшего кофе.  — Что такое? — не оборачиваясь, спросил мужчина.       Хэнк чуть замялся, проходя глубже в кабинет и вставая рядом с креслом.  — Ну, во-первых, Палач проснулся.  — М? — Док повернул на него голову, — И как он?  — Нормально, — киллер потёр подбородок, — Но теперь «во-вторых»: он хочет есть, и не просто еду… Как бы тебе сказать… Человечину.       2BD вскинул брови.  — Человечину? — повторил он и усмехнулся, — А нас он не сожрёт?  — Нет. Сказал, что ты костлявый, Сэнфорд жёсткий, Дей воняет, а я, эм… «Свой». А своих не едят.  — И ничё я не костлявый… — Док показушно скривился, ощупывая свои рёбра, и снова поднял взгляд на Хэнка, — Откуда ты знаешь, что ему можно доверять?  — Ты издеваешься? Он выдал нам свои самые тайные откровения, позволил тебе провести операцию, и после этого он нас сожрёт? — Уимблтон недовольно сложил руки на груди, — К тому же… Я тут думал, что мы можем брать его с собой на миссии. Да, он большой и заметный, но, во-первых, он дохуя сильный, во-вторых — теперь здания не будут забиты гниющими трупами. Он их просто съест.       Это заставило Дока задуматься.  — Дааа, в чём-то ты прав… — неуверенно протянул он, — Но мне всё равно не нравится твоя привязанность к нему. Ладно, что-то ещё?  — Да, Палач сказал, что знает, где добыть свежих продуктов. Просит твоего разрешения.  — Если он наведёт на нас агентов — ему пизда, договорились?       Хэнк посмотрел в красные линзы очков Дока. Это…серьёзная задача. Куда бы Палач ни пошёл — у него очень много шансов попасться на глаза A.A.H.W. Но с другой стороны им очень нужно продовольствие.  — Договорились, — бросил он, разворачиваясь и выходя из кабинета. Док очень жёсткий, принципиальный и… Слов на него нет, но он их босс, чёрт возьми. Они обязаны подчиняться ему, от этого зависит продуктивность команды.       Хэнк вернулся на кухню. Палач сидел на диване, как ни в чём не бывало, и встрепенулся, заметив мужчину.  — «Что сказал Док?» — Спросил киборг, глядя в глаза наёмнику.  — Он дал добро, так что можешь идти. И да, он сказал, что тебе пизда, если ты наведёшь на нас агентов.  — «Тебя понял, не подведу».       Киборг поднялся на ноги, после чего направился к выходу. Выйдя из бункера, он вдруг побежал в определённом направлении, да с такой скоростью, что за ним и перед ним поднялась пыль, и теперь он был похож на пыльную бурю, которые не были особой редкостью в Неваде. Вскоре эта пыльная буря просто растворилась в воздухе, будто киборг взял и исчез. Как минимум, это было странно.       Хэнк проводил его взглядом. Если он умеет передвигаться с такой скоростью, это может неплохо помочь на миссиях. Как — он пока ещё не придумал, но это определённо то, что стоит обмозговать.       Уимблтон вернулся на кухню к злополучному холодильнику. Открыл его, оглядывая взглядом полки. Еды действительно оставалось очень мало, им четверым едва хватило бы на день. А где брать новую — а где они всё время её брали?.. Еду обычно приносил Док, так что без понятия.       В это время на кухню вошёл улыбающийся Дэймос, дымящий на ходу неизменной сигаретой. При виде Хэнка он поспешно вытащил бычок изо рта, сразу потушив его двумя пальцами и кинув в стоящую рядом пепельницу.  — Утро доброе, а где твой гигантский друг? — беззаботно спросил хакер.  — Мой «гигантский друг» ушёл за едой, удивлён, что ты не слышал этого, — бросил в ответ Хэнк, подозрительно оглядывая парня.  — За едой? Да ладно, и где он её возьмёт?  — Без понятия. Ты чё тут забыл?  — А чё, это типа твоя кухня что ли? — поднял бровь Дэй, подходя к микроволновке, — Пожрать пришёл.  — Так нечего же.  — Нуууу, кое-что всё-таки есть, — курильщик заговорщицки ухмыльнулся, открывая микроволновку и доставая оттуда небольшой кусок пиццы.       Хэнк вскинул брови, уставившись на еду.  — Это разве…не тот самый кусок Дока?  — Он самый, — с этими словами Дэймос открыл рот и откусил от него сразу половину.  — Ты же понимаешь, что он тебе вставит по самые гланды, да? — Уимблтон усмехнулся, присаживаясь на диван.  — Да ладно, эта пицца здесь уже четвёртый день лежит! — отмахнулся тот, — Кто успел, тот и съел.       Правда, в следующую секунду на кухню вошёл сам Док.       Дэймос широко раскрыл глаза, замирая с куском в зубах, а Хэнк пока не решил, как реагировать на сложившуюся ситуацию, поэтому просто смотрел на начальника, который застыл как вкопанный с пустой кружкой из-под кофе в руке.  — Дэймос…       Очень уж угрожающе прозвучало это из уст Дока, а мелкий не нашёл ничего лучше, чем вытащить пиццу изо рта и, глупо улыбнувшись, ляпнуть:  — Чем могу быть полезен?  — Какого, извините, ХУЯ ты ешь МОЮ пиццу?!       Хэнк усмехнулся. Понеслась: Док разозлился, причём сильно.  — Да чё ты, она уже несколько дней там лежит, а в холодильнике вообще нихрена не осталось! — начал оправдываться хакер, всё же пятясь куда-то в угол.  — Я же сказал, чтоб никто даже думать об этой пицце не смел!  — Так не нужно было оставлять её в микроволновке, которой все пользуются!       Ладно, что-то слишком громко они собачатся. Надо бы прекращать всё это дело, к тому же, Палач, скорее всего, скоро вернётся с нормальной едой.  — Док, успокойся, — Хэнк поймал на себе взгляд жутко повернувшего голову Дока, но ничуть не дёрнулся, — Эта пицца реально там очень давно, ты же знаешь, что Дэй тащит всё, что неровно лежит.  — И ты туда же? — взвинтился Док, хватая лежащую на столе газету и медленно сворачивая её в трубочку.  — Ну он же по факту сказал, — Дэй не то, чтобы совсем тупой, но продолжать пожирать пиццу прямо на глазах у разъярённого мужчины — явно не самое его умное решение.  — Дэй, положи чёртову пиццу на место! — Хэнк встал, попытавшись вырвать злополучный кусок изо рта курильщика, но тот увернулся, возмущённо отмахиваясь:  — Эй, ты чё делаешь?!  — Дэй, сука, это МОЯ пицца, я и много раз об этом говорил! — вставил Док, подходя к подчинённым.  — А ты не ори, подумаешь, кусок пиццы! — Хэнк всё ещё безрезультатно пытался отнять еду у Дэймоса.       Тут Док всё же не выдержал.  — Как же вы оба меня достали! — он что есть силы ударил по голове свёрнутым газетным рулоном сначала Дэя, а потом и Хэнка. Оба сразу притихли, прекращая перепалку, — Чтоб ещё раз хоть кто-то тронул мои вещи, я вам обещаю — одной газетой вы не отделаетесь! — ещё пара ударов рулоном досталась каждому из наёмников.  — А мне-то за что? — удивлённо выпалил Хэнк, потирая макушку. Было не особо больно, зато обидно.  — За то, что поспособствовал этому засранцу, — заключил 2BD, всё же ещё раз чуть слабее ударяя киллера по голове.       Однако в этот момент сзади послышались тяжёлые шаги, и в комнату вошёл Палач с тремя огромными пакетами.       Гигант тащил два пакета в руках, а третий, по размеру такой же, как эти два вместе взятые, держал прямо в зубах. Положив это всё дело на пол, он принялся их разгребать. Чего только там не было! И мясо, и рыба, и сыр, и овощи, и фрукты, и сладости, и всё, что душе угодно. Так же, он притащил аж четыре коробки пиццы, да восемнадцать бутылок дорогущего вина к ним впридачу. Видать, просёк как-то, хитрюга, что Док уж очень падок на такую пищу. Разложив всю еду по местам и заполнив до отказа все пустовавшие полки, шкафчики и так далее, он преспокойно уселся на диван, вытирая пот со лба.  — «Еле притащил. Тяжелее некуда. Но зато теперь голодать не будем. Судя по моим расчётам, этой еды нам хватит нааа… Полгода как минимум. Так что, можете быть спокойными, я закупился достаточно.»       После этих слов, киборг заметил, что Хэнк трёт голову на пару с Дэймосом. И, судя по газетному рулону и покусанному куску пиццы в руке Дэймоса, срач начался именно из-за пиццы. Киборг медленно встал, после чего угрожающе спокойно подошёл. Затем он перевёл взгляд на Дока, и того будто камнем придавило.  — «И ты их сейчас бил за эту несчастную пиццу, зная, что я скоро вернусь с едой? Какой же ты жадный, Док. Очень жадный, и к тому же скверный на характер. Думаешь, раз ты скелет, так другим есть не надо? А что, если я так сделаю?»       Газетный рулон мгновенно оказался в руках гиганта, и тот довольно смачно двинул им Доку по голове. Но силу он рассчитал, поэтому вышло не так больно, но чувствительно. На Дока уставились строгим злым взглядом. Сразу стало видно, что Палач будет защищать тех двоих. Точнее, защищать он будет в данном случае только Хэнка. Дэймос как-нибудь сам разберётся. Отвернувшись от Дока, Палач тихо фыркнул, обняв этих двух дебилов, и демонстративно прижал к себе покрепче Хэнка, давая понять, что наёмник теперь полностью под его защитой, и что посягательства на него будут караться ответным ударом.       Док ошалело округлил глаза. Это ещё что сейчас было?  — Хаха, Док огрёб газетой, — присвистнул Дэй, но Хэнк только раздражённо шикнул на него: сам начал этот срач, из-за которого ему — Хэнку — тоже прилетело, а теперь ещё и провоцирует начальника.       2BD продолжал стоять и смотреть на Палача, прижимающего к себе работников, а потом просто шумно выдохнул, бросая короткое «твою ж мать…», и удалился с кухни, забывая даже про свой драгоценный кусок пиццы, оставшийся в руке Дэя.       Палач, наконец, выпустил парней из объятий, указывая на разложенную по шкафам и полкам еду:  — «Вы хотите есть?»  — Помираю с голоду! — воодушевлённо откликнулся хакер, дожёвывая пиццу и принимаясь изучать принесённую киборгом провизию.  — «Хэнк, тебе не больно?» — Палач обернулся к Уимблтону.       Тот взглянул на гиганта, чуть улыбаясь:  — Нет, это же всего лишь газета… Но Док реально разозлился.  — Ой, оставайтесь здесь, голубки, я наверх, — Дэймос с кучей еды, разложенной по двум тарелкам, направился в комнату Сэна — видимо, поделиться радостью теперь уже безбедного сытого существования.       Едва Дэймос смотался, киборг спокойно уселся на диван, утянув Хэнка за собой и мягко обняв снова. Соскучился, видать, по наёмнику, раз так клеится к нему поближе. Взяв руку Хэнка, киборг потёрся об неё искалеченным лицом, выпрашивая хоть немножко нежности, тем более, что руки Хэнка были достаточно холодными, чтобы успокоить боль от ран, занывшую из-за невыносимой страшной жары Невады. И всё-таки, урок Доку он спокойно преподал. Значит, есть и на него управа в виде этого киборга, который пусть и спокойный, но не любит, когда кого-то ни за что лупят, даже если и газетой. Блиииин, завтра же на задание идти… Это значит, что киборг либо останется один дома на целый день, либо пойдёт с ними. Риски есть с обоих сторон: дома киборг может учудить что-нибудь из-за своих крупных габаритов, а на задании агенты могут и задеть такого. Ну ничего, такому гиганту не страшна даже пуля с дробовика того жуткого Маг-Агента. Остаётся только надеяться на то, что Док разрешит его взять. А сейчас можно и понежиться, пока время есть.       Хэнк едва заметно улыбался под маской, глядя на ласкающегося к нему киборга, начав гладить его искалеченное лицо. Ему и самому это нравилось. Он мог часами сидеть рядом с Палачом, гладить того, говорить с ним. Ему впервые было с кем-то так интересно, что он был готов на какое-то время даже отойти от дел. Этот странный, но до ужаса привлекающий, страшный монстр для всех, который спокойно может уничтожить любую преграду на своем пути и даже устроить головомойку самому Аудитору, которого хрен достанешь, и уж тем более, хрен возьмёшь, сейчас был похож на игривую собаку, эдакого огромного домашнего питомца, который всем своим видом просил ласки и заботы, просил обычных незамысловатых игр, в какие обычно играют с питомцами, по типу «Принеси палку» или ещё что-то такое. Конечно, ещё оставался вопрос: почему он ведёт себя будто дикое животное, будто его воспитали звери, а не обычные люди? Что такого могло случиться с этим здоровяком потом, когда он уже стал таким? А может, эта дикость в нём появилась от Чистилища, когда он впервые туда попал? Чёрт его знает, если честно… Лучше об этом пока не думать, ибо существует риск снова вызвать у Палача приступ отчаяния, который заставит его вновь забиться в угол, или ещё чего похуже. Пусть здоровяк покуда поиграется, пусть привыкнет к новому окружению. Стоп. Он же ещё не познакомился с Фобосом! Это нельзя так оставлять, их непременно надо познакомить, особенно учитывая, что по рассказам самого киборга (которые нередко заканчивались получасовыми приступами рыданий у самого здоровяка, ибо душевная травма была слишком глубокая и болезненная для него), у них с тем Фобосом были прекрасные отношения. Может, и со здешним сдружатся, кто знает. По крайней мере, сам Хэнк Фобоса уважал и помнил его с самого первого своего появления на базе Дока, когда тот его подобрал, обогрел, вылечил, выкупал и накормил, и к тому же, дал одежду и работу и впервые познакомил с Фобосом. Чёрт возьми, Фобос — шикарный мужик с добрым сердцем, а значит, они с Палачом точно сойдутся.       Спустя минут пятнадцать таких игр, на кухню спустился Док. Киборг в этот момент неудобно плюхнулся с дивана на живот, вытянувшись перекладиной по полу, чем вызвал у Хэнка откровенный смех. Ну согласитесь же, смешно выглядит. Правда, Доку было не до смеха. Когда Палач попытался встать, он ненароком задел плечом Дока, и тот свалился бы пятой точкой на пол, если бы киборг вовремя не подхватил его на руки. И как всегда, в самый неудобный момент вошёл Дэймос. От увиденного у него по лицу расползлась гадостная широкая улыбка, полная ехидства.  — Ой-ой-ой, Док. Тебя что, на больших мальчиков потянуло, а? На старости-то лет, — курильщик противно хохотнул.  — Сгинь с глаз долой, Дэймос! — рассерженно прикрикнул на вконец обнаглевшего подчинённого 2BDamned, пытаясь аккуратно слезть с рук киборга. Палач понял намёк и бережно поставил Дока на ноги, на что тот буркнул что-то по типу «спасибо». Дэймос сдрыснул, дабы снова не попасть под удар босса, которого он и так сегодня достал порядочно. Док же стал заваривать себе кофе, ибо видок у того был очень усталый. Палач подошёл к нему и тупо молча встал рядом, пронизывая Дока взглядом визера.  — Ты что, Хэнк номер два, что ли? Что у вас обоих за привычка такая странная? Встанете рядом как статуи, и смотрите так, будто убить взглядом хотите. Это напрягает до жути.  — «Док, Вам нужно выспаться. Прошу, хоть полчаса уделите сну, иначе Вы так совсем скиснете. Если это чем-то поможет, объясните мне, что нужно делать, и я сделаю всё за Вас.»       Тут Дока понесло. Видимо, усталость от работы вызывала в нём неконтролируемые приступы агрессии.  — Твою мать, а может я сам разберусь, что мне делать?! Не суйся не в своё дело, и будь благодарен, что вообще тут находишься! Только из-за того, что тебя тут терпят, ты по-прежнему здесь, а не гниёшь где-нибудь на улице, чему я уже был бы рад! С тобой хлопот прибавилось настолько, что у меня не хватает времени ни на что! Господи, и за что только ты на мою голову свалился?! Мне и этих придурков хватало, а теперь ещё и ты!       Док уже дрожал от ярости, а киборг молча слушал всё это. Ни одна мышца не дрогнула в его теле. Он просто отошёл от Дока, после чего спокойно сел за стол, положил на него свою гарнитуру, свой четырёхконечный крюк, обрывок чьей-то банданы, кусок плаща и очки с красными линзами, подозрительно похожие на очки 2BD. Затем, на столе появились обычные очки, шлем с антеннкой, похожий на шлем Фобоса и золотой осколок чего-то. Киборг молча смотрел на эти вещи, будто прислушиваясь к ним, после чего посмотрел на Дока, взяв очки с красными линзами и кусок плаща, сказав одну фразу, которая прозвучала как нечто обречённое, но не сломленное.  — «А он так не считает.»       Киборг положил вещи вновь перед собой, уставившись на них. Он просто смотрел на них, чувствуя удивлённый и смятенный взгляд пришедшего в себя Дока, чувствовал ярость Хэнка, который был готов теперь разорвать босса в клочья за то, что он сейчас сказал.  — «Оставьте меня. Прошу.»       После этих слов Док кивнул и вышел, а вслед за ним вышел и Хэнк. Едва они отошли подальше, как наёмник мгновенно вскинулся на босса.  — Зачем ты ему это сказал?! Ты хоть понимаешь, что ты мог натворить?! А если он потом захочет отомстить тебе и убьёт?! К тому же, он, чёрт возьми, прав! Ты выглядишь как труп ходячий, тебе действительно нужен сон, иначе ты попросту сдохнешь без него! Гениально, Док, просто гениально!       Хэнк ушёл, оставив ошеломлённого Дока раздумывать над тем, что он только что услышал, сказал, сделал. Тот стоял в шоке, ибо мало того, что он позволил гневу взять верх над разумом и запустил себя любимого до такого состояния ходячего мертвеца, так ещё и сорвался на ни в чём не виноватого Палача, который просто хотел ему помочь, а теперь на него ещё и злится Хэнк. Тот самый Хэнк, который раньше чуть ли не в пляс пускался по дому, когда Док возвращался с работы, бежал к нему с объятиями и ласками. Когда Док успел так всё запустить? Чёрт, надо извиняться, но гордость не даёт этого сделать. Да и «подгорающие» сроки тоже давили на нервы, так что, пришлось 2BD возвращаться к себе в кабинет и продолжить работать, но мысли его стали ещё мрачней, и где-то в глубине души проснулась совесть.       На кухню хотел зайти Сэнфорд, дабы взять пива, но едва он приоткрыл дверь как увидел, что Палач сидит за столом и плачет, уронив голову на руки. Он воет, будто обращаясь к вещам, лежащим перед ним, жалуясь им на то, как с ним поступили. В вое будто бы стали почти понятны, едва различимы смутные слова и фразы, такие как «За что?..», «Что я им сделал?», или «Почему вас нет рядом, когда вы так нужны?..»       Сэнфорд осторожно подошёл к гиганту, всё же воздерживаясь от прикосновений: мало ли.  — Эм… Я думаю, спрашивать, всё ли нормально, смысла нет, поэтому… Чем я могу помочь?       Киборг резко рванул к Сэнфорду, отчего тот аж дёрнулся назад, стукнувшись спиной об кухонный шкаф. Казалось, что сейчас Палач его убьёт, но тот просто опустил голову, после чего умостил её рядом с грудью Сэнфорда, прижавшись к ней виском. Чёрт возьми, а ведь всё могло быть куда хуже… Сам киборг опустился на колени, чтобы было удобней держать голову.       Сэнфорд, которого только что чуть инфаркт от испуга не хватил, перевёл удивлённый взгляд на киборга.  — Боже, чувак, тебе лучше так не делать, иначе однажды одним испугом не отделаться будет…       Но пока киборг просто прижался головой к его груди, а Форд начал его поглаживать чуть дрожащей рукой, потому что испугался он знатно так. Сердце колотилось, но пульс понемногу начал возвращаться к нормальному, и Форд стал менее напряжно дышать. Он гладил голову Палача, который пригрелся к нему, осторожно обняв за свободную руку. Ему просто нужно было утешение хоть от кого-то, и он успокоится.       Через несколько минут Палач поднял голову, коротко взглянув на Сэна, и виновато отстранился от него, отходя к столу и забирая все вещи с него назад к себе.  — Слушай… — мужчина потëр макушку, — Хочешь, провожу тебя до комнаты Хэнка? Уверен, он будет рад тебя видеть.       Палач при упоминании имени наëмника сразу немного оживился и, подумав пару секунд, утвердительно кивнул. Тогда Сэнфорд достал две бутылки пива из холодильника, выходя с кухни и поманив киборга за собой. Палач зачем-то захватил со стола пакет с какими-то вкусняшками и последовал за союзником.       Подойдя к комнате киллера, Сэн постучался, и с той стороны незамедлительно послышался раздражённый хрипловатый голос:  — Кто там?  — Хэнк, к тебе пришли.  — Ну кого ещë принесло… — дверь со скрипом открылась, и оттуда показалась голова недовольного Уимблтона. Но когда взгляд его переместился на Палача, он сразу поменялся в лице: стал каким-то…растерянным?  — Вы… Оба хотите войти? — тихо спросил он.  — Да нет, я хотел пива попить с Дэем. Так что забирай его, а то он грустный, — Сэнфорд усмехнулся и ушëл наверх к Дэймосу.       Хэнк проводил его взглядом и снова посмотрел на Палача. Повисла недолгая пауза.  — Проходи, — всë так же тихо сказал наëмник, приглашающим жестом указывая вглубь комнаты. Палач нагнулся, чтобы не задеть головой дверной проëм, и аккуратно вошëл внутрь.       Хэнк присел на диван, не особо беспокоясь о том, что Палач может что-то сломать или повредить — по большей части тут вообще не было ничего ценного. Гораздо больше его волновало нынешнее состояние киборга, потому что последние его слова «оставьте меня» неприятным осадком осели где-то в сердце. Поэтому Уимблтон задумался на несколько секунд, застывая в неподвижном положении.       Палач слегка виновато посмотрел на наёмника, после чего сел на пол, ибо для дивана был бы слишком тяжёлым. Посмотрев на Хэнка, он неловко передёрнулся, будто бы от холода, после чего вывел на экране визора неловкое «Прости…» и чуть сжал руки в кулаки.       Хэнк проморгался, приходя в себя и переводя взгляд на гиганта. Увидев слова на визоре, он вопросительно поднял бровь:  — За что? Это скорее Доку нужно просить у тебя прощения, но никак не тебе.       Киборг мирно зевнул, после чего всё ещё виновато опустил голову рядом с ногой Хэнка, тихонечко заурчав. Кажется, киборгу нравится находиться тут, и он предпочитает теперь обитать тут, нежели на кухне. Да, на кухне прохладно, но там можно нарваться на Дока. Уж лучше с Хэнком тут валяться, чем слушать очередные оры Дока себе под ухо. Киборг вдруг высунул из-под маски язык, который был неестественно длинный и вытягивался, будто змея. Он протянул этот язык ближе к Хэнку и осторожно лизнул того в щёку, как бы попробовав на вкус, после чего язык убрался обратно под маску. Комментировать сей странный жест киборг явно не хотел.       Хэнк такого не ожидал и немного вздрогнул, но потом только улыбнулся, коснувшись щеки пальцами. Странный он всë-таки, но милый до невозможности. Тут взгляд киллера зацепился за небольшой пакет, который киборг продолжал держать в руке.  — Что это? — Уимблтон указал на полиэтилен, внутри которого явно что-то было.  — «Я нам просто вкусняшек принёс, чтобы не было скучно. Я слышал, ты любишь шоколадные шарики».       Палач раскрыл пакет, показав содержимое. Это и вправду были любимые шоколадные шарики Хэнка. Киборг взял в руку один шарик, после чего протянул его Хэнку двумя пальцами с хитрой усмешкой. Кажется, кто-то решил покормить опаснейшего зверя прямо с руки.  — Э… — Хэнк ненадолго выпал, удивлëнно уставившись на протянутую сладость. Но быстро пришëл в себя, аккуратно беря шарик зубами и не сводя глаз с визоров. Затем просто прожевал его, сразу жмурясь от удовольствия. Боже, он так давно не ел сладкое…  — «Ты такой милый, когда жмуришься».       Палач достал ещё один шарик, протягивая его Хэнку. Кажется, ему самому понравилось так кормить наёмника, ибо видеть такое милое лицо — одно удовольствие. Сам же киборг своего лица боялся, потому и не показывал его другим, чтобы и их не пугать.       Хэнк послушно съел второй шарик. С чего бы такая волна нежности? Но ему это определённо нравилось. По крайней мере, это гораздо приятнее, чем брать их самому в гордом одиночестве. Уимблтон подумал, что стоит сократить расстояние между ними, чтобы Палач не тянулся. Поэтому он аккуратно слез с дивана, продвигаясь ближе к киборгу.       Палач достал следующий шарик, протянув его Хэнку. Ему было на руку, что Хэнк приблизился к нему. Правда, хотелось намного, намного ближе, чтобы можно было практически слиться друг с другом в объятиях, полных чего-то тёплого и нежного, как, например, объятия двух влюблённых людей. Так, погодите. Тьфу ты, какой только бред в голову не лезет. Но это же было бы похоже. Так ведь?..       Хэнк поймал очередной шоколадный шарик и наконец облокотился на Палача спиной. Да уж, эта разница в размере — та ещë странность, но было приятно чувствовать прямо около себя что-то большое и тëплое, которое ещë и кормит тебя сладким впридачу. Да, он хотел бы оказаться в его объятиях. Ведь ему их действительно не хватало.       Киборг не вытерпел, всё же обняв Хэнка и аккуратно прижав к себе. Вновь дав ему вкусняшку, гигант легонько прижал того поближе к себе. Прижал с глубокой чувственностью и заботой, будто боясь упустить. Он прижимал наёмника к груди, не в силах его взять и отпустить. Он слишком привязался к нему. Даже настолько слишком, что и сказать нельзя.       Хэнк, впрочем, и не сопротивлялся. Просто поëрзал немного, поудобнее устраиваясь в объятиях гиганта. Да, сидеть на полу — это, конечно, не самое его умное решение, особенно учитывая сквозняки, которые то и дело гуляли по всей территории бункера, но ему казалось, что Палач достаточно тëплый, чтобы защитить его почки от переохлаждения. Да и не до этого было сейчас: на подходе очередной шоколадный шарик. — Слушай… Извини за Дока, не знаю, что на него нашло, — промямлил Хэнк с набитым ртом, — Он на самом деле редко так делает, просто ты оказался не в то время не в том месте. Не принимай на свой счëт.  — «Да я и не собирался. Пусть себе кричит. Просто я знаю, что я нужен. Не ему, так кому-то другому. И своим вещам я тоже нужен.» Гигант скормил Хэнку ещё вкусняшку. — Ммм… Это ведь… Вещи твоей семьи, да? — Хэнк прожевал очередной шарик, с любопытством разглядывая лицо киборга.  — «Да. Единственное, что от них осталось.»       Палач печально сжался. Всё же, воспоминания слишком болезненны.  — «Открывай свои врата в пищеварительную систему.»       Палач протянул Хэнку ещё шоколадный шарик, после чего мирно лизнул того по затылку, будто бы показывая свою заботу о наёмнике. Ему нравилось ощущать маленького для него наёмника в своих объятиях просто потому, что так он чувствовал себя как раньше, когда он мог кого-то точно так же пригреть к своей груди, будто игрушку. Ему нравилось это чувство. Не хотелось выпускать наёмника из объятий.  — Прости, если снова задел твои душевные раны.       Уимблтон развернулся боком и прижался к Палачу щекой. Он почти физически мог ощущать все его беспокойства и боль, которая медленно утихала в такой непосредственной близости. Миссий сегодня нет, поэтому можно расслабиться.       Кажется, Киборгу понравился эдакий металлический кровавый вкус Хэнка, потому что наёмника стали без всякого спроса вылизывать по затылку и щекам. Язык ловко проходился по его коже, а из-за его шершавости создавалось впечатление, будто по шее и щекам водят массажной машинкой. Кажется, о наёмнике на полном серьёзе решили позаботиться, что уже было интересным знаком в таком-то Аду, где, по идее, каждый сам за себя, и такая забота принималась за слабость и каралась пулей в лоб.       Хэнк слегка удивился, но потом просто расслабился, позволяя Палачу делать с ним всë, что угодно. Почему нет? Невада Невадой, но забота всем нужна…       Киборг продолжал тихонько вылизывать прикайфовавшего наёмника, переходя уже на всю шею и лицо, а не только на затылок и щёки. Надо же вымыть нового подопечного как следует. Но эти двое не знали, что за ними смотрят два глаза, полных горечи и даже зависти и гнева на Палача.       Хэнк сидел и не двигался, наслаждаясь своеобразным массажем. Не каждый день тебя вылизывает гигантский киборг ростом под четыре метра, который ещё и достал для тебя шоколадные шарики. Наëмник даже забылся, потеряв счëт времени.       Палач вылизал лицо наёмника, после чего осторожно спустил его маску вниз, присматриваясь к лицу Хэнка. Оно было в шрамах, но при этом сохраняло природную острую рельефность, несмотря на жуткие увечья на щеках. Киборгу понравилось это лицо, и он осторожно, чтобы не спугнуть Хэнка, бережно погладил его скулы двумя большими пальцами, надеясь, что наёмник больше не закроет лицо.  — «Ты такой красивый. И мягкий на ощупь. Люблю такие шрамы.»       Киборг нежно гладил скулы наёмника, любуясь его лицом, искренне не понимая тех, кто считает, что Хэнк страшный.       Хэнк… не особо любил показывать кому бы то ни было своë лицо. И даже не из-за сетки увечий, покрывавшей его скулы, щëки и подбородок. Для него лицо было чем-то очень личным, чем-то, что позволено видеть далеко не каждому. А Палач… Ну, по крайней мере сам Уимблтон против не был, к тому же, пальцы киборга оказались хоть и довольно шершавыми, но тëплыми и приятными.       Киборг мягко гладил лицо Хэнка, после чего стал осторожно его вылизывать, дабы ненароком её причинить боль. Он будто хотел этими действиями заживить его раны на лице, вернуть ему некую девственную красоту, которую у него украли когда-то, истерзав ему лицо. В один момент, он почти коснулся языком губ наёмника, но вовремя остановился, просто перейдя на нос и лоб. Но кто бы знал, какое искушение он испытал в тот момент. А два глаза, следившие за ними, ещё больше наполнились завистью и обидой на наёмника. Палач нежно потёрся лбом об щёку Хэнка, после чего провёл языком от щеки до носа, едва задев уголок губ наёмника. Звериное любопытство так и светилось в его повадках и поступках, которые он совершал.       Хэнк удивлëнно вскинул брови, почувствовав чужой язык прямо около своего рта. Но потом снова расслабился. Это всë было очень странно, но здесь, в Неваде, и не такое случается, поэтому говорить о каких-то странностях нет смысла. Правда, вскоре ему надоело сидеть без дела, поэтому он поднялся на ноги, оказываясь чуть выше макушки Палача. Хэнк немного помедлил и погладил ладонями огромное изувеченное лицо с неудачно пересаженной кожей. После чего приблизился чуть ближе и…аккуратно лизнул киборга в лоб.       Как ни странно, Палач был практически безвкусным. Отдавало каким-то песком, но это скорее всего из-за недавней пыльной бури, которую тот устроил, пока «ходил по магазинам». Также примешивался очень странный привкус, и Хэнк не мог вспомнить, что это.       Киборг довольно заурчал, после чего поймал в зубы ленты от банданы Хэнка и потянул на себя, начиная легонько утаскивать. Сразу видно: питомец хочет поиграть, так почему бы и нет? Всё равно делать нечего.  — Эй, ну порвëшь же! — Хэнк засмеялся.       Засмеялся.       Глаза, всë так же наблюдающие за ними, дрогнули и округлились. Хэнк…смеëтся?..       Киборг тоже издал что-то, похожее на смех, после чего потянул снова, тихонько отступив. И снова стал тянуть на себя, продолжая игриво изгибаться, будто кот. Он утянул Хэнка за эти ленты, после чего Хэнк повалился на спину гиганта, который успел под него приземлиться, чтобы наёмник не стукнулся головой об пол. Киборг вновь выгнулся, после чего вдруг так развернулся, будто у него не было связей между телом и ногами. Он спокойно развернулся, после чего вытянул свой длиннющий язык и ласково лизнул щёку Хэнка, игриво жмякнул его руку и сделал лёгкий кусь.       Глаза, наблюдавшие за ними, вдруг наполнились самыми горькими слезами, после чего наблюдение из-за двери прекратилось, и единственное, что смогли услышать Хэнк и Палач — звуки быстро удаляющихся шагов, спешащих, по всей видимости, на кухню.       Палач вопросительно посмотрел на дверь, а потом на Хэнка.       Хэнк имел довольно чёткий слух, поэтому как только он услышал удаляющиеся шаги, сразу вскочил, открывая дверь и выглядывая наружу. Но, никого не увидев, вернулся обратно.  — Я что-то слышал, — сообщил он в ответ на недоумённый взгляд Палача, — Не обращай внимания, там никого нет.       С этими словами он снова подошёл у нему, обнимая и улыбаясь. Сейчас он чувствовал себя по-настоящему счастливым.