Драконье сердце

      Август, будто верный щенок, следовал за двумя девушками по коридору до тех пор, пока они не дошли до своей комнаты.       — Не стой в дверях, проходи и присаживайся, — уже внутри принцесса сняла капюшон и махнула рукой, приглашая, чего парень послушался и незамедлительно отправился следом за своей новой госпожой. Он вздохнул, ступая хвостиком за хозяйкой.       Кинув беглый взгляд на эльфа, принцесса нахмурилась. Уиллоу печалило поведение парня. Его нерешительность, сомнения, словно они хотели его съесть. Хотя и его можно понять, ведь он был рабом, без свободы действий, без собственной воли.       Юноша осторожно подошёл к кровати и сел. Он был напряжён, не смея сделать лишнее движение, но с интересом наблюдая за девушками, что разошлись в разные стороны: та, что была выше, облокотилась о подоконник и, застыв, лишь немного придерживая дырявую шторку черными когтями, уставилась на улицу, от её тела исходила тяжёлая энергия, из-за которой Август чувствовал капельки пота, стекающие по его спине; вторая же, что представилась принцессой этой страны, села немного поодаль от него и начала выкладывать из своей сумки разные вещи, среди которых было несколько кусочков недоеденного хлеба. Эльф сглотнул появившуюся слюну, и напрягся ещё больше, ожидая, что с ним будут делать дальше.       Уиллоу, проведя в поиске необходимых вещей несколько минут, выудила парочку свёрнутых бинтов и маленькую, но вместительную баночку. Она открутила железную крышку, после чего нырнула внутрь пальцем, собрав немного лекарства. Зелёная жидкость, от которой запашок стоял так себе, немного капнула на простыни.       Парень вздрогнул, пытаясь отстраниться, но принцесса поймала его испуганный взгляд и предупредила:       — Сиди спокойно, а то размажу там, где не надо.       Эти слова остановили его сопротивление. Уиллоу осторожно коснулась чужой шеи, и её касание ощущалось почти как поглаживание. Свободной рукой девушка взяла парня за подбородок, заставляя повернуться к ней, чего юноша делал с неохотой, и пальцем смазала шею липким лекарством. Она старалась копировать все действия своих горничных, что обрабатывали её ранки и ссадины в детстве. Тогда они казались ей слишком обеспокоенными, но теперь она понимала почему. Ведьма бросила быстрый взгляд на замершую фигуру у окна и, понимая, что та не собиралась ей помогать, вернулась к лечению.       — Ух…       Он вздрогнул, вдруг чувствуя теплые руки на своем лице, но противиться не стал. Принцесса неспешными, ласковыми движениями водила по щекам парня, вытирая кровь, что мазками расположилась на коже. На царапины Уиллоу старалась наносить зелёное вещество более аккуратно, не причиняя боли, которой и так было достаточно.       Ещё одна капля упала на кровать из-за неожиданной волны мурашек, пробежавшейся по спине, когда её взгляд упал на его заострённые уши. Они выглядели не лучше, чем остальная часть его лица - их будто бы специально пытались срезать, укоротить под разными углами, оставляя изуродованные рубцы. Девушка сжала свободную руку в кулак, стараясь не поддаваться нахлынувшим эмоциям.       Холодная жидкость неприятно морозила кожу Августа. Однако, чем дольше принцесса касалась его израненной кожи, тем лучше ощущалось дурное предчувствие, возникшее из-за внезапного повышения температуры в помещении.       — Август, как ты сюда попал? — Спросила девушка, заканчивая накладывать бинт на безобразный ожог. Похоже, лечение закончилось.       — На мое п-племя напала с-скверна…       — Скверна?       — Скверна – это противоположность благословения, остатки от эмоций демонов. Их обиды, горечь и злость, — мягкий баритон Боши, словно песня разлилась в помещении, но глаз от вечерней улицы она так и не оторвала. — В отличии от Дэймы – демонической крови, что течёт в наших жилах, и по-другому называется волшебством, скверна распространяется сама по себе. Отравляет землю и воду. Безжалостно уничтожая всё живое. И… завладевает телами существ, чьи души пострадали или вовсе исчезли.       Уиллоу посмотрела на дракона, и не в первый раз за прошедшие два дня с момента заключения договора отметила про себя выражение спокойной отрешённости на её лице. Что-то глубоко внутри подсказывало, что за этим безразличным объяснением крылась какая-то иная история. Она засмотрелась на открывшиеся из-под капюшона скулы, гадая чем же это могло быть вызвано. Но из мыслей её вдруг вывел хриплый голос эльфа, и девушка снова вернула всё своё внимание к нему.       — Д-да… Из-за нападения мы раз-разделились, а потом меня… — Мышцы его лица свело то ли от гнева, то ли от страха, а голос так охрип, как будто ему не принадлежал. Казалось, Августу было очень сложно продолжать — схватили люди… хозяйка.       — Я тебе не хозяйка, — Уиллоу сама удивилась как строго прозвучал ее голос. Но она не могла допустить, чтобы этот эльф продолжал думать, будто всё ещё находился в рабстве. — И ты больше не раб, а Август Портер - свободный Тёмный эльф.       Зрачки парня тут же расширились, услышав своё имя, не переставая наблюдать за своей спасительницей. Брюнетка закрыла баночку, откладывая её в сторону вместе с оставшимися бинтами, когда он неуверенно спросил:       — Я п-правда своб-боден?       В ответ на его вопрос Уиллоу уверенно кивнула. На глаза эльфа навернулись слёзы, а сам он счастливо улыбнулся. Поддавшись порыву, Август притянул её к себе, заключая в объятия. Его сердце переполняла радость и благодарность к этой девушке.       В один вечер она смогла перевернуть его уже привычный мир вверх дном. Только утром он, как и всегда, вставал и подвергался истязаниям ради чужого удовлетворения, а сейчас он уже полностью свободный. Парень теперь мог делать всё, что ему захочется и не бояться, что за один его внешний вид, он получит плетью по лицу.       — Тц, — недовольно цокнула языком Боша, на этот раз ее острый взор был направлен на них.       Август немного пришел в себя и быстро отстранился, понимая, насколько глупо повел себя, поддавшись эмоциям. Его радости не было предела, что он даже переступил черту личного пространства человека. Тем более она не просто девушка, а принцесса, как он успел услышать, а это уже совершенно иное понимание того, что только что сделал эльф. Он глупо улыбнулся, почесав затылок рукой, как обычно делал, когда был в неловком положении.       — Я не знаю, как отблагодарить вас, — парень вдохнул, пытаясь подобрать нужные слова, — Я невероятно счастлив, что именно Вы забрали меня. Но... почему вы дали мне свободу, принцесса?       — Каждое живое существо, как и люди, имеет право быть свободным. Никто не смеет мучить и унижать тех, кто просто родился не человеком, это мерзко и отвратительно. И я… хочу изменить это, — произнесла ведьма и потупила взгляд. — Август, ты свободен и теперь волен делать то, что пожелаешь и идти куда хочешь.       — Могу ли я остаться подле Вас, п-принцесса?       Лицо Боши исказилось, когда она услышала его решительный ответ. Август вздрогнул, когда она бросила на него суровый взгляд.       — Я-я имел ввиду, что если я останусь, то непременно когда-нибудь меня снова поймают в рабство, а если уйду искать семью, то скорее всего умру. Но я могу принести очень много пользы.       — Почту за честь, если кто-то из племени темных эльфов поделится с нами своими знаниями, — ведьма протянула свою ладошку для рукопожатия. — Однако мой статус принцессы сейчас находится под вопросом, так что отныне зови меня просто Уиллоу, а это — она кивнула в сторону дракона — Боша.       — В моем племени все меня коротко звали Гас, — эльф вскочил и пожал её руку, черты его оживились, глаза загорелись лучами радости, и светлая улыбка заиграла на потрескавшихся губах. — Очень рад знакомству!       — Если от тебя не будет толку, я верну тебя тому свинтусу, и глазом не моргну. Понятно? — Бросила дракон с угрожающим блеском в глазах, сдерживая нарастающее раздражение.       — П-понятно!       — Перестань его пугать.       — Это тебе нужно перестать доверять всем подряд, — Боша ещё раз взглянула в окно, затем закрепила на своем теле несколько сумок с вещами, которые они купили ранее, и прошла к выходу — Ладно. Из-за кое-кого, раскрывшего себя, нам придется покинуть это место раньше запланированного времени. Ищущие тебя крысы уже на пороге.

***

      В просветах между деревьями мелькнуло ночное небо, но Святому рыцарю не нужен был фонарик, когда она шла по усыпанной листьями тропинке. Без лунного света она использовала в качестве своего проводника маленький шарик света, созданный святыми силами. Он безмятежно кружил вокруг неё, иногда перегоняя, а иногда задерживаясь около причудливых деревьев, будто любопытный ребенок, жил своей собственной жизнью.       Девушке это казалось неуместным на фоне дикого лесного пейзажа, но по какой-то причине она почувствовала умиротворение, которого не было все предыдущие дни. Обычные дворяне предпочли бы доверить обыск территорий вокруг столицы и близлежащих деревень своим рыцарям или слугам, но Эмити не могла вовлечь в эти поиски ещё больше людей, которым не могла доверять. А полностью довериться она не могла никому. Даже себе.       Что приказы Белоса, что просьба кардинала Лилит – у всех была одна цель, просто разные пути. Посторонние бы только тормозили её по пути, не говоря уже о нежелательных глазах и ушах.       — Да, одной намного лучше и спокойнее.       Благородный белоснежный конь под ней издал недовольный звук, встряхнул головой и резко остановился, когда шарик света поплыл вперёд, освещая в центре леса сверкающее прозрачное озеро, чистое, как хрусталь, и гладкое, как зеркало. Оно спряталось среди обрывистых скал, поросших дикими соснами, и с которых водопадами срывались несколько ручейков, наполняя водоём.       Мгновение Эмити потребовалось, чтобы привыкнуть к яркой луне, осветившей озеро. Затем она спешилась с коня и, усмехнувшись, похлопала его по шее.       — Конечно-конечно, я не совсем одна. А теперь давай устроим здесь привал.       Так недалеко от берега загорелся костер, а рядом расположилась уставшая девушка. Любопытная капля её святых сил была давно отпущена в свободное плавание по ночному небу, и, Эмити была в этом уверенна, присоединилась к тому огромному множеству звёзд, что были ей видны. Взгляд рыцаря скользил от багровых лучей, отражающихся в её снятых доспехах, к скалам, что выступали в прозрачную гладь озера. Мысли её были заняты разгорающейся гражданской войной в империи. Церковь и носители Дэймы враждовали друг с другом на протяжении столетий, но в последнее время противостояние принимало все более непримиримый характер.       Вдруг внимание её привлекла странная фигура, удивительным образом появившаяся на поверхности воды в десятке метров от берега. Буквально из ниоткуда появился большой всплеск, потому что Эмити обязательно заметила, если бы кто-то купался по близости. этот кто-то судорожно глотнул воздух и опять погрузился в воду. Прошло несколько секунд, прежде чем рыцарь поняла, что это был человек, и ему нужна помощь. Он отчаянно пытался плыть к берегу. Его движения были судорожными, видимо сил уже не осталось.       Следуя первому импульсу, девушка, не думая, бросилась в воду и в секунды оказалась рядом с фигурой человека. Чужие руки обвили её шею, и они вдвоем стремительно направились к берегу, цепляясь друг за друга.       У Эмити из груди вырвался вздох облегчения, когда она почувствовала дно и смогла твердо встать на ноги, чтобы вынести бессильно обвисшее на ней тело на берег. Этот человек оказался молодой девушкой, которая была закутана в мокрый плащ, облепивший всё тело. Как только рыцарь взяла девушку на руки, та открыла глаза. Они были такими темными и большими, смотрели прямо на неё расплывчато. И Эмити подумала, что уже где-то видела эти глаза.       Луз, а это была именно она, смотрела на девушку перед собой. Её взгляд был затуманен. Она помнила, как наступила на мокрый скользкий камень на верху скал, через которые лежал её путь, как спало заклятие скрытности от потери концентрации, и как ледяная вода быстро поглотила её. Чудом ей удалось вынырнуть на поверхность. И тут же она почувствовала рядом с собой кого-то или что-то. Единственной мыслью, пронесшейся в голове, было держаться. Держаться за него, так как в этом было спасение.       Когда же получилось глотнуть воздуха, в нос и рот набилась пыль, она отчаянно закашлялась. Луз почувствовала под собой твердую поверхность и открыла глаза. При этом их взгляды с Эмити встретились. Наёмница плохо понимала, что или кого она видит перед собой, но даже в таком состоянии она очень хорошо чувствовала исходящие от человека силу и уверенность.       А ещё любопытство.       Луз уверена, что именно эта женщина, склонившаяся над ней, спасла ей жизнь. Сначала она совершенно не видела черт её лица. Постепенно взгляд прояснился, страх исчез, но дыхания всё так же не хватало, а сердце колотилось неестественно быстро и гулко. Всё, что она могла сейчас заметить, это то, что у нее были светло-серые одежды, лиловые короткие волосы и глаза, отражающие огненный свет так, словно сами были ярким пламенем.       Что-то в её облике вызвало мгновенный отклик в сознании. Неожиданно девушка ощутила слабый, едва различимый толчок тревоги, не пугающей, а скорее волнующей, вслед за чем возникло чувство лёгкого дежавю.       Эмити смотрела на незнакомку в плаще, нахмурив лоб. Она поддерживала девушку одной рукой за плечи, помогая ей оставаться в полулежащем состоянии. Рыцарь не могла понять, что произошло, откуда та вообще появилась посреди озера. Поэтому её первым вопросом был:       — Во имя Миртилоса, как ты оказалась в воде? Я не видела, чтобы кто-то плавал.       Луз постаралась сперва сфокусировать свой взгляд, потом на её лице промелькнуло узнавание. Извиваясь, она нашла в себе силы, оттолкнула от себя Святого рыцаря, знакомство с которым было не самым приятным, и с трудом вскочила. Она неловко прыгнула в сторону, чуть не угодив в костёр, и ударилась спиной о ствол соседнего дерева.       — Как для Мастера меча, твоя месть слишком изощрённая, — её монотонный голос звучал уверенно, гневно, но стихнул до шёпота, и тогда было слышно, как с её головы соскользнул тяжёлый от воды капюшон и упал на дрожащие от холода плечи.       — Месть? Мстят только низкие натуры, подтверждая свое ничтожество, — усмехнулась Эмити, оставаясь на месте. — А за спасение и простого спасибо будет достаточно.       — Не дождёшься.       — Грубо, но чего ещё ждать от неблагодарной простолюдинки.       Взглянув ещё раз на Луз, которая стояла напротив, Эмити поняла, что до сих пор не проверила её ауру. Как это все-таки было неосмотрительно с её стороны, испытывать чувство полного превосходства над спасённой ею девушкой. Эмити понимала, что именно тот факт, что она спасла ей жизнь, напрочь, первый раз за все время, которое она себя помнила, отключил у неё врождённый инстинкт враждебности к незнакомцам. Закрыв глаза, она на удивление легко увидела полное отсутствие каких-либо признаков Дэймы. И, как и думала рыцарь, тогда в таверне – Луз оказалась самым обычным человеком.       — Хей! Я не просила меня спасать! — Ей было тяжело говорить, её трясло от холода и усталости, несмотря на испытываемое ею раздражение.       — Видимо я неверно поняла твои обречённые булькающие звуки, — досадно проговорила рыцарь, качая головой, а в её голосе слышалась усмешка. — В любом случае, я так и не получила ответа на свой первый вопрос – что ты делала в озере, раз даже плавать не умеешь?       — Это секретная информация, — яркий румянец стыда залил лицо Луз. Не могла же она просто так сказать этой зазнавшейся аристократке, что просто позорно поскользнулась. Нет, наёмница предпочла бы скорее умереть, чем признаться в этом. — Не вашего ума дело.       Эмити безмолвно воззрилась на девушку, приподняв брови от такой дерзости, та тоже сверлила её взглядом. Святого рыцаря боялись все, но только не эта несносная девушка, которая смотрела на нее своим яростным тёмным взглядом, полным ярких эмоций. Наёмница посмела говорить с ней, как с равной, была дерзкой и в то же время упорной. Это выводило из себя.       Она встала, поморщившись, когда холодная вода ручьями хлынула с её промокшей одежды. Эмити тут же выпустила поток очищающих сил и не только высушила её, но и избавила от грязных пятен.       — В последний раз я закрою глаза на твою грубость… — начала рыцарь, убедившись, что её внешний вид соответствует норме, она кинула заинтересованный взгляд на Луз, что пыталась освободиться от мокрой накидки, шипя и ругаясь. Вскоре ей удалось выпутаться. И, что ж. Эмити не могла не смотреть на её сильные, резкие движения, на обтянутые мокрой рубахой волнующие выпуклости и впадинки, слишком откровенно подчёркивающие силуэт. — …и позволю погреться у костра.       — Отлично, — девушка тряхнула мокрыми волосами и попыталась одёрнуть рубашку, тут же осознав бессмысленность этого поступка – мокрая ткань облепила её тело. — Кто я, чтобы отказываться от такого предложения.       Наёмница аккуратно расстелила у костра свой плащ, а сама, найдя небольшую крепкую палку, начала чертить на влажной земле разные непонятные символы. Затем она вошла в самый большой круг, достала из-за пазухи бутылек и вылила его содержимое себе под ноги. Эмити внимательно наблюдала за тем, как девушка топталась по зловонной жидкости, и даже не думала останавливать её. Сначала круг заполнился лунно-желтым светом, издал тихое шипение, потом из символов вырвалось вверх несколько потоков горячего воздуха.       Эмити почувствовала, как тёплый ветер нежно погладил по лицу, обогнул её дремлющего коня и отправился по блестящей водной глади, создавая небольшие волны. Через несколько минут представление закончилось, круг затих, а одежда на теле Луз теперь была полностью высушена. Ее рубашка оказалась расстёгнута на одну пуговицу, и золотой взгляд остановился на треугольнике её обнажённых ключиц.       — Разве не было бы проще такой же магией высушить заодно и плащ? — Участливо спросила Эмити, продолжая следить за движениями наёмницы. Еë голос опустился на пол-октавы ниже, и ни единый мускул не дрогнул на лице.       — На него не действует никакое волшебство, — Луз говорила так, как будто она была невиновна в использовании запрещённой магии перед святым рыцарем, и посмотрела в сторону девушки, ожидая какие-либо нежелательные движения. Однако, когда она увидела, куда был направлен взгляд той, наёмница попыталась побороть румянец, заливший еë щëки.       — Достаточно полезная вещь, — тихо проговорила Эмити, прикусывая губу, чтобы не ухмыльнуться, когда девушка, краснее вареных раков, наконец занимает своë место у костра.       На берегу воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим треском поленьев и равномерным похрапыванием скакуна, воздух между девушками налился свинцом от напряжения. Взгляд Эмити ещё на одно мгновение остановился на том месте, где смуглая кожа сменялась белой тканью рубашки, и тут же переместился вверх.       — Тебе никогда не удастся поймать принцессу.       Рыцарь изумленно посмотрела на девушку с чувством лёгкого замешательства и вскоре спросила:       — И почему же?       — Потому что Я буду первой, кто её найдет.       Хотя лицо было матовое, смуглое, с нежным, то вспыхивающим, то пропадающим румянцем; даже выражение чудных глаз стало другое: настороженность и страх сменились твердым взглядом, в котором светились энергия и уверенность в себе.       — У тебя нет ни благословения, ни Дэймы. Не знаю, как тебя обучали, но простому человеку никогда не удастся поймать ведьму.       — Я не простой человек, — как можно равнодушнее бросила Луз. — И у меня есть кое-что - намного ценнее и полезнее всего, что могла бы предложить такой знатный и великий рыцарь как ты.       — И что же это? — холодно спросила Эмити, глядя в озорные глаза девушки и понимая, что та определенно пыталась провоцировать её. Снова.       — Информация, — она пожала плечами с бессовестным видом. — Самая мощная сила, находящаяся в стенах моей гильдии, о существовании которой ты узнала едва ли неделю назад. Тем более, если надо кое-кого найти.       — В таком случае, могу ли я сделать запрос? — спросила рыцарь, напряжённо соображая, как такое могло получиться. — Или мне всё же следует вернуться в ваш главный штаб для этого?       — Не стоит утруждать себя, такого занятого и важного человека, гоняться туда-сюда просто так. Мы могли бы договориться и здесь.       — И чего же ты хочешь за информацию о принцессе? — Казалось, ещё чуть-чуть и Эмити начала бы терять терпение. Но последующий ответ Луз ошарашил её ещё больше.       — Ваша задача заключается только в том, чтобы вернуть принцессу в столицу. Но ради моей помощи в этом нелёгком деле, я хочу лишь одного – передачу принцессы Церкви буду осуществлять я и со своими условиями к награде.       Эмити поразилась столь явной перемене, произошедшей в этой девушке. От изначальной беззащитности и растерянности не осталось и следа, теперь от неё исходила какая-то непонятная, основанная буквально ни на чём сила, и что самое удивительное, Рыцарь не могла ей противостоять. Точнее не хотела.       — Звучит заманчиво, — она со скептической улыбкой кивнула головой, всем своим видом показывая сомнения. — Но, в таком случае, зачем тебе я?       — Не представляешь, но иногда власть, сила и влияние помогают найти более прямой и быстрый путь к нужной цели. — Луз пожала плечами. — У меня этого нет, но у Мастера меча точно в достатке.       — Могу ли я подумать? — неожиданно спросила Эмити, решив выяснить, что на уме у этой девушки и против кого это было направлено. Было бы совсем неплохо приобрести умелого союзника в этой стремительно развивающейся войне. А ещё, по правде говоря, ей никто раньше не предлагал помощь, и она просто не смогла сразу же оттолкнуть протянутую руку.       Если же наёмница и впрямь была такой полезной, как говорила, то рыцарь получала выгодный источник информации. Теперь Эмити смотрела на неё совсем другими глазами.       — Конечно, — Луз лишь неопределенно улыбнулась, она будто забыла об Эмити и отрешённо смотрела на силуэт скал за её спиной. Сердце чувствовало, что там было ее спасение, и ее инстинктивно тянуло туда.