Маскарад

      Человек в белом одеянии медленно встал со скамейки и поднял маску, что упала ему под ноги.       Его глаза блеснули. В этом блеске не было ничего хорошего, ничего здорового, лишь безудержная злость и циничность. Он провёл ладонью по золотой маске, касаясь позолоченных губ, которые, как ему казалось, пульсировали под подушечками пальцев. Он покрутил маску в руках, двинулся к дороге, заглядывая в темноту, пытаясь разглядеть человека, обронившего маску. Кто он был? Случайный прохожий, или тот, кто поменяет его судьбу?       Он снял маску, на лоб упали пряди седеющих волос, загораживая взор. Руки в белоснежных перчатках отбросили маску с чёрными узорами на каменную дорожку. Он с любопытством рассматривал новую маску, она ничем не отличалась от прежней, единственное отличие — отсутствие чёрных узоров.       Он обвёл сумрачное небо тяжёлым взглядом, а потом надел её. И неизвестная сила наполнила его конечности. Он сжал руки в кулаки, перчатки скрипнули. Мыском обуви он надавил на старую маску, потом его стопа полностью опустилась на неё, — маска с хрустом треснула, — огромная трещина прошлась от лба до золотистых губ. Хрупкий материал раскололся надвое, но блеск золота не померк, а стал ярче в свете луны. Тогда человек, еле сдерживаясь, со всей силы надавил на неё ногой, пока маска не раскрошилась на множество кусочков. Но золотое лицо было все ещё будто живым. Человек провёл стопой по кусочкам, втаптывая мыском их в землю.       Только тогда его сердце успокоилась.       Он закрыл глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям. Фонарь за спиной часто замигал, пока совсем не погас.       Он остался наедине с ночным светилом. Месяц затесался в темно-синей туче, запутался, пробиваясь острыми краями сквозь неё. Он следил за тем, как месяц пытался освободиться из вязкой синевы. От тучи отплывали части с рваными краями, —словно невидимое существо отщипывало по кусочку от облака. Они растекались по серо-фиолетовому небу.       Он наблюдал за волшебной картиной, сердце в его груди билось всё быстрее. Он снова закрыл глаза, медленно выдыхая воздух, расслабляя конечности.       Он хотел покинуть это место как можно скорее, закрыться где-нибудь, остаться наедине со своими мыслями. Он бросил последний взгляд на маску, которую только что сравнял с землёй.       Его глаза округлились от увиденного!       Боже! Она цела!       Она мерцала тем же живым золотом! Блики от неё падали на его одежду. Они рассыпались по его брюкам, куртке длинными желтоватыми полосками и овалами. Они двигались! Их движение было неистовым, таким, словно это были маленькие существа или насекомые, что мельтешили перед глазами.       Его одежда потихоньку начала менять цвет: на кромке рукавов появились чёрные полоски, которые затем вытянулись в длинные пятна, растекающиеся по белой ткани, поглощая её. Он с ужасом взирал на то, как его рукав приобрёл чёрный цвет. Он почувствовал, как что мягкое ударилась о ладонь, а потом в её центре вспыхнуло чёрное пятнышко, из которого по коже протянулась мелкая паутина. Она проникла своими нитями-щупальцами под чёрные рукава, обхватывая широкими витками предплечье, плечо, ключицы. Наконец паутина добралась до шеи. Его душу обуял неистовый страх. Глаза с ужасом следили за метаморфозой.       Он хотел глотнуть воздуха. Из горла вырвался лишь обрывистый стон, свистящий хрип сменил его. Длинные пальцы потянулись к горлу, сжимая его. Он больше не мог дышать.       ***       Чонгук постучал согнутым указательным пальцем по банке с формалином. Внутри плавала голова Маркиза. У кота были закрыты глаза, а мордочку украшала улыбка блаженного наслаждения. На это нельзя было смотреть с сожалением или печалью. Чонгук, вздохнув, спрятал банку в шкаф, накрыв её серой плотной тканью.       Сэй обыскивала комнату в поиске хоть каких-нибудь улик. Чонгук бросил взгляд за спину, народ потихоньку расходился, зевакам тут больше нечего было делать. Да и трупа не было, единственное, что так привлекло внимание жителей, — огромное пятно крови на стене, которое до сих пор не потеряло свой свежести и медленно стекало на пол. Чонгук приблизился к стене. В нос ударил запах какого-то едкого вещества, похожего на клей. Под ногами все ещё валялись вещи Голдштейна, но вот его ботинок и очков не было. Чонгук нашёл в запылившемся шкафчике перчатки, надел их, и приподнял вещи. Под ними ничего не оказалось. Тогда он залез в карманы брюк.       Из-за двери зелёной комнаты показалась Сэй.       — Я нашёл вот это, — обратился к ней Чонгук, держа в руке сложенный лист бумаги.       ***       Господин Ким — отец Техёна, был среднего роста со смеющимися карими глазами и острыми чертами лица. На его лице всегда сияла согревающая искренняя улыбка, особого шарма его внешности прибавляли золотые коронки на зубах. Как только Ким увидел сына, он сразу же подлетел к нему, стиснув в объятиях.       Отец не знал, кем работает сын. Но доверял ему. У него не было и задней мысли о том, что сын может зарабатывать на жизнь чем-то плохим. Он считал, что доверие важно в этом мире и человек, умеющий доверять, — ценный человек.       Ким обнял сына за плечо и вместе они вошли в небольшой домик. В первой комнате находилась сапожная мастерская, а дальше шли жилые помещения. Ким достал из шкафа бутылку вина, которое настаивал несколько суток. Он любил изготавливать вина, в погребе стояли более десятка штук бутылок, некоторые из них настаивались десяток лет. На столе появились две тарелки риса, ложки, палочки и несколько маленьких тарелочек с морепродуктами.       — Голдштейн пропал, — сказал Ким и выпил стакан вина.       Техён только поднес стакан ко рту, немного пригубил, и отставил стакан на стол. Сказанное отцом его заинтересовало.       — Голдштейн? Тот колдун?       — Ага. На стене в его лавочке обнаружили кровь, а кота закатали в банку с формалином…       — Эта не лучшая тема для разговора за столом… но все же, что с ним случилось? Куда он пропал?       Техён опустошил стакан и сморщился: все-таки вино было кислым.       — Никто не знает. Подожди минутку, мне нужно отдать товар заказчику.       Ким вышел из-за стола, направившись в мастерскую. Техён налил себе стаканчик вина. Неспеша пил его, думая о пропаже Голдштейна. С чего бы ему исчезать? Он как-то причастен к делу, которое расследует Сэй?       В соседней комнате послышался стук. Отец достал из-за деревянной стойки небольшую картонную коробку. Техён качнулся на стуле, заглядывая в дверной проём. Отец начал нахваливать свою работу и пожелал хорошей носки. Обычные фразы. Хотя Техён хорошо знал: обувь его отца самая лучшая в королевстве. Техён вот уже два года носит белые сапоги, изготовленные его отцом, на них до сих пор не было и царапины. Девушка (это Техён понял по голосу) поблагодарила продавца, протягивая ему деньги. Господин Ким принял их в скромном поклоне. Техён, держа в руке стакан вина, вышел посмотреть на покупателя.       — Сэй?       Сэй только собралась выйти, и так и застыла на пороге с коробкой в руках. В её глазах Техён прочитал замешательство. Она едва заметно качнула головой в сторону двери и, переминаясь с ноги на ногу, отступила, норовя выскользнуть наружу.       — Пап, подожди меня, — Техён вручил отцу стакан с недопитым вином и догнал знакомую.       — Сэй, тебе помочь дотащить коробку до дома?       — Не стоит, — ответила она. Сэй поставила коробку на землю, а сама села на лавочку, что примыкала снаружи к стене мастерской.       — Слышала что-нибудь о Гольдштейне? Говорят, он пропал.       — Да. Я там была. Вместе с Чонгуком.       — И что? Что вы узнали?       — Мы ходили к нему вчера. Вроде всё было в порядке. Он показал нам пузырёк с ядом, которым, вероятно, отравили королеву. Мы выяснили, что моя мама работала на Голдштейна — приносила ему травы. Но мне кажется он что-то недоговаривал…       Техён приземлился на скамейку рядом с Сэй, сцепив руки в замок. Он обернулся к ней, всем видом показывая, что ждет продолжение истории.       — Мы вышли из его лавочки и вернулись через несколько минут. Тела не было. Осталась только его одежда на полу и пятно алой краски на стене. Кто-то вздумал подшутить над нами. В зелёной комнате было всё перевёрнуто вверх дном. Кажется, преступник что-то искал.       — Есть предположение: что?       Сэй осмотрелась по сторонам и заговорила тише, чётко выговаривая каждое слово:       — В его зелёной комнате стояла лампа в форме куба. Под ней мы нашли небольшое углубление, оно было хорошо замаскировано, закрыто крышкой с древесной фактурой. Под крышкой лежал второй пузырёк с ядом. Преступник искал не его. Но, все-таки, он кое-что украл. Вор был не слишком внимательным и потерял одну важную улику. Этикетку «Эликсир бессмертия».