Маскарад

      Сэй и не заметила, как уснула в комнате Чонгука, на её животе мирно посапывал крольчонок. Утром Сэй погладила его, он открыл глазки и подобрался к её лицу, щекоча шерсткой кожу. Сэй не могла отделаться от чувства, что не скоро увидит Чонгука. Она не представляла, как будет жить без него, ведь за этот промежуток времени, что они провели вместе, она привязалась к нему не на шутку. Она вспомнила вопрос Голдштейна: «Ты любишь его?» и улыбнулась, теперь она была полностью уверена в ответе. «Да».       Прошёл один день. Колечко на её руке не изменило цвет. И всё-таки Чонгук не всё сообщил о себе, вот куда он вчера отправился? Всматриваясь в золото, Сэй не сообразила сразу, что Чонгук надел кольцо на безымянный палец, и тут её лицо стало пунцовым. Сэй спрятала его в подушку, чуть ли не пища от радости. Боже, что с ней сделал этот человек?       Тоскливые дни помог ей скрасить Чимин, который чуть ли не каждый день приходил в пекарню, то со своей сестрой, то один.       — Ты же стражник! У тебя полно работы, что ты тут делаешь? — не удержалась она от вопроса.       Чимин остался спокойным, попивая чаёк.       — Считай, что у меня отпуск…       — Вот почему вы такие скрытные… стражники.       Чимин бросил взгляд на её кольцо, но вопрос не задал.       — Чимин, скажи, а действительно существует такая книга, из которой можно узнать королевскую родословную? — спросила Сэй.       — Я о такой книге не слышал, откуда информация?       — Намджун показывал, — фраза прозвучала не слишком уверенно. — Но что-то тут не чисто.       — Вот уж точно! Даже хочется спросить, где он взял эту книгу?       — Без понятия. А что за слухи ходят, будто Чонгук не сын Чон Джинмина?       — Слухи связаны с его мамой. Никто не знает, кем она была на самом деле. Говорят, об этом знал только король и его друг. Я тебе уже говорил, что она была колдуньей.       — Это никак не доказывает то, что Чонгук не сын короля.       — А вот тут все очень странно, Шварца, мать Чонгука, исчезла на неопределённый строк, а когда вернулась, родился Чонгук. Никто, опять-таки, не знает, где она пропадала несколько месяцев.       — Приму твои слова к сведению, — сказала Сэй, отвлекаясь на покупателя. — Слушай, мне как-то скучно без книг, где их взять можно?       — В королевской библиотеке. Она находится недалеко от дворца. Если хочешь, завтра вместе сходим?       — Давай!       Ожидая Сэй на площади, Чимин поглядывал на круглые часы башни, стрелки которых, как ему казалось, двигались слишком медленно. Он осмотрел свою одежду, расправляя складки: сегодня на нём была просторная рубашка цвета снежной розы, которая прекрасно гармонировала с его слегка бледным цветом лица и розоватыми губами, в ухе поблескивало крыло ангела.       — Чимин! — окликнула его Сэй.       Он обомлел, когда увидел на ней полупрозрачное платье из воздушной ткани с красивыми цветами, вышитыми тонкими изящными линиями. Рукава платья были оторочены белыми кружевами. Чимин даже раскрыл рот, дивясь неземной красоте девушки. Он подал Сэй локоть, который она с радостью приняла, и от неё не укрылась блаженная улыбка Чимина.       — Это точно свидание, — пробормотал он. — Иначе, ты бы не одевалась так…       — Я что не имею права красиво одеваться? — с притворным возмущением заявила она.       — Нет, имеешь, просто это слишком красиво, — произнёс робко он.       Чимин, как настоящий джентльмен, открыл Сэй дверь, ведущую в библиотеку. Их встретили большие окна с красивыми витражами, которые напоминали рисунки в лавочке Голдштейна, правда, тут витражи не были живыми; большинство почему-то изображали синих птиц, склонивших головы над раскрытыми книгами. Шкафы из светлого дерева уходили к дальней стене, и были расставлены на расстоянии примерно три метра друг от друга. В библиотеке было немного людей: старичок вдумчиво читал книгу, то и дело поправляя очки, спадавшие на переносицу, справа от Сэй, на удобной лавочке расположились детишки, спрятав лица за обложками книг. Женщина в красивом платье небесного оттенка подошла к Сэй спросить, что её интересует, однако Сэй пока хотелось просто осмотреться в новом месте. В длинных шкафах стояли не только бесчисленные книги, в дальнем уголке библиотеки находился большой застеклённый шкаф со свитками.       — Эти свитки не дают на руки, их можно почитать здесь, — сказал Чимин.       — А что в них?       — История королевства, а также сказания об изгнании волшебников из Лихта.       Сэй сразу вспомнила старую сказку о том, как король, который некогда правил Лихтом, повелел избавиться от всех колдунов в государстве. Мама часто рассказала ей эту историю, однако Сэй не верила в магию, потому что, будучи ребёнком, никогда не видела её проявление в обычной жизни. Сейчас Сэй убедилась в том, что в их королевстве остались проблески магии, тому доказательство — волшебник Голдштейн, и, если верить Чимину, мама Чонгука, которая была колдуньей. Помимо этого, для Сэй существовало ещё одно проявление магии — любовь.       — Ты хочешь найти книгу, которую тебе показал Намджун?       — Да.       — Подожди здесь, я сейчас спрошу у библиотекаря, — сказал Чимин и направился к девушке в голубом одеянии.       Сэй открыла шкаф и, приподняв хрустящие свитки, взяла один из них. Весь свиток был изрисован разными причудливыми существами на фоне леса.       — Сэй? — услышала она вопрос.       Голдштейн застыл в поклоне. Сэй искренне изумилась встрече с волшебником.       — Что вы здесь делаете? Вы же не любите покидать свою скромную лавочку.       — Вижу ты заинтересовалась историей волшебства, — он тронул свиток в её руках коричневой тростью.       — Совсем нет, просто смотрю.       — А где же твой спутник?       Сэй замялась. Голдштейн смотрел на неё таким проницательным взглядом, что хотелось провалиться под землю.       — Постой! Твой жених сбежал?       — Жених? — её кончики ушей вспыхнули.       — Да. И всё-таки ты его любишь. Я рад, — Голдштейн приобнял её, прошипев, словно змея, на ухо. — Прости, но твоим кошмарам суждено осуществиться.       Когда Голдштейн отстранился, его глаза зловеще сощурились. Вернувшийся Чимин, завидев волшебника, встал как вкопанный, не смея пошевельнуться. Проходя мимо него, Голдштейн положил на плечо Чимина ладонь и слабо улыбнулся уголком рта. От пальца волшебника отделилась искра, и серебристая молния, вильнув острым концом, пробралась под воротник Чимина, мгновенно пронзая острой болью и парализуя конечности. Паралич продлился несколько секунд, но оставил после себя неприятное чувство, будто он потерял связь со своим телом. Чимин схватился за плечо, обернувшись, встретился с жёстким взглядом Голдштейна.       Чимин и Сэй переместились в читальный зал. Сэй просматривала книги, искала что-то, что ей понравится или пригодится для разгадки связи легенды со смертью мамы. Всё это время Чимин сидел, потупив голову.       — Что с тобой? — спросила обеспокоенно Сэй.       На лбу Чимина проступила испарина. Сэй бросила книга и схватила друга за руку.       Чимин изнывал от жажды. Он сильно сжимал кулаки, кожу будто резали самым острым ножом и следом опаляли жгучим пламенем. Лишь преодолев порог дома, он схватил бутылку с водой и опрокинул её себе в рот, жадно глотая. Сэй обескураженно наблюдала за ним, не понимая, что произошло. Чимин смахнул остатки воды с побледневших губ, его ноги подкосились, и он рухнул на пол без сознания.       Когда он пришёл в чувства, Сэй спала, положив голову на краешек его кровати. Чимин уставился в потолок, громко выдохнул, Сэй услышала и приподняла голову, протирая глаза.       — Где твои родители, Чимин? — промурлыкала она.       — Останься со мной, — сказал он, ласково проведя по её скуле ладонью. Щека Сэй утонула в мягкости его кожи.       Я жалкий, бездушный стражник,       Внутри меня полый сосуд.       Не утолить мне любовную жажду:       Меня фея обрекла на суд.       — Знаешь эту старинную песню? — синие губы Чимина скривились в подобии улыбки, а рука бессильно упала на кровать. — Я раньше не понимал эту песню, не наступало прозрение, я не мог прочувствовать, не мог пропустить сквозь душу эти строки. Теперь я понимаю их смысл. Я смотрю на тебя, и сердце просто не выдерживает, мне так больно, будто его пронзили миллиарды осколков, — он скрутил рубашку у груди и рвано выдохнул. — Почему он? Почему он, а не я?       Чимин впился в неё взглядом, полном исступления.       — Почему? — громко сказал он.       Сэй отпрянула.       — Я проклят, — слетело сиплое с его губ. Он набрался сил, встал с кровати и обвил её талию руками. Он был слаб, Сэй могла сбежать в любую минуту. Но вместо этого она положила свои ладонь на его, Чимин опустил голову ей на плечо.       — Ты словно фея из той легенды. Ты подарила нам книгу, и мы с Чонгуком не раз читали её вместе, там были иллюстрации, я помню каждую из них. Фея всегда изображалась в воздушном платье с прозрачными, будто сотканными из самой тонкой паутины, крыльями.       Чимин, растворяясь в облаке нахлынувших чувств, уткнулся носом в её шею.