Крошечная жемчужина

      Было странно вот так идти с ней бок о бок. Саске старался не смотреть на Хинату, пока они шли, но ничего не мог с собой поделать. Она казалась очарованной всем, что видела: жителями деревни, лилиями в цветочном магазине, цельными ингредиентами, нанизанными на верёвочки по всему рынку. Она вдыхала аромат каждой чайной и каждой пекарни. Но чаще всего она улыбалась детям. Саске с удивлением обнаружил, что, несмотря на отсутствие съедающей её ненависти, Хината редко улыбалась. Ему всегда казалось, что такой невинный человек, как она, предрасположен к счастью. Хотя, наверное, он поверил в это только потому, что Хината этого заслуживала. У неё была семья. Рождённая в клане шиноби, она была вынуждена вести жизнь ниндзя, однако Саске хотел бы, чтобы Хината избрала свой собственный путь, стала тем человеком, которым хотела, и никогда не вступала в сражения. Хотя он гордился тем, что она так быстро росла над собой, его всё же не радовала перспектива того, что ей приходится бороться. В его семье в качестве боевых единиц всегда преобладали мужчины. Отец был настоящим воином, а мать целительницей. Да, она владела искусством боя Учиха, но Саске не мог вспомнить ни единого раза, когда ей приходилось его использовать. Раньше ему нравилось верить, что такой подход изменится, но сейчас, глядя на Хинату, которая так болезненно напоминала ему мать, он начинал думать иначе. Рассмотрев её сейчас, Саске поразился тому, насколько хрупкой она казалась и какой хрупкой была на самом деле. У неё были маленькие плечи, маленькое лицо, глаза и совершенно крошечные ладони… Он раскрыл собственные ладони и посмотрел на них. Да, его руки определённо крупнее и будут становиться больше, но что же насчёт Хинаты? Разве у неё не всегда будут такие маленькие ручки? Всякий раз, когда Саске думал об этих бледных нежных ладошках, сжимающихся в кулаки во время битвы, то хмурился. — Что случилось, Саске-сан? — спросила Хината с лёгким беспокойством. — Ты такой тихий. Если ты не хочешь… Если ты делаешь это только потому, что считаешь, что должен мне, пожалуйста… Ками, эта девушка! — Не поэтому, — довольно резко бросил он, но тут же извинился и перевёл дух. — О-о, тогда ладно. А где бы ты хотел поесть? — На самом деле, я надеялся, что ты выберешь. Я делаю это для тебя. — Хината так низко опустила голову, что чёлка полностью скрыла её лицо. Саске подавил желание приподнять её подбородок, чтобы посмотреть в глаза. — Что-то не так? — не мог он не спросить. — Нет, просто… — Хината улыбнулась, и её лоб пересекла задумчивая морщинка. — Никто никогда не делал для меня что-либо просто так. Я как бы в растерянности. — Саске почувствовал в груди болезненный укол. — Ты наследница клана Хьюга, — напомнил он. — Разве тебе не прислуживают и всё такое? Хината рассмеялась, покачав головой. — О нет! Если бы я была только наследницей, возможно, но я шиноби. Да, это правильно. Никогда не следует угождать шиноби. — А что насчёт твоего «ниисана»? — усмехнулся Саске. Хината снова покачала головой. — Нет, ниисан не… Ну, он не… — Да? — надавил он. — Ниисан меня ненавидит. — В это было трудно поверить. — О чём ты? — вырвалось у Саске. Она, должно быть, говорила о другом «ниисане». Неджи, хотя и не являлся добрейшим человеком на свете, уж точно не ненавидел Хинату. Разве она не слышала всю ту чушь о том, что он её опекун? Даже Саске заметил, что покровительство Неджи казалось слишком чрезмерным для того, кто просто выполнял свой долг. — Долго рассказывать, — задумчиво пробормотала Хината. — У меня есть время. — Она понятия не имела, как сильно Саске хотел это услышать. Ему было больно признавать, как мало он знал о Хинате и как сильно это его беспокоило. У них была своя доля разговоров из-за совместных тренировок, но ни один из них никогда не переступал незримую черту. Хината никогда не спрашивала о его семье, а Саске никогда не спрашивал о её. В этом они были похожи. Слушатели, а не болтуны. — Мы возьмём поесть и пойдём куда-нибудь, — предложил он. — Или ты бы предпочла поесть внутри? — Нет, твоё предложение отличное. — Что ты предпочитаешь из еды, Хината? — Ещё один момент, который до смешного интересовал Саске. Она на мгновение задумалась, и последовавший ответ вызвал у Саске смешок. — Булочки с корицей. Я люблю булочки с корицей. Я их всё время готовлю. — Он принял это к сведению и в общем-то не удивился. Это хобби подходило Хинате. — Я не думаю, что люди обычно едят булочки с корицей на ужин, но если хочешь… — Ой, ха-ха. Извини. — Она покраснела. — Мне нравится… ну, мне нравится… Саске покачал головой, сдержав улыбку. — Хорошо, может, будет легче сказать, что тебе не нравится? — Я не люблю крабов и угрей. — Что ж, это было быстро. Теперь он не смог удержаться от улыбки. — Всем нравятся крабы, — ухмыльнулся Саске. — Ты прав. — Она хихикнула. — Все любят крабов. Наверное, я странная. Значит, ты предпочитаешь крабов, Саске-сан? — Хм? Я не особенно разборчив в еде. Доставать мясо — хлопотно, поэтому я обычно ем его вместе с панцирем. Угри лучше. — Её лицо просветлело. — А что ты любишь из еды? Саске, как и до этого Хинате, пришлось хорошенько подумать над этим вопросом. Он вправду много ел, но никогда не ценил еду за вкус. Железо, белок, витамины… Вот, что его заботило. Они были необходимы для тренировок. Каждый день он ел помидоры, но только потому, что они были полезны. На самом деле, он даже не был уверен, нравятся ли ему помидоры. — Если бы мне нужно было назвать что-то одно, то я выбрал бы рисовые шарики. — Правда? — Хината не поверила своим ушам. — Так просто. А с чем рисовые шарики? — Бонито. — Понятно. — Хината улыбнулась про себя. — Я всегда делаю рисовые шарики с бонито. — Знаю. Я люблю их, — вырвалось у Саске. Только в присутствии Хинаты он был склонен опрометчиво выбалтывать всё, что приходило на ум. Опасно. Она покраснела от этого замечания, но его собственное удивление, похоже, многократно превышало её. Он использовал это слово. Любовь. Но… это было правдой. Рисовые шарики, сделанные Хинатой, были просто фантастическими. Из-за простоты Саске тоже часто их готовил, но ни один из них так и не приблизился к приготовленным её руками. Как странно, что он употребил слово «любовь» по отношению к ним. Он никогда не использовал это слово для чего… или кого-либо. — Мы сбились с пути, кажется? — Он потёр рукой подбородок. — Мы должны были найти место, где можно поесть. — Хината рассмеялась. — Это из-за меня, да? Мне очень жаль. — Всё в порядке, — заверил Саске. — Я никуда не спешу. — Это была чистая правда. К кому ему возвращаться? Неважно, поест он в итоге или нет, Саске хотел, чтобы Хината что-нибудь выбрала. Он обещал ей ужин. Хината на минуту задумалась, не прекращая улыбаться, и принялась стучать указательными пальцами. Саске тут же поджал губы. Он заметил, что она делала так, только когда думала об одном человеке. — М-мы могли бы пойти в раме… — Нет. — П-почему? — Её плечи поникли. Потому что там мы можем столкнуться с идиотом. — Я сегодня уже ел рамен и хочу чего-нибудь другого. — А-а… Внутренне Саске разразился бурей проклятий. Ками, эта девушка… — Ты… хочешь рамен? — нехотя спросил он. — Д… да. — Хината сразу же оживилась. Как быстро она смогла забыть его грубость. Чёрт возьми, пребывание рядом с твердолобым кузеном, похоже, сделало её невосприимчивой к подобным вещам. — Какой рамен ты хочешь? — Я хочу жареную лапшу с креветками и сладким перцем. — На самом деле, звучит неплохо, — сказал он рассеянно, впервые задумавшись о вкусе. — А я наверное буду со свининой и яйцами. — Там ещё и помидоры, — радостно добавила она. — Все обычно просят добавить побольше. — Нет, — сказал Саске. — Я не люблю помидоры. Солнце село, но вечер только начинался. Кроме Ичираку вокруг была куча раменных, так что Саске в общем-то не переживал. На рынке было оживлённо, вдобавок ярко светила луна. Предстоящий турнир, казалось, затронул каждого, вызвав у деревенских прилив энергии. Саске тоже не стал исключением. В животе у него отчего-то трепетало, а сердце бешено колотилось. Он чувствовал, что готов взлететь. К сожалению, с атмосферой приходят и клиенты, а клиенты — это люди. Много людей. Кафе, где подавали рамен, было переполнено. — Отлично, — пробормотал он. — Нам не обязательно есть здесь, — сказала Хината. — Мы можем просто… — Нет. Ты хотела лапшу, поэтому я куплю тебе лапшу. — Саске-сан, — вздохнула она. — Тебе не обязательно ждать со мной. Вот, возьми сумки. Иди, поищи, где присесть, а я найду тебя. — Нет, я хочу подождать здесь, с тобой. — Бабочки в животе превратились в рой. — Почему? — спросил Саске после секундного колебания. — Смотри, вон там есть места. Займи одно для меня, ладно? — Он наклонил голову и снял свою сумку, вручив ей. Глупо было с её стороны расстраиваться из-за того, что ему придётся ждать в очереди. Кроме того, Саске почему-то отчаянно хотел побыть несколько минут один. Просто чтобы подумать. Он не мог ясно соображать, когда Хината находилась рядом. Она поблагодарила его и пошла искать свободный столик. Облегчение нахлынуло на него мгновенно. Приятный и пряный запах еды, приготовленной на гриле, наконец, заполнил его лёгкие. Но это продлилось всего три секунды. За облегчением пришла волна беспокойства. Какого чёрта? Хината едва скрылась из виду, а он уже ищет её в толпе. Когда Саске сразу не увидел Хинату, в его груди запылала паника. Что, чёрт возьми, с ним происходило? Ради Ками, он не потерявшийся ребёнок, плачущий по своей матери! Чувствуя себя ещё более глупо, чем когда-либо, Саске усилием воли заставил себя расслабиться. Здесь просто много людей, вот и всё. Хинате трудно найти место, поэтому он не смог её увидеть. Ничего страшного. Не нужно постоянно поглядывать за ней, будто… Будто она могла исчезнуть. Очередь едва успела продвинуться, когда земля задрожала. В ночи разразились крики, в воздухе заклубились густые волны дыма, которые определённо исходили не от гриля, а фарфоровая посуда начала разбиваться, падая со столов. Саске выругался. Хуже счастливого кудахтанья могло быть только паническое кудахтанье. Матери хватали детей, пары, взявшись за руки, выбегали из лавок и кафе, а мужчины в отчаянии хватались друг за друга, требовательно вопрошая, что происходит. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что деревня подверглась нападению. — Хината! — крикнул Саске, но его перебил другой голос. То был какой-то джонин. — В безопасное место! — кричал он. — По домам! Все по домам! Всем ниндзя и генинам немедленно явиться в академию! Немедленно! — Дерьмо! — прорычал Саске. — Вы шутите, что ли? Хината — где она? Где? Он снова позвал её. После того, как Саске обыскал столы и нашёл только их сумки, он ещё раз позвал её. Когда все посетители в спешке покинули кафе, а Хината так и не нашлась, он замер. Грудь сдавило паникой. Хината… исчезла.