То, что касается любви, не может быть неправильно

Питер послушно отбыл сутки в постели, обдумывая все до мельчайших деталей. Он не мог быть уверен в том, что и Тони, и Баки испытывают какие-то чувства к нему — это было бы слишком самонадеянно. Но в то же время мелочи, которых Питер раньше не замечал, сейчас открывали картину совершенно с другой стороны. Взгляды исподтишка, забота и волнение, которое он воспринимал как жесты доброй воли, отношение к неразумному ребенку, но что, если за этим крылось нечто большее? Он проматывал в голове все прикосновения, слова, взгляды, которые только мог вспомнить, сравнивал с тем, как они смотрят друг на друга и все больше признавал, что был просто дураком. Питер бодро вышел из палаты и сразу направился в гостиную, вспоминая увиденное вчера. Мысли об этом больше не причиняли боль — наоборот, хотелось увидеть ещё раз, почувствовать их страсть, запечатлеть каждое движение. Но все эти мысли разбились о жестокую реальность, в которой Тони и Баки избегали друг друга и Питера заодно. Ссылались на дела/усталость, почти полностью игнорируя, и Паркер никак не мог понять причину и почему это случилось именно сейчас, когда он готов принять эти отношения и сделать свой шаг вперёд. Это раздражало. Питер стал хвостиком таскаться то за Баки, то за Тони, надоедать с вопросами, просьбами, идеями и тренировками. С завидным упрямством он сводил их вместе и при всем желании избегать Питера стало почти нереально. Обычно он чувствовал ту грань, за которой действительно таились дела или усталость, но простые отговорки сметал напрочь, добиваясь желаемого. В конце концов Питер дождался результата, когда в очередной раз, спустя несколько дней, увидел вновь вспыхнувшую страсть и очередной поцелуй. Теперь он не запрещал себе смотреть. Он наслаждался чувствами между любимыми людьми и мечтал оказаться вместе с ними. Эмоции бурлили, подталкивали сделать это сейчас, выдать все, как на духу, но Питер все-таки боялся быть отвергнутым. Не все такие неправильные, как он, не все могут любить двоих, и если он ошибается, будет слишком сложно находиться потом рядом. Несмотря на свое решение, Питер оттягивал момент признания. Он действовал медленно, уверенно, занимая все больше места в жизни дорогих ему людей. Как сейчас, когда Баки в очередной раз заявился с суперсекретного задания с мрачным видом и холодным режущим взглядом. Питер с мягкой улыбкой положил перед ним любимый крепкий черный чай и несколько шоколадных пончиков — кто бы мог знать, что у Зимнего Солдата страсть к шоколаду? На мгновение Барнс лишь крепче сжал зубы и стрельнул своими глазами-льдинками, но уже спустя несколько секунд с довольным видом потягивал горячий напиток. — Спасибо. Питер устроился сбоку со своим какао и исподтишка разглядывал Баки, отмечая пятна крови на одежде, которую тот ещё не успел сменить, застигнутый настырным паучком. Пончики исчезли быстро и без следа, Питер заслужил короткое поглаживание по волосам и остался смотреть вслед удаляющейся спине Барнса. Он вздохнул, уговаривая себя не спешить, и вприпрыжку отправился в мастерскую. — Мистер Старк! Я сделал тут кое-что, хочу, чтобы вы посмотрели. Тони оторвался от компьютера и подкатил на кресле к Питеру, с лёгкой ухмылкой протягивая руку. — Ну, показывай, чего натворил в этот раз. Умирать от твоего изобретения никто не будет? — Нуу, может быть..? — Питер замялся, прикусил губу и опустил на раскрытую ладонь Старка маленького паучка, размером с монетку. — Он реагирует на опасность. Я подключил его к своему костюму, если вы позволите, можно подключить к вашей системе. Работает как предупреждение только, подаёт сигналы, но если отдать приказ, то он взорвется. Вот. Я сделал таких несколько штук и может быть… Может вы и мистер Барнс возьмёте их… Да, я понимаю конечно, что у вас и так защита на высшем уровне, но… — Да-да, предосторожности никогда не мешают. Пит, перестань говорить так быстро, язык отвалится, — Тони с любопытством рассматривал новое изобретение, уже запуская сканирование. — Я проверю его. Если все без сбоев, внедрим их тоже. Ты молодец, паучок. И от этого Питер чувствовал себя намного лучше. Теперь, пусть и маленькая, но все же часть его защиты будет у любимых, а раз паучки связаны с Карен, он будет в курсе всех опасностей и сможет прийти на помощь. Это успокаивало. — Эм, я нашел новый фильм и мне не с кем посмотреть его, ну, пока все отдыхают где-то. Не хотите немного отвлечься от работы вечером? — Питер взволнованно прикусил губу, ожидая ответ. Он понял, что это звучит немного не так, поэтому быстро продолжил: — Пригласим мистера Барнса, уверен, ему тоже не помешает отвлечься от дел. — Ты прав, нам всем не помешает время от времени отдыхать. Надеюсь твой фильм не какая-то сопливая мелодрама, не то заберу костюм, — проговорил Тони, почти не отвлекаясь от исследования. — Это уже не актуально, мистер Старк. У меня такие же права на костюм, как и у вас. До вечера, — уже на ходу кричал Питер с улыбкой, провожаемый возмущенным взглядом. Оба знали, что костюмы Человека-паука по всем договорам принадлежат и Паркеру тоже. Настоял на этом Тони, объяснив это тем, что не хочет больше чувствовать соблазн манипулировать с помощью костюма. И одновременно с этим накладывая ответственность за порчу имущества, которую Питер добросовестно отрабатывал починкой его же. Он отправился на очередное патрулирование, количество которых уменьшил в последнее время, подстраиваясь под график Тони и Баки. Он желал больше времени проводить в их компании и в списке его приоритетов патрулирование опустилось на несколько ступенек ниже. Никаких необычных событий больше не происходило, но Питеру пришлось хорошенько побегать за плохими парнями, прежде чем он решил вернуться обратно в Башню. Тони все ещё пропадал в мастерской, а Баки, скорее всего, молча наблюдал за ним в стороне, как это обычно бывало. Питер постоял под горячими струями воды, расслабляясь и смывая с себя грязь мрачных закоулков города. Он позволил себе небольшую слабость, вспоминая очередной подсмотренный поцелуй любимых, и опустил руку на член. Лучше вот так расслабиться, чем потом страдать от стояка и пытаться не спалиться. Волосы он высушил не до конца и влажные пряди лёгкими завитками опустились на лоб. Решив, что и так нормально, Питер спустился в мастерскую, где и застал картину, которую ожидал: Тони заканчивал свою разработку, вслух проговаривая каждое действие, а Баки нависал над ним, внимательно прислушиваясь, и время от времени подавал нужные детали или инструменты. Питер улыбнулся, отмечая, что готов смотреть на это ещё долго, но у него сегодня были другие планы. — Вы ещё не забыли насчёт фильма? — Как же мы могли, паучок. Последние штрихи и поднимаюсь. Баки тут и так под ногами путается, можешь забирать его и спасти меня от этого страшного угнетающего молчания, — Тони выразительно посмотрел на Барнса и вернулся к работе, а тот лишь закатил глаза и, кажется, назло также молча вышел из мастерской. Старк оглянулся и слишком громким шепотом обратился к Питеру: — Ну вот, а я о чем? Ты ведь тоже слышишь это грозное молчание? — Да, мистер Старк, — также шепотом ответил Паркер и поспешил догнать Баки. — Старк не говорил, что ты хочешь смотреть фильм, — встретил его голос в гостиной. — Но… Вы же не против? — Не против. Питер только закатил глаза — обычная манера общения для Барнса, когда он не в духе. Кажется, слова Тони задели его. — Почему вы называете его по фамилии до сих пор? — Паркер занялся приготовлениями, включая нужный фильм, и будто невзначай поинтересовался. Ему и правда было интересно, учитывая происходящее между ними. — Почему ты называешь его мистером Старком после всего пережитого? — Баки насмешливо приподнял брови, когда поймал взгляд Питера, и улыбнулся уголками губ. Его взгляд стал ещё более пронзительным, если это возможно, пробегая по лицу и задержавшись на влажных кудрях. — Один-один, мистер Барнс, — хмыкнул Паркер и протянул Баки бутылку пива. Расслабляться так по полной. — А у него кинк на мистеров, — сходу влез в разговор Тони, протягивая руку за своей бутылкой. Видно, что он уже какое-то время подслушивал. — Мистер Старк, мистер Барнс, мистер Фьюри, мистер Хэппи, мистер Томпсон… — Эй, вы уже перегибаете! — рассмеялся Питер, отдавая вторую бутылку. Себе он тоже оставил одну под оценивающим взглядом Старка. Приятно все-таки быть совершеннолетним хотя бы по паспорту. — И вообще, что плохого в вежливости? — На одной вежливости не выплывешь, — назидательно произнес Тони, поднимая указательный палец вверх. — И вы мне позволите звать себя Тони? — недоверчиво протянул Питер, устраиваясь на диване. Старк раскинулся в кресле, как всегда с видом короля, а Баки предпочел пол сбоку от дивана. То ли привык не только спать на нем, но и проводить свободное время, то ли старался сесть подальше от Питера. — Можно даже на ты, Паучок. Когда я умирал, ты как-то не терзался муками совести, обращаясь ко мне по имени, — Питер подавился возмущением, застрявшим в горле, а Тони, как ни в чем не бывало, быстрым движением открыл пиво и сделал глоток с довольным видом. — Ну знаешь, — Питер фыркнул, легко переходя на неформальное обращение, и повернулся к Баки, который смотрел на них с усмешкой. — И к вам можно обращаться по имени? — Никакого имени. Но да, малыш, ты можешь звать меня Баки, — он подмигнул и повернулся к экрану, на котором появилась заставка кинокомпании. — Вау… Отлично! — прозвище отдалось теплом внутри, когда Питер перестал думать, что его считают ребенком. Теперь он хотел бы, чтобы они оба называли его так чаще. Тони закатил глаза и вместе с Баки повернулся к экрану, где уже крутились первые кадры фильма. Питер выбрал «Гарри Поттера» зная о том, что Барнс тащился от всяких волшебных штук, пусть и не признавал этого никогда. А Тони согласится смотреть то, что выбрал Паркер, как и всегда. — Что это за ересь такая, Пит? Дедуля в длинном халате и женщина-кошка, серьезно? Хоть и не забудет повозмущаться для приличия. — Оставь. Я хочу посмотреть, — заинтересованно пробормотал Баки и одним глотком опустошил бутылку чуть ли не на половину. Тони удивлённо перевел взгляд с экрана на него, а Питер победно улыбнулся. — Я же говорил, что рано или поздно ты посмотришь Гарри Поттера! Тони пробубнил что-то о настырных мелких членистоногих, но уже спустя пятнадцать минут фильма стал неотрывно следить за сюжетом, как и Баки, комментируя каждую ситуацию. — Сдался им этот Снейп, ей-богу. Как по мне, так самая подозрительная личность там грёбаный кентавр. Просто как можно доверять кому-то с лошадиной задницей? — Старк повернулся к Питеру и выгнул бровь, ожидая ответа. — Великан, значит, вызывает у тебя больше доверия? — скептически отозвался Баки, не отрываясь от экрана. Пустые бутылки ровным рядом стояли рядом с диваном и Питер свернулся клубочком на своем месте, чувствуя внезапную усталость, но упрямо продолжал смотреть фильм и прислушиваться к разговору. — От великана уже знаешь, чего ожидать. Его Пушок любому отобьёт напрочь желание связываться с ним. — Но Снейп мне тоже не нравится. Подозрительный. Точно что-то скрывает. Питер ещё старался прислушиваться, но чувствовал, как сон все больше утягивает сознание в свои объятия. Он приглушённо слышал, как Тони спрашивал что-то у него, звал по имени, но уже не мог ничего ответить. А потом ему показалось, что он почувствовал горячие пальцы на своей щеке, которые почти невесомо пробежались по коже. Он склонялся к тому, что это уже был сон, но решил не сбрасывать совсем со счетов, запомнить это мимолётное прикосновение и укрепить свою надежду. Проснулся Питер резко, срываясь с места и подскакивая. Он чувствовал опасность, но пока не понимал, откуда она исходит и от чего следовало защищаться. Краем сознания он отметил сползающее на пол одеяло, которого точно не было, когда он все-таки уснул. Паркер медленно и тихо подкрался к выходу из гостиной и, ведомый «чутьем», как всегда говорила Мэй, поднялся на свой этаж. Рядом с дверью в комнату Баки темная тень переступала с ноги на ногу, не решаясь войти. Питер недоуменно остановился и окинул ее взглядом — тень была миниатюрной, двигалась плавно и, если смогла пройти сквозь защиту Старка, явно была кем-то «своим». А потом он узнал Наташу Романофф и нахмурился сильнее, бесшумно подошёл ближе и молниеносно среагировал на выпад, когда она поняла, что рядом кто-то есть. Послышалась возня и дверь открылась, освещая коридор полосой яркого цвета, а напряжённый Баки перевел взгляд с Наташи на Питера, осмотрев его с ног до головы. Волновался? Этот взгляд отозвался мурашками по позвоночнику и Паркер неосознанно облизал губы, замечая, как резко отвернулся Баки. — Что здесь происходит? — хриплым после сна голосом спросил он. — Наташа? — Привет, красавчик, давненько не виделись, я скучала, — проворковала Романофф, наклоняя голову к плечу. — И тебе привет, Питер, — она повернулась к нему с мягкой улыбкой, но что-то не давало покоя. Чуйка вопила об опасности до сих пор. — Пятница, проверь все этажи, систему безопасности и вообще все, что можешь, пожалуйста. — Как скажете, мистер Паркер. Сообщаю мистеру Старку о проверке и запускаю все системы, — отозвался ИскИн и Питер порадовался, что у него есть возможность отдавать такие распоряжения. Баки повернулся к нему с немым вопросом в глазах, пока Наташа что-то обдумывала, нахмурившись. — Что-то не так. Очень сильно не так, — он передёрнул плечами и сложил руки на груди. — Чуйка не затыкается просто, вопит без остановки. Кажется, мисс Романофф, к нам сегодня не только вы зашли в гости. Или… — Или кто-то захотел, чтобы ты чувствовал тревогу, карапуз, — появился из-за угла Тони, не сводя взгляда с Наташи. — Пока не спрашиваю, как ты обошла Пятницу… — Зря, — хмыкнула она с улыбкой. — Но Паучок? — Старк выгнул бровь, а Питер недоуменно пялился на него, не понимая. Его чуйку обманули? — Я пообщалась тут на днях с таинственным Мистерио, стащила несколько интересных штучек. Все ваши системы сбоят. Великий Тони Старк мог бы крупно облажаться, — Наташа картинно взмахнула руками. — Слушайте, у меня нет времени тут с вами няньчиться и объяснять все тонкости. Мне надо поговорить с Барнсом. Наедине. — Нет, — Питер молниеносно переместился к Баки, сложил руки на груди и нахмурился. Он понимал, что тот и сам может себя защитить, но ничего не мог с собой поделать. — Простите, мисс Романофф, наедине не получится. Если Баки удивился такому раскладу, то никак этого не выдал. Он продолжал молча наблюдать, но его глаза блестели весельем, будто он смеялся над Питером, что невольно задевало. Наташа отступила на шаг и сузила глаза, с подозрением разглядывая их обоих, а Тони, кажется, предпочел больше не вмешиваться, вместо этого также молча, как и Барнс, наблюдая за развернувшейся сценой. — Кажется, я что-то пропустила, — задумчиво протянула Вдова и ее взгляд стал оценивающим. — Никогда бы не подумала, что Баки будут защищать от меня. Ладно, отбой, парень, я пришла с миром. Угостите даму чаем? Жу-утко устала с дороги. — Ты же в курсе, что я не люблю наглецов? — Тони прищурился и засунул руки в карманы. — Боишься конкуренции? — Скажешь тоже, я в этом лучший — фыркнул Старк и повернулся к Питеру. — Пит, детка, проводишь нашу гостью на кухню? Я разберусь с системами Пятницы, а потом Наташа нам расскажет, что за такие интересные штуки успела стащить и кто такой, черт возьми, этот Мистерио. — Да, конечно. Пойдёмте, — Питер постарался улыбнуться и пошел в сторону кухни, отмечая, что Баки двинулся следом за ним, а потом уже и Черная Вдова. Он не знал, как к ней относиться, но она вроде на их стороне, поэтому стоило ей доверять. Или все же нет? Ее внезапное появление вызывало неоднозначные ощущения и Питер решил пока присмотреться. — Черный, зелёный, фруктовый? Что-нибудь к чаю? Паркер чувствовал себя здесь как дома, поэтому сходу сыпать предложениями, пока включал чайник и доставал чашки. — Фруктовый. От чего-нибудь сладкого тоже не откажусь, — Наташа заняла место за барной стойкой, а Баки с другого конца, оставляя посередине место для Питера. — Мне черный пожалуйста, — Барнс решил тоже присоединиться и Питер достал ещё чашку и для Тони, принципиально не собираясь готовить для него кофе, который он непременно попросит. Вскоре лёгкий пар уже поднимался над чашками, на столе расположилась вазочка с конфетами и печеньем и только один Питер с удовольствием поглощал их. Наташа просто смотрела на него, напрягая, а Баки, казалось, совсем ничего не волновало. Он с каменным лицом пил обжигающе горячий чай и думал о чем-то своем. — Я правда не собиралась вам вредить. Баки… Когда-то он был мне другом и я хотела проверить, насколько комфортно ему здесь. Все знают о злопамятности Тони и его взрывном характере. — Вы думали, Тони может что-то сделать Баки? — с недоверием спросил Питер, поворачиваясь к Наташе. Он и сам не понаслышке знал о том, какой Тони, но все равно не верил, что Баки мог пострадать. — Кто знает, — она пожала плечами, спокойно сделала глоток чая и все же потянулась за печеньем. — Ты вырос, Питер. — Пришлось, мисс Романофф, — он невольно повторил ее жест и улыбнулся, когда понял это. — Я не настолько беспомощный, Нат, — все ещё не глядя на нее произнес Баки с насмешкой, отодвигая пустую чашку. Вдова фыркнула, поддакивая, и в этот момент вошёл Тони, мученически вздохнул, когда увидел свою чашку, но спорить не стал. Почему он безропотно принимал то, что кто-то решает за него, Питер не знал, но каждый раз довольно улыбался и подсовывал Старку его любимое печенье. — Кто тут беспомощный, так это моя детка, которую нагло взломали и оставили с дырами в системах. Я жду подробных объяснений, — Тони взял предложенное печенье и ткнул им в сторону Наташи. — Они тебе не понравятся. И Вдова рассказала о масштабном плане Мистерио по завоеванию всеобщего обожания путем победы над «опасными элементалями», о давней ненависти к Тони и иллюзиях, которые лежат в основе этих страшилищ. В изначальный план входило использования Паучка и Питер задумался, не замечал ли чего похожего на описанное Наташей в последнее время на улицах. — Н-да, — цокнул языком Тони и потянулся за последним печеньем. — Наверное, стоит выразить тебе благодарность? Учитывая твое проникновение и нашу запоздалую реакцию, возможно — только возможно — я бы и правда облажался. — Неужели ты научился признавать чью-то правоту в ущерб своей? Ты точно Тони Старк? — Единственный и неповторимый, крошка. — Да, теперь я вижу. Твое эго все ещё помещается в дверь? — Всегда можно расширить проход, не беспокойся. Так, препираясь, они проболтали до самого утра и Наташа отправилась в свою комнату отсыпаться после долгой дороги. Питер проводил взглядом Тони, который спешил перепроверить Пятницу снова, и остался с Баки на кухне. Оба молчали, как это часто бывало, когда они оставались одни, и Питер думал, что наладить контакт с Баки будет все-таки сложно. Он ни в какую не поддавался, оставаясь также далеко, как и в первый их разговор. Слишком далеко. — Хочешь блинов? — Пит поднялся и принялся подготавливать ингредиенты для завтрака, чтобы чем-нибудь заняться, но не имея сил оставить здесь Баки и уйти. Даже так он был счастлив находиться рядом. Внезапно Барнс подошёл и начал помогать Питеру с приготовлением. Поначалу чувствовалась какая-то странная неловкость, но потом уже кухню наполнял громкий смех Паркера, когда Баки произносил очередную шутку со своим фирменным каменным выражением лица. Барнс все же часто улыбался, глядя на Питера, и в такие моменты паучок зависал на этой улыбке, не в силах отвести взгляд. В голову лезли мысли о том, какие на вкус эти губы и какой же черт возьми красивый их обладатель. Он их старательно прогонял и неизвестным для себя образом каждый раз оказывался слишком близко к чужому лицу, после чего стремительно увеличивал дистанцию, отскакивая и краснея ушами. В конце концов Питер оказался весь измазан мукой стараниями Баки, в то время как большая стопка блинов наполняла помещение аппетитным ароматом. Питер потянулся за тарелками и почувствовал, как сзади прижалось сильное горячее тело. Он постарался глубоко дышать, но это совсем не помогало, потому что запах Баки — лимонная цедра и бергамот — заполнял собой весь воздух вокруг него и сводил с ума. Питер замер и боялся пошевелиться, пока Барнс не достал проклятые тарелки и не отошёл. Лёгкое прикосновение к бедру могло быть игрой воображения, но Питер будто бы до сих пор ощущал прохладный метал через тонкую ткань шорт. — Все в порядке? — голос Баки был полон беспокойства. В порядке ли Питер? Нет, определенно нет. У него сердце чуть не выпрыгивало из груди и он понимал, что Барнс слышал его ускоренное сердцебиение. Питер медленно повернулся, отмечая хмурый взгляд, и постарался сделать вид, будто ничего не произошло. — Да, конечно. Но как бы ему ни хотелось обратного, голос дрожал, выдавая все эмоции, а красные щеки слишком явно показывали его реакцию. И несмотря на удовлетворённый кивок вновь отстраненного Баки, Питер понимал, что это была проверка и он ее с треском провалил. Но нельзя сказать, что от этого он не остался в выигрыше.