Король сотни птиц

Утро следующего дня выдалось пасмурным. Облака перекрыли небо и воздух наполнился влагой. -Душно сегодня,-на подоконник покоев Юи опустилась пара черных сапог.   Заклинательница тем временем, по обыкновению занялась утренней медитацией. Волосы ее не были скреплены заколкой, а меч расположился на столике у кровати. Хозяйка не обратила внимания на вторжение, лишь приоткрыла один глаз и ответила: -Дождь будет.   Что удивительно, МэйФэн никогда не ошибалась с прогнозом погоды. Спустя время горения одной палочки благовоний, за окном застучали первые дождевые капли.    Дэйю терпеливо дождалась окончания практики, сидя на окне. Заклинательница лениво вынула Дуйи из ножен и принялась ловить равновесие, удерживая его на кончике пальца: -Все забываю спросить, далеко сейчас находится твой брат? -Завтра будет в городе. -Тогда сегодня ты свободна?-Меч вернулся в ножны одним ловким движением, Вэй Ли спрыгнула со своего места и хитро улыбнулась, склонив голову к плечу. -Да.-Лань Юи начала что-то подозревать, она проводила глазами движение и остановилась в ожидании. -Тогда позволь пригласить тебя на свидание,-лицо собеседницы расплылось в ещё более пугающей улыбке,-в качестве тени. -О чем ты? -Узнаешь.   По привычному маршруту они спустились вниз по деревянной лестнице и заняли полюбившийся стол. В каждом поселении, где они останавливались, такой имелся. И каждый из них обрастал огромным количеством слухов и домыслов.  Кое-где слухи доходили до самого настоящего абсурда. Предположения были на столько разнообразны, что в пору было завидовать самим себе и своим похождениям. Вы только послушайте! Любование белым небосводом ещё куда ни шло, но собирательство цветов в компании друг друга-это уже слишком!   Кстати о цветах. Каждое утро из окон покоев можно наблюдать одинокую процессию торговца ирисами и хризантемами. Белая полянка цветов на колесиках неторопливо пересекала улицу дважды в день. Хозяин полянки был поистине комичным персонажем. Бог не дал мужчине голоса, но это вовсе не мешало ему затягивать, каждый божий день, свой реквием. Вот и сейчас это белое бедствие медленно пробиралось между людскими телами, толпящимися на улицах в это время. Колеса повозки то и дело наезжали на чьи-нибудь нерасторопные ноги или чрезмерно длинные полы накидок, тем самым вызывая в адрес хозяина весьма нелестные выражения. Он лишь пару раз пробросил слова извинений и вновь затянул надломленным голосом : "Далеко-далеко...у реки..О-о-о.."   Мужчина замолчал и неловко обернулся на свист, вероятно, обращённый к нему. Вэй Ли легко склонила голову в знак приветствия, отчего мужчина сконфузился ещё больше: -Что за грустную песню ты напеваешь?   Он склонил голову ещё ниже, нервно перебирая в руке стебель белоснежного цветка. Дэйю сжалилась: -Я возьму у тебя несколько цветков.    На этот раз торговец откликнулся: -Но, госпожа, это цветы для мертвых. -Как раз мне подходят.-Несколько круглых монеток с отверстиями посередине уже застучали ребристыми боками о деревянную плошку на телеге. -Соболезную вам, госпожа.   Он медленно направился прочь.   МэйФэн, до этого с интересом наблюдавшая со стороны, нахмурилась. Зачем нужны погребальные цветы, если никто не умер?   Кто знал, что смерти Вэй Ли чувствует так же безошибочно, как Юи угадывает погоду на день.   Остаток дня прошел для МэйФэн в томительном ожидании и нескончаемых вопросов, то и дело танцующих в голове причудливые дьявольские танцы. Но при помощи недюжинной силы воли, она не задала ни одного вопроса, пусть и очень хотелось. Когда придет время, Дэйю придется рассказать об этом всем самой, без чьих-либо нагоняев.   Но время никак не приходило. Солнце скатилось к горизонту, а темная заклинательница так и не проронила ни слова. Вернее, ни слова об интересовавшей теме. Все прочие ответвления разговоров были более чем насыщенными.   Когда, все до одного, фонари города наполнились языками пламени, она наконец слезла с насиженного места, потягиваясь с громким хрустом позвонков. Как все эти скрипящие кости ещё не высыпались и не превратились в труху, никому до сих пор не известно. -Как думаешь, я достаточно хороша для той юной особы?   Вопрос выбил МэйФэн из колеи, что даже чашка в руках опасно покосилась в  сторону, грозя обмочить длинные белые рукава, заклинательница недовольно пробурчала: - Что ещё за вопросы такие?   Тем временем Дэйю увлеченно рассматривала себя в потёртое медное зеркало: -Да просто так.   Длинные черные одежды нежными струящимся волнами спускались с плеч до самых лодыжек. Заклинательница приосанилась, ухватив рукой рукоятку массивного меча: -Дядюшка говорил, с таким характером мне стоило родиться мужчиной. Не портила бы отцу малину.-Она отвернулась от зеркала и села напротив Юи, подперев ладонью подбородок.-Что думаешь?   Странность и несвязность вопросов в их разговорах колебалась от "ещё можно разобрать откуда ноги у этого вопроса растут" и "Старейшина Илин знает" И в этот раз не лучше: -Как тебе самой нравится, так и будет.   Юи мельком бросила взгляд на свое отражение и тут же отвернулась. Из зеркала смотрела молодая девушка, облаченная во всё белое, с безукоризненно ровной спиной и миллионом правил за плечами. Эта аура преследует каждого ученика ордена до самой смерти. Основатель ордена был монахом, оно и ясно. Имел безграничное терпение и выдержку, а вот потомкам эта черта передалась чуточку в меньшей степени. Терпение Юи было на исходе и Вэй Ли об этом знала, поэтому решила не дергать тигра за усы, не имея в руках меча: -Отправляемся.   И все? МэйФэн закатила глаза и едва переборола желание стукнуть чем-нибудь увесистым по чертовой интригантке. -Не смотри так на меня, иначе я скончаюсь раньше, чем запланировала.   Этого ещё не хватало. Чего ждать от этого злосчастного "свидания в качестве тени"?   Выхватив из тонкой вазы пару стебельков с белоснежными бутонами, Вэй Ли улыбнулась Юи и вышла вон. Последняя поджала губы и тоже двинулась из покоев.   За пределами города нашлась полянка. Стоило сделать шаг, как в траве заблестели красные фонарики, а на противоположной стороне поляны обрисовался тонкий силуэт.   МэйФэн тут же растворилась в густой листве. Силуэт приблизился и лицо наконец озарилось светом: -Шицзе, ты пришла!   Галантно поклонившись, Вэй Ли с улыбкой ответила: -Пришла.   Несколько жёлтых фонариков проявились среди высокой травы. Пара циновок расстелились на мягкой земле. -Вижу, Баохэй очень старалась устроить здесь всё.   Девушка засмущалась, но придвинула циновку ближе: -Шицзе ведь сказала, что придет. Я так рада, что смогу полюбоваться луной вместе с шицзе. А я как раз живу недалеко, вот и решила..   МэйФэн мысленно прокляла тот час, когда согласилась на это. Вот что значит, пойти на свидание в качестве тени. Но такое бесстыдство было за гранью ее восприятия. Вэй Ли мельком бросила взгляд в сторону Юи и задорно подмигнула.   Тем временем разговор уже запетлял, как пьяница по ночным переулкам. Пустая болтовня, что удивительно, утомила даже любительницу почесать языком. Пусть собеседница и была очаровательной особой, но все же не более. К тому же Вэй Ли пришла не просто так, а за определенными данными: -Я все собираюсь спросить, что же ты узнала о тех убийствах?   Лицо Баохэй тут же утратило краски. Глаза потускнели и утратили блеск: -Я совсем не хочу вспоминать об этом. Мне так страшно.   Повисла тишина, разбиваемая звуками леса. Дэйю медленно опустила руку на талию Баохэй, устраивая подбородок на нее макушке. Девушка смущённо улыбнулась и закусила губу, побаиваясь даже дышать в объятиях.   С губ скользнула одна единственная фраза: -Ты ведь вовсе не боишься.   Тело в руках закаменело, будто в раз перестало быть живым. Баохэй широко раскрытыми глазами уставилась на улыбающееся лицо в паре сантиметров от своего, повеяло запахом речной воды и соли. Холодное лезвие в мгновение оказалось у нежной шеи, а рука на талии стала ощущаться, как стальные тиски. -Я права.   Взгляд девчушки застелила безумная пелена. Трясущиеся руки вмиг перестали дрожать: -А мне так нравилось обнимать тебя.   МэйФэн наблюдала за картиной широко распахнутыми глазами, ожидая продолжения. Весьма неоднозначная картина предстала взору. Кто на самом деле жертва, а кто охотник?   Ледяные пальцы скользнули с талии на затылок, аккуратной полосой разрезая ткань. Девушка крупно вздрогнула и рванулась из объятий, будто ошпаренная кипятком. Под одеждой по спине от самого затылка протягивается уродливый, истерзанный разрез.   И тут Лань Юи наконец поняла. Эта девушка и есть монстр, что убивает людей столь бесчеловечно. Охотник нарвался на охотника. Баохэй непроста. Или лучше сразу называть ее Хуапигуй?   Полагается, что этот вид монстров был истреблён благородным заклинателем ещё сто лет назад. Методы Хуапигуй одни из самых жестоких. Как правило, они заманивали людей своей внешней красотой, а после паразитировали в телах своих новых знакомых.   Как паразитировали? Забирались под их кожу, пожирая внутренности и плоть. Распознать их довольно непросто, ведь пока не увидишь длинный шрам вдоль позвоночника, служащий Хуапигуй своеобразной дверью, их невозможно отличить от простых людей.   Но что-то не клеилось.Повреждения на телах жертв вовсе не были похожи на характерные для Хуапигуй.   Тем временем к Баохэй вернулся дар речи, нежная с виду девушка принялась крыть свою шицзе последними словами, таких пожалуй не знают даже портовые нищие.   МэйФэн не выдержала напора ругательств и наконец обнаружив тем самым себя, применила заклинание молчания. -А вот и ты. Понравилось представление?-Вэй вогнала меч в ножны и сложила руки на груди.   Юи была серьёзна как никогда. Разве можно так долго укрывать факты? -Даже слишком.   Баохэй бесчинствовала в своем молчании, беспорядочные удары о воздух, будто о злейшего врага так и сыпались во все стороны, но не могли достичь цели из-за барьера, установленного МэйФэн сразу же. Коса совсем растрепалась, а одежда грязными лохмотьями свисла с плеч. Взгляд был даже красноречивее слов. Смесь ненависти и тихого разочарования.   Баохэй обессилела через несколько минут. Лишённая возможности сказать хоть что-то в свое оправдание, она лишь громко завывала, разрывая пухлые губы в кровь.   Разобраться с ней одной не составило труда. Сопротивление было подавлено сразу же, хватило одной чистой ноты флейты и пары четких выпадов.   Капли черной крови оросили клинки. Юи стёрла с серебряного лезвия следы крови и вернула Хенга в ножны.   Дэйю поклонилась Баохэй и тихо проговорила: -Мне так жаль.   Скрюченное тело едва живой Хуапигуй у ног заклинательниц вздрогнуло. По прошествию получаса заклятие развеялось и из изодраного горла полились едва уловимые звуки: -Госпожа Лань, шицзе..   Дрожащая рука потянулась к подолам. МэйФэн сжалилась: -Мы слушаем.   Рука все ещё описывала неровные круги в воздухе, грозясь вскоре опуститься навеки, но ей появилась опора. Вэй Ли присела на корточки, внимательно вглядываясь в мутные глаза. -Будь осторожнее,-Юи нахмурилась, глядя как узловатые пальцы разгибаются.   На ладонь упала тонкая шпилька, инкрустированная темным камнем. -Забери это..   Тяжёлые капли соленых слез наполнили помутневшие глаза, они уже начали покрываться трупной пеленой. -Забери..теперь ты понесешь эту непосильную ношу..   Баохэй бросила взгляд на Юи и произнесла что-то обескровленными губами так тихо, что нельзя было услышать сразу.МэйФэн подошла ближе, чтобы лучше расслышать: -О чем это ты?    Но ответа не последовало.   Потоки демонической энергии серым туманом окутали пространство вокруг, заставляя сознание провалиться в небытие.  МэйФэн успела ухватить ленту ускользающего заклятия и их затянуло в пучины чужих воспоминаний.   Сопереживание-тёмная техника, разработанная когда-то Старейшиной Илина. Этот несложный трюк позволял просмотреть чужие воспоминания как на пленке. Использовать его не всегда безопасно, впрочем как и все остальные темные практики.    Вот прямо сейчас обеих заклинательниц увлекла за собой очередная загадочная жизнь.     Сопереживание с Хуапигуй.   Кто станет жалеть злодея? Нет на свете таких добродетей.   Воспоминания периода, что захотела показать им Баохэй, вероятно, впились в ее память достаточно глубоко, чтобы помнить какого цвета ухо собаки, сопровождающей девушку в тот  злополучный день.   Солнце стояло высоко-высоко в небе. Время полуденных прогулок гейш по улицам города. Их лица и одежда были самой лучшей рекламой для чайной, в которой они проводили свое время, развлекая клиентов. Баохэй на тот момент была уже старше самых запоздалых учениц в домах гейш, так что кроме как любоваться издалека прекрасными нимфами, ей больше ничего не оставалось.   Ее мать в свое время была самой востребованной гейшей города, да только дочери не повезло пойти по ее стопам. Девочка родилась красивой, однако, было одно маленькое "но"   В возрасте четырнадцати лет она повредила ногу. Мать в расстройстве забрала дочку и начала было обучать сама, но травма полностью перечеркнула любые, даже самые призрачные надежды. Она больше не может танцевать. Высокие туфли больше не держатся на слабых ножках.   Отчаянию матери не было предела, но как все знают, любое горе можно перекрыть. Она взяла в ученики маленькую красивую девочку. Дала новое имя-Саюри, одела и умыла. Саюри едва ли уступала своей красотой Баохэй.  К тому времени крошка Бао начала свое превращение во взрослую девушку, вот только и этот период был вычеркнут из ее жизни уверенной материнской рукой.   Потеря мечты и счастливой юности не печалила светлое сердце Баохэй, ведь у нее есть такая чудесная сестрёнка. Сущий ангел с белоснежным лицом и алыми губками. Они росли вместе, делили горе и радости на двоих, пока Саюри не дебютировала под материнским началом.   Жизнь в сфере этого бизнеса знатно потрепала милую Саюри, полностью исказив ее взгляд на мир. Для Баохэй этот мир и сестра стали совершенно недосягаемы.   После смерти матери их пути разошлись. Саюри осталась в чайном доме, а Баохэй занялась хозяйством.   И вот сейчас, спустя столько лет затяжного молчания, Баохэй продолжает день за днём украдкой приглядывать за сестрой издалека. Чаще во время полуденных прогулок.   "Сегодня у шицзе день рождения, мне стоит найти для нее хороший подарок"   Город сильно изменился за годы. Цветущие улицы сейчас было бы не узнать. Товаров на полках торговцев несчётное множество, но нужно выбрать один и вложить в него все свои чувства, что копились столько лет.   Баохэй очень любила Саюри. Понимаете? Больше, чем привязанность сестры. По-настоящему любила.   Но никогда не говорила об этом. Сегодня все изменится. Двадцать третий день рождения сестры станет особенным для них.   День и вправду стал особенным. Ныне день памяти Баохэй. -Мне стыдно, что ты моя сестра!   Хлесткая пощёчина-ответ на тихие нежные чувства.   В тот день Баохэй сумела выхватить минутку времени из плотного графика сестры. Они устроились на отдаленной скамье на одной из тихих улиц. -Столько лет прошло с момента, когда мы говорили вот так.   Высокая утонченная девушка, искусная гейша в шелках и драгоценностях присела на лавочку: -Действительно много.    Женщина смотрела на сестру с искренним теплом в глазах: -Ты стала ещё красивее. -А ты вовсе не изменилась. Зачем пришла?-Резковатый тон голоса, кажется, выбивающийся из общего образа. -У тебя ведь день рождения сегодня.   Саюри приподняла брови, глядя на сестру, и пренебрежительно спросила: -Нужно денег? Возьми сколько хочешь.    Круглые монетки выпали из нежной ладони в песок. Жестокие слова резанули по сердцу. -Вовсе нет. Зачем ты так?    Тем временем голос поднялся ещё на два тона, почти срываясь на злобное шипение, нельзя сказать точно, что именно спровоцировало истерику: -А зачем вы так? Ты и твоя мать! У Бао глаза расширились в два раза от удивления: -О чем ты говоришь?! Я ведь люблю тебя и никогда не делала тебе зла?-Баохэй совсем растерялась, ведь она действительно не помнит, чтобы они с матерью как-то обижали сестру. Саюри приобрела вид обезумевший, глаза заблестели слезами: -Любишь? Как сильно? Бао нежно обняла свою маленькую Саюри, совсем как когда они были детьми. Признание, которое запланировала девушка вовсе не было таким, но отступать уже слишком поздно: -Сильнее...чем просто сестру.   После этих слов в пространстве образовалась вата, через которую едва проходят звуки окружающего мира, робкий голос протиснулся: -Я хотела подарить тебе эту шпильку. На ладони Баохэй покоилась красивая резная шпилька из белого дерева, та самая, что теперь сжимает в руке Дэйю, вот только за годы она почернела от темной энергии и пролитой крови. В ответ на протянутый подарок взметнулся истеричный крик: -Подавись этой шпилькой! Вы разрушили все! Разрушили меня! Все эти годы я не понимала, для чего именно меня готовили! Ради того, чтобы заработать! Заработать на продаже моего тела и моей работе! Вот здорово, я уже столько лет обречена смотреть на старых похотливых козлов и улыбаться им, подливать алкоголь и подкуривать табак. Вот и вся ваша любовь!   Стоит ли описывать какой шок испытала сестра, после такой тирады? Саюри разметалась, вскочив с места, красивая прическа покосилась от воплей. -Это вовсе не так! Я искренне сожалею, что ты глубоко несчастна. Давай уйдем? Будем жить вместе, как раньше! -Баохэй протянула руки, вновь заключив сестру в крепкие нежные объятия и зашептала самые теплые слова, какие были в ее сердце.   Саюри выслушала молча, недобрый огонь сверкнул в полубезумном взгляде: -Давай, давай уйдем..Забери меня завтра вечером, я буду ждать тебя здесь..ты только приходи обязательно..-она стиснула в руках плечи сестры, впиваясь мокрыми глазами в растерянное лицо. -Я приду! Я обязательно приду!   Баохэй до самого следующего вечера не спала. Много думала и раскаивалась в грехах, которые не совершала. Ее домик был небольшим, не таким, в каких привыкла жить Саюри, но Баохэй постаралась освободить как можно больше места для сестры и ее удобства, даже успела сбегать на рынок за новыми одеялами и подушками, ведь старые были совсем непригодны для сна. Баохэй провела пол ночи за приготовлением любимых блюд сестры, чтобы забрать ее в уют дома. Столько мыслей и детских воспоминаний прокрутилось в голове в ту ночь. Вот было бы здорово, если бы все было как раньше.   Вот и вечер, в ночную жуть впорхнули первые звёзды. Людей на улице стало меньше, почти все разбрелись по чайным домам, а кто-то и вовсе отправился отсыпаться после тяжёлого дня. Баохэй же ожидала сестру в тени сливового дерева. Сегодня они уйдут домой вместе.   Из-за поворота показалась утонченная фигура Саюри. У нее не было с собой узелков или других вещей. Баохэй вскочила с места и поспешила к сестре: -Я пришла, ну же, пойдем скорее!-тепло, разливающееся в груди, казалось, можно пощупать руками,-пойдем домой.    На мгновение Саюри застыла, будто вернулась во времени назад, когда сестра так же забирала ее с занятий домой, чтобы накормить любимыми пряниками с красными бобами, почудилось даже, что от сестры пахнет теплой свежей выпечкой. Но Саюри в ту же секунду смахнула с себя наваждение: -Моя очередь ломать. Баохэй растерянно переспросила: -Ты не хочешь пойти со мной? Я обо всем позабочусь, тебе будет удобно жить в моем доме,-смущенно,-пусть он и не такой большой. Ты не взяла с собой вещи? Ну ничего, мы сходим купить тебе новые, у меня появилась ещё одна работа, не переживай, ты не будешь ни в чем нуждаться.   Саюри полностью проигнорировала слова сестры, лишь растянула алую улыбку, не предвещающую ничего хорошего: -Вот только я ломаю кости. -Что? Саюри состроила мученическую мину и неожиданно порвала один из воротов своего кимоно! Длинные острые заколки были вырваны из сложной прически, от чего волосы рассыпались и запутались. Девушка что есть духу завопила: -Ах, люди добрые, вы только поглядите на эту бесстыжую девку!   Кровь в жилах Баохэй застыла, а сердце и вовсе опустилось куда-то в желудок, она только и смогла выдавить задушенное: -Вовсе нет!   Со всей улицы, из каждого темного переулка и поворота набежала толпа людей. Они наверняка были предупреждены заранее, ведь каждый держал за пазухой с дюжину крупных острых камней. Тяжёлый груз никак не помешал им погнаться вслед испуганной девушки, выкрикивая проклятия и оскорбления.   Убегая, вовсе не камни били ее по голове и ногам, а слова сестры, тяжёлая обида и слезы застилали глаза так, что рук своих увидеть нельзя. Почему же ранят так больно не камни, а нежная улыбка и отвращение в глазах любимой. Шпилька упала на пыльную дорогу и была тут же растоптана дюжиной ног, размозжена камнем на сотню частей.   Толпа нагнала Баохэй на дороге да пределами города. Она не добежала до дома всего ничего, не хватило совсем немного прыти и сил, чтобы спастись от натравленой толпы. Изувеченное тело бросили в канаву недалеко от дома и забыли.   Так началась и закончилась ее история.   На этом моменте воспоминания оборвались, последние всполохи сознания покинули душу.   Обе заклинательницы вернулись целы и невредимы, ну почти.   МэйФэн стряхнула дорожную пыль и убрала Хенга в ножны, украдкой наблюдая, как Вэй Ли вынула пару белых ирисов из рукава. Один она уложила в холодные ладони Хуапигуй, погладив веки нежно, будто желая добрых снов, темная энергия просочилась из кончиков пальцев. Тело было предано огню.    МэйФэн подошла ближе: -Так вот зачем тебе нужны цветы.   Вэй Ли вставила второй цветок в волосы, из-за чего поймала вопросительный взгляд Юи: -Нельзя сказать точно, кто именно умер на этой охоте.   Они неспеша вернулись на постоялый двор, по пути Вэй Ли прихватила с собой несколько кувшинов крепкого пряного вина. Горький осадок после ночной охоты никак не желал соскочить с кончика языка, отравляя прекрасную лунную ночь. Муки о прошлом-плохие товарищи, а когда они о чужом прошлом- ещё хуже. Юи стала ещё молчаливее. Она думала о темной технике, о ритуале, участницей которого стала. Быть может эта кривая дорожка не так уж и плоха. Вспомним Второго Нефрита и Старейшину. Знаменитая сказочка, которую ныне знает каждый ребенок. Легенды о их благородных поступках все ещё ходят по миру, не смотря на все особенности историй.   Ход мыслей и заодно тишину прервали слова: -Я слышала люди из ГуСу не умеют пить,-Ли устроилась подле окна, а не как обычно на подоконнике-чуточку страшно потерять контроль и свалиться вниз,- Выпей со мной сегодня.   Видок желал оставлять лучшего: глаза покраснели от сдерживаемых слез, а губы превратились в кровавое месиво, когда Ли нервничает-отдирает кожу пальцами так, что потом остаются темные шрамы. Поэтому Юи со вздохом кивает: -Угу.   На стол в покоях госпожи Лань опустилось три кувшина вина и всего две пиалы. Юи, придерживая белоснежный рукав разлила вино по чашам, пододвинув одну Дэйю: -Держи, раз предложила мне выпить, то и сама не отставай.- Она сделала первый маленький глоток и отметила про себя, что вино действительно хорошее, хотя на следующем уже слегка поморщилась. Вэй Ли засмотрелась, ведь совершенно не ожидала, что МэйФэн действительно согласиться выпить. Раньше она всегда отказывалась и даже нос в сторону алкоголя не поворачивала, вероятно, побаиваясь захмелеть от паров, а сегодня сидит и пьёт, даже подгоняет её! Руки Юи мелко задрожали на ручке кувшина: -Никто не виноват в том, что судьба бывает так жестока,-она добавила в свою чашу и наполнила, опустошенную залпом, пиалу напротив. -Никто не виноват, но разве смерть не есть наказание? Очередное наказание и без того страдающих людей,-чаша Ли вновь опустела.   На это нечего было ответить. Дважды оборванная жизнь- не то, что можно так просто объяснить и понять. Тишина зазвенела в покоях звуками взмахов крыла бабочки. На исходе второго сосуда разговор возобновился: -Что за метод совершенствования вы используете в ГуСу, что у тебя, никогда до этого не пробовавшей алкоголь, едва едва зарумянились щеки?-Вэй Ли с любопытством рассматривала лицо Юи, покручивая в руках четвертый  сосуд, непонятно откуда взявшийся.   От этого замечания МэйФэн будто бы растеряла контроль над румянцем, что он тут же выступил на носу: -Мы учимся совершенствовать и тело и дух, поэтому должны уметь контролировать все процессы организма. Здесь нечему удивляться. -А все таки ты не так проста, как кажешься. Может как-нибудь позволишь мне поглядеть на тебя хмельную?-Ли рассмеялась глядя как хваленое самообладание чаша за вашей растворяется в алкоголе. Но сегодня ей не фартит: -Не дождешься.   Что на это скажешь? А, ничего, остаётся только махнуть рукой и вздохнуть. -Твои пути совершенствования кажутся весьма и весьма сомнительными. -Все куда проще, чем кажется. Хотя кто знает. Баланс-все что можно сказать об этом.   Баланс между тьмой и светом. Заклинания пути меча, начертанные темной ци должны иметь идеальный баланс, грань между пользой и вредом. Если управляя кровью можно заставить тело поднять неподъемный для него вес, то почему не использовать это? Вместо золотого ядра, сформировать каменный центр, способный удовлетворить тьму. Действенный способ борьбы с разными сущностями, вот только внимательно следи, в какой момент твоя человечность тебя покинет. -Кто научил тебя этой технике фехтования? Несколько элементов из разных источников весьма занятно склеены.-Розовый оттенок сошел со щек. До чего серьезные эти адепты ГуСу Лань. -У меня уже голова болит вспоминать прошлое. Не люблю этого.   Вэй Ли поднялась со своего места и вышла из покоев: -Доброй ночи.   Вспоминать прошлое. Больше никогда не стану вспоминать его. Дорога у человека одна-вперед. И я тоже больше не стану оглядываться.   Силуэт Вэй потемнел от света луны, едва она вышла во двор. Заколка в руке налилась холодным лунным серебром. Вероятно, от сильного удара дерево прогнулось и уродливый, испещеренный бороздами, камень застрял в узорах шпильки.    Недалеко от стены двора зашуршала каменная насыпь, несколько крохотных камешков разлетелись в стороны под сапогами сгорбленной серой фигуры. Силуэт рванулся вперёд, выбрасывая руку с мечом наперевес. Заклинательница обернулась, едва едва коснувшись лезвия рукой, капли крови длинными иглами вонзились в незнакомца: -Нехорошо, дружок, нехорошо. Ловкие движения не могли принадлежать простому человеку. Под черной повязкой блеснули пустые белесые глаза. -Что тебе нужно? Существо не ответило, только с молниеносным движением когтистой руки волосы темной заклинательницы рассыпались волной по плечам. Он подхватил шпильку и поспешил скрыться по крышам. Дэйю, раздираемая желанием убивать, рванула за ним по черепице. -Не тронь! В зелёных глазах разгорелся алый пожар, существо сковало на месте, а заодно и все окружающее пространство. Ворона на крыше здания встала как вкопаная, так и не закончив свой взмах.   Юи вздрогнула. Тяжёлая волна ярости накрыла покои. Былой хмель в крови испарился будто и не бывало. Заклинательница выпорхнула через окно, тут же оказавшись на крыше, гуцинь за ее спиной задребезжал струнами.   Говорят, одухотворённое оружие сильных заклинателей способно ощущать и подавлять темную энергию самостоятельно, как и мечи, запечатывающие себя после смерти хозяина. -Да как ты посмел..-голос зазвучал глухо, наполненный ядом, он почти отравлял воздух одним только звучанием.   В радиусе трёх улиц воздух затрещал от напряжения так, что крупицы раздробленного черепичного камня поднялись в воздух. Нечеловеческое существо в эпицентре тьмы стремилось вывернуться наизнанку под взглядом темной заклинательницы.   МэйФэн ловко перебросила гуцинь и коснулась струн, отправляя волну очищения перед собой, пытаясь прорваться сквозь стену. -Вэй Дэйю, что ты творишь!   Заклинательница вздрогнула и опустив голову, прикрыла ладонью красный глаз, боль пронзила висок. Существо рядом опало и расслабилось сразу после первого аккорда струн. МэйФэн приземлилась на крыше рядом с существом, голос звучал возмущённо и с подозрением: -Это ещё что такое?   Вэй не посмотрела на подругу, молча наклонилась над телом, выудила из синюшной руки свою заколку и ушла прочь. Из кармана грязной накидки выкатился подозрительный зловещий предмет, но она не обратила на это внимание.   Зато Юи заметила и подобрала, предмет обжигал руки темной энергией, способный при желании заставить кости трескаться от жара, так что пришлось завернуть его в два ледяных мешочка, чтобы унести с собой.   Оставалось самое сложное. Найти ходячую катастрофу и не умереть от ее гнева. Тяжёлый след энергии ненависти протянулся через улицы, пропадая где-то за поворотом.   Кто же говорил, что если не можешь оставить человека в покое, то постарайся хотя бы не наступать на его след. МэйФэн упрямо прошла несколько поворотов, когда след окончательно развеяло ветром, в поле зрения вновь показался постоялый дом, в котором они остановились, хотя она точно помнит, что шла на соседней улице. Заклинательница обернулась на хриплый, но уже вполне спокойный голос: -Так и думала, что ты пойдешь за мной, вот и оставила для тебя дорожку. Юи направилась к крыльцу, где сидит Дэйю: -Ты про этот скачок? -Ага Былого запаха воды почти не осталось, только от распущенных волос тянуло предрассветной сыростью. -Когда ты ушла, я заметила кое-что у тела мертвеца.-МэйФэн вынула из мешочка осколок камня и тут же перебросила в руки Вэй Ли. -Знаешь, это кажется мне чем-то знакомым.-Та поймала раскалённый предмет и не поморщилась. Он просто не был для нее горячим. Лань Юи кивнула и повернула обожженую ладонь вверх, на нее опустились ледяные пальцы Вэй Ли: -Это печать. Печать для демона. Поэтому она так обжигает твои руки, скорее всего так будет с каждым, кто придерживается пути меча. -Судя по неровному краю есть ещё части.-Рука потихоньку начала леденеть, так что пришлось убрать ее в рукав. Ночной воздух унес последние винные отголоски. -Нужно дождаться твоего брата. После мы сразу же отсюда уйдем,-Дэйю встала со ступени,-ко мне закрались смутные подозрения. Свет в покоях постояльцев давно погас, последние гуляки разбрелись по своим углам. Остывающая звёздная ночь накрыла город лунным светом. -Поднимайся к себе. Уже далеко не девять.