Мстить нельзя простить

Дамиано и Итан на публике, действительно, стараются не отсвечивать, но их неконтролируемо тянет, сталкивает центробежной силой. Силой тяготения, притяжения, трения, в общем, всеми существующими в мире, силами. Неподвластно, неумолимо, магически. Как они не стараются отходить друг от друга на разнообразных интервью, автопати, вечеринках, они неизбежно оказываются рядом, как только лампочка на камере прекращает мигать и вся официальная часть заканчивается. Находясь рядом, они неуловимо касаются друг друга до запястья, до коленок, до торсов, до всего того, что можно облапать — не палясь. Ошпариваются взглядами, оговариваются словами, дышат в унисон. Лео также, как и Вик с Томасом, замечает всё это. И видит он ещё больше. Больше, чем хотелось бы. Он постоянно застаёт их в самый неподходящий момент, натыкается на них в подсобках, в тёмных углах коридоров, в курилке, в гримёрке, после выступлений, репетиций. Утром, днём, вечером... ночью. Уходит незамеченным, иногда сделав несколько кадров. Он с горечью осознает, что ни Дамиано, ни Итан сами ничего вокруг не замечают, обуреваемые такой всепоглощающей друг друга страстью, что у Лео сводит всё тело, все мышцы, поджилки. Его разрывает ревность, точит, уничтожает. Он безумно завидует Итану. Лео злит, раздражает, что Дами постоянно с ним, тискает, обнимает, целует, воркует, обожающе смотрит на него, спит с ним. И трахает, трахает, трахает.

*******

Лео идёт немного шатаясь, по фойе отеля, уже поздний вечер, почти все разошлись из бара, где отмечали день рождения Марты. Он упустил из виду, куда подевались Дамиано с Итаном. Хотя, всем всё давно понятно, куда эти двое всегда деваются... Лео грустно. Полумрак, только тускло горят напольные светильники-полоски вдоль стен. Где-то в глубине, в конце коридора, за массивными декоративными колоннами, он слышит смешки, шорохи и тихий шёпот. Лео на цыпочках обходит колонну. Дамиано прижав Итана к белой рельефной поверхности, что-то жарко шепчет в ухо, слышно только мягкое шебуршание хриплого пьяного голоса: — Нежный, гиацинтовый мальчик... мой... Итан счастливо улыбается, прикрыв глаза, кокетливо жмётся: — Дамиа, щёкотно, перестань... ох... — Не могу... ты такой манящий, — полустонет, полушепчет Дами. Едва касаясь губами целует в висок, небрежно откинув волосы, лижет языком по кромке уха, чмокает родинки на щеке, в самый кончик носа, в закрытые от блаженства глаза, и ниже, ниже, вылизывает шею, расслабленный кадык, ключицы. Итан жмурится, позволяя Дамиано делать всё, что тот хочет, сам не двигается, положив руки сверху на его плечи. Дами, утробно рыча, расстёгивает рубашку, одновременно целуя каждый открывающий кусочек кожи, тянется к ремню, пытаясь его расстегнуть, трётся своим пахом о бедро Итана. Пряжка ремня неожиданно отщёлкивается, заполняя гулкость коридора металлическим звоном, и Дами, прыская глупым усмешком, утыкается в плечо Итана. Замирает, прислушиваясь. Через пару секунд успокоившись, протискивает ладонь за пояс брюк, за резинку трусов, оглаживая бархатистую упругую нежность, вызывая сладкий стон из уст Итана. Леонардо не в силах оторваться от зрелища, но и не выдерживая больше эту муку, громко прочищает горло, откашливаясь. Дамиано резко вздрагивает, оглядывается, как нашкодивший кот. Обступает Итана, закрывая собой, будто отгораживая его от непрошеных свидетелей, всматривается в темноту коридора. — Дам, так приспичило, что до номера не дотерпел? Чё, прям тут ему отсосёшь? — выступая на свет, скалится Лео. Дамиано издает шипящий грозный звук, раздражённо сверкает хмельными глазами, сжимая кулаки. — Дамиа пойдем, — тихо говорит Итан, — не нужно... Дами, встряхнув головой, тут же приходит в себя, бережно берёт Итана за запястье и уводит к лифтам. Не оборачиваясь. Лео провожает их тяжёлым взглядом.

*******

Все в гримёрке. Почти готовы к выступлению. Зайцы сидят на диване с гитарами, и лениво-мечтательно дергают струны, создавая атмосферу, Лео тихо разговаривает по телефону, размахивая руками, не сводя взгляда с Дамиано. А Дами смотрит, как Итан стоит около зеркала и расчёсывает свои тягучие волосы. — Итан! Итан! Ита-а-ан!!! — нараспев произносит он и, подходя вплотную к нему, проникает руками под прозрачную, лёгкую блузку, обхватывает его крепко за торс, трепетно поглаживает кубики пресса, водит пальцами вдоль линии брюк, поднимаясь выше гладит мышцы груди, упругие соски, чувствует мелкую дрожь. Лео смотрит на них не отрываясь, его бедное сердечко бьётся, ранится о рёбра, истекая кровью. Зайцы делают вид, что ничего не замечают. Итан кладет расчёску на столик, и привычным движением руки, перебрасывает волосы с одной стороны на другую, наклоняя шею. Дами тут же припадает к нежной коже и целует порывисто, быстро. Итан довольно щурится и подставляется ещё. Дами снова целует, уже более ощутимо, проходясь по шее от уха до ключицы, открывающейся под не завязанным воротником-шарфом. Итан чуть усмехается, смотрит сквозь зеркало на Дамиано, тянется к завязкам, но Дами, протестующе машет головой, достаёт руки из под блузки, забирает себе длинные концы. — Дай, я это сделаю. Окружает руками Итана, кладёт подбородок на плечо, стараясь бережно и аккуратно завязать вокруг хрупкой шеи концы шарфа, долго возится, путаясь в мягкой невесомой ткани и в собственных длинных пальцах, от усердия открыв рот, облизывая губы. Итан, от такой Даминой увлечённости и близости момента, замирает, задерживая дыхание и покорно смотрит через зеркало. Дами безуспешно пытается справиться с ускользающим из его рук шарфом. Через пару минут это всё ему надоедает. - Итти! Да ну его, вообще не завязывай, так даже лучше. Тем более, у меня для тебя есть кое-что! — Дами загадочно подмигивает. — Хотел после концерта подарить, но раз уж облажался с этими блядскими завязками, хочу загладить вину. Дамиано достает из кармана плоскую замшевую коробочку, открывает её, извлекая оттуда тонкую изящную цепочку, с подвеской в виде серебристой луны с точным выгравированным рельефом, с очертанием всех кратеров и морей. Дамиано горделиво показывает украшение, разложив его на ладони. Глаза Итана вспыхивают ошеломлённым восхищением, он дотрагивается пальцами до поверхности кругляша, выдыхая от упоительного восторга. — Это такое необычайное великолепие, Дамиа. Мне очень-очень нравится! — он поворачивает голову и благодарно целует дарителя в губы. Выпрямляется, захватывает волосы в кулак, перематывает их через запястье и поднимает вверх, оголяя свою красивую длинную шею. Дамиано не упускает возможности положить ладонь впереди на кадык, а сзади прижаться влажными тёплыми губами к сердцу, пронзённому стрелой. Он несильно сдавливает горло, от чего Итан прикрывает глаза, и едва слышно стонет. У Дами, от этого звука, внутри буйно расцветает всепоглощающая нежность, он прижимается к Итану и шепчет в висок: — Мой любимый лунный мальчик... — слегка прикусывает ухо, и смотрит на отражение в зеркале. Дами безумно нравится, что его мальчик счастливо улыбается, прикрыв глаза. Он отстраняется, ловко застегиваёт цепочку на шее, любуется, как луна идеально прилегает к смуглой коже чуть ниже ямочки между ключицами. Кладет ладонь на запястье Итана, и разжимает его пальцы. Волосы занавесом неслышно стекают вниз закрывая шею, плечи, спину. Говорит негромко: — Смотри, Итти, как красиво! Итан открывает глаза, смотрит на своё отражение, потом на сияющего Дамиано. — Очень красиво, Дамиа, спасибо! — смущаясь от захватившего его чувства, проникновенно шепчет. Дамиано, разворачивает его к себе и чмокает в уголок губ. Итан тянется к нему, и чувствуя его желание Дами целует уже настойчивей, проникая языком в послушные, чувственные губы. Итан с готовностью откликается на каждое движение Даминого языка. Кладет свои руки на его плечи, запуская пальцы длинные мягкие волнистые волосы, ласково теребя по затылку, а второй рукой держится за шею, большим пальцем оглаживая, выпирающие косточки верхнего позвонка. Распаляясь, Дами подхватывает Итана за бёдра, и рывком усаживает на столик перед зеркалом, пылко, настойчиво целует, руками всё сильнее вжимая в себя, гладит спину, плечи под волосами... — Через три минуты на выход. Прекращайте уже ваши игры. Смотреть тошно, — сипло, стараясь не выдать себя, произносит Лео. Дамиано недовольно дёргается, чуть помедлив, всё же отходит от Итана. Тот спрыгивает со столика, крепко обнимает Дами, целует в гладко выбритую щёку, дотрагивается до подвески, жарко шепчет: — Ты самый лучший! Мой Дамиа! Спасибо! Вчетвером они становятся в круг, обнимаясь, прижимаются лбами друг к другу, выдыхают какую-то, только одним им известную мантру, и расцепившись, выходят на сцену.

*******

Лео сидит напротив Дами с Итаном. Очередной приём, очередной ресторан, общий стол. Негромко играет инструментальная музыка, подчёркивая непринужденную атмосферу вечера. У Дамиано прекрасное настроение, он болтает напропалую со всем подряд, крутит головой из стороны в сторону, как воробушек. Манко улыбается Лео, строя шутливо глазки. Лео залипает на его смех, живую мимику, на то, как Дам облизывает губы. Смеётся ему в ответ, пьёт большими глотками вино, расслаблено разглядывает всех вокруг. Итан не смеётся. Лео видит его внезапно зардевшиеся щёки, замечает отрешённый взгляд, глаза полуприкрыты и будто поддёрнуты пеленой. Внезапно Итан, ставит руки локтями на стол, и опускает в раскрытые ладони лицо, занавесившись ото всех волосами. Лео чувствует, что он на грани, тяжёло, прерывисто дышит, и даже как будто тихонько всхлипывает. Лео тут же роняет вилку, и извинившись, наклоняется её поднять. Брюки Итана расстёгнуты, трусы приспущены и ладонь Дамиано ритмично прохаживается по его члену, накрывая сверху головку большим пальцем, размазывая смазку, смачно ласкает, дрочит, гоняет нежную кожу, оттягивая плоть. Сам же Дам невинным ровным голосом с кем-то за столом флиртует. Лео отмечает где-то у себя на подкорке — у Итана безупречно красивый крупный член... Лео, на мгновение, завораживается зрелищем, потом резко вскидывает голову, больно ударяясь затылком о столешницу, чертыхается. Выпрямившись, он буквально расстреливает ненавистным взглядом Дамиано, тот в ответ ему шлет воздушный поцелуй и подмигивает. Губы Лео сжимаются и он показывает, придурку, средний палец. Итан незаметно берёт салфетку, опускает руку под стол. Лео не отрываясь смотрит на него, но под завесой волос не видно, как Итан кусает губы, дабы не вскрикнуть, как лицо его наливается румяной густотой. Лео видит лишь покрасневшее ушко, торчащее из волос. Плечи Итана напрягаются, вздрагивают, мелко дрожат, он резко выдыхает, замирает на минуту, потом откидывает лицо назад, удовлетворённо улыбается, бросает скомканную салфетку в тарелку перед собой. Дами, достает руку из-под стола, демонстративно широко проводит языком между большим и указательным пальцем, слизывая белесые капли, вызывающе смотрит на вспыхнувшее лицо Лео. Тот вскакивает, чуть не уронив стул, убегает.

*******

Лео не спится, эти долбаные цикады стрекочут, кажется в самое ухо, причем в левое. Душный воздух знойной ночи с трудом пробивается в лёгкие. Лео ворочается на влажной от пота, постели... обрывки мыслей, отголоски фраз, картинки перед глазами вторгаются в его дрему, мучают, терзают. Чёртов Дамиано. Чертовски желанный Дамиано. Чужой Дамиано. Лео до жути хочется либо курить, либо повеситься. Он поднимается, достает из небрежно валявшихся на стуле штанов пачку сигарет, зажигалку и выходит на задний двор, к бассейну, думая охладиться в прохладной воде. Он не сразу понимает, что он видит. Это видение настолько красиво, завораживающе прекрасно, что он забывает про сигареты, да вообще про всё на свете. Они по пояс в воде, Итан обвивает ногами Дами, тесно прижимается к его паху своим, отклонившись на длину рук, кистями обхватив шею. Дам поддерживает его за бедра, они смотрят в глаза друг другу, не отрываясь. Медленно, размеренно, почти тантрически, Дамиано двигается в Итане. Синхронно, интимно, откровенно. Вода, ровными ритмичными кругами, расходится от них волнами, бликуя в нереально-волшебном лунном сиянии, с тихим всплеском разбивается у бортов. Лео замирает, от нахлынувшего непрошеного возбуждения — просовывает руку в трусы, обхватывая свой набухший член. Видит, как едва заметно Дамиано кивает, шепчет что-то, и Итан, нарушая идиллию почти статичной картинки, наклоняется, накрывает ладонями острые скулы, впивается поцелуем, безудержно-пылко, долго, с жаром терзает мягкие податливые губы Дами, телом постепенно распаляясь, разгоняясь, глубже насаживаясь. Мокрые волосы, прядками-змеями, прилипшие было к напряженной спине, оживают в мятущейся бурлящей воде вокруг их тел. Дамиано окутывает пальцами член Итана, яростно неистово скользит по нему. Второй рукой хватается за поясницу, удерживая, разошедшегося в чувственном наслаждении любовника. Итан внезапно изгибается мостиком над водой, протяжно стонет, выплескиваясь, и резко откидывает голову назад. Его волосы красиво разлетаются веером, разбрызгивая искрящиеся брызги... Лео захлёстывает стыдом за подсмотренным чужим счастьем, и сквозь гулкую пелену собственной наступающей разрядки, он слышит глубокий хриплый стон, и горько кончает, одновременно с Дамиано.