Вне времени.

Год спустя. Стамбул. Замок Топкапы. Покои Султана Сулеймана. Сулейман сидел за столом, не обращая внимания на Хюррем, которая ходила по комнате, нервно теребя клок волос. Она всегда так делала, когда жутко волновалась. – Сулейман, Рустем-паша не может лгать, – в очередной раз протараторила хасеки. – Почему ты бездействуешь? – У меня нет на это веских оснований, – спокойным тоном ответил падишах, продолжая заниматься изготовлением ожерелья для Михримах. – Янычары говорят о том, что Мустафа уже собирает армию! – не выдержала женщина и посмотрела на Сулеймана. Он выдохнул и поднял на неё уставшие глаза. Не верил он сплетням, которые распускали недоброжелатели Мустафы. Многие из них просто хотели навести смуту в государстве. – Ты лучше скажи, почему ни одна из наложниц Баязеда до сих пор не понесла? У Селима скоро будет второй ребёнок. А у него нет даже дочери. Хюррем присела на тахту и вздохнула. – Сулейман, – мягко сказала она, – Баязед влюблён в ту, которая не может понести. Мы отправляли самых лучших поветух. Все говорят она здорова. Я ничего не могу сделать. – Значит найдите ему другую наложницу, которая сможет ему родить. Хюррем вздохнула и промолчала. Неужели Сулейман думает, что это так просто взять и заставить Баязеда переключить своё внимание на другую женщину. – Хорошо, – однако согласилась хасеки и подправила своё платье. – А ещё до меня дошли слухи, что Селим увлекается вином. Это правда? – встав из-за стола, султан прошёл мимо Хюррем и остановился около зеркала, разглядывая своё отражение. Хасеки занервничала, но старалась не придавать этому виду. – Глупости, – отмахнулась она. – Лживые сплетни. Она хотела обмануть Сулеймана, но это было чистейшей правдой. После отъезда в Манису, Селим отбился от рук и даже Нурбану, которую когда-то Хюррем отправила в гарем Шехзаде, не могла обуздать парня. – Езжай в Манису и проверь как дела у Селима, – приказал падишах, нахмурившись. – Хорошо, – согласилась Хюррем. – И найдите Баязеду уже другую наложницу, – добавил Сулейман и вышел из покоев. – Эмине, – фыркнула Зара, держа в руках чашку с напитком. Эмине осмотрелась и удостоверившись, что поблизости нигде нет Шехзаде, быстро выпила настойку. – Эмине, я не уверена, что мы поступаем правильно, - обеспокоено сказала Зара. – Если об этом узнает Шехзаде или кто-то из слуг, то нам отрубят голову. – Не бойся. Никто и никогда об этом не узнает. Эмине подкупила главного лекаря во дворце в Конье. За это он согласился делать настойку из луковой шелухи для предотвращения беременности. И чтобы вызывать меньше подозрений, связующим звеном между девушкой и лекарем была Зара. Обе девушки понимали, что это опасно. И они даже не подозревали, что в Конью едет Михримах Султан вместе с новой наложницей, которую выбрала и подготовила Хюррем. – Дорогу! Михримах Султан Хазретлери! – вскомандывала стража и через несколько секунд у гарема появилась Михримах. Она оглядела всех девушек с мягкой улыбкой. Позади неё стояла Фахрие-калфа, которую Хюррем лично отправила в Конью, чтобы она присмотрела за новой наложницей и, конечно, сама наложница. Баязед разбирал государственные бумаги, когда в дверь постучали, а потом в комнату вошла Михримах. Шехзаде сильно удивился, увидев сестру, но очень обрадовался. – Моя дорогая Сестра! – он подошёл к девушке и крепко обнял ее. – Почему никто не предупредил о твоём визите? Мы бы накрыли праздничный обед. Слуги! Передайте на кухне, чтобы готовили самый вкусный ужин. Приехала Михримах Султан. С сестрой у него были самые тёплые и искренние отношения. Никто не был ему ближе ее. – Как у тебя дела, Баязед? – она села на тахту вместе с братом и погладила его по голове. – Я привезла тебе кое-какой подарок. Но об этом вечером, хорошо? Он кивнул и даже не подозревал о чем говорит Михримах. – Мои дела хорошо. В Конье достаточно спокойно. Как матушка? Отец? – Все хорошо, – кивнула девушка и вздохнула. – А вот дела у Мустафы совсем плохи. Я начинаю переживать. Баязед нахмурился. Он слышал о том, что в последнее время ходят слухи о том, что Мустафа собирает армию против повелителя. – Мустафа не настолько глуп, чтобы поднимать бунт против повелителя, Михримах. Девушка кивнула. Баязед был прав, но в глубине души она чувствовала, что беды не миновать. – Я очень рад, что ты приехала, – после паузы добавил Шехзаде. – Я уверен, что могу с тобой поделиться. Михримах выдавила слабую улыбку и кивнула. – Чем же? – Я хочу заключить никях с Эмине-хатун, – взбудораженно сказал Баязед, ожидая поддержки от сестры. Но та пришла в ужас от этих слов. – Нет! – вдруг выкрикнула она и улыбка с лица парня исчезла. – Баязед, одумайся! Она даже не родила тебе девочку. О каком никяхе может идти речь? Он нахмурился. – Я уже все обдумал, – решительно сказал Шехзаде, вставая с тахты. – Пожалуйста, Баязед, подумай ещё раз! Разве может стать законной женой та, которая не может подарить тебе наследника! Парень повернулся спиной к сестре. Не такой реакции он ожидал от неё. Он думал, что она поддержит его, но она осудила его. Как и все.