Вне времени.

Михримах и Баязед ужинали вдвоём в окружении слуг. Ужин был напряженным. А все из-за того, что Михримах отказалась поддержать брата. Но она никак не могла согласиться на это. Османскому роду нужны были наследники. Она в очередной раз пыталась это объяснить ему. – Ты знаешь закон Фатиха, – не выдержал Баязед, грозно посмотрев на сестру. – Чтобы потом моих детей казнили, как и меня?! Кто сядет на трон? Мустафа? Селим? Но точно не я. Если Селим займёт престол, то не сносить мне головы, как и моим детям. Михримах отложила еду и выдохнула. После таких слов у неё пропал аппетит. Все слова, сказанные Баязедом, были правдой. Но внутри она надеялась, что ее братья никогда не станут убивать друг друга ради власти. – Скоро я отправлю подарок от повелителя и матушки. Прими его. А теперь с твоего позволения я пойду в свои покои. Путь был долгим и утомительным. Мне надо отдохнуть. Девушка встала из-за стола и вышла из комнаты, оставив обозлённого Баязеда одного. В эту ночь Фахрие-калфа сразу дала понять, что в покои Шехзаде идёт новая наложница Фатьма. Это удивило не только Эмине, но и всех остальных девушек в гареме, потому что уже долгое время в покои Шехзаде не ходила никто кроме Эмине. – Это Шехзаде Баязед позвал Фатьму? – поинтересовалась Эмине у Фахрие. – Он отошлёт ее обратно сразу, как она войдёт. Эмине стало не по себе. Неужели Баязед действительно сам лично позвал эту наложницу к себе? В ней неожиданно заиграла ревность. – Это не только твой Шехзаде, – хихикнули наложницы. – Твоя главная задача была родить шехзаде, но ты с этим не справилась, – съязвила Фахрие. – А теперь иди готовься ко сну. Эмине проводила взглядом уходящую Фатьму и пошла к своему спальному месту. Зара была тоже в недоумении и очень удивлена. – Она красивее меня? Почему он позвал ее? – задавала вопросы Эмине Заре, но по большей части обращалась к себе. – И что если он теперь будет звать только ее, а про меня забудет? – А я говорила, что не надо было пить эту настойку. Родила бы Шехзаде и не отлипал бы твой Баязед от тебя, – прошептала Зара, расчёсывая волосы. Баязед стоял около балконных дверей, когда в дверь постучали, а затем к нему в покои завели наложницу. Ее чёрные шелковые волосы спадали вниз по хрупким плечам. Она поклонилась и осторожно подняла глаза на растерянного шехзаде. – Я пришла, чтобы сделать Вас счастливым, шехзаде, – нежно проговорила Фатьма, как учила ее Хюррем. – Ты кто? – Шехзаде подошёл к девушке поближе. – Меня зовут Фатьма. И сейчас Баязед догадался о каком подарке шла речь. Это ещё больше выбесило его из себя. Его начало трясти от злости на Михримах, мать и отца. – Стража! – взревел Баязед. – Отведите Фатьму-хатун обратно в гарем! Отвернувшись от наложницы, он снес все что стояло на его столе и хрупкие драгоценны камни посыпались вниз на холодный мрамор, разбившись на тысячи разноцветных осколков. – Беда, моя госпожа, беда! – протораторил евнух Гиль-ага, поклоняясь Михримах, которая сидела в ожидании хороших новостей. По лицу евнуха было все понятно без слов. – Шехзаде Баязед отослал назад Фатьму-хатун и пригласил к себе Эмине-хатун, – с сожалением оповестил Гиль-ага. Михримах резко встала с места. Ее будто током ударило от злости. – Эту Эмине-хатун надо уничтожить! – приказала Михримах. – И она явно что-то скрывает от нас всех. И пока не узнаете, можете не возвращаться! Найдите хоть что-то против неё! Мы должны показать Баязеду, что он пригрел возле себя змею! Евнух кивнул, поклонился и вышел из покоев. – Ты приворожила нашего Шехзаде?! Отвечай! – Фахрие прижала девушку к стене и взяла ее за шею, убедившись, что никто не видит. – Отпусти меня! – закричала Эмине, пытаясь убрать сильные руки калфы от себя. – Хюррем Султан разрешила мне тебя задушить, если будет угодно. И я с радостью это сделаю! – прошипела калфа, смотря прямо в глаза наложницы. – Как только у нас будет доказательства против тебя, то ты долго не проживешь. Запомни. Она выпустила девушку из рук и повела дальше по коридору в покои Шехзаде. Сердце Эмине сильно стучало. Она держалась за шею и пыталась прийти в себя. Но слёзы сами наворачивались на глаза. Как же она сейчас хотела оказаться дома рядом с матерью и отцом. Зайдя в комнату Шехзаде, она тут же расплакалась. Больше не было сил держать это в себе. Баязед испуганно подбежал к Эмине и взял ее лицо в свои сильные ладони. – Что случилось? – встревоженно спросил Баязед, вглядываясь в глаза девушки. – Кто обидел тебя? Скажи мне. Она помотала головой. Конечно, она могла сейчас все ему рассказать о калфе и ее незамедлительно бы казнили, но она никогда бы не устранила врагов в лице Хюррем и Михримах. – Сегодня я видела, как Фатьма пошла в твои покои. Я боялась, что ты больше не позовёшь меня. Она вытерла слёзы с лица и прижалась к груди Баязеда, чувствуя его сердцебиение. Он крепко обнял ее и поцеловал в макушку. – Кроме тебя мне никто не нужен, – прошептал Баязед, а потом чуть отстранился от девушки и снова посмотрел в ее глаза. – Я хочу заключить с тобой никях, Эмине. Это был как гром среди ясного неба для наложницы. Она замолкла и казалось будто весь мир остановился в это мгновенье. – Никях? – прошептала она, будто не верила своим ушам. – Я хочу, чтобы ты стала моей официальной женой, Эмине-хатун. Хочу чтобы ты стал частью Османской Династии. Он дотронулся большим пальцем до ее щеки и нежно погладил.