Вне времени.

Через несколько недель Эмине окончательно выздоровела. Но приснившийся ей сон не давал покоя. Фахрие-калфа сказала о том, что Зару-хатун выдали замуж за богатого пашу и она уехала жить в Стамбул. Тем временем Фатьма должна была со дня на день разродиться и все с нетерпением ждали этого. Новая любимица Шехзаде пользовалась всеми благами своего положения: жила в отдельных покоях, носила платья из дорогих тканей, у неё были самые лучшие украшения из всех наложниц. Но она так и ни разу не была приглашена в покои Шехзаде в священный четверг. Ночь в этот день была предназначена для любимой женщины или официальной жены. Это не давало покоя Фатьме. В одну из ночей гарем проснулся от воплей Фатьмы-хатун, у которой начались роды. В ее покои не пустили никого, кроме главной калфы, несколько служанок и поветух. Ее крик пронзил каждый кирпичик дворца. Десятки наложниц столпились около дверей покоев Фатьмы и уже гадали, кого этой ночью подарит хатун Баязеду. Девушки замолкли только тогда, когда пришёл Шехзаде. Он не заметил Эмине, которая стояла в дальнем углу и наблюдала со стороны за происходящим. Баязед был взволнован не меньше других и каждый раз порывался войти в покои. Когда из комнаты донёсся младенческий плачь, двери распахнулись и калфа пригласила Шехзаде внутрь. Завернув ребёнка в ткань, поветуха передала его Баязеду. – Это девочка, Шехзаде, – несмело сказала Фахрие, посмотрев на измученную и расстроенную Фатьму. Баязед поцеловал девочку в лоб и расплылся в улыбке. – Я назову ее Айше, – сказал он и посмотрел на Фатьму. Калфа вышла из покоев, закрыв за собой дверь и начала разгонять любопытных наложниц. Но те не прекращали щебетать и радоваться рождению девочки. Радость их была от того, что теперь у каждой из них есть ещё возможность родить мальчика. – Рано не радуйся, – фыркнула Фахрие, подойдя к Эмине. – Фатьма или другая наложница родят ещё тысячи мальчиков. А тебя Шехзаде Баязед даже не позовёт в свои покои. – А мне этого и не надо, – съязвила девушка и, развернувшись, ушла в гарем. Через несколько дней Баязед решил отправиться в Топкапы, взяв с собой весь гарем и Осман-пашу. Фатьме-хатун он велел оставаться в Конье, чем разозлил девушку. Она чувствовала как теряет свою власть. Больше всего поездке была рада Эмине, надеявшись увидеться с Селимом. Селим был регентом государства, но фактически всем управляла Хюррем Султан. А ее приближенным был Рустем-паша. Такое положение дел устраивало всех. Кроме Нурбану, носившую тогда под сердцем второго ребёнка от Шехзаде. Прибытие Баязеда стало неожиданной новостью для Селима. Словно не поверив словам слуг, он лично вышел во двор Топкапы, чтобы встретить младшего брата. – Брат! – воскликнул Баязед, как только увидел рыжую макушку. – Как твоё положение? – Слава Аллаху, все хорошо, – кивнул Селим, рассматривая за спиной брата выходящих из кареты наложниц. Баязед сразу заметил этот взгляд и похлопал Селима по плечу. – Пойдём внутрь, не терпится увидеть матушку. Обернувшись назад, Селим так и не увидел Эмине. Весь оставшийся вечер он провёл как на иголках. Ни государственные дела, ни рассказы Баязеда его не интересовали. В его голове все мысли были только об Эмине. Он постоянно думал о том, как увидеться с ней. Тем временем Рустем-паша и Хюррем Султан решили сделать инсценировку о перехваченном письме шехзаде Мустафы, якобы в котором тот готовил поход против Султана Сулеймана. И после этого у падишаха больше не было сомнений о том, что его старший сын предатель. Отдав приказ о казне сына, он приказал привести к нему Мустафу. Селим знал, чем закончится этот поход для его старшего брата. В школьные годы они не раз разбирали эту тему. Эта информация не давала ему покоя. Пытаюсь заглушить муки совести в вине, он отчаянно боролся с желанием предупредить Мустафу, но не решался. Написав в тайне ото всех письмо для Махидевран Султан, он предупредил о том, что ее единственного сына задушат в шатре повелителя и ему не надо ехать туда. Следующие дни Селим несколько раз в день проходил мимо гарема Баязеда, одним глазом высматривая Эмине. Узнав о том, что фаворитка Фатьма-хатун родила ему племянницу, он расслабился. – Селим? – раздался голос позади Шехзаде. Он обернулся и увидел перед ним Эмине. Она заметно похудела и ослабла. Потухший взгляд и круги под глазами говорили об ее нелёгкой жизни в Конье. Она держала в руках корзину с грязным бельём, которое собиралась постирать. – Я боялся тебя не увидеть. Как твоё самочувствие? – Селим еле поборол в себе желание обнять наложницу. – Все хорошо, но мы не можем долго говорить с тобой. Сегодня вечером после вечерней молитвы встретимся у Башни Справедливости. Селим согласно кивнул и быстрыми шагами удалился в обратную сторону.