Interlude: Eighth Year / Интерлюдия: Восьмой год

- Это просто смешно! Сердце Гермионы подпрыгнуло, когда она услышала голос Гарри, подходя к его больничной палате из коридора. Когда она вошла в комнату, ее глаза сразу же отыскали его, и она обнаружила его на больничной койке, прижатого Джинни и Роном. - Прошло несколько часов, и все анализы, которые они провели, оказались положительными. Со мной все в порядке, так что выпустите меня из кровати. Палата Гарри, что неудивительно, была битком набита. Кингсли в стороне рассматривал пергамент с незнакомым Гермионе аврором. Молли, Артур и Джордж находились по другую сторону его кровати, наблюдая за тем, как Гарри сопротивляется, с забавными выражениями на лицах. Джордж заметил ее первым и сказал: - О, привет, Гермиона. Гермиона быстро помахала Джорджу и подошла к кровати Гарри, остановившись рядом с Роном. - Извините, что я так долго, - быстро объяснила она. - Мне пришлось проникнуть в офис портключей в министерстве Австралии, подвергнуть конфундусу охранника, а затем заполучить портключ, чтобы меня немедленно доставили в Лондон, а не ждать до следующего дня. - Ты сделала портключ? - впечатленно спросил Рон, быстро обнимая ее. - Ну, нет. Я просто модифицировала один, но зато теперь я здесь, - она снова повернулась к Гарри. - Что случилось? - Меня оглушили в переулке, когда я вышел за покупками, и все совершенно неадекватно отреагировали. Я в полном порядке, но они настояли, чтобы я оставался в этой постели в течение нескольких часов. Я рад, что ты здесь, Гермиона, но тебе не нужно было вламываться в офис, чтобы попасть сюда. Это не чрезвычайная ситуация, я в порядке. Последнее он сказал Джинни, которая хмуро посмотрела на него в ответ. Гермиона была немного разочарована. Он был в больнице Святого Мунго из-за того, что его оглушили? Она думала, что он действительно пострадал. Затем она предположила, что все, вероятно, слишком остро реагировали, так как это был Гарри Поттер. Она была просто рада, что с ним все в порядке. И она решила, что точное знание того, кто и зачем это сделал, дает ей больше душевного спокойствия, чем другим. Гермиона попыталась изобразить на лице удивление. - Э-э, ты так и не смог определить, кто это сделал? Гарри покачал головой. - Ко мне подошел какой-то человек, но на нем была длинная мантия, закрывавшая его лицо. Мне он показался знакомым, но я не могу его вспомнить. Он выглядел так, будто собирался задать мне вопрос, но не успел я опомниться, как в мою сторону полетело оглушающее заклинание. У меня не было возможности среагировать. - Мы думаем, - вклинился Кингсли, - что это могло быть нападение кого-то из беглых Пожирателей смерти, возможно, неудачное. О нападении сообщил домовой эльф Поттера, но он сказал, что не видел никого другого в переулке. Может быть, другие увидели появление домового эльфа и убежали, прежде чем успели завершить свой план. Мы опасались, что, может быть, они прокляли Поттера или подбросили ему что-нибудь, но он, кажется, в порядке. - Я в порядке, - вмешался Гарри. - Я попросил Купера составить список всех известных Пожирателей смерти, которые не находятся в заключении и не были под наблюдением во время нападения. Если можешь, просмотри это, Поттер. Он подошел к кровати Гарри и протянул ему пергамент. Гермиона знала, кто будет в этом списке. Ей хотелось бы поговорить с Гарри наедине, но он действительно казался в порядке, и ее решимость признаться во всем пошатнулась, когда она подумала об этой огромной толпе людей и о том, что они подумают о ней, если она признается в правде. Она вдруг почувствовала приступ клаустрофобии и вышла из комнаты. Она села на пол в холле. Рон последовал за ней и сел на пол рядом с ней. - Ты, наверное, устала, - сказал он. Гермиона махнула рукой. - Я просто рада, что с ним все в порядке. Я была так напугана. Патронус Джинни был немного туманным. - Да, кажется, он в порядке. Просто в этом нет никакого смысла. Зачем кому-то понадобилось оглушать его? Гермиона покачала головой, и несколько мгновений они сидели в тишине. Гермиона собиралась пойти за чаем, когда Джинни просунула голову в холл. - Вот вы где. Вернитесь, Гарри только что обнаружил, что его палочка пропала. - Что? - спросил Рон. Он быстро встал, протягивая Гермионе руку, чтобы помочь ей подняться. В ее голове промелькнула мысль о том, что Драко сделал то же самое в ту ночь, когда он просил ее простить его, но она отогнала эту мысль. Ему хватит ее внимания на всю жизнь. Прямо сейчас ей нужно было сосредоточиться на своих друзьях. Гермиона схватила Рона за руку, встала, и они последовали за Джинни в комнату. Гарри наконец-то встал с кровати и судорожно проверял свою мантию и сумки на стуле. Должно быть, он ходил по магазинам за подарками, когда на него напали. - Она исчезла. - сказал он глухим голосом, глядя прямо на Гермиону. Гарри знал, что из всех присутствующих здесь она больше всего поймет его привязанность к этой палочке. Она вздохнула и подошла к нему, желая утешить его. Итак, Драко взял его палочку. Должно быть, он решил, что это будет лучшим способом убедиться в том, что он действительно получил право на владение бузинной палочкой, - физически завладеть нынешней палочкой Гарри. Но Драко никак не мог знать, насколько Гарри привязан к своей палочке с пером феникса. Это было едва ли не хуже серьезной травмы. - Мы вернем ее, Гарри, - заверила Гермиона, но она знала, что для него это прозвучало как пустое обещание. Но она говорила серьезно. Она и так достаточно позволила Драко сойти с рук. Она не позволила бы ему забрать палочку Гарри. - Черт возьми, - выругался про себя Рон и подошел ближе к Гарри и Гермионе, бормоча под нос так, чтобы слышали только они: - Вы полагаете, это связано с бузинной палочкой? Глаза Гарри расширились, а затем стали злыми. - Как они могли узнать? Рон огляделся и заметил, что все в комнате уставились на них троих, пытаясь услышать, о чем они шепчутся. - Мне нужно поговорить с Роном и Гермионой наедине, - объявил Гарри всем в комнате. Кингсли неодобрительно посмотрел на него, но все же повернулся, чтобы уйти. Остальные присутствующие в комнате последовали за ним, кроме Джинни. - Я остаюсь, - с вызовом заявила она, и Гарри просто кивнул ей. Гермиона закрыла дверь и произнесла Маффлиато, прежде чем повернуться к своим друзьям. - Что такое? - спросила Джинни. - Рон думает, что, возможно, это связано с бузинной палочкой. Глаза Джинни расширились, и она кивнула головой. - Что ты думаешь, Гермиона? - В этом есть смысл. Ни для кого не было секретом, что у Гарри была эта палочка. Мы объявили об этом перед широкой аудиторией во время финальной битвы. Но единственные люди, которые знают, куда ты ее положил, находятся в этой комнате. И Драко Малфой. Он тоже знает, но я слишком труслива, чтобы сказать тебе об этом. - Догадаться о её местонахождении не составит труда, - сказал Гарри. - Может быть, Волдеморт сказал своим последователям, где он ее взял. Я должен был защитить ее. Я был самоуверен, думая, что все это позади. Он покачал головой, и Гермионе стало жаль его. Это была ее вина, а не его. Последнее, в чем сейчас нуждался Гарри, - это еще одна причина винить себя. - Мы не знаем наверняка, что палочка у них, - сказал Рон. - Я могу пойти сейчас и... - Я тоже пойду, - добавил Гарри. - И я, - сказала Джинни. Все посмотрели на Гермиону. Она не хотела идти в Хогвартс. Она знала, что палочки там не было. Она хотела пойти в Малфой-мэнор и забрать у Драко палочку Гарри. - Мы не можем просто ворваться туда. Возможно, они этого и ожидают. Это может быть ловушка. Это не имело смысла, но Гермиона была тем, кто занимался планированием, и они обращались к ней за дальнейшими действиями. Джинни уже собиралась вмешаться, когда она продолжила: - Пусть Кингсли отправит команду авроров... - Мы авроры! - сказал Рон. - Обучающиеся авроры, - поправила Гермиона. - К тому же, ты действительно хочешь залезть в могилу Дамблдора? - Тогда что нам делать? - спросил Гарри. - Я не знаю. Ждать. Это не так, как в прошлый раз, Гарри. Мы не должны делать это в одиночку. Пусть Кингсли проверит, у них в любом случае больше ресурсов, и они могут найти улики, если она пропала. - Она права, - сказала Джинни, положив руку на плечо Гарри. - Пусть Кингсли разбирается с этим. Сегодня к нам на ужин и подарки придет Тедди, и мы не можем испортить ему Рождество. Если палочка пропала, мы решим, что делать дальше, но до тех пор об этом не стоит беспокоиться. Гарри вздохнул, но кивнул. Гермионе было жаль своего друга, но в этот момент она мало что могла для него сделать. Она уже придумывала предлог, который позволил бы ей ускользнуть до ужина. Она сама отправится в поместье, заберет палочку Гарри и вернет ее ему. Она была ему очень обязана. Гарри поговорил с Кингсли, и тот согласился отправить команду авроров в Хогвартс на следующий день, не желая срывать сочельник и рождественское утро из-за того, что все еще оставалось лишь теорией. Затем Гарри наконец выписали, и он, Джинни, Рон и Гермиона аппарировали в дом Гарри, чтобы скоротать несколько часов до начала рождественского ужина в Норе. Гермиона заговорила, когда они все оказались в маленькой гостиной. - Если вы, ребята, не возражаете, я, эм, оставила свои подарки для всех дома, так как собиралась в такой спешке. Это была ложь, но, надеюсь, они в нее поверят. - Я собираюсь заскочить в Косой переулок перед ужином, чтобы забрать кое-какие вещи, и встретимся со всеми вами в Норе. - Тебе не нужно беспокоиться о подарках, Гермиона. Просто пришли их нам позже, - сказал Рон. - Я не вернусь домой до Пасхи. Все действительно хорошо, и мне бы не помешало подышать свежим воздухом и отвлечься. - Ты уверена? - спросил Рон, подозрительно глядя на нее. Рон обладал гораздо большей интуицией, чем она помнила. Сначала правильно угадал, что здесь замешана бузинная палочка, теперь вот это. Обучение авроров определенно работало. Она кивнула в ответ, не доверяя своему голосу. - Тебе действительно не стоит выходить одной, - сказал Гарри. - Со мной все будет в порядке, правда. Я замаскируюсь, если тебе от этого станет легче. После нескольких заклинаний маскировки и еще нескольких протестов Гермиона смогла сбежать с площади Гриммо и аппарировать в Косой переулок. Она огляделась, чтобы убедиться, что за ней никто не следит, затем шагнула в пустынный переулок и позвала Кикимера. Эльф появился мгновенно. - Да, мисс? - Кикимер, ты проделал хорошую работу, доставив Гарри прямо в больницу Святого Мунго. Спасибо. Он кивнул, казалось бы, не тронутый ее словами. - Мне нужно, чтобы ты доставил меня в Малфой-мэнор. Ты сможешь провести меня через защиту? Он снова кивнул, на этот раз нерешительно. - Тогда отведи меня, - сказала Гермиона твердым голосом, чувствуя себя виноватой за то, что приказывала ему. Кикимер взял ее руку в свою и быстро огляделся вокруг, прежде чем аппарировать их обоих прочь. Через несколько секунд Гермиона и Кикимер приземлились в большом коридоре. Белые стены были увешаны портретами, а потолок покрыт замысловатыми панелями из темного дерева. Он был слабо освещен, и Гермионе пришлось прищуриться, чтобы разглядеть конец коридора. Она подняла глаза и увидела, что свечи на люстрах в зале почти погасли. Она огляделась вокруг и с облегчением поняла, что ничего не узнает. Она была уверена, что Кикимер не аппарировал их в гостиную. - Где они? - прошептала она Кикимеру. Он указал в конец длинного коридора и прохрипел в ответ: - Последняя дверь справа. Гермиона едва смогла различить в коридоре шесть дверей из темного дерева, по три с каждой стороны. Она снова повернулась к Кикимеру и спросила - И здесь только Драко и Нарцисса? Больше никого? Кикимер кивнул в ответ, и Гермиона провела палочкой по своему телу, снимая маскирующие чары, которые она, Гарри и Рон наложили ранее. - Ты можешь идти, Кикимер. Спасибо за помощь. Домовой эльф стремительно исчез, и Гермиона глубоко вздохнула, прежде чем направиться к двери, на которую указал Кикимер. Пока она шла по длинному коридору, ее преследовала жуткая тишина. Все портреты уставились на нее, но хранили молчание. Гермиона ожидала приема, похожего на тот, который она получила, впервые посетив дом Сириуса. Она была рада, что элемент неожиданности был на ее стороне. Было рискованно приходить сюда одной, даже если ей нужно было иметь дело только с прикованной к постели женщиной и Драко. Драко Малфой, может быть, больше и не Пожиратель Смерти, но это не значит, что он не опасен. Когда Гермиона добралась до двери в конце коридора, она остановилась и глубоко вздохнула. - Хоминем ревелио, - пробормотала она и облегченно выдохнула, увидев, что по ту сторону двери, как и сказал Кикимер, всего два человека. Она сделала еще один вдох и подняла палочку, затем вошла в комнату. Сцена, с которой она столкнулась внутри, была не такой, как она ожидала. Нарцисса лежала в постели и спала, а высокий худой домовой эльф оглаживал ее голову тканью. Гермионе потребовалось несколько мгновений, чтобы заметить Драко, который сидел на полу, прислонившись к стене рядом с Гермионой, и смотрел вдаль. Он не заметил, что она вошла. Единственным, кто заметил прибытие Гермионы, был эльф. Ее большие карие глаза расширились, но она промолчала. Гермиона закрыла за собой тяжелую дверь и подошла к Драко, который все еще не замечал ее. Она опустилась рядом с ним и увидела, что его серые глаза были расфокусированы. Она посмотрела вниз и увидела, что в правой руке у него две волшебные палочки, бузинная палочка и палочка Гарри. Что ж, вот она, палочка, за которой она пришла. Она могла легко выхватить обе палочки из рук Драко и уйти. Но вместо того, чтобы схватить палочки, Гермиона обхватила лицо Драко и притянула его к себе так, чтобы его расфокусированные глаза были обращены к ней. - Малфой, - сказала она четким голосом. - Малфой, вынырни оттуда. Он медленно отвел взгляд от окна, в которое смотрел, и снова посмотрел в ее глаза, но она не увидела там ничего знакомого, поэтому продолжила звать его. В конце концов Драко протянул руку и положил ей на щеку. Как только его кожа коснулась ее кожи, он вынырнул из своего транса, возможно, удивившись, что за прикосновением скрывается тепло, и отполз назад, вырвавшись из ее хватки. - Грейнджер, - грубо сказал Драко, крепко сжав в руке обе палочки. - Что ты здесь делаешь? - Я... э-э, - Гермиона колебалась. Она встала и сказала с большей уверенностью, чем чувствовала: - Я пришла за волшебными палочками. Драко уставился на нее со своего места на земле с таким же вызывающим видом, и Гермиона крепче сжала в руке свою палочку, готовая защищаться от нападения. Он быстро взглянул на ее руку на палочке, затем снова в ее глаза. Внезапно смелость, которую она видела в его взгляде, начала рушиться, затем все его выражение лица рухнуло вместе с ним, и он начал плакать прямо у нее на глазах. Это была одна из самых тревожных вещей, которые Гермиона когда-либо видела. Драко уронил палочки на землю, и они покатились по деревянному полу, остановившись в нескольких дюймах от ног Гермионы. Он подтянул колени к груди и опустил на них голову, всхлипывая. Гермиона застыла на месте. Через несколько мгновений она наклонилась, чтобы поднять палочки с пола. Она оглянулась на Нарциссу, которая все еще спала. Гермиона подошла к ведьме и увидела, что отвратительные зеленые вены на ее теле выглядят гораздо хуже, чем на кукле. Драко не удалось снять проклятие, даже с помощью бузинной палочки. Она догадалась, что это объясняет его нервный срыв. Она посмотрела на него, а он все еще тихо плакал, уткнувшись в колени. Гермиона некоторое время наблюдала за ним, затем, словно почувствовав на себе ее взгляд, он поднял на нее глаза. Драко бросил на нее вопросительный взгляд, как бы спрашивая, почему она все еще там, получив то, за чем якобы пришла. Гермиона задавалась тем же вопросом. - Почему она все еще больна? - она спросила. Драко бросил на нее растерянный взгляд, и она вспомнила, что, насколько ему было известно, она знала только о бузинной палочке, а не обо всем содержимом его записной книжки. Он перестал плакать и встал, вытирая глаза тыльной стороной ладони, когда подошел, чтобы присоединиться к ней рядом с кроватью своей матери. Домашний эльф вопросительно посмотрела на Драко, когда он подошел к кровати, и он коротко кивнул ей, затем она снова намочила тряпку, которую держала в руках, и вернулась к похлопыванию Нарциссы по лбу. - Палочка, все, что я сделал, чтобы получить ее, - голос Драко был грубым от слез, и она не узнала бы его, если бы не видела, - все это было ради нее. Он взглянул на свою мать, и Гермиона почувствовала, как слезы навернулись ей на глаза, когда она увидела смесь горя и любви в его взгляде. Он снова перевел взгляд на Гермиону. Его глаза сверлили ее несколько секунд, затем она снова увидела в них слезы. - Пожалуйста, - умолял он ее, - позови Поттера. Ты можешь?.. Он остановился и глубоко вздохнул, затем продолжил: - Я знаю, что ты ненавидишь меня. У тебя есть для этого все основания. Но она... - он указал на свою мать. - Она не сделала ничего плохого. Она получила это за спасение Поттера. Волдеморт сделал это? Когда? Драко схватил Гермиону за руку, но почти сразу же опустил ее, вероятно, вспомнив, что произошло, когда он схватил ее в последний раз. - Ты можешь извиниться перед Поттером за меня и заставить его прийти? Ты можешь заставить его прийти и спасти ее? Слезы снова потекли по его щекам, но он выдержал ее взгляд, ожидая услышать ее вердикт. Гермиона почувствовала укол сочувствия в груди. Она должна пойти за Гарри. Сейчас было самое время. Но она не могла оставить Драко одного в таком состоянии. И он должен быть истинным хозяином бузинной палочки. Почему это не сработало? - Может быть, я смогу помочь, раз уж я уже здесь. Что произошло, когда ты попытался снять его? Драко растерянно посмотрел на нее и поднял руку, чтобы снова вытереть слезы. Гермиона отвернулась, чтобы оставить его наедине, и заметила куклу с зелеными прожилками на тумбочке рядом с ней. Драко протянул руку мимо нее, и она подумала, что он собирается взять куклу, но вместо этого он поднял книгу, на которой лежала кукла. Он открыл большой том на отмеченной странице и подтолкнул его к Гермионе, но, когда она потянулась, чтобы взять его, он крепко сжал книгу. - Ты можешь позвать Поттера сюда, если это не сработает? Она кивнула ему, затем он отпустил книгу и наблюдал, как она читает указанную им страницу. Там было описано заклинание, которое, казалось, идеально подходило к тому, что было у его матери. Далее в отрывке подробно описывалось контрзаклятие. - Да, - пробормотала Гермиона, как только дошла до конца страницы. - Это определенно то самое заклинание. Когда она снова посмотрела на Драко, он наблюдал, как домашний эльф ухаживает за его матерью. - Какое значение имеет бузинная палочка? - спросила Гермиона. Он посмотрел на нее и сказал ровным голосом: - Это была палочка, которая наложила проклятие. Гермиона кивнула, теперь понимая. Это было бы единственным объяснением того, почему проклятие осталось после смерти его заклинателя. - Попробуй еще раз, - проинструктировала она, закрывая книгу и кладя ее обратно на тумбочку. - Я пробовал уже сто раз. Он раздраженно посмотрел на Гермиону. - Я буду наблюдать и следить за тем, чтобы ты правильно работал палочкой и произносил заклинание. Или, может быть, я увижу какую-нибудь другую ошибку, которую ты не заметил. Гермиона не знала, поможет ли это, но она не знала, что еще можно сделать, и хотела попробовать хотя бы одну вещь, прежде чем идти за Гарри. Драко кивнул, но выглядел так, словно не думал, что это сработает. Он потянулся за палочкой, которую она все еще держала. Она неохотно передала ему бузинную палочку, но крепко держала в руке палочку Гарри. Драко начал водить палочкой по схеме, указанной в книге, и Гермиона не удивилась, обнаружив, что его движения были идеальными. Он начал произносить заклинание, и тело Нарциссы начало светиться слабой розовой дымкой. Гермиона наблюдала, как розовая дымка прикрепляется к венам на ее теле, и подумала, что это, должно быть, работает. Драко был напряжен. Затем она заметила, что кукла на тумбочке тоже светится розовым. - Подожди, остановись. Она положила руку на руку Драко с палочкой, опуская ее вниз, чтобы разрушить заклинание. Драко замолчал, и розовая дымка исчезла. - Кукла, - Гермиона указала на нее на ночном столике. - Что? - Я думаю, что кукла закрепляет заклинание. Тебе нужно снять с куклы протеевы чары. Гермиона осторожно подняла белокурую куклу. Это действительно была чудесная работа с заклинаниями. Она вернула ее Драко, который теперь сердито смотрел на ее. - Давай, - настаивала она. Он покачал головой и вернул ее ей. - Ты сделай. - Я? - У меня почти полностью закончилась магия. Сними их, и у меня может хватить сил на еще одну попытку с контрпроклятием. Пожалуйста, - добавил он в конце. Он потер лицо свободной рукой, и Гермиона заметила, каким усталым он выглядит. Его кожа была почти серой, а под глазами - темно-синие мешки. Гермиона посмотрела на куклу, затем засунула палочку Гарри под мантию и вытащила свою собственную палочку. Мгновение она изучала куклу, пытаясь вспомнить детали заклинания, которое он создал в своей записной книжки. Она медленно начала снимать заклинание, связывающее куклу с Нарциссой. Через несколько мгновений кукла вернулась в нормальное состояние и очистилась от всех своих зеленых вен. Гермиона посмотрела на Драко, который завороженно наблюдал за ней, возможно, удивляясь, как она догадалась так легко снять заклинание. - Готов попробовать еще раз? - спросила она, подавляя ухмылку. Он опустил голову. - И ты приведешь сюда Поттера, если это не сработает? - Да. Но, Драко. Ты можешь это сделать. Она не знала, почему поддерживает его. Она должна была ненавидеть его. Но она могла сказать, что он нуждался в этом. Драко решительно посмотрел на свою мать, затем наклонил голову в сторону домового эльфа, который принял приказ прекратить трогать Нарциссу. Он снова начал накладывать контрзаклятие. Через несколько секунд розовая дымка вернулась, и на этот раз, когда она прилипла к венам, они начали исчезать. Гермиона наблюдала, как Драко удерживал заклинание как можно дольше. Она видела, что его рука дрожит, и он едва держится на ногах. Она взяла для него стул и усадила его на него. Он едва заметил изменение своего положения, сосредоточив всю свою энергию на том, чтобы заклинание продолжалось. Внезапно розовая дымка вспыхнула серебром и исчезла, и в тот же миг Драко рухнул. Драко проснулся в незнакомой комнате. Он огляделся и увидел Грейнджер в кресле справа от себя. На какое-то странное мгновение ему показалось, что он находится в больничном крыле Хогвартса. Однако это было не так. Он понял, что знает эту комнату, и она была не в Хогвартсе. Это была свободная спальня в его доме. И Грейнджер была не на той стороне. Она всегда сидела слева от него. Грейнджер. Она пришла. Она помогла. - Моя мать. Драко подскочил в постели, вспомнив, что он делал до того, как потерял сознание. Грейнджер сходила за Поттером? Поттер сейчас с его матерью? - С ней все в порядке. Похоже, что твое контрпроклятие сработало, хотя тебе придется подождать, пока она очнется, чтобы проверить, вернулись ли к ней чувства. Сейчас она спит. Грейнджер поднялась на ноги и наблюдала за ним с беспокойным выражением лица. - Ты пришла, - заявил он, надеясь, что она ответит на подразумеваемые вопросы. Какого черта ты меня не сдала? Почему ты здесь? Почему ты помогла? Однако она этого не сделала и просто сказала ровным голосом: - Я пришла. Грейнджер смотрела в окно позади него, и он воспользовался возможностью изучить ее лицо. Она была встревожена, это было ясно. Она прикусила губу, и он увидел, что она тоже плакала. Он знал, что был причиной этого. Он задел ее чувства, а она все равно пришла ему на помощь и даже осталась, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Скорее всего, именно она уложила его в эту постель. Драко снова вспомнил все ее визиты в Больничное крыло. Она всегда была рядом, когда никого другого не было, и посмотрите, как он обращался с ней в ответ. - У нас было много подобных разговоров, - неуверенно сказал он. Она снова посмотрела на него. - Я лежу в кровати, восстанавливаясь после какой-то травмы, а ты стоишь там, хотя на этот раз ты не с той стороны. Драко увидел вспышку гнева в ее глазах, и часть его почувствовала облегчение, увидев, что в ней все еще есть огонь. Ему было интересно, как много она знает обо всем, что он сделал. - На этот раз все будет по-другому. Я ухожу. Я рада, что твоей маме лучше, но я получила то, за чем пришла, - она подняла палочку Поттера. - Теперь я должна идти. Сегодня канун Рождества. Грейнджер резко вышла из комнаты, а Драко вскочил с кровати и бросился к двери, у него кружилась голова. Когда он открыл дверь, она была уже на полпути по коридору. - Грейнджер! Мне очень жаль. Она остановилась на месте, но не обернулась к нему. Он хотел, чтобы она это сделала. Он хотел увидеть выражение ее лица. Он едва уловил ее следующие слова, поскольку она стояла спиной к нему, когда говорила. - Просто... верни бузинную палочку сегодня вечером. Кингсли и команда авроров будут проверять могилу Дамблдора завтра. Она аппарировала, и Драко вздохнул, затем медленно направился к комнате своей матери на другой стороне коридора. Гермиона сидела в спальне Джинни и смотрела, как за окном падает снег. Она сбежала около часа назад после того, как Андромеда забрала спящего Тедди домой, а Молли начала включать по радио одну из ее любимых праздничных программ. Покинув поместье, она аппарировала в ближайшую Совиную почту и отправила оттуда палочку Гарри. Затем она вернулась на площадь Гриммо. Рон, Джинни и Гарри разговаривали в гостиной, и она подумала, были ли они там все время, пока ее не было. Они ждали ее возвращения, прежде чем отправиться в Нору, и она задержалась в туалете дольше, чем нужно, чтобы сова успела прилететь до того, как они все уйдут. Когда она вернулась, Гарри держал свою палочку с широкой улыбкой на лице. После того, как Рон указал на то, что ему придется отдать его на проверку в бюро авроров, его лицо поникло. Он положил ее на стол возле двери, настороженно глядя на нее, и достал из мантии палочку Драко, чтобы использовать ее для аппарирования. Гермионе показалась подходящей его запасная палочка, и ей пришлось сдержать ухмылку. Остаток ночи прошел идеально. Это было первое Рождество Гермионы, проведенное среди волшебников, поскольку она не считала их с Гарри одинокое Рождество в прошлом году. Джордж и Анджелина продемонстрировали созданное ими новое изобретение, имитирующее маггловские рождественские огни. Как только они запустили их, Нора заполнилась тысячами мерцающих огней всех форм, размеров и цветов, которые зажигались под любую музыку. Молли снова превзошла себя и приготовила вкуснейшее блюдо, соперничающее с лучшими блюдами, которыми Гермиона наслаждалась в Хогвартсе. Все, казалось, были полны решимости оставить события предыдущего дня позади - особенно Гарри, который выглядел счастливее обычного и провел большую часть вечера с Тедди. Только к концу вечера беспокойные мысли, крутившиеся на задворках сознания Гермионы, взяли верх, и ей пришлось извиниться и уйти. И теперь, оставшись одна в комнате Джинни, где она пробудет до конца каникул, Гермиона позволила своим мыслям вернуться к Малфою. Встреча с ним сегодня укрепила один тревожный момент: он ей нравился. Это действительно было единственным логическим объяснением серии ее нелогичных действий. Доверилась Малфою в школе, согласилась на уроки Окклюменции, пыталась убедить себя, что он хороший, даже после того, как увидела, что он владеет бузинной палочкой, не доверилась Гарри. Люди совершали глупые поступки, когда были влюблены в кого-то, и именно это случилось с ней. Он тебе не нравится, напомнила она себе. Тебе нравится его фантастическая версия, которую ты создала в своем воображении. Вот почему она решила вернуться к тому, чтобы мысленно называть его Малфоем. Драко, человек, который, как она думала, преодолел свои убеждения относительно магглорожденных, извинился перед ней и захотел стать ее другом, оказался ненастоящим. Драко не настоящий. Слезы навернулись ей на глаза. Он всегда был просто Малфоем, который очень хорошо играл. Но на самом деле настоящий Драко Малфой, вероятно, был где-то посередине. Не тот ужасный Малфой из ее прошлого, но и не тот Драко, которого она видела в конце семестра. На войне она узнала, что не все бывает добрым и злым, Пожирателями Смерти и не-Пожирателями Смерти, черным и белым. Большинство людей жили между ними в разных оттенках серого. Как его глаза. О Боже мой, Гермиона! Прекрати это! Дверь в комнату Джинни открылась, и Гермиона быстро вытерла глаза. - Привет. Это был Гарри. Конечно, это был Гарри. Это всегда Гарри, не так ли? Он настоящий. Его преданность, доброта, умение понимать, когда Гермионе нужно плечо, чтобы выплакаться. Возможно, она не сможет положиться на Драко Малфоя, но Гарри Поттер всегда будет рядом с ней, и это в любом случае было лучше. Гарри сел на место у окна рядом с ней и подтянул колени к груди, подражая ее позе, а затем уставился в окно. - Это сильно отличается от прошлого года, не так ли? - Да, - ответила Гермиона, взглянув на Гарри. Скажи ему! Сейчас самое время. Скажи ему! Но нет, она не могла так поступить с ним на Рождество. Он выглядел таким счастливым. Это успокоит его по поводу нападения. Скажи ему! Она не должна беспокоить его. Кроме того, она была слишком смущена. И было ли это действительно необходимо? Бузинная палочка будет возвращена сегодня вечером, и она была уверена, что Кингсли наложит на гробницу все известные ему чары, чтобы ее больше никогда не забрали. Палочка Гарри вернулась, и Гарри был в безопасности. Малфой продолжал бы быть глупым Малфоем, но он больше не представлял опасности. Образ Малфоя, плачущего на полу, всплыл в ее сознании, и она отогнала его. Вместо того, чтобы признаться во всем, Гермиона спросила: - Как ты на самом деле, Гарри? Он перевел взгляд на нее и отпустил колени, повернувшись к ней лицом, скрестив ноги на сиденье. - Я был напуган, - признался он тихим голосом, и тогда Гермиона чуть не передумала. - Меня напугало не само нападение, оно было таким незначительным, я просто... я не знаю. Это напомнило мне, что на самом деле это еще не конец и, вероятно, никогда не закончится. Зло всегда будет существовать, и нам просто нужно продолжать бороться. Он вздохнул. Гермиона подвинулась так, чтобы оказаться лицом к нему, и положила руки ему на колени, чтобы успокоить его. Он продолжил: - Дамблдор однажды сказал мне, что мы должны сражаться, затем снова сражаться и продолжать сражаться, чтобы держать зло в страхе, поскольку оно никогда не будет полностью искоренено. Он положил свои руки поверх рук Гермионы. - Я позволил себе забыть об этом. - О, Гарри... - Я в порядке, Гермиона. Я серьезно. Мне есть за что быть благодарным. Я думаю, что вся эта неразбериха была просто хорошим напоминанием. Он сжал ее руки и спросил: - Как дела, Гермиона? Не считая того, что произошло сегодня, я имею в виду. Когда я в последний раз видел тебя в школе, ты казалась отстраненной. Ты в порядке? В последний раз, когда он был в школе, она углубилась в уроки Окклюменции с Драко и чувствовала себя слишком виноватой за то, что открыла свой разум бывшему Пожирателю смерти, чтобы поговорить с Гарри. - Я в порядке, - мягко сказала она. - Я просто была так занята учебой. Взять столько Ж.А.Б.А.К. в дополнение к обязанностям старосты было немного безумием, особенно в конце семестра. Он кивнул. - И вы все еще близки с Малфоем? Джинни сказала, что ты проводила с ним все свое свободное время. Гермиона вздохнула и закатила глаза. - Я проводила с ним несколько часов в неделю, в основном над нашим проектом по арифмантике, который закончился. Так что в следующем семестре мне не придется его видеть. Джинни преувеличивает. - Она просто беспокоится о тебе, - защищался он. - Я знаю. Но она может быть настоящей занудой, когда захочет. Он улыбнулся ей в ответ и тихо сказал: - Без комментариев. - Умно, - улыбнулась она в ответ. После нескольких минут молчания она добавила: - Я скучаю по тебе. По вам обоим. - Тебе нужно чаще приходить к нам в этом семестре. - Я знаю. Хотя с Роном все равно странно. - Я понимаю, но лучше не станет, если ты полностью исчезнешь. Мы тоже скучаем по тебе, поэтому, пожалуйста, постарайся найти для нас время в твоем плотном графике. - Я обещаю, - согласилась она. В прошлом семестре она потратила слишком много времени на Малфоя и больше не повторит этой ошибки. Гарри вскочил со стула и протянул ей руку. - Пойдем, я должен был забрать тебя на продолжение рождественских празднований. - Продолжение? Гермиона потерла глаза. Если это будет продолжаться слишком долго, ей понадобится еще одно зелье выносливости. - Я понятия не имею, о чем идет речь, но Джордж настаивает, и все слишком жалеют его в этом году, чтобы отказать. Часть меня подозревает, что он чувствует это и сейчас делает все это только для собственного развлечения. Гермиона вложила свою руку в руку Гарри и позволила ему поднять ее с подоконника. - Гарри? - Да? - Спасибо, что всегда был рядом со мной. Он притянул ее в полуобъятия, затем отпустил и сказал: - Снова с тобой, Гермиона. Это был понедельник после Рождества, Гарри и Рону нужно было возвращаться на работу, поэтому Джинни и Гермиона воспользовались возможностью навестить Полумну. Несколько дней назад Кингсли сообщил, что бузинная палочка на месте, а гробница, судя по всему, не подвергалась вмешательству. Он добавил несколько своих защитных чар вокруг могилы, а затем оставил все как есть. Палочка Гарри также была возвращена с заверениями в том, что ее никто не трогал и даже не использовал. Гарри даже попробовал несколько более сложных заклинаний, которые он знал, и палочка отлично работала для него. Гермиона вздохнула с облегчением, так как это было единственное, в чем она не была уверена. Но у Гарри и этой палочки была глубокая связь, и небольшой атаки Драко, казалось, было недостаточно, чтобы разорвать ее. При отсутствии новых зацепок все дело, скорее всего, будет закрыто. В настоящее время девочки были в саду Луны, лепили снеговика. Гермиона настояла на том, чтобы они сделали это маггловским способом, и две ее подруги хорошо справлялись с этим, хотя несколько раз она ловила Джинни на том, что та использует свою палочку, чтобы придать шарикам идеально круглую форму. - Теперь нам нужна трубка из кукурузного початка, нос из пуговицы и два глаза из угля. И цилиндр, конечно. Гермиона посмотрела на Луну. - У тебя в доме есть что-нибудь подобное? - Теперь нам разрешено использовать магию? - серьезно спросила Луна. Гермиона кивнула, и светловолосая ведьма вызвала предметы из своего дома. Гермиона прикрепила красную пуговицу к носу снеговика, черную трубку - не кукурузный початок, но близко, как она решила, - к месту, где будет его рот, и добавила два кусочка угля для глаз, недолго думая, зачем Полумна и ее отец держат уголь в своем доме. Затем она добавила сверху шляпу волшебника. Она догадалась, что это магическая версия шляпы. - Вот, прямо как Фрости. Она отступила назад и лучезарно улыбнулась. - Э-э-э, кто такой Фрости? - спросила Джинни. - Снеговик Фрости! Это волшебный снеговик, который оживает и играет весь день. Потом, в конце концов, он тает. - О, это как тот парень Сантус, о котором ты нам рассказывала? - Санта, - поправила Гермиона, расправляя шапку Фрости. - И да. Разве у вас нет подобных историй, связанных с Рождеством в Волшебном мире? Что-то невероятное и волшебное? - У нас есть настоящая магия, Гермиона, - ответила Джинни, скрестив руки на груди. - Да, я думаю, это хороший довод. Для магглов, которые не могут видеть волшебство целый день, эти сказки: Санта, который приходит в каждый дом и оставляет детям подарки, и снеговик, который оживает, дают им возможность поверить в нечто фантастическое. Это добавляет празднику таинственности, волшебства и надежды. Это действительно прекрасно. Гермиона наложила на себя еще одно согревающее заклинание и подумала, насколько веселее было бы играть в снегу в детстве, если бы у нее был доступ к неограниченным согревающим чарам. - Я верю в Санту, - сказала Луна, и это заявление было невероятно странным даже для нее. Гермиона посмотрела на Джинни и увидела, что ее рот открылся, и она чуть не рассмеялась. - Что ты имеешь в виду, Луна? - спросила Джинни. - Ты думаешь, какой-то старик действительно ездит по всему миру и развозит подарки детям? Я полагаю, что это возможно. Чтобы успеть за одну ночь побывать в каждом доме, ему понадобился бы маховик времени. А спуститься в горячий дымоход он мог с помощью сжимающих и охлаждающих чар. А печенье, он должен просто исчезнуть, нет такой магии, которая убережет его от недомогания, если он съест их все. Но вся эта идея такая странная. И это действительно один из самых неэффективных способов доставки подарков всем, если бы это действительно был волшебник. - Это не то, что я имела в виду, - ответила Луна веселым тоном, в то время как Гермиона рассмеялась. Слушать, как Джинни описывает практические аспекты Санта-Клауса, было очень забавно. Когда она наконец справилась со своим смехом, она жестом велела Луне продолжать. - Прости, Луна. Продолжай. - Я не верю в маггловского Санту, но я верю в подобное. Сморщенный рогатый снорк, вракшпурты, вумблвиги и нарглы. Все говорят, что они ненастоящие. Но я верю. Это дает мне цель. Это отвечает на вопросы, на которые я не могу ответить. И, может быть, это неправильно, и я никогда не найду доказательств, но это нормально, правда? Джинни и Гермиона неловко переглянулись, не ожидая, что Луна переведет разговор о Санте в полусерьезное русло. - Да, Луна, я думаю, что это так, - Джинни похлопала ее по плечу. - Мой отец всегда говорил, что каждый сам выбирает свою реальность, - мечтательно сказала Луна. Три девушки замолчали, обдумывая эти слова. Это было то, над чем Гермиона обычно насмехалась. Существует только одна реальность. Но разве она не поступила так же, как Луна, когда дело дошло до Малфоя? Решила поверить во что-то безумное, даже когда все факты никак не подтверждали это, потому что так ей было легче? Но теперь она все поняла. Малфой не был добрым или заботливым за сарказмом, ухмылками и неуверенностью. Или был? Гермиона вспомнила отрывки из его записной книжки и то, как он выглядел, плача на полу перед ней. Он не был совсем бессердечным. Но он все еще использовал ее, и это означало, что ему нельзя доверять. Она вздохнула, затем снова легла на снег и начала делать снежного ангела. Гермиона понятия не имела, что теперь реально. Драко сидел за столом своего отца, нанося последние штрихи на эссе по трансфигурации, когда позади него раздался высокий голос: - Несси получила ваш заказ из Франции, мастер Драко. Они закончили его сегодня. Драко отвернулся от стола и потянулся за длинной тонкой коробкой, которую Несси протягивала ему. - Спасибо, Несси. Как раз вовремя. Домашний эльф поклонился и с треском покинул комнату. Он заглянул в коробку, осмотрел содержимое, затем закрыл ее, довольный увиденным. - Жаль, что это не сработает, - подумал он про себя, глубоко вздыхая. Его мать выздоровела почти мгновенно. Проспав почти сутки, она проснулась полная сил и провела весь день подарков, занимаясь инвентаризацией дома и планируя масштабный ремонт, чтобы избавить поместье от всего, что напоминало ей о пребывании здесь Темного Лорда. Она нанимала все больше домашних эльфов и без конца надоедала Драко разговорами о видах мрамора, люстрах и обработке окон. Но ему нравилось видеть, как она возвращается к нормальной жизни, и особенно нравилось ощущение, что именно он спас ее. Наконец-то он сделал что-то правильно. Он ожидал, что почувствует себя намного счастливее при этой мысли, но все, о чем он мог думать, была Гермиона Грейнджер. Она не сдала его. Вместо этого она помогла ему, побудила его снова попробовать контрзаклятие и обнаружила проблему с куклой. Он не смог бы сделать этого без ее помощи. И она, казалось, таинственным образом была проинформирована о положении его матери, когда появилась в тот день. Драко задался вопросом, как долго она рылась в содержимом невидимой коробки, прежде чем он обнаружил ее. Он должен отпустить ее, выбросить ведьму из головы. Но он лелеял надежду, что его отношения с Грейнджер не были полностью разрушены. Возможно, то, что она не выдала Драко, означало, что она не теряет веры и в него. Время, проведенное вдали от Грейнджер, только подтвердило Драко, что ему нравится проводить время с ней. Она была раздражающей, гриффиндоркой и невыносимой, но она также была доброй и заботливой и неоднократно помогала ему в прошлом году. Он отплатил ей тем, что вторгся в ее разум, украл ее воспоминания и напал на ее лучшего друга. Драко вздохнул и начал ходить по кабинету, время от времени хмуро поглядывая на тонкую коробку на столе. Она возненавидит это. Он знал это. Он действительно очень хорошо ее узнал. Этот подарок, вероятно, сделал бы все еще хуже, но он должен был что-то попробовать. По крайней мере, он был ей обязан. - Драко. Он вздрогнул, услышав голос матери в дверях. Ему потребуется немного времени, чтобы привыкнуть к тому, что она ходит повсюду. Он так долго привык быть один в Поместье. - Мама. Он подошел к ней и окинул взглядом ее лицо, проверяя, нет ли каких-либо признаков болезни, но она выглядела хорошо. Он мог сказать, что его мать была раздражена таким вниманием, но она потакала ему. - Я прошла проверку? - спросила она в конце концов. - Просто привычка, мама. Он сделал несколько шагов назад и подождал, пока она заговорит. - Итак, ты все еще настаиваешь на возвращении в Хогвартс? - она скрестила руки и пристально посмотрела на него, как делала бесчисленное количество раз, когда он был младше. Драко выпрямил спину, готовясь к очередному спору. - Да, мама. Я не передумал. Изначально он не планировал возвращаться в Хогвартс. Когда он поступил прошлым летом, его целью было найти лекарство для своей матери, а затем немедленно уехать. Но теперь, после столь усердной работы на уроках в прошлом семестре, он занял второе место (Грейнджер явно обошла его, хотя он винил в этом отвлекающий фактор, связанный с овладением палочкой в последние две недели). Он мог вернуться и по-настоящему заняться разрушением проклятия. Другие ученики наконец-то перестали его доставать, так что, возможно, закончить год будет не так уж плохо. Челюсть его матери сжалась, и она перешла к другой больной теме. - А твой отец? Ты не навестишь его со мной сегодня днем? Драко подозревал, что именно с этой целью она и пришла. - Нет, мама. Я все еще не готов. На этот раз она не стала на него давить, спасибо Салазару. Его мать положила руку на плечо Драко, затем наклонилась и поцеловала его в щеку. - Тогда, когда ты уезжаешь? - спросила она, смирившись. - Сегодня вечером, после ужина. Драко вздохнул с облегчением, радуясь, что избежал спора с ней. Она обняла его, и он наслаждался силой, которую чувствовал в ее объятиях, в миллионный раз поблагодарив ее за то, что она снова стала прежней. - Ну, если тебе придется вернуться, я настаиваю, чтобы ты писал домой раз в неделю. А еще ты можешь получить отличные оценки и выиграть кубок по квиддичу. Твой отец не хотел бы, чтобы было по-другому. Драко нахмурился на это замечание и был рад, что она не видит. Она отпустила его и устремила на него пронизывающий взгляд, а затем вышла из комнаты, мягко закрыв за собой дверь. Драко тяжело вздохнул и вернулся на свое место за столом. Он вытащил чистый лист пергамента. Ничто не могло объяснить сочетание чувств, которые он испытывал к Грейнджер, но, если он собирается вернуться в Хогвартс, он знал, что ему будет легче, если он сможет вернуть ее на свою сторону. Он работал над письмом в течение часа, переписывая его множество раз, и в конце концов опустил его в большой конверт вместе с подарком, который Несси доставила ранее. Он свистнул сову, и через несколько секунд появился Альтаир с вытянутой лапой. - Я понятия не имею, где она находится, но содержимое этого конверта очень ценно, поэтому, пожалуйста, будь осторожен. Альтаир взъерошил перья, и Драко погладил его по шее, уверенный, что он прекрасно справится с задачей. - После вручения этой посылки возвращайся в Хогвартс, - сказал Драко, доставая из ящика стола угощение и вкладывая его в клюв совы. - Я сейчас направляюсь туда. Альтаир кивнул головой. Драко направил свою палочку на окно, открыл его и увидел, как большая сова вылетела в снегопад. Может быть, это и сработало бы, но, скорее всего, нет. Он узнает об этом через два дня, когда снова увидит Грейнджер на уроках. Драко вышел из кабинета, чтобы собрать свой чемодан, размышляя о том, что ждет его в Хогвартсе. A / N: Краткое замечание о владении палочкой: Итак, на мой взгляд, бузинная палочка - довольно привередливая вещь и позволяет свободно менять ее владельца. Поэтому я думаю, что в конце этой главы Драко - ее истинный хозяин. Палочка Гарри, однако, по-прежнему верна Гарри. Я думаю, что это просто более верная палочка, и я не хотела, чтобы вся эта история с Драко мешала Гарри правильно использовать свою собственную палочку. Я думаю, что вся тема владения палочками в книгах мутная, поэтому я позволяю ей быть мутной и в этой истории.