Твоё лучшее торжество

– Итак, господа, время для второй части сегодняшнего мероприятия. Я прекрасно знаю, как вы любите публичные выступления этого человека, но сегодня он пришел не один! Своего партнёра он представит вам сам. Напоминаю правила поведения во время процесса: выступающих не трогать, не вмешиваться в процесс, говорить только тогда, когда выступающий обращается к зрителям. Разрешается любого вида самоудовлетворение. Да начнется грязь, друзья! Встречайте – Никс и «дуэт Льда и Пламени»! Отчеканив объявление, Розария вновь удалилась в направлении бара, где Бэй Доу уже подливала что-то в бокал из темно-фиолетового стекла, который вертелся в руках у директора весь вечер. – Это её собственный, – с некоторым умилением произнес Тома, проследив за взглядом друга. – Притащила его из дома. С виду госпожа Розария, конечно, кажется жёсткой и холодной женщиной, но для неё очень важны маленькие детали, дарящие ей уют. – Забавно, – улыбнулся Чайльд. – Никогда бы не подумал, что у неё есть такая черта. Он хотел сказать ещё что-то, но голос потонул в реве аплодисментов и улюлюканья зрителей, уже рассевшихся вокруг низенькой сцены. На сцену вышли двое мужчин в уже привычных глазу масках. В одном из них Чайльд тут же узнал Кэйю, а вторым, кажется, был тот, кого он успел заметить в дверях служебного помещения. На обоих мужчинах были светлые, свободные рубашки из стелящейся ткани, которые имели вырез почти до живота, и кожаные штаны с посадкой на талии. – Определенно в духе Кэйи, – прошептал другу Чайльд. – А? – Тома, судя по всему, уже полностью был заинтригован происходящим и даже не услышал его. – Я о нарядах. Уверен, их выбирал Кэйа. – Ха-ха, согласен, друг, – ответил Тома, и тут же повернулся обратно к происходящему на сцене. Чайльд понял, что сейчас явно будет что-то интересное, и решил больше не отвлекаться. Вновь принявшись рассматривать незнакомого ему выступающего, Чайльд отметил ярко-красные волосы, которые, несмотря на то, что были собраны в довольно высокий хвост, были такими длинными, что струились по плечам, выделяясь еще больше на светлой рубашке. Они были похожи и огненное зарево, очень красивые и пышные. Чайльда вдруг осенило, что где-то он уже видел эти волосы, но точно не был уверен в своей догадке, так что решил позже расспросить Кэйю. – Приветствую вас, друзья! Прекрасный вечер для того, чтобы быть развратными! Пожалуй, последую примеру госпожи Розарии и проведу краткое знакомство с теми, кто имеет честь быть здесь впервые. – Кэйа отвесил шуточный поклон в сторону бара, после чего обвел глазами зал и задержал взгляд на Чайльде. – Меня зовут Никс! Я очень холодный парень, но обещаю сегодня разгорячить вас не на шутку. Сегодня я приготовил для вас особенный подарок. Со мной парень, чьи волосы подобны лесному пожару! Да и сам он чертовски горяч. И сегодня я сделаю все возможное, чтобы вы в этом убедились! Представься, дорогой, уверен, наши гости жаждут услышать твой очаровательный голосок, прежде чем он надломится под моей рукой. Выступающий недовольно зыркнул на Кэйю, но тот в ответ лишь нагло ухмылялся. Грудь напряглась от тяжелого сосредоточенного вздоха, но вместо того, чтобы представиться, мужчина начал… раздеваться. Расстегнув длинную молнию, он спустил штаны, под которыми больше ничего не было. Рубашку снимать почему-то не стал. – Приветствую, господа. Меня зовут Игнис, рад сегодня послужить на благо вашим извращенным душам, – красноволосый поклонился залу с легкой улыбкой. – Это мой первый опыт в публичном выступлении, и я немного нервничаю. Я обещал господину Никсу сегодня быть честным и открытым перед вами. Прошу, не судите меня строго. – О, Архонты, какой же он душка! – не сдержавшись, выкрикнул кто-то из гостей, но тут же смолк, почувствовав на себе предупредительный взгляд со стороны бара. – Все верно, дорогой, будь честен и открыт перед нашими гостями! – проворковал Кэйа и похлопал по заду партнера. – А теперь облокотись на софу и продемонстрируй то, как ты подготовился к сегодняшнему вечеру. Игнис послушно разместился на диванчике задом к зрителям и раздвинул ноги. В свете ламп сверкнул красный камешек анальной пробки. – Я ходил с ней весь день, сэр. Меня будоражили мысли о сегодняшнем вечере и очень хотелось трогать себя. – пролепетал парень. – Но ты этого не сделал, так ведь, милый? Я же запретил тебе прикасаться к себе до вечера, – Кэйа по-хозяйски очертил ладонью чужую ягодицу. – Нет, сэр, я бы не посмел ослушаться вашего приказа. – Умница! Тебе определенно полагается награда! Что бы ты хотел получить в качестве поощрения? – Прошу вас, отшлепайте меня, господин… – почти прошептал Игнис. – Что-что? Разве так просят? Я едва слышу тебя, не говоря уже о наших дорогих гостях. Видно не очень-то тебе этого и хочется, – Кэйа определенно обожает издеваться над людьми. – Ах, нет, простите меня! Я изнемогаю, сэр! Я так ждал сегодняшнего вечера, умоляю, отшлепайте меня так сильно, как только сможете! – вскричал парень. Вероятно, он был рад тому, что гости не видят его, раскрасневшееся от стыда, лица. – Так бы сразу. Уверен, что твоя просьба верна? Ты ведь даже не знаешь, насколько сильно я могу тебя ударить. Чего бы тебе хотелось? Паддл, флоггер, розги, ремень? Быть может, ты предпочтешь трость? Но, предупреждаю, это может оказаться слишком смелым решением для тебя, – Кэйа подошел к красивой деревянной панели, на которой были вывешены все вышеперечисленные девайсы, с интересом поглядывая то на них, то на партнера. – Я бы хотел получить порку флоггером, сэр, если вы позволите, – послышались мольбы с диванчика. – Не могу отказать такой милой просьбе! Подойди сюда, – приказал Кэйа. Игнис слез с софы и направился к партнеру. Часть сцены с диванчиком совершила оборот и на его месте оказалась необычная конструкция: крепления в полу, вероятно, предназначались для обездвиживания ног, а два торчащих столбика с такими же креплениями – для рук. – Устраивайся поудобнее, дорогуша, не заставляй меня ждать, – Кэйа заботливо подтолкнул парня в сторону конструкции. Красноволосый неуверенно шагнул к распоркам, поставил на место креплений ноги, разведя их на ширину плеч и опустил руки на столбики. Кэйа защелкнул все механизмы, удерживающие конечности, после чего вернулся к стенду и снял со стены средних размеров флоггер. Тонкие полоски кожи, прикрепленные к ручке, едва заметно блестели. Неспешно подойдя сзади к партнеру, мужчина легонько провел девайсом по его спине. – Тебе уже не терпится, не так ли? – промурлыкал Альберих, наблюдая за тем, как подрагивает тело Игниса. – Да, сэр. – М-м-м, тогда умоляй меня еще больше! – «каков наглец, да он же над ним издевается!» – Прошу вас, господин! Я жажду вашей плети! У меня начинает вставать лишь от мысли о том, как вы хлестаете меня! Умоляю вас! – голос Игниса дрожал, но непонятно было, от возбуждения или от волнения. – Хороший мальчик. Итак, я дам тебе десять ударов, а ты будешь считать. И я хочу, чтобы ты благодарил меня после каждого раза. Если ты собьешься, последует наказание. Ты хорошо меня понял? – голос Кэйи вдруг перестал быть мягким и заботливым. Вместо этого он сменился на тон, полный власти и даже немного внушал страх. – Я понял вас, сэр. – Прекрасно. *Свист. Удар.* – Аха… – Игнис выгнулся от неожиданного удара. – Раз. Спасибо, сэр… *Свист. Удар* – Два! Спасибо, сэр! – Чайльд успел заметить, как член сабмиссива возбужденно дернулся. *Свист. Удар.* – Ай… Три! Благодарю вас, сэр! – всхлипнул Игнис. – Что такое? Тебе больно? – холодно спросил Кэйа. – Помнится, ты сам несколько минут назад умолял меня шлепать тебя со всей силы. – Нет, сэр, простите, я в порядке… – парень шумно выдохнул. Время тянулось безумно медленно. К шестому удару из члена Игниса непрерывно сочился предэякулят. Чайльд до сих пор не мог понять, какого черта он вообще забыл в заведении, в котором происходит ЭТО, но почему-то не мог отвести глаз от всхлипывающего и болезненно стонущего, но при этом невероятно красивого красноволосого мужчины. И от Кэйи, открывшегося для него с новой стороны, не беззаботно шутящего, а властно приказывающего, бесстрастно наносящего удар за ударом. *Свист.Удар* – Ах.. Семь! Благодарю вас, сэр! – проскулил Игнис. – Я уже близко, сэр, прошу, позвольте мне кончить, когда я буду готов! – Позволю после десятого удара, если не собьешься, дорогой, – чуть смягчил тон Кэйа и огладил рукой член партнера, отчего тот жалобно заскулил и попытался свести ноги, но распорка не позволяла это сделать. *Свист. Удар* – Восемь! Спасибо, сэр… – сабмиссив уже начал переходить на причитания, что свидетельствовало о неминуемо приближающейся разрядке. *Свист. Удар.* – Кх… Благодарю вас, сэр… *Следом резкий, сильный удар рукой.* – Ах, это… – растерянно пролепетал Игнис. – Я так думаю, ты уже заметил, что сбился со счета, мой дорогой. К сожалению ты потерял мое разрешение на свою разрядку, – сочувствующе изрек Кэйа, похлопывая по раскрасневшимся ягодицам. – Время обратиться к залу, и выбрать для тебя наказание! Предлагайте свои варианты, друзья! – Как насчет дополнительных пяти ударов? – выкрикнул один из гостей. – Маловато! Может, десять? Пусть мальчик помучается от невозможности кончить, видно же, что он уже на грани! – тут же перебил другой. Несколько минут присутствующие в зале спорили какое бы поизощреннее придумать наказание. Спорили ровно до тех пор, пока к сцене не приблизилась Розария, все еще держа в руках бокал. – Многие наши гости забывают, что дорогой Игнис ещё зелен в нашем деле. Давайте сильно не будем мучить мальчика. Если позволите, я тоже предложу свой вариант. Зал тут же зааплодировал, приятно удивленный желанием директора поучаствовать в процессе. – Как насчет трех ударов тростью? – холодно улыбнулась женщина. – Не так много, но так как это, пожалуй, самый болезненный девайс, думаю, этого будет вполне достаточно для наказания. – Неплохое предложение, госпожа директор, – ухмыльнулся Кэйа. – Что скажете, господа? Снова раздались одобрительные аплодисменты. Альберих вновь подошел к панели с инструментами и, повесив флоггер на место, снял с крючка довольно толстую трость. – Не завидую я тебе, мой мальчик. Но что поделаешь, ты сам этого добился. В этот раз считать буду я. А ты постарайся расслабиться и стойко выдержать эти три удара. Ты справишься и сможешь кончить, я обещаю, – Кэйа ласково взъерошил красные волосы. – Я понял, сэр. Я провинился и готов понести наказание, – приглушенно ответил Игнис. – Тогда не будем тянуть время. Раз! – трость размашисто приложилась сразу о две половинки бедер. Послышалось болезненное шипение. – Два! – в этот раз трость ударила выше, совсем недалеко от поясницы. И даже через маску было видно, как из глаз брызнули слезы. – Три! – Игнис сорвался на крик, сжав руки в кулаки до побелевших костяшек. – Ты молодец, мой дорогой. Ты стойко вынес наказание, думаю, нет здесь человека, который со мной не согласится! Ты можешь кончить, наконец. Услышав позволение, парень тут же излился с громким стоном облегчения. Его глаза закатывались, а на лице играла счастливая улыбка. – Что нужно сказать в конце? – заботливо напомнил Кэйа, освобождая руки и ноги Игниса. – Спасибо, сэр, мне было очень хорошо. Спасибо и вам, господа, за то, что наблюдали, надеюсь вам все понравилось, – сабмиссива немного шатало, но он все равно повторил тот же поклон, что и перед началом процесса. – Рады были быть здесь сегодня с вами, друзья. Надеюсь, прощаемся не на совсем, быть может вы снова увидите этого очаровательного парня на сцене! А теперь, позвольте откланяться, я должен пойти позаботиться о своем подопечном. Хорошего вечера, господа! Попрощавшись, Кэйа взял Игниса на руки, и скрылся в служебном помещении за баром.