Заточение

Это был невероятный день, насыщенный и при этом промелькнувший, словно короткий миг. После легкого завтрака Сакура отправилась в большой природный онсен, вымощенный гладкими, но нескользкими камнями, температура в термальном источнике была равна температуре тела и заходить в нее было приятно. Мегуми надела на шею Сакуры плотный ошейник-поплавок и предупредила, что находиться в этой воде можно не больше получаса и что она придет и разбудит Харуно минута в минуту. — Но я не планировала спать. — Хохотнула Сакура. — Эта вода богата природными минералами, которые очень быстро расслабляют мышцы и человек впадает в дрему. Именно поэтому я надела на вас поплавок, Сакура-сама. Харуно действительно уснула. Это было нечто невероятное — ощущать себя практически невесомой в воде и при этом полностью расслабившись, отдаться спокойным мыслям, утягивающим в дрему. Ее разбудило нежное прикосновение прохладной руки Мегуми и ее добрый голос. Совершенно обнаженную, помощница повела ее в комнату, где пахло травами и маслами и уложила на белоснежную высокую кушетку, где ловкие руки двух девушек размяли каждый сантиметр ее уставших мышц. Потом ее перевернули лицом вверх и, накрыв горячим мокрым полотенцем начали массировать голову, осторожно касаясь уже бледнеющих шрамов на висках. Затем Сакуру облачили в юкату и направили в еще одну комнату, где она медитировала, однако совсем иначе, чем во время реабилитаций. Одна из девушек жгла благовония и играла на каком-то странном инструменте, издающем хрустальные звуки, рассыпающиеся по комнате, словно осколки. Вторая девушка периодически говорила тихие едва различимые слова. Сакура не понимала, говорит та на другом языке, или же просто в голове все смешалось и она перестала понимать даже родной язык. Мысли странно спутывались, превращаясь в обломки фраз и обрывки картинок. Иногда Харуно морщилась и вздрагивала, иногда на ее лице проступала улыбка. Но, она почти не запомнила времени, что провела в медитации, казалось, прошло не больше четверти часа, но когда Мегуми тихим шепотом направила Сакуру на выход из медитации, оказалось, что та просидела вот так целых три часа. — Невероятно! — Выдохнула куноичи, осторожно поднимаясь после того, как Мегуми уложила ее на бок. — Я рада, что вам нравится, Сакура-сама. — Поклонилась распорядительница. Затем ее проводили в то же место, где она завтракала. Там Мегуми провела Сакуре чайную церемонию, предлагая фрукты в качестве обеда. После еды Харуно немного прогулялась, цокая своими деревянными гэта по мосту, затем ее снова проводили в одну из комнат главного строения. Вместе с Мегуми они занимались дыхательной гимнастикой управлением энергий. Сакура вдруг более отчетливо почувствовала свою чакру, циркулирующую в теле. Это было невероятно приятно. Харуно вновь искупали в источнике, в котором температура была выше и сидеть было можно не больше десяти минут, а потом тут же отвели в деревянную ванную наполненную теплым ароматным маслом. Она снова дремала, ловя мелькающие картинки ее жизни, однако, ни одной не видела из прошлого. А, может и видела? Снова массаж и многочасовая медитация, а затем прогулка и легкий ужин. От каждой минуты здесь Харуно получала колоссальное удовольствие. До самого заката ее водили за ручку, словно маленького ребенка и ухаживали за ней и ее телом, как за королевой. В завершении дня, после ужина, Сакуре снова сделали массаж головы, а затем две девушки вымыли ей волосы, потратив на эту процедуру по меньшей мере час, втирая в розовые пряди масла и какие-то питательные крема. — Пойдемте, Сакура-сама, я провожу вас до домика, где вы отдохнете. — Прошептала распорядительница, помогая подняться. — Я отдыхала сегодня весь день, Мегуми-сама. Спасибо большое за это. — Сакура поклонилась. — Тогда вы можете осмотреться. Хотите я вас сопровожу? — Нет, все в порядке. Я могу прогуляться сама? — Куда пожелаете, Сакура-сама. Доброй ночи. — Мегуми поклонилась и грациозно ушла, оставив Сакуру одну. Я зайду за вами на рассвете. Харуно блуждала по деревянным мостам, разглядывая странные темные отвороты в лесок, который окружал озеро. На небе взошла луна, которая начала уже убывать и теперь казалась немного обкусанной с одного бока. Мысли все так же спутанно бегали в голове, выхватывая разные картинки из памяти. Вот Джиро предлагает ей избавиться от прошлого. Вот Неджи рассказывает ей имя человека, которого она всегда любила. Вот Наруто рассказывает историю о бедном мальчике, потерявшем всех близких. Вот Цунаде рассказывает о том, что случилось с ее памятью. А потом гулко, с многократным эхом, в голове пронесся обрывок диалога. «Я до сих пор влюблена в него?» «До сих пор…» — Ответ Наруто, был необычайно громким и больно стучался о голову Сакуры, заставив ее схватиться за поручни моста. Сакура посмотрела в воду, силясь победить свое забытие и вспомнить хоть немного. В отражении воды она увидела луну, звезды, фонарики, освещавшие дорогу и свой силуэт. — Саске… — Прошептала она, и вдруг почувствовала, как сердце ускорило свой ритм. Это имя вызывало у нее трепет, пусть даже она и не помнила его…

***

Учиха сидел на поляне, поигрывая пальцами с летающими светляками. Они уже не взмывали таким красивым вихрем в небо а лишь изредка поднимались по одному, или двое, чтобы переместиться на теряющую свои лепестки цветущую вишню. Те, что находились рядом, иногда заползали на руки и тогда Саске шевелил пальцами, заставляя их снова взлетать. Светлячки не улетали, а лишь кружили вокруг, иногда садясь на руки, иногда отдаляясь чуть-чуть, чтобы снова вернуться. Это было приятно и очень красиво, ведь свет этих жучков был даже ярче звездного. Они чертили свои светящиеся траектории, оставляя быстро растворяющийся зеленовато-голубой след, завораживая и умиротворяя. Вдруг подул ветер, который был никак не связан с настроением Саске. Сердце Учихи мгновенно забилось, ведь такое бывало только тогда, когда он слышал голос Сакуры. Он вскочил на ноги, оглядываясь и его взгляд вдруг зацепился за то, как вишневые лепестки обрываются ветром, смешиваясь со взлетающими от побеспокоившего колебания светлячками и закручиваются в вихрь, обрисовывая человеческий силуэт девушки, смотрящей в воду. «Саске…» — Пронесся по всему его миру тихий шепот. И в этот миг новый порыв ветра развеял лепестки по воде, а светящиеся маленькие жучки скучивались в небольшой рой и вновь направились на поляну, чтобы скрыться в траве. — Сакура! — Что есть мочи закричал Учиха, бросаясь к тому месту, где только что виднелся силуэт.

***

Глядя в воду, Харуно вдруг снова услышала этот голос. Его голос… «Сакура» — Позвал он. Точнее, он кричал. Громко и надрывно. Харуно завертела головой, оглядываясь по сторонам, но снова ничего не увидела. Зато, почувствовала. Чакру… Его чакру… Она не знала, почему так решила, но знала, что это точно он. Где-то там зовет ее. И это не галлюцинация. — Я иду к тебе… Она развернулась, прислушиваясь к источнику чакры и последовала по темной тропинке куда-то в сторону гор, цепляясь за ощущения отголосков силы человека, который только что так надрывно позвал ее… Она идет. И найдет его, во что бы то ни стало. Идти было не удобно, так как одеяния, что были на ней сейчас — юката, повязанная поясом сзади и деревянные гэта, были не очень приспособлены для блуждания по лесным тропинкам. Но, Харуно не останавливалась, чтобы не упустить эту такую до боли знакомую, зовущую чакру из своих ощущений. Пройдя по тропе мимо двух гор у подножия которой был расположен дворец Золотого Дракона, Сакура вышла к той, что так привлекла ее внимание с самого начала. Что-то в этой горе отличалось от всей этой местности. Из нее исходила сила… И сквозь монотонный фон этой силы она чувствовала, как магнитом тянет ее внутрь чакра Учихи Саске.

***

«Я иду к тебе» — Услышал он. И сердце едва не выскочило из груди. Это правда? Или же галлюцинации… Неужели она действительно идет. Он не знал, где искать, лишь шум в ушах неистово говорил о том, что внутри него кипит надежда на то, что она, наконец, придет к нему… — Сакура… — Выдохнул он ее имя, падая на колени. Руки неистово дрожали. Он не знал, что она совсем рядом, не знал, что слышит и чувствует его. Просто звал, потому, что сейчас она была ему нужна, как никто другой.