Цикл

Я знала, что найду его здесь. С недавных пор он часто сюда ходит. Может он несчастлив со мной? Смотрю на Акацию. Мне жаль. Ветер колышет траву. Включая колосок, что он держит во рту. Такой отстраненный. Я потеряла ребенка. Это делает меня плохой женой? Мы давно уже вместе, может стоит это все прекратить? Он повернулся. Позвал по имени. В глазах нежность. Или может сочувствие? Просто меня жалко. Сажусь рядом. Здесь почему-то так хорошо. Не хочу ни о чем думать. Смотрю на ряды камней. Многие уже поросли мхом. Как давно мы здесь. Я даже не смогу перечислить всех, кто лежит под землей. Все, что осталось. Отпечатки да камни. Вот этот булыжник наш. Кладу голову на его плечо. Он даже не сдвинулся. Спрашивает, рада ли я за Пиона. Друзья с детства. Самый младший из нас. Скоро у него будет ребенок, но внутри меня только зависть. Стыдно. Все горит. Если что-то случится, я буду рада? Он гладит по волосам. Возьмет ли он в жены Маргаритку, когда та подрастет? Он смеется. Но я слышу в этом ясный ответ. Придвигаюсь к нему, хочу поцеловать. Он говорит, что я бы тоже взяла в мужья Пиона, если бы не он. Неприятно. Будто съела что-то испорченное. Гадкая сладость прямо на языке. Это правда, он знает. Что тогда держит нас вместе? Наша пара камней? Он гладит по волосам. И время будто замирает. Здесь почему-то так спокойно и хорошо. *** Как думаешь, мы одни? Не понимаю. Пион смотрит в небо. Ему нравятся звезды. На этой земле. Мы не ходили далеко, но вдруг. Я его прерываю. Все знают, что он хочет зайти дальше развалин, но это небезопасно. Никто не знает, что там. Но разве это не повод уйти? Разве не хочешь знать, что там? Не может быть, чтобы мы… Перестаю слушать его, прислушиваюсь к голосу глубоко внутри. Да, хочу. Хочу? Могу не вернуться. И зачем тогда это все? Там может ничего. А что ничего? Просто лес? Стало как-то холодно. Хочу ли я? Хочу. Но это же просто бессмысленно. Пион берет меня за руку. Что он от меня хочет? Говорит, что он хочет знать. Непросто так же всё. Что? Вся жизнь непросто. Фыркаю. Это глупо. Когда нас будет больше, мы сможем организовать поход. Все это знают. Отпускает мою руку. Отворачивается. Я его не понимаю. Он шепчет. Нас не будет больше. Наоборот. Нас все меньше. Зимы суровые. Однажды в бункере перестанет быть тепло. Прошу перестать. Когда Пион начинает об этом, кровь стынет в жилах. Такого не будет. Улыбаюсь ему. Спрашиваю про Виолетту. С ней все в порядке? Скоро ведь прибавление. Кивает мне и снова смотрит на небо. Он был таким веселым раньше. У него мягкие волосы. И волшебная улыбка. Он так хотел знать всё, что я умею. И мне так нравилось его учить. А теперь… Придвигаюсь ближе. Всё будет хорошо. Он выкинет это из головы, когда начнет заниматься делами. Может, стоит сходить в библиотеку? Книги порадуют Пиона. Хоть и не все можно прочесть, но там же здорово. Сделаем бумагу. Не ответил. Может стоит ходить со Сборщиками? Увидит ближайшие места. Будет возможность все изучить. Даже не смотрит на меня. Может хочет изучать растения? Однажды я нашла красную краску, ты сможешь найти что-то ещё. Пион повернулся. В глазах что-то. Перестаю говорить. Единственный поцелуй от него. Прямо под звездами. *** Лавр зол. Он сужает глаза, когда смотрит на меня. Поднимаю бровь, мне не страшно. Я изобретатель. И я ни в чем не виновата. Акация тоже ушел. Но я знаю, что он вернется. Он не бросит город. Он другой. Пион же. Да. Мы его больше не увидим. Лавр хмурится. Говорит, что я должна была его отговорить. Отговорить от чего? Это его мечта. Я злюсь. Можно было бы разрешить ему делать вылазки. Можно было... Тогда почему ты не сделала? Потому что это не мое дело. У него есть жена. И будет ребенок. Отворачиваюсь, мне нужно делать свечи. Прошу его оставить меня. Пусть не трогает. Это все не мои проблемы. Слышны шаги, поворачиваю голову, чтобы посмотреть, как Лавр уходит. Но это не он. Акация! Что с рукой? Она разодрана. Кровь и лоскуты кожи. Становится плохо. Лавр беспокойно начинает искать травы. Меня тошнит, но я подхожу ближе, чтобы осмотреть раны. Тяжело дышит. Аккуратно поворачиваю его руку. Только с одной стороны. Странные раны, не от зубов. Вытягиваю свою руку в сторону, Лавр уже подает нужное. Запах такой неприятный. Акация поднимает глаза, смотрит долго, или мне только так кажется? Говорит, что не смог его остановить. Я знаю. Пион нас променял. *** Виолетта стоит на пороге. Я считаю дичь. Не смотрю на неё, я занята. Что ей нужно? Хочет ещё одну порцию еды? Это не ко мне. Я оборачиваюсь, когда зовет. У неё на руках малютка. Кольнуло сердце, но лишь на секунду. Похожа. Улыбается. Пришла поговорить. О чем же? Она не уверена, как назвать дочь. Пион придумал одно имя, прежде чем. Я знаю. Какое имя? Котоура. Котоура? Набор звуков. У меня есть дела поважнее. Хочу уйти в другой конец комнаты. Виолетта не дает. Сунула прямо в руки. Ребенок мирно спит. Надежно завернут в шкуру. Она теплая. Невольно зарываю пальцы в шерсть. Такая милая. У меня и него были бы такие же? Или совсем ничего? Сжимаю крепче. Ещё крепче. Маленькое личико. И нос прямо как у него. Такое теплое хрупкое тело. Виолетта что-то говорит. Открывает глаза. Эти глаза. Пальцы вцепились. Кажется, сейчас закричит. Хочу разжать руки. Кто-то дернул за рукав. Ручка совсем маленькая. Поднимаю глаза от ребенка. Милая мордашка. Платон на руках у матери. Любопытно глядит на малышку. Подношу ближе к нему. Смотрят друг на друга. Платон тянет ручку. Кладет на шкуру. Котоура смотрит. Виолетта спрашивает, назвать ли её в честь меня. Я говорю: Котоура отличное имя.