Я поймаю

Когда хромированные створки мягко сомкнулись, отрезая его от спящего Бога, и лифт поехал на пятидесятый этаж, Тони выдохнул и с силой провел обеими руками по лицу. – Джарвис! Мониторь его состояние. Если будет хуже – немедленно сообщи мне. И, если начнет разводить какую-то подозрительную деятельность – тоже сообщи. Утром составлю более подробные протоколы на все случаи жизни, а пока просто наблюдай и говори обо всем, что выходит за рамки. – Я правильно понимаю, что ваш «пленник» останется тут на некоторое время, сэр? – мягко уточнил ИИ. – Да, правильно. Его как бы… на меня скинули. – То есть, будет не лишним заказать еду, одежду и все необходимые бытовые принадлежности? – Заказывай, – кивнул Тони. – Только по поводу еды и одежды уточни у него. Понятия не имею, чем питаются Боги! Да, и если будет о чем-то спрашивать – помогай, он все-таки не местный. Но только в плане «как и чем пользоваться», а не в плане «как именно это работает». Считай его… э-э… инопланетным подозреваемым в особо тяжких преступлениях, с неизвестными мотивами и возможностями. Но пока не преступником. И доступ на его этаж закрой для всех, кроме меня и Тора. Не хватало только, чтобы какой-нибудь «Робин Гуд» ночью приперся и задушил его тетивой от своего лука! – Имеете в виду кого-то конкретного, сэр? – Нет. Но, если бы меня попросили выдвинуть версию, я бы сказал… Двери лифта мягко разъехались, и Тони вышел в гостиную пятидесятого этажа, где сидели трое обеспокоенных Мстителей. – Бартон! Вижу, ты себе кофе заварил. А мне заодно не сделаешь? Клинт, который действительно только что вынул из навороченной кофемашины стакан ароматного напитка, подозрительно нахмурился: – А ты что, уже закончил возиться с нашей принцессой? – Если ты о Локи, то да! Усыпил его поцелуем любви. Ну, и двумя литрами снотворного, – хмыкнул Тони, снимая костюм и проходя на кухню. – А ведь могли бы и встретить меня с готовым кофе! Сутки без кофеина, у меня ломка уже начинается! – Так все-таки, что происходит? – резко спросила Наташа. – А что происходит? – сделал невинное лицо Тони, подходя к кофемашине и наполняя чашку. Потом сделал глоток и блаженно выдохнул: – Господи, вот это кайф! Без обид, Златовласка, но у вас, в Асгарде, такого не делают! – Старк! – Я не перешел на сторону зла, если вы об этом! Но, раз уж мы вернулись на Землю, то Женевские конвенции снова в фаворе, а это значит, раненым заключенным надо оказывать медицинскую помощь. – Ага, и селить их в пентхаусах, и защищать ото всех подряд… Старк стиснул зубы. – Вы хоть сами-то видели, что у него со спиной? Там кости просвечивают! А после путешествия по Мосту раны снова открылись, но, опять-таки, кто б заметил? Вдова поджала губы и замолчала. А вот Клинт молчать явно не собирался. – Думаешь, мы не видим, как ты над ним трясешься? Принципы принципами, но дело ведь уже не только в них, верно? Ты повелся на его уловки! Он тебе наплел какую-то жалобную ересь, прикинулся невинной овечкой, попросил защиты – и ты вместо тюремщика стал его личным телохранителем! – Ага, – кивнул Тони, – так все и было. Именно поэтому я запер его в одном из самых надежных мест на Земле и ограничил доступ ко всему – не хочу, чтоб его кто-то обидел! – Послушай меня, друг Старк, – вмешался Тор. – Я понимаю твое желание поступать по справедливости, но лучник прав – ты ведешь себя так, будто уже занял сторону Локи. Если он убедил тебя, что невиновен… – Ой, да разумеется, он виновен! Вы о чем вообще? Не знаю, какие у него были мотивы, тут у меня действительно куча сомнений, но он убил дофига людей и организовал инопланетное вторжение! И да, если его выпустить, он может попытаться это повторить. А потому будет сидеть взаперти под усиленной охраной. Но я не позволю, чтобы он истекал кровью в моем доме или носил какие-то идиотские намордники только потому, что иначе он, якобы, «переманит меня на свою сторону»! – Говоришь так, будто уже переманил, – заметил Клинт. Тони вздохнул, прикрыл глаза и сжал двумя пальцами переносицу. – Ладно. Джарвис! Будь другом, озвучь нашим гостям все мои приказы за последний час! И открой полный доступ к истории твоих протоколов для мисс Романов – чтобы она тоже смогла убедиться. ИИ монотонно перечислил все пожелания хозяина: максимальная защита семидесятого этажа, блокировка лифта для всех, кроме Старка и Тора, позволение купить еду и одежду для Локи, приказ помогать ему в быту, не раскрывая, как именно работают вещи, только поясняя, как ими пользоваться… Ограниченный доступ к земным технологиям и новостям. Приказ немедленно сообщать, если Локи станет хуже или он будет вести себя подозрительно… – Довольны? – хмуро спросил Тони и залпом допил остатки кофе. – По земным меркам я гений вообще-то! Понимаю, всех бесит, что я не пинаю лежачего и не вкладываю миллиарды в строительство новой супер современной камеры пыток, но увы, с этим ничего не поделаешь – такой вот я добряк. – Кстати о «добряках». Зачем ты тогда, в Асгарде, затеял спор с викингом? – помолчав, спросила Наташа. – Ну, с этим, как его… – С Вольстаггом, – подсказал Тор. – Да, с ним! Тони удивленно поднял брови: – А так не понятно? Ты вот сама что интересного услышала? Вдова задумалась на мгновение и пожала плечами: – Они все ненавидят Локи! – Разумеется, он же злодей всея Асгарда! Ну, а кроме этого? – Никому не верят на слово, если речь заходит о нем. Вообще никому. Притом, видимо, уже давно. – А это значит?.. – Старк покрутил в воздухе открытой ладонью, предлагая продолжить мысль. – Что они... на самом деле ни черта о нем не знают, – нехотя сказала Романов и обескураженно мотнула головой. – А стало быть, и Тор не знает. Потому что всю инфу о Локи они получают в основном от него. – Ага, вот именно. Ярлыки – великая вещь! – подытожил Старк. – Называешь кого-то лжецом – и даже факты, рассказанные другими, не имеют веса. Ярлык-то уже наклеен! – Эй! – возмутился Громовержец. – Хотите сказать, это Я лгу по поводу того, что он манипулятор и обманщик?! – Нет. Просто не видишь ничего дальше этого. – А ты видишь?! – Я ученый. Мы никогда не делаем выводов на основе неполных данных. Так что пока присматриваюсь. Но одно могу сказать наверняка: ТВОИ данные мне полной картины не дадут. – Так, понятно, – закатил глаза Бартон. – Останусь-ка я в Башне, на всякий случай! – И я, – мрачно сказал Тор. Тони повернулся к Наташе и вопросительно выгнул бровь: – И ты? – Ну, мне все равно пока делать нечего, – мило улыбнулась она. – Выделишь нам комнаты? – А что, у меня есть варианты? – вздохнул Тони. – Ладно, все равно хотел организовать здесь штаб альтернативных Мстителей, которые будут делать все то же самое, но без Фьюри… На этом этаже десять гостевых спален, выбирайте любые! – Ему – весь этаж, а нам – по комнате? – возмутился Бартон. – А вы хотите, чтобы я к нему подселил кого-то? Или вам по этажу выделил? Так он – массовый убийца, а у вас какие оправдания? Бартон хлопнул себя по лбу, вздохнул и пошел копаться у Тони в баре. Вдова, заметив, как он достает бутылку, согласно кивнула и помахала ему рукой, типа «налей и мне!». – Чудесно, – прокомментировал Тони. – Мало того, что за мной теперь будут следить, как за потенциальной жертвой Бога Обмана, так они еще и бухать собираются за мой счет… Эй, здоровяк! Можно тебя на минутку? – Меня не берут ваши мидгардские напитки, если ты об этом волнуешься, – пробасил Тор, но все-таки подошел и встал рядом с ним у окна. – Да нет, я о другом. У меня тут накопился примерно миллион вопросов, не мог бы ты мне разъяснить кое-что? – По поводу Локи? А не ты ли пять минут назад говорил, что моим знаниям нет веры? – Я только сказал, что ты не дашь мне полной картины! А вот, например… Что Локи умеет? На что он способен теперь, когда на нем ошейник? Один говорил, он не асгардец – а кто тогда? И еще мне любопытно: почему вы решили его наказать только сейчас, три недели спустя? Сразу-то вам что мешало? Тор вздохнул и отвернулся к окну. – Не стоило бы мне рассказывать о нем всего… Но ты прав. Тебе необходимо это знать, раз отныне ты его тюремщик. Дело в том, что Локи, он… полукровка. Наполовину асгардец, наполовину йотун. Ледяные великаны Йотунхейма – это злобная и могущественная раса, с которой мы воевали много лет и которых до сих пор считаем врагами. Всеотец нашел его младенцем после кровопролитной битвы, одного в цитадели свергнутого правителя. Узрев свой шанс на спасение, Локи чисто инстинктивно с помощью магии придал себе облик асгардского ребенка, и отец не смог бросить его на погибель среди трупов и нетающих снегов. Забрал домой, а потом растил как собственного сына. Но та война была поистине страшной! У нас до сих пор ходят легенды о жестокости йотунов, мы с детства считали их бездушными монстрами. Поэтому, когда Локи выяснил, что он – один из них… – Что? – нахмурился Тони. – Попытался вас всех убить? – Нет. Попытался доказать, что он – один из нас. Убил своего родного отца, короля Йотунхейма, якобы, защищая от него спящего Одина, а потом едва не уничтожил весь их мир. Я помешал ему в последний момент, обрушив Биврёст. И тогда же Локи упал. Точнее, отпустил рукоять Гунгнира, за которую цеплялся, вися над Бездной. – Отпустил? В смысле… сам? – опешил Тони. И задал давно интересующий его вопрос: – Ну, а ты-то почему его не поймал? Ты ведь летаешь на молоте! – Я не мог, – вздохнул Громовержец. – Из той Бездны нет выхода. Она ведет к стволу Вечного Древа Иггдрасиля, перекрестку миров. Те, кто падают в нее, могут оказаться где угодно, причем, всегда в разных местах. Если вообще выживают. Но даже для Бога это… маловероятно. Во всяком случае, так я думал. – А ваш Хеймдалль, который следит за всеми, как Большой Брат? Он тоже его не видел? Тор удивленно поднял глаза: – Я… Мне казалось, он сообщит, если будут хоть какие-то новости! А раз их нет – значит, и Локи нет в мире живых. Но теперь, когда мне доподлинно известно, что он все это время был жив… – Понятно. Еще одно «спасибо» Папочке, я полагаю, – криво улыбнулся Старк. – Ну и? Вот притащил ты Локи в Асгард, все порадовались, что он живой, поругались на его плохое поведение – а потом? Почему отложили суд? На сей раз молчание затянулось. Громовержец нахмурился, глядя на полуразрушенный город, и долго стоял, сжимая и разжимая кулаки. В конце концов, Наташа и Клинт незаметно присоединились к ним с тремя стаканами виски, один из которых Вдова тут же сунула Тони. Видимо, поняла, что ему сейчас реально не помешает выпить. – Локи гордый, – сказал, наконец, Тор. – Он бы никогда не позволил простым эйнхериям зашивать ему губы или пороть кнутом. Сражался бы до последнего и многих убил. Поэтому Всеотец приковал его к Ларцу Вечных Зим, пока он сам, по доброй воле, не согласится принять наказание. Локи держался три недели. Потом дал согласие. – Что за Ларец Вечных Зим? – Реликвия, где заключена сила Йотунхема. Стоит Локи ее коснуться – и он обретает свой истинный облик ледяного великана. Его кожа синеет, а глаза становятся алыми, как кровь. – Вы… – задохнулся Старк. – Вы что, после всего этого заставили его… – То было решение Одина, не мое! Мы с матерью были против. Но Всеотец хотел, чтобы он либо принял свою суть, либо понес достойную кару за содеянное. – А если бы он принял? Что тогда? – Не знаю. Может, его бы просто казнили. Один сказал, что Локи, по сути, был рожден, чтобы умереть во льдах своего мира. Тони на мгновенье закрыл глаза и медленно покачал головой. – Так, погоди. Давай-ка еще разок. Вы с детства ему внушали, что ледяные великаны – это зло. Потом, когда правда открылась, и он со психу попытался покончить с собой, что, в принципе, не удивительно – бросили его в Бездне. А потом, когда он «вдруг» оказался жив – ни о чем не спросили, не попытались выслушать, а просто поставили ультиматум: или принять свою истинную сущность и умереть, или согласиться на жестокое наказание. А потом почти месяц пытали, самым худшим для него способом. Я ничего не путаю? Так все и было? – Ты упрощаешь… – Да ну?! А по твоему лицу как-то не видно, что я «слегка недопонял»! – Это не отменяет того, что Локи – искусный лжец, которому плевать на простых смертных! – покачал головой Тор. – Он всегда считал вас пылью на ветру. И легко убьет ради своей выгоды. Поэтому я и не хотел, чтобы отец отдал его тебе: для мидгардца иметь Локи своим пленником – это почти гарантированная смерть! Тони залпом усушил двойную дозу виски и отвернулся. Господи, вот же твари! У Богов, конечно, иные моральные ценности, да и мыслят они в контексте многих сотен лет, но… Зачем так-то? С собственным сыном, не важно, родным или приемным… Не удивительно, что Локи такой дерганый и во всем ищет подвох! А кто бы не искал – после такого? Да и зачем было внушать ему, что его родная раса – бездушные монстры? Всеотец что, и впрямь думал, что Локи никогда ничего не узнает? Или он специально лепил эту «бомбу замедленного действия»? Но, даже если и нет… Чего он ждал-то, собственно? Когда ты столетиями внушаешь «сыну» ненависть и страх к определенным существам, а потом говоришь: «Да, ты один из этих, я забрал тебя тупо из жалости, а потом всю жизнь обманывал» – как он, по-твоему, должен себя вести? Понять и простить? Или вообще сказать «спасибо»? Ладно, может, он и сказал бы – если бы с самого начала был в курсе. А так выходит, что Локи с детства кормили этими страшилками о ледяных великанах, точно зная, кем он является на самом деле. И попутно внушали идею, будто они с Тором имеют равные права на трон, хотя ни о каком равенстве там, понятно, речи не шло. Если выбор стоит между сыном царя и монстром, то это, в общем-то, и не выбор… «Мудрейший» Один Всеотец тупо сломал парню жизнь. Вот, что он сделал. А пытка Ларцом Вечных Зим – это и подавно жестокость восьмидесятого левела! Куда хуже простой физической боли… – Ты все твердишь, как Локи опасен и как легко меня убьет, – взяв себя в руки, тихо произнес Тони. – А что он мне сделает, по-твоему? Ну, кроме очевидного ножа в спину? – С ним не угадаешь, – вздохнул Громовержец. – Он искусен в обмане и не обременен земной моралью. Да и тузов в рукаве у него достаточно. Притворится, что хочет помочь – а сам отправит в смертельную ловушку; «из благодарности» покажет, как создать магический артефакт – а тот окажется подавителем воли, попросит невинные травки «для исцеления», но сварит из них ядовитое зелье… Да и нож в спину я бы исключать не стал. Масса вариантов, это ж Локи! – Ага, только есть одна загвоздка, – заметил Тони, который, признаться, даже впечатлился. – Не будет меня – и он пойдет мотать срок в Асгарде. Или там Всепапочка вернет ему магию? – Вернет. – Что, прости?.. Тор опять вздохнул и все же обернулся к Мстителям. – Вернет, – повторил он. – В Асгарде без магии не выжить. Все люди моего мира владеют магическим даром, хотя большинство и не умеет им пользоваться. Когда отец раньше надевал на Локи ошейник, то всегда отправлял его в иные миры, ибо Золотой Град убил бы его своей силой буквально за пару лет. – Поня-а-атненько… Ну, это объясняет, почему ты так за меня переживаешь! Спасибо за информацию. Неплохо было бы ей владеть чуток пораньше, но… Лучше поздно, чем никогда! Бартон и Романов тоже как-то заволновались, услышав такие новости. Они-то думали, у Локи нет причин убивать Старка и возвращаться в Асгард, к повторному наказанию, а теперь выяснялось, что именно там он и получит желаемое! – Так, спокойно, – увидев, что Вдова уже открывает рот, поднял руку Тони. – Это ничего не меняет! Мы все знали, что Локи опасен, теперь знаем и его мотивы! Если чуваку действительно так плохо без магии, что он согласен вернуться к БДСМ-папочке и пройти через весь этот ад по-новой – тогда он реально может попытаться меня убить, но я-то не беспомощный! Буду внимательнее, только и всего. Составлю новые протоколы для Джарвиса… – Новые протоколы, Тони? – перебила Романов. – Сам понимаешь – это лишь иллюзия контроля! Можешь хоть сотню протоколов составить, Локи в итоге выберет сто первый вариант, именно тот, который ты не предусмотрел! Вспомни, он ведь даже от Фьюри сумел сбежать! – Вот это вообще не аргумент! И у него тогда были помощники. – А с чего ты взял, что теперь их нет? Если… – Окей, чего вы от меня хотите? – не выдержал Старк. – Чтобы я вернул его домой или запер где-нибудь и выбросил ключ? Сами-то вы так смогли бы? Теперь, когда уже знаете, что с ним было? Я справлюсь, понятно вам?! А, если не справлюсь – вы поможете! Не зря ведь тут остались! На это Мстителям возразить было нечего, поэтому они, слава богу, заткнулись и только продолжали сверлить его хмурыми взглядами. Ни у кого не возникало сомнений, что все это плохо закончится. Если повезет – хотя бы не смертью Железного Человека. * * * Локи просыпался долго, с трудом выплывая из очередного кошмарного сна. Он опять видел Бездну. А вместе с ней – корабль Иного с его ненавистной Черной комнатой, подземелья Асгарда, камеру Щ.И.Т.а… И даже свои собственные покои, в которых Один, будто в насмешку, приковал его к Ларцу. …А потом он открыл глаза. И место, в котором он себя обнаружил, было совсем другим, не похожим на все это. Белый высокий потолок, большие окна, мягкое сияние по периметру, типа ночника… И какой-то странный диван, лежать на котором было на удивление удобно. – Добро пожаловать на Землю,– раздался непонятно откуда спокойный мужской голос. – Как я могу к Вам обращаться? – Ты… кто? – прохрипел Бог, и тяжело сглотнул – пересохшее горло дико болело. – Джарвис, электронный дворецкий мистера Старка. Вы, наверное, хотите пить. Стакан с водой находится на столике рядом с вами. Если этого будет недостаточно, можете пройти в кухонную зону по левую руку от вас и налить еще. Локи с трудом сел и поискал глазами упомянутый стакан. Он действительно был на журнальном столике. И там же аккуратной стопкой лежала его одежда, судя по всему, чистая и отглаженная. Опустив глаза, он увидел на себе какое-то убогое больничное робище бледно-зеленого цвета, а под ним – повязки. – Что со мной было? – осушив стакан единым глотком, выдавил он. – Вы потеряли сознание после путешествия по Радужному Мосту, – пояснил голос. – Мистер Старк вызвал медиков, и они оказали вам первую помощь. Теперь ваши жизненные показатели приближены к норме. – Меня что, лечили какие-то смертные?! – Боюсь, что так, сэр, – сказал голос, и Локи мог бы поклясться, что услышал в нем ироничные нотки. Странно, ему всегда казалось, что «электронный» – значит, ненастоящий… – Погоди, так ты… машина? Или живое существо? – Искусственный интеллект, – пояснил «дворецкий». – Меня нельзя назвать живым или даже материальным, однако, я обучаем и способен развиваться. Хм, тогда понятно! Если гениальные компьютеры Старка могут отвечать на вопросы и по тембру голоса понимать, что кого-то мучает жажда – для них и сымитировать эмоции труда не составит. Тем более, когда компьютер обучаемый. Только вот… – Как ты можешь меня видеть? И как со мной разговариваешь? – По всему периметру комнаты расположены видеокамеры, динамики и микрофоны, – подтвердил его догадку ИИ. – Я считываю вашу речь, делаю анализ и отвечаю. Видеокамеры, значит. Локи завертел головой, но, разумеется, ничего не увидел. Как и ожидалось – техника в доме Железного Человека была хоть и вездесущей, но незаметной. – То есть, он за мной наблюдает? – Бог злобно сощурился. – Тогда ясно, почему нет охраны! Я теперь… как это у вас говорится… подопытная крыса, да? И все «герои» Мидгарда могут пялиться на меня, когда захотят?! – Если вас беспокоит факт внешнего наблюдения, то напрасно. Камеры, как и динамики на этом этаже существуют исключительно ради вашего удобства. Никто, кроме меня, к ним доступа не имеет. Мистер Старк преднамеренно закрыл его для всех. Включая себя самого. – Он… что? – Сегодня утром я получил от него указания, в каких случаях открывать ему доступ. Хотите их услышать? – Хочу, – немного растерянно произнес Локи и потер лицо руками. Да ну, не может быть! – Явные признаки того, что вы нуждаетесь в медицинской помощи. Попытка сломать аппаратуру, нарушить мои системы или каким-то иным способом затруднить работу сенсоров. Попытка самовольно выбраться из Башни. Действия магического и внеземного характера, а так же действия, не поддающиеся классификации. Крайне возбужденное, нервное состояние, стресс, кошмарные сны или иные психологические факторы, способные повлиять на здоровье. Попытка самоубийства или умышленного причинения себе вреда. И, наконец – ваша собственная просьба установить наблюдение. – Моя? – криво улыбнулся Локи. – С чего бы мне об этом просить? – И, тем не менее, вы вправе отменить блокировку, если пожелаете. И назвать круг лиц, имеющих доступ. Локи медленно выдохнул и опять лег на диван, закрыв глаза. «Вправе». Давненько он уже не слышал этого слова! На кой Старку понадобилось давать ему право, хоть на что-нибудь? Он ведь и сам попадет к Одину, если Бог Обмана выкинет очередной фокус! На его месте Локи вообще не давал бы такому пленнику никаких прав! Тупо кормил, держал под контролем и никогда никуда не выпускал. В идеале – усыпил бы вечным сном, дабы раз и навсегда забыть о проблемах. А этот… – Вы ничего не ели с момента возвращения на Землю, то есть, уже более трех дней, – сказал дворецкий. – Не желаете перекусить? Локи вскинулся, как от удара: – Стоп! Сколько?! Хочешь сказать, я три дня был в отключке?! – Вы были ранены, – пояснил ИИ. – Мистер Старк велел усыпить вас на время проведения медицинских процедур, однако, потом вы так и не очнулись. Ваш брат сказал, что в Асгарде вы не спали и не ели много дней, так что в целом это нормально. По приказу мистера Старка вам подключали капельницы с питательными веществами, но, по моим сведениям, вы – Бог, так что не могу судить, насколько это вам помогло. Хотите, я закажу еду по вашему выбору? – Что еще за капельницы?! – Земной способ доставки различных растворов прямо в кровь, путем введения иглы в вену. Это никоим образом вам не повредило, уверяю. – То есть, в меня тыкали иголками? А что еще со мной делали?! – Вам озвучить полный список процедур? – Да! – Введение снотворных, успокоительных и обезболивающих препаратов, – начал перечислять голос. – Наложение швов и повязок. Замена повязок согласно врачебным рекомендациям. Смена одежды. Капельное вливание питательных растворов… – И все?! – Еще мистер Старк сидел с вами, чтобы стабилизировать психическое состояние, когда ваш уровень тревожности доходил до критической отметки. По моим данным, если вы дольше двенадцати часов находились в одиночестве, то стресс начинал возрастать по экспоненте и в итоге замедлял регенерацию тканей. Локи зарылся лицом в подушку и едва не застонал. Во имя Норн! Только этого не хватало! Нет, он догадывался, почему так происходит. Все дело в проклятом ошейнике! С тех пор, как он упал в Бездну и едва не свихнулся от того, что в ней увидел, ему постоянно приходилось глушить магией все чувства и эмоции. Без этого было не уснуть: едва он закрывал глаза, как приходили кошмары. И вот теперь, видимо, началось то же самое. Чары кнута запустили галлюцинации, те в свою очередь оживили воспоминания и – привет, болезненные, высасывающие силы кошмарные сны! Но это было еще не самое худшее. Старк, мать его, догадался, как выдернуть Локи из петли воспоминаний, и этим, похоже, замкнул магию на себе. В ту ночь Бог так обрадовался избавлению от кошмаров, что и не подумал о последствиях, а ведь мог бы сообразить, что подобное разрушение чар никогда не дается даром! В итоге магия, заточенная внутри него, избрала Железного Человека некой точкой равновесия. А его метод «ловить за руку» – сигналом, что теперь все хорошо. Локи на подсознательном уровне расслаблялся, когда чувствовал, что его «поймали». И это… было просто чудовищно! – Не говори ему, – попросил Бог. – Если у меня… опять повысится уровень тревожности или как ты это назвал… Не говори. – Как пожелаете, сэр, – мягко согласился дворецкий. – До тех пор, пока ваше психологическое состояние не будет угрожать смертью или какими-то иными необратимыми последствиями, я ничего не сообщу мистеру Старку. Но вы уверены в своем решении? По моим данным… – Уверен! – Как пожелаете, – повторил он. – Однако, могу ли я дать вам совет? Локи поморщился, но кивнул. Правдивость ИИ подкупала: он просто выдавал информацию и предлагал помощь, безо всяких лишних комментариев. Ни ядовитых подначек, ни осуждения, ни душеспасительных речей… – Вам вводили сильнейшие земные успокоительные, поскольку ваш брат заверил, что от них не будет никакого вреда. И вреда действительно не было. Но не было и пользы. Единственное, что вам помогало – это присутствие мистера Старка. Он дал мне указание сообщать, если вам опять приснится кошмар, однако, теперь, когда вы очнулись, ваши указания приоритетней. Поэтому все, что я могу вам посоветовать – это не отказываться от его помощи, так как она была весьма эффективной. – Обойдусь! – рявкнул Бог. Опять сел и до боли сжал переносицу, крепко зажмурив глаза. Без магии было… просто невыносимо! Он ничего не мог сделать. Ни залечить раны, ни избавиться от кошмаров, ни подавить эмоции. Для полного «счастья» не хватало только впасть в зависимость от какого-то смертного! Ничего, потерпит как-нибудь! Железный Человек, небось, решил, что теперь Локи будет послушно делать все, что ему велят, и сидеть тихо, раз нуждается в его помощи. Так вот, перебьется! Мерзкие сны, усугубленные болью от ран – это хоть и неприятно, но терпимо. Дней через десять раны затянутся, и кошмаров станет меньше. Надо только пережить это время, ни о чем не прося и не показывая своей слабости. Хотя… сделать это, конечно, будет непросто. Кнут Одина – грозное орудие, следы от которого подобны проклятью. У тех, кто не владеет магией, они порой не заживают годами и постоянно кровоточат. Если бы мама… то есть, Фригга не принесла ему тогда волшебную мазь, а Старк не «поймал» за руку, Локи до сих пор мог бы истекать кровью и галлюцинировать. Был бы он умнее – прикончил бы Железного Человека еще тогда, едва позволив ему разорвать петлю! Получил бы повторное наказание (плюс еще один удар – за новую загубленную жизнь), но зато избавился от ошейника и потом исцелился бы магией. Только вот Локи не смог. Во-первых, потому что такой боли, как от кнута, он в жизни еще не испытывал, а во-вторых... Потому что Старк был единственным, кто за него вступился, когда все остальные тупо стояли и смотрели. Даже Тор ничего не сделал! Вообще НИКТО НИЧЕГО не сделал! И только этот маленький человечек, не обладающий никакими супер-силами, разбил стекло и вытащил его оттуда, поставив на кон свою и без того короткую жизнь. Локи, честно говоря, это выбило из колеи. Да так сильно, что он даже не сопротивлялся, пока смертный его лечил. И потом… Бог ждал от Старка чего угодно: снисходительной жалости, превосходства или хотя бы недоверия… А получил только помощь и принятие. И – Старк его выслушал. Вернее, нашел в себе силы вглядеться и задать правильные вопросы, на которые Локи мог бы ответь, не унижаясь и не подбирая слов. Такой подход казался диким, потому что с ним уже давно так никто не говорил, но… Убивать человечка после этого просто не поднялась рука. Слишком уж резким был контраст между Одином, Тором, всеми этими «героями», глядящими свысока – и Тони Старком с его искренней помощью. Однако, это вовсе не значило, что теперь Локи готов был признаться ему в этой позорной зависимости. Еще не хватало, дать ему такой рычаг давления на Бога Обмана! – Сэр? – вклинился в его размышления Джарвис. – Мистер Старк желает с вами поговорить. Он просил меня сообщить, когда вы очнетесь, но принимать его или нет – решать вам. Локи открыл глаза и выдавил злую кривоватую улыбку. – А что, я могу отказаться? – Разумеется, сэр. Ваш статус в Башне определен, как «подозреваемый», а не «заключенный». Вы не имеете права покинуть данный этаж, однако, в его пределах можете делать, что захотите, если это не нарушает установленных правил. В том числе, и отказываться от посетителей. Мистер Старк и мистер Одинсон могут войти сюда без приглашения только в определенных ситуациях. Тех же, что и при установке видеонаблюдения. Так вы не хотите визитов? – Ну, почему же, – подумав, сказал Бог. – Пусть приходит! Минут через двадцать, чтобы я успел привести себя в порядок. – Хорошо. Я ему передам. Локи медленно встал, морщась от боли в спине, и подхватил стопку одежды. Если не объяснить Железному Человеку сразу, что его помощь больше не требуется, он так и будет сюда приходить. И может заметить, что Локи ему солгал. Вряд ли, конечно, искусственный дворецкий сдержит слово и не проболтается о кошмарных снах Бога своему хозяину, но... Если все-таки сдержит – было бы неплохо подстраховаться!