Я поймаю

Когда Бог вошел в мастерскую, Тони работал, сидя за компьютером спиной к нему. Но Дубина уже готовил кофе, а все остальные боты ждали у лифта, нетерпеливо нарезая круги. Заметив Локи, они громко воодушевленно запикали. Эй-ты пихнул его в плечо, Пылесос опять наехал ему на ногу, будто приветствуя давнего товарища по играм, Дубина замахал клешней, разворачиваясь к нему всем корпусом и роняя на кухне все, что можно… И только теперь Локи, наконец, вновь ощутил себя частью этого дома. Норны, как же ему этого не хватало! – Старк? – Входи, – сказал Железный Человек, едва заметно повернув к нему голову. – И будь другом, отними у Дубины кофейник, ладно? А то еще немного, и будет очередной всемирный потоп. Локи хмыкнул и направился в кухню. Но бот не заставил себя упрашивать: мягко, почти филигранно пихнул кофейник ему в руки, отъехал – и на столе обнаружились две пустые чашки. Новые и подозрительно белые, из тонкого фарфора. Причем, на блюдцах. – Э-эм… Джарвис? – Локи поднял голову к потолку. – Просто интересно: как много посуды они перебили, пока меня не было? – Достаточно, сэр. Думаю, почти всю. Потому я и взял на себя смелость купить новую. – И кто заказал это белоснежное великолепие? Старк бы никогда такое не выбрал! – На данный момент выбор чашек, по его словам, занимает последнее место в длинном списке приоритетов. Поэтому я запустил рандомный поиск по каталогу элитной посуды и купил первую попавшуюся. Вам не нравится? Локи мотнул головой, вновь посмотрел на белые кружки с фигурными тонкими ручками и закусил губу. Все это было как-то… совсем не в духе Железного Человека! Тот и раньше никогда не заморачивался по поводу бытовых мелочей, но все же куксился, видя предметы, не попадающие в его стиль. А теперь ему, выходит, все равно? Бог вовсе не хотел, чтобы он менялся. Или становился равнодушным. Поэтому собрал все эти помпезные блюдца и без сожалений кинул их в помойное ведро. Магией сделал две чашки массивными и красно-золотыми, наполнил их кофе – и пошел к Старку. Тот все еще барабанил по клавишам ноутбука, не поднимая головы. И только когда Локи поставил перед ним великолепно пахнущий напиток, он принюхался, на мгновенье прикрыл глаза – и отвлекся, наконец, от работы. Выдвинул ногой второй стул, на котором обычно сидел Трикстер, кивнул ему туда и подвинулся. Минуты две они молчали. Бог не осмеливался первым начать разговор, а Тони просто пил кофе и, видимо, обдумывал, с чего начать. Потом поднял голову и мягко, оценивающе посмотрел Богу в глаза: – Ты, э-э… как вообще? Я имею в виду, с тобой все, ну, в порядке? – Уже да, – признался Локи. – Хорошо. То есть, не хорошо, я совсем не это хотел сказать! Я хотел сказать: какого черта с тобой происходит?! Робин Гуд клянется, что ты ему помог, но деталей не рассказывает. Что именно ты сделал, после чего тебя так размазало? Бог передернул плечами, тоже глотнул кофе и не ответил. – Да в твоей комнате же мебель по воздуху летала! – возмутился Тони. – И либо ты втихую косплеишь Патрика Суэйзи, либо с тобой далеко не «все в порядке»! У тебя снова магическая дестабилизация, так? – Нет… Не совсем. Это, если можно так выразиться, был побочный эффект. Пришлось убрать защиту собственного разума, чтобы влезть Бартону в голову, и я не успел восстановить ее до конца. Только и всего. Тони вздохнул и нервно потер лицо руками. – Слушай… У меня погано с разговорами о личном, сам знаешь... Но я так не могу, Локи. Давай расставим все точки над «i», окей? – Какие точки? Мы, вроде, уже все обсудили… – Не все. Во-первых, я за тебя отвечаю. И это «нарушение гравитации», когда ты, типа, совсем не выходил из Башни, а на деле умудрился тихо исчезнуть, помочь Бартону и огрести люлей – мягко говоря, меня беспокоит. Я знаю, что ты не сидишь взаперти. Да я этого и не требую! Но, если ты опять влипнешь в историю, и тебя обнаружит кто-то из команды Мстителей – это отразится и на мне тоже. Поэтому я хотел бы знать о твоих планах. Пускай не обо всех, но… Ты, мать твою, должен звонить мне хотя бы в случае крайней необходимости, такой, как вчера, например! А не ждать, пока у меня в Башне заведется долбанный полтергейст, понимаешь?! Локи хмыкнул и пожал плечами: – Ладно. Звучит разумно. Это все? – Нет! Назови меня идиотом, но я запутался в твоих мотивах! Прояснишь их для меня? – Попытаюсь. О каких мотивах идет ре… – Допустим, о том поцелуе, когда ты, якобы, «отвлекал меня от работы»! Что это было?! Нет, с одной стороны, я понимаю, что отвлекал ты меня вовсе не от работы, а от расследования темы колдунов, чтобы я не догадался о твоей подружке Аморе, но с другой стороны… Зачем так-то? Нельзя было, как обычно, устроить мне спонтанное возгорание или типа того? Бог на секунду зажмурился, поднял на него глаза и жалобно изогнул брови. – И потом, когда ты пришел ко мне в мастерскую, – продолжал Старк, – это ведь была не попытка примирения? Это был всего лишь повод умыкнуть мой реактор? Готов поклясться, ты стащил его именно тогда, во время нашего разговора! Хотя мог выдумать сотню иных способов, куда менее драматичных. Обязательно было разыгрывать этот спектакль? – Кхм… Бог Обмана! – Локи указал на себя двумя большими пальцами, втайне наслаждаясь тем, что Старк хотя бы с ним говорит. – Старую собаку новым трюкам не научишь, Тони. Хотя, сказать по правде, я не думал… точнее, не планировал всего этого. Просто так вышло. Потом ты спустился в мастерскую, а у меня уже не было времени давать задний ход. Я увидел возможность и воспользовался ей, вот и все. Ты ведь заметил, что я не самое… откровенное Божество во Вселенной? – А сегодня ночью? Ты тоже «увидел возможность и воспользовался»? – Нет, я… Что, собственно, ты хочешь услышать? Что я тобой манипулировал? Или что я на тебя запал и потому творю всякие глупости? Тони отвернулся и тяжело вздохнул. – Да нет, я, в принципе, и сам догадываюсь. Мы ж говорим о тебе, а значит – и первое, и второе, и еще несколько тайных мотивов сверху! Одного не понимаю: какого хрена ты делаешь ТЕПЕРЬ? – Если ты о взрыве… – Нет, Локи, я не о взрыве! Я о последних полутора месяцах! Чего именно ты, по-твоему, хочешь добиться? Бог с удивлением посмотрел на него. – Думал, это очевидно. Хочу вернуть все, как было… – Как было?! И вот это – твои методы? Серьезно? Помогать мне насильственным путем, задабривать, подкупать, давить на чувство вины? Оказывать мне «услуги» через близких, которые понятия не имеют, за что я на тебя злюсь? Тайно копаться в моих снах, а потом использовать полученную информацию в виде рычагов давления?.. ЭТО, по-твоему, «вернуть, как было»? – А что еще я могу?! Железный Человек тихо невесело засмеялся и покачал головой. – Боже, я и забыл, с кем имею дело… Ты мог бы со мной поговорить, мистер «Я-не-ищу-легких-путей»! Без шуточек и нелепых извинений, без этих твоих… подвигов! Просто поговорить, хоть раз, начистоту! – А разве я не… – В том-то и дело, что нет! С моей позиции, ты скорее заключал со мной «сделку о дружбе», чем действительно говорил! Даже после того поцелуя… даже когда я чуть не умер из-за тебя – ты не пришел ко мне, чтобы сказать правду! И я, черт возьми, понимаю, откуда это берется: твой Папаня кого угодно сделает параноиком, да и тебе в последние годы нехило досталось. Но проблема не в этом. А в том, что ты банально мне не доверяешь. – Тони… – Да знаю я! – поморщился гений. – Сам далеко не образец для подражания в этих вопросах. Ты, видимо, и хотел бы довериться, только не можешь. Это мне объяснять не надо. Но тебя прям кидает в разные стороны, Локи! Собственная Сила – против чужой поддержки, безопасность – против одиночества, дружба – против свободы… В общем, с меня хватит! Раз ты так любишь сделки, давай заключим с тобой новую! Согласишься – и я забуду о краже реактора. Сделаем вид, что этого не было, и начнем все с нуля. Откажешься… Ну, значит, откажешься! И топай тогда на все четыре стороны. Локи непонимающе вскинул голову. Что может понадобиться такому, как Старк, от Бога Обмана? Деньги, мозги, влияние, сила, популярность – у него и так это есть! Безупречное здоровье? Долголетие? Ну, Тони бы это не помешало, конечно, учитывая больное сердце, только вряд ли он стал бы заключать подобную сделку. Помощь кому-то другому? Локи бы и так помог! Он ведь из кожи вон лез в попытке заслужить прощение и согласился бы на что угодно, если б Тони его хотя бы выслушал! Да и платить за спасение чьей-то жизни таким образом – не в духе Старка. Тогда что? – Ладно, – подумав, согласился Бог. – Я слушаю. Тони тяжело вздохнул и покачал головой. Но потом взял себя в руки, сел прямо и вновь глянул ему в глаза. Внимательно, будто пытался увидеть душу и одновременно показывал свою. – Убери колючки, – тихо, но твердо сказал он. – Что?.. – Это мое условие. Ты убираешь колючки и хотя бы пытаешься мне доверять. Я имею в виду, по-настоящему доверять, без оговорок. Подпускаешь меня к себе, как друга, ничего не скрываешь и ничего не боишься. А я взамен… делаю так, чтобы ты снова все не испортил. У Локи сбилось дыхание. Руки сами сжались в кулаки, на глазах опять навернулись непрошенные слезы… Норны, да что с ним творится??? – Зачем… Зачем тебе это? В смысле, ты мог бы попросить, что угодно, а ты… – Не задавай глупых вопросов! Хочешь наладить контакт? Что ж, я и сам не против! Ты такая зараза, от которой не избавишься! Но то, что у нас было раньше – не работает. Поэтому нет смысла возвращать «все как было». У нас, по-моему, только два выхода: либо разбежаться по углам, либо что-то изменить. Назовем это экспериментом! Что ты теряешь-то, в конце концов? – Ладно, я… Допустим, я на это пойду. Что именно от меня требуется? Предельная честность? Исповедь? Магическая клятва не обманывать? Как-то я сомневаюсь, что это поможет… – Для начала выдохни, – нахмурился Тони, заглядывая ему в лицо. Подвинулся ближе, забрал чашку из его трясущихся пальцев и поставил ее на стол. – Ты вообще хоть когда-нибудь с кем-нибудь о таком говорил? – О чем? – Да о доверии, Локи! О том, почему ты Трикстер, а твой брат – сияющий Бог Грома, хотя вас обоих растили одинаково! Почему ты «всегда все портишь», хотя мы оба знаем, что друг из тебя, на самом деле, отличный – пока не доходит до крайностей. Почему ради спасения моей жизни ты собой рискнул, а когда тебе самому нужна была помощь – не обратился ко мне и предпочел обмануть. Обо всем этом! Бог сжал зубы и не ответил. – Понятно, – кивнул Старк, сделав правильные выводы. – Тогда так! Начнем с малого. Я клянусь, что, пока ты не причиняешь вреда этому миру – я буду на твоей стороне. Клянусь, что никогда тебя не кину, даже если ты кинешь меня и вновь подвергнешь опасности. Клянусь никому не передавать наши разговоры, не ограничивать твою свободу и не осуждать, пока не пойму твоих истинных мотивов. Да и тогда сначала попытаюсь помочь или, на худой конец, отговорить, если ты затеешь какую-то совсем уж стремную авантюру. А еще клянусь, что НИКОГДА, НИ ПРИ КАКИХ УСЛОВИЯХ не сдам тебя Одину!!! Захочешь вернуться домой сам – дело твое. Но, если тебя потащат силой, им придется пройти через меня. И плевать, в чем ты будешь виноват. Устрой тут хоть апокалипсис, я, черт подери, не дам Всепапочке снова тебя пытать. Сами разберемся! – он развел перед Локи открытые ладони, как бы говоря «ну что, тебе спокойнее, когда я сказал такие очевидные вещи вслух?». Потом увидел, что Бог смотрит на него большими глазами, нахмурился и склонил голову набок: – Э-эм… У тебя ведь есть какой-то магический способ заверить клятвы? Типа, как в «Гарри Поттере», Непреложный обет и все такое?.. Если нет – могу вызвать юристов, составим договор… Локи все еще, не мигая, пялился на него. Такими словами не разбрасываются! И даже Тони, который ни черта не знал о магии, должен был это понимать! Один, Тор или сам Трикстер еще могли бы давать подобные обещания, не боясь их нарушить, но обыкновенный человек… Для него это было смертельно опасно! – Старк, ты что наделал?! Я ведь Бог, в конце концов, наша магия исходит из корней Вечного Древа Иггдрасиля, и клятвы она воспринимает, как… – О, то есть, можно и без юристов? Чудненько! Терпеть не могу бумажную волокиту! – Смертный может погибнуть, если нарушит слово, данное Богу и вплетенное Норнами в полотно его судьбы! – почти крикнул он. – У магии свои законы! Она не терпит дисбаланса, понимаешь? А ты только что занес над чашей своих весов грома-адный булыжник, способный рухнуть в любой момент! Чем, по-твоему, это кончится?! – Тем, что я не буду нарушать своих слов? Локи едва удержался, чтобы не треснуть себя по лбу. – Ладно, хорошо… Во всякой опрометчивой клятве можно найти лазейку, надо только… – Да не собираюсь я искать лазейки! – отмахнулся Тони. – У меня это, знаешь ли, не случайно вырвалось! Так что успокойся и прими как данность, что я на твоей стороне. Можно подумать, ты раньше этого не знал! Хотя, если не знал… Иди-ка сюда и загляни ко мне в голову! – Это еще зачем?! – Да просто так. Ты ведь уже это делал, когда я спал, верно? А теперь сделай, когда не сплю! В чем проблема-то? – Не вижу смысла. Плюс, наяву это бывает… болезненно. – Говоришь, будто какой-то клофелиновый маньяк! – хохотнул Старк. – В отключке не больно, в сознании больно… Я САМ, по доброй воле, на это соглашаюсь, окей? Да и ты, вроде, уже все видел, что мне скрывать-то? Локи с сомнением выгнул бровь. – Думаю, люди сторонятся тебя отчасти потому, что знают о твоих способностях, – пояснил Тони. – Проникать в мозг, читать мысли... А ты это чувствуешь и сторонишься их в ответ. Собственно, оттуда твои «колючки» и растут. Ну, так давай! Хочешь погулять по моей черепушке – двери открыты! И я не думаю, что это будет больно. Скорее всего, больно бывает, когда сопротивляешься, а у меня – полное согласие! Ты из тех, кто не доверяет людям, пока они не доверятся в ответ, и постоянно ждет подвоха. Так вот, я тебе подвох не устрою! И мне надо, чтобы ты это понял. Готов полетать немного над гнездом кукушки?* – Старк, это не обязательно… – Ага, ну да! Хватит с меня твоей тараканьей натуры, Локи! Ты ведь, даже когда пытаешься помочь, все равно делаешь это по-тихому, в темноте, чтоб никто не заметил! А подойти и сказать напрямую боишься. Мол, тебя тогда осудят и оттолкнут. Но со мной этого не нужно! Да никогда и не было нужно. Если бы ты сразу ко мне пришел, я бы тебе поверил, понимаешь? Но для тебя это было чем-то из ряда вон. Так что просто подойди и влезь уже ко мне в котелок! Покопайся там хорошенько, посмотри на себя моими глазами, а потом поговорим. Бог сглотнул. Немного подался к нему, пока не касаясь, но читая эмоции. Сосредоточился и прикрыл глаза. К его удивлению, Тони и правда был на это согласен. Конечно, идея показывать все свои мысли, чувства и воспоминания изрядно его пугала, но Локи давно уже не казался ему врагом. Он казался… своим. Чокнутым другом, который хоть и творит иногда глупости, но зла не желает. Которому действительно хочется верить… – Нет. – Нет? – удивился Тони. – Что значит, «нет»? – Я и так вижу. Не надо. Если я залезу к тебе в голову наяву, то подниму все слои памяти целиком. В том числе, и самые страшные. А мне и твоих снов хватило, чтобы понять, как много там закопано. Боли от моего проникновения, может, и не будет, но… ты все это вспомнишь. В деталях. Смерть родителей, пытки в Афганистане… Вообще все! Я с тобой такого не сделаю. Мне достаточно просто знать, что ты согласился, по доброй воле. Поверь, это… в разы больше, чем кто-нибудь когда-нибудь мне предлагал. – Жалеешь меня? – хмыкнул Старк. – Очень мило с твоей стороны! Только и недо-вера с полусогласием тоже меня не устраивают. Либо все на полную катушку, либо никак! Скажи честно, ты будешь хоть на один процент во мне сомневаться, если теперь не побываешь у меня в голове? Локи промолчал, и Старк с холодной кривой улыбкой развел руками: – Вот именно. – Я не хочу делать больно. – Разумеется, не хочешь! «Беспроблемный Локи», так тебя называли в старших классах? – В каких еще старших… – Да в таких! Видел я твоих «друзей» в Асгарде! И знаешь… Доверять кому-то – совсем не то же самое, что играть по правилам, доставлять как можно меньше хлопот и решать свои проблемы у всех за спиной! Это всегда по итогу заканчивается тем, что ты и сам не ждешь доверия и понимания. Поэтому, когда случается беда, тебе легче обмануть, чем попросить о помощи. Как со мной недавно. Разве нет? – Старк, – поморщился Локи. – Не надо. Если бы мне был нужен психолог… – А я тебе что, сеанс терапии предлагаю? Ты видишь тут ароматические свечи, маятник из шариков** и удобную кушетку? Расслабься, Билли Миллиган***, я и так знаю, сколько дерьма на тебя вылилось! Поэтому даже пытаться не буду тебя лечить, упаси Боже! Но мы с тобой заключили сделку. И я прекрасно понимаю, что ты не выполнишь свою часть, пока я не выполню свою. Итак? – Давай хоть в сон тебя погружу? – Обойдусь! Но только потом, знаешь… Было бы неплохо, если б ты меня «поймал». Бог бледно улыбнулся. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул – и все же коснулся его головы. Проникать в разум гения оказалось не так-то весело. Тысячи и тысячи мыслей, постоянная гонка идей, и на фоне этого – куда больше эмоций, чем Локи ожидал от человека с техническим складом ума. Старк чувствовал ВСЁ. Разочарование отца, мягкую, но отстраненную любовь матери, ненавязчивую поддержку Пеппер… Вечное и ДИКО УНЫЛОЕ восхищение коллег… Непонимание и одиночество, которое иногда захлестывало с такой силой, что хотелось перебить его чем угодно, зная, что все равно никто не угонится за мышлением изобретателя и не сможет нормально поддержать беседу… Поэтому «выходы в люди» у него неизменно выливались в пафос, эпатаж и показуху – будто в истерике. Будто он одноглазый в стране слепых, и делает все, чтобы слепые этого не заметили. Тони всегда отличался. Он всегда был выше, быстрее, неугомоннее обычных людей, и это делало его почти что изгоем. ...А потом вдруг Афганистан, и все полетело к черту. Спала призрачная завеса, лопнул радужный пузырь, и даже убогий, скучный, но знакомый мир оказался обманом. Оружие, которое Тони создавал, чтобы прекратить войны, теперь служило врагам, а сам он впервые увидел, как гибнут защищающие его солдаты. Как легко убивает людей то, чем он зарабатывал на жизнь. Чем он гордился… Но дальше все еще хуже. Термин «абсолютная беспомощность» стал ему понятен лишь теперь, и Тони, мягко говоря, не был к этому готов. До сих пор его никогда не пытали. Он и представить не мог, что это значит… Воспоминания о том периоде походили на грязь и кровь. Собственно, того и другого там было предостаточно. Душная тьма пещеры, боль, крики, лающий незнакомый язык, постоянный страх… Железная штука в груди, поставить которую можно было, только выпилив дырку в ребрах, по живому, и вместо наркоза – лишь опиумный дым… Локи не хотел видеть пытки, но они всплыли сами, будто Старк не мог думать о плене без них. Чан с грязной водой, тряпка на лице, удары, пинки, плети... Его мучили много дней. И половину из этого Тони терпел не ради какой-то идеи, а чтобы спасти товарища. Кое-кому из этих мразей не нужно было его подчинение и согласие, они тупо наслаждались процессом. Приставляли нож к горлу того врача, который спас Тони жизнь, и говорили «Будешь паинькой – он не пострадает». Локи боялся увидеть насилие другого сорта, куда более страшное, но, слава Норнам, хоть тут обошлось… …А потом воспоминания вдруг перескочили на Асгард. Будто разум Тони провел параллели. И Бог смог лицезреть самого себя: с зашитым ртом, бледного, избитого и висящего на цепях в стеклянной комнате. Как же он, оказывается, жалко выглядел!!! Но Тони почему-то его не жалел, скорее, понимал и дико бесился. Локи будто наяву услышал его крики: «Что за хрень у вас тут происходит?! По-вашему, ЭТО нормально?! Тор, ты можешь это остановить, хоть какие-то варианты, любые?!» «Боюсь, что нет, Человек-Из-Железа, – ответил Громовержец. – Всеотец принял решение, и отменить его теперь не сможет никто». Смена кадров – и Тони бьет репульсором в стекло пыточной камеры. Чертыхается, увидев, что оно не разбилось, меняет режим на самое мощное свое орудие, хотя и знает, что оно одноразовое, и теперь ему будет нечем обороняться... «Ты что творишь?!» – вопит Романов, но Тони плевать. Он видит лишь Бога в цепях, и готов на все, чтобы его оттуда вытащить. Локи в этот момент уже не кажется ему врагом. Но, даже если он и враг – нельзя с ним так обращаться! Ни с кем нельзя, НИКТО не заслуживает подобного!!! Разбитые цепи, темноволосая макушка на железном красно-золотом плече, и первая мысль: «Подохну, а продолжать не позволю!». Сам Бог едва помнил, чем закончилось то наказание. Знал только, что Старк вломился к нему в камеру, освободил его и повел к Одину. А на деле вон оно как было, оказывается… …Вновь смена декораций – и Старк уже разговаривает с Локи в комнате. Причем, буквально видит его насквозь. Никакие уловки и хитрости на него не действуют, они лишь затрудняют общение, ибо Тони пытается помочь Богу и при этом не задеть его гордость. Хотя ему до тошноты противно поведение Одина, а Тор вообще бесит своим равнодушием. Старк думает: если бы у него самого был брат, он бы в лепешку разбился, но не позволил никому его пытать! Нет, ну, правда, как можно спокойно стоять и смотреть на такое??? Еще один скачок – и Локи видит себя глазами Тони уже в Башне, на окровавленном диване, в компании врачей. «Вот это – инопланетянин! – заявляет Старк. – Поэтому никаких лекарств, помимо лошадиной дозы снотворного и обезболивающего, тупо зашейте раны и забинтуйте!». А сам чувствует, как его колотит. Наркоз может и не подействовать, а вновь делать больно измученному Богу – это уже перебор. Локи весь в крови, тяжело дышит и мертвой хваткой вцепляется в его руку. «Все хорошо, – говорит Старк. – Все хорошо, терпи! Ты не падаешь, понял? Я тебя держу!» Наверное, это был первый раз, когда у них с Локи возник настоящий контакт. В Асгарде Бог не мог расслабиться ни на мгновенье, да и Тони совсем не чувствовал себя в безопасности. Однако, теперь они в Башне. И Локи ЕГО. Каждая клеточка в теле Старка буквально вопит: «Всё, теперь Я ОДИН решаю, как с ним поступать, и черта с два он будет здесь мучиться, только не в мою смену!» В этом пока нет ничего личного, Локи ему даже не друг. Но Старку он все-таки немного нравится. Чисто по-человечески. А, когда Тор объясняет, что с ним произошло, и как именно Бог Обмана слетел с катушек – Тони просто приходит в ярость! Он думает: «А на что вы, твари, надеялись после того, как врали ему всю жизнь?! Какого эффекта вы, собственно, ждали? И вы всерьез полагаете, что я теперь буду плясать под вашу дудку, запру его где-нибудь и выброшу ключ?! Да пошли вы на хрен, божества недоделанные!» Поэтому, когда Локи просыпается и начинает вести себя, как полный мерзавец, Тони даже зачатков ненависти к нему не испытывает. Для него Бог Обмана – скорее, жертва, чем преступник. И Тони делает все, чтобы ему помочь. Он даже Пеппер отодвигает в сторонку! Цапается чуть ли не со всей командой Мстителей, наезжает на Фьюри, просит Джарвиса наблюдать за пленником и сообщать, если тому снова будет плохо… Честно говоря, до этого момента Локи не задумывался, как сильно о нем беспокоились. Он видел только верхушку айсберга, но понятия не имел, чего Старку это стоило, он… был таким, черт возьми, непроходимым идиотом все это время!!! Тони ведь никогда не относился к нему, как Один, Тор или другие асгардцы! Для него Локи был... просто Локи. Не слабеньким братишкой законного наследника и не Богом Обмана, с которым надо быть настороже – а близким по духу, немного чокнутым, но все же отдельным уникальным существом. Которое очень быстро стало его другом. Точнее, не просто другом. Они с Тони давно уже переступили эту черту и позволяли себе куда больше, чем полагается «просто друзьям». Все эти совместные вечера на диване у телека, попойки, обнимашки, прикосновения… Поцелуй, о котором Старк думал куда больше, чем сам бы хотел… Поэтому, когда случилась та история с реактором, Тони его прикрыл. Ему понадобилась минута, чтобы разгадать «коварный план Трикстера» и понять, как именно тот вернул себе магию – но Локи, по его мнению, не заслуживал тюрьмы в Асгарде. И у Тони даже мысли не возникло его сдать. Мало того. Он сделал все, чтобы Фьюри и команда оставили их в покое. Хотя Бог причинил ему столько зла, что на десять жизней бы хватило… Когда вспоминания перескочили на взрыв и медотсек, Локи не выдержал. Мозг человека не помнит физических страданий, он помнит лишь эмоции на тот момент и самые яркие мысли. А Тони тогда хотел умереть. Отчаяние захлестывало его темными ядовитыми волнами, и это было слишком страшно, СЛИШКОМ невыносимо… Бог едва не заорал! Выкатился из разума гения, хватая ртом воздух, поднял глаза… И увидел, что Старк, бледный и такой же замученный, глядит на него. – Прости, – Бог инстинктивно поймал его за руку. – Прости меня, прости, пожалуйста… я не знал… И не надо было мне сейчас этого делать… – Все нормально, – Тони вцепился в его предплечье и зажмурил глаза, пытаясь прийти в себя. Его немного шатало. – Сядь, – спохватился Локи. Одним движением скинул со стола весь хлам и усадил туда Старка. Едва заметно шевельнул пальцами – и рядом появился стакан с янтарной жидкостью, который Бог тут же сунул ему в руки. – На вот, выпей! Тони сделал первый глоток и удивленно поморщился: – Это что? Компот?.. – Э-э… Должен был быть виски. Но я, видимо, немного нервничаю, поэтому… – Не стоит. Я в порядке. А все эти воспоминания мне и так являются в кошмарах каждую ночь. Было даже забавно увидеть их новыми глазами… Ты сам-то как? Локи с досадой мотнул головой – и вдруг отчаянно прислонился лбом к его плечу. – Погано. Тони вздохнул. Обнял его одной рукой, прижимая к себе, и уткнулся в волосы. – Тогда, может, за нормальной выпивкой метнешься? – пробубнил он. – Вон там, на столе стоит. Бог фыркнул. Не глядя, вытянул руку, и и бутылка сама оказалась в его ладони. – Хах! Удобно, – Старк отвинтил крышку и молча присосался. Локи не видел его лица, но прекрасно чувствовал эмоции, которые были очень, очень далеки от нормы. Железный Человек храбрился, как обычно, и пытался не показывать своего состояния, но эта «прогулка по памяти» тоже далась ему нелегко. Боли он и правда не испытал, но… зато испытал много другого. Куда более неприятного. – Будешь? – Тони сунул ему бутылку. Локи не стал отказываться, кивнул и сделал глоток. Теперь, имея все свои Силы, он почти не пьянел от мидгардского алкоголя, но сама эта ситуация, когда они со Старком делят выпивку на двоих и сидят рядом, неожиданно успокаивала. На то, чтобы прийти в себя, им понадобилось не меньше часа. Никто из них ничего не говорил. Они просто сидели, сцепив руки, и молча предавали друг другу бутылку. Тони слегка трясло, но в целом он выглядел нормально, куда лучше, чем бывает после подобных вторжений в разум. Это означало, что он действительно не сопротивлялся. А еще у него в мозгу, похоже, напрочь отсутствовал «фильтр» – то, что позволяет со временем забывать плохие моменты или запихивать их в темные уголки подсознания, чтобы не думать об этом постоянно. Когда у человека много подавленных воспоминаний, выворачивать память бывает опасно, это может свести с ума. Но Тони принципиально не носил розовых очков и не прятал ничего от себя. Видел кошмары, постоянно был на взводе, но держал в памяти все, что с ним произошло. Только Норны знают, как ему это удавалось. Однако сегодня подобный навык неожиданно оказался полезен. – Думаю, теперь надо будет менять все коды доступа, – тихо сказал, наконец, он. –В смысле? – Ну, ты же побывал в моей памяти! Значит, и все мои пароли теперь знаешь. От банковской ячейки, от сейфа... даже код к самоуничтожению всех моих костюмов! Я как-то не питаю иллюзий, что с этого дня ты резко изменишься и не подложишь мне новую свинью, это было бы опрометчиво. Так что все данные придется менять. А то у меня еще много неиспользованных реакторов осталось… Локи поднял глаза, и ему вдруг стало обидно. Что происходит? Они ведь только-только сидели рядом, обнимались и говорили о доверии – а теперь новый плевок в его сторону? Зачем?! – Я никогда больше ничего у тебя не возьму. – Никогда не говори «никогда», – хмыкнул Тони. – Но вообще... если тебе вновь понадобится что-то из моей техники, предупреди хотя бы! Я намекну, где искать. Не надо будет рыться, подглядывать, выведывать… – Старк, ты до конца жизни будешь меня этим попрекать, да? – Ну, с тобой этот конец, думаю, наступит быстро. Так что, да! Локи уже открыл рот, чтобы возмутиться – но потом неожиданно замер и едва не захохотал. До него дошло. Тони просто его подкалывал! Совсем недавно это было у них обычной манерой общения, Старк легко мог сказать что-то типа «Мне надо на работу, не приводи сюда инопланетных армий, пока не освобожусь!». А Локи запросто мог ответить «Не буду, если обещаешь не заскакивать по пути в компьютерные клубы с детьми-мутантами!». Всех в Башне это дико бесило, а Фьюри так вообще ходил с постоянным фейспалмом, но сами они получали от этих шуточек на грани фола какое-то извращенное удовольствие. Так вот. Если Тони начал шутить на тему реактора – значит, эта тема пройдена. И Локи никто не пытается обидеть. Наоборот, его пытаются поддержать. И заодно отвлечь от воспоминаний, ведь вчера Бог разваливался на части именно потому, что влез в голову к другому Мстителю, а теперь Тони вынудил его повторить этот фокус, но только с самим собой. И нет, он не ёрничал. По факту он сказал: «все нормально, не волнуйся, я готов двигаться дальше». Бог с трудом подавил желание вновь уткнуться ему в плечо. Просто так, потому что он вот такой, и черта с два в этой Вселенной найдется еще один подобный уникум. Во имя Норн... Локи этого не заслуживал! Он, мать его, даже близко не заслуживал такого друга!!! – Знаешь, Старк, я тут подумал... Нам нужны взаимные гарантии. Ты мне поклялся – но моя ответная клятва ничего не даст. Я легко ее обойду. Ты показал мне свой разум – но я не могу показать тебе свой. Что мне сделать? Чего именно ты хочешь взамен? Тони криво улыбнулся. – Ничего. У нас тут, знаешь ли, не конкурс красоты, чтобы я тебе испытания подкидывал! Да и ты – не претендентка на «Мисс Америка», хотя ноги у тебя длинные, конечно… – Старк! – Ладно-ладно. Ничего сложного. Ты играл когда-нибудь в покер? – В покер?.. Это карты? – Ага. Я в этом довольно-таки неплох. И, думаю, мне стоит научиться понимать, когда ты меня обманываешь, а когда нет. Нам обоим так будет спокойнее. Короче! В покере есть одно понятие: «теллс». Это когда противник выдает себя тембром голоса, мимикой, жестами… да чем угодно. Теллсы есть у всех, у кого-то явные, у кого-то нет, но, если долго играть, можно их вычислить. Попробуем? – Погоди, так ты ХОЧЕШЬ, чтобы я тебя обманывал? Тони слегка безумно улыбнулся. – Ну, не в реальной жизни! И даже не в картах. Есть еще одна забавная игра, думаю, с ней будет быстрее. «Две правды и ложь». Слышал о такой? Локи непонимающе нахмурился. – Классическая игра для пьянок, на самом деле. Правила простые: ты говоришь о себе три факта, и один из них ложный. А мне надо по теллсам угадать, какой именно. Если угадаю – очередь переходит ко мне. А ты пьешь рюмку в знак согласия. Промахнусь – и пью я, а ты снова говоришь три факта. Ну, и так далее. Хотя… раз ты уже побывал в моей голове, то мне говорить не обязательно! Да и пить не обязательно – хотелось бы запомнить потом результаты нашего «эксперимента»… – Иными словами, ты просто пытаешься меня узнать, – удивленно сказал Бог. – И... это все? – А тебя хоть кто-нибудь знал «от и до» за весь твой миллениум, тихушник ты наш? Тут он попал в точку – Локи по-настоящему не знал никто. Даже Тор, даже мама… что уж говорить о случайных любовниках и любовницах. Да никто особо и не стремился… – Думаю, тебя это разочарует. Старк лишь отмахнулся. – Ага, ведь у меня самого такая идеально-светлая биография! Ты же всё видел! По-твоему, «Продавец Смерти» звучит лучше, чем «Бог Обмана»? И снова прямое попадание. Тони когда-то убил не меньше мидгардцев, чем он, хотя и думал, что его оружие будет нацелено только на врагов, бандитов и террористов. Да и Локи в свое время думал, что помогает Асгарду, пытаясь уничтожить Йотунхейм... Но они оба ошибались. Они оба измазались в этом дерьме из-за предательства близких и своей беспечности, оба едва не погибли в попытке разорвать свой замкнутый круг. И это... Делало их такими, черт подери, похожими! Бог выпустил его предплечье, скользнул пальцами вниз и обхватил сухую горячую ладонь. Это было уже не в духе «поймал», теперь они просто держались за руки. Пугающе ново, интимно и откровенно, будто перешли на новый уровень. Хотя Локи очень, очень сомневался, что Старк это одобрит. Но тот лишь вздохнул – и сам обхватил его кисть, мягко погладив большим пальцем тыльную сторону ладони. – Так что? Играть-то будем? Локи внимательно посмотрел ему в глаза. Никакого осуждения, никакого разочарования, спокойный прямой взгляд. Нечасто на Бога так смотрели в последние годы… – Будем. Только я для начала сварю нам кофе. Ты ведь хотел на трезвую голову, да? – Погоди, – удержал его Старк. – Я, э-эм… соскучился по вот этому, – он кивнул на их сцепленные руки. – Еще пять минут, ладно? Дурацкие пьяные пять минут – и пойдем. Бог только с улыбкой покачал головой. Вновь сжал его ладонь, притянул ее поближе к себе... И остался сидеть.