Годовщина.

      Приятный запах бумаги ударяет в нос, когда ты открываешь книгу, листая до нужной страницы полюбившейся истории, пока рядом бесятся одноклассники: дергают друг друга за края белых рубашек, несильно толкают девчонок, вызывая этим девичьи визги. Воспоминание о том снежке, который оставил небольшой синяк на твоей щеке, уже позабылись, остался только осадок, из-за которого общение с Ойкавой стало даваться куда труднее, чем раньше. В одной книге, прочитанной тобой летом, ты увидела фразу, которая закрепилась в сознании. «Все начинается с неприязни. . .»       Но тогда не пришла в голову мысль, что это тебя как-то касается. И все же, позже ты поймёшь. — Мальчики сегодня будут играть, — тихонько шепчет на ухо одноклассница, лукаво улыбаясь, — отложишь книгу? — Не горю желанием, — твой голос звучит безучастно, совсем незаинтересованно, — как всегда будут выпендриваться, хотя на самом деле ничегошеньки не умеют. — Ты такая жестокая, Т/И, — неожиданно фыркает Иваизуми, хотевший позвать тебя посмотреть на игру вашего класса с параллелью, — ты ведь ни на одной игре не была даже.       Мальчик скрещивает руки на груди, хмуря густые темные брови, ожидая твой ответ. В свою очередь ты, тяжело вздохнув, захлопываешь книгу и встаёшь со стула, дергаешь юбку вниз, поправляешь воротник, стараясь потянуть время и одним своим видом показать недовольство, но на одноклассников это не действуют, они только с большим энтузиазмом в глазах ждут, когда ты наконец выйдешь из класса, показывая всем свою слегка расстроенную и брезгливую мину. Впрочем, все уже привыкли к такому твоему настроению, когда дело касается волейбола; это лишняя встреча с Тоору, с мальчиком, который заставляет чувствовать себя не в своей тарелке.       В спортивном зале уже заканчивается разминка, одноклассники, участвующие в игре, собрались вокруг тренера, внимательно слушают его и синхронно кивают, когда мужчина спрашивает всем ли ясно. Почему-то в груди начало печь, как только ты села на скамейку и взглянула на сетку. Возникла мысль, что зря не взяла с собой книгу, все равно одноклассница, позвавшая тебя сюда, увлечена беседой с двумя другими девочками, которые глаз оторвать не могут от игроков, действительно круто выглядящих сейчас. Такие серьёзные, сильные, повзрослевшие, но все же, это те же мальчики, которые переодически дергают за косички и пытаются заглянуть под юбку на лестнице с первого на второй этаж школы.       Как только игра начинается, взгляд сам собой ищет Иваизуми, рядом с которым стоит шатен, подачи и в принципе броски которого не дают противникам и шанса на победу в первой половине игры. Прикусываешь губу от напряжения, мигом охватившего весь зал, создавшего определеную атмосферу, из-за которой каждая девочка-сплетница резко замолчала и обратила внимание на движения мальчиков, а не лица и очаровательные улыбки. Ты пыталась не смотреть на него, одноклассника, задирающего тебя в прошлом, да и сейчас порой, но глаза, чертовы глаза цепляются только за его фигуру, каштановую макушку, за руки, вытворяющие с мячом невероятные вещи для его возраста. Внутри кольнуло от этого зрелища, хочется уйти, выйти на улицу и умыть лицо пушистым снегом, но тело будто припечатало к скамье. Ты не можешь сейчас объяснить своё состояние и почему оно такое, но чуть позже — сможешь.       Игра быстро закончилась после того, как Ойкава оказался на месте подающего, и победа стала вполне очевидной, все в зале это поняли. Громкие хлопки и чьи-то высокие выкрики раздаются со всех сторон после свистка, после заключительного броска и звонкого соприкосновения упругого волейбольного мяча о резиновую поверхность пола. Тяжесть в груди спала, начинаешь часто моргать и дышать, будто только что случилось паническая атака, впрочем, может это она и была, правда, неизвестно почему и чем вызвана. В любом случае, теперь ты спокойно встаёшь со скамейки и, несмотря на центр поля, направляешься к выходу, смотря себе под ноги. — Т/И, — сломанный, чуть охрипший голос одноклассника останавливает тебя почти у выхода. Пожар внутри вновь загорается и ещё сильнее, чем раньше, словно подлили керосина в костёр твоих чувств, — как тебе игра?       Каждая клеточка в тебе трепещет, чему ты вовсе не рада, потому что такие странные ощущения не могут быть просто так. Незаметно для мальчика выдыхаешь весь воздух из лёгких и вновь набираешь, натягиваешь лёгкую надменную улыбку и поворачиваешься к нему лицом, встречаешься с любопытством в карих глазах, с ожиданием похвалы в глубине угольно-чёрных зрачков. Лицо Тоору чуть покрасневшее, на лбу капельки пота, подтверждающие его упорство и стремление победить в этом состязании; растрёпанные, но выглядящие хорошо волосы, высоко вздымающаяся грудная клетка, облачённая в специальную спортивную форму, слегка подрагивающие руки от сильных, но одновременно аккуратных ударов по мячу. Все в нем кажется привлекательным и отталкивающим, резко всплывают воспоминания и не самые приятные, но ты попросту их игнорируешь. — Было здорово, вы молодцы, — коротко отвечаешь и собираешься снова отвернуться, но мальчик одним лишь взглядом просит добавить что-то. Ты переключаешь внимание на Иваизуми за спиной шатена, — ты и Хаджиме были на высоте.       Красивое лицо мальчика мигом потускнело после твоих слов; ты замечаешь перемену, но ничего более не говоришь, только киваешь на прощание и быстрым шагом уходишь, испаряешься на выходе из зала, бежишь до класса и забираешь свои вещи, надеясь, что после того, как окажешься дома, все бурлящие в тебе эмоции исчезнут, как исчезло хорошее настроение Тоору, которое почему-то испортилось.