Какой?

— Пааап, ты со мной проиграешь? — весело пробежал мимо отца Аляска. США ненадолго остановился, внимательно посмотрев на ребенка, а затем выдохнул, улыбнувшись. — Да, конечно. — он кивнул. С каждым днём ему становилось все тяжелее. С момента возвращения 2 прошла неделя. Стали известны некоторые подробности о его местонахождении и возможных планах. Хотя, планом это сложно было назвать, но лучше от этого не становилось. Наоборот, чем больше Штаты углублялся в этот конфликт, тем страшнее ему становилось. Все как тогда, во вторую мировую войну, только тогда рядом был Союз, что был крепче чем скала и никому не позволял унывать или сдаваться, а сейчас Советы далеко в Берлине и пока не ясно, на чьей он стороне. Америка был в нем уверен, больше чем в себе, однако, его отец был не таким доверчивым. Великобритания понимал, что дело идёт к войне. Он прекрасно понимал, что 2 не остановится. Пока все мировое сообщество гадает, откуда он взял ресурсы и военные силы, британец думает, как уничтожить вновь возродившуюся Нацистскую Германия. Скажем честно, от мысли, что придется убить Рейха у Штатов ком в горле встаёт, всё же, они крепко сдружились за эти годы, но если другого выхода нет. Он вновь посмотрел на отвлекшегося на что-то Аляску. Он выберет сына, чтобы ему не пришлось сделать, он выберет семью. Взглянув в окно тоскливым взглядом, американец выдохнул. От врачей нет хороших вестей. Само по себе то, что Россия ещё жив уже было чудом. В больницу к нему не пускали, даже за деньги, поэтому приходилось просто ждать. Он до сих пор был в тяжёлом состоянии, что колеблется от «присмерти» до «тяжёлое» и не выходит за эти границы. Потребовалось много крови, чтобы тот выжил, а так же сейчас проводится куча операций, что в большей вероятности навредят его телу, но больше всего врачи опасаются за умственные способности и вообще способность размышлять. В лучшем случае, он отделается частичной амнезией. Подумать только, даже если он выживет, США не стоит уповать на удачу. В жизни России они все останутся лишь черным пятном в сознании, которое тот не различит. Но пожалуйста. Американец готов помолиться всем богам, только бы он остался жив. Только бы он снова мог увидеть солнце, снова смеяться, снова так же радостно есть сладкое и быстро бегать по снегу, кружась в вихре снежинок. Вот только бы, но боги грешников не слушают, боги не верят их молитвам. — А когда папа выздоровеет? — наивно спросил Аляска, обернувшись на отца. Тоже скучает, мальчик стал чаще плакать по ночам, мучаясь от бессонницы, поэтому США стал спать с ним в комнате, когда удавалась возможность. Но каждый вечер он стабильно проводил с ребенком и это точно. Штаты в последнее время редко спал. В преддверии назревающей войны он только и делал, что собирал свои силы. И силы союзников. В мире сейчас царил полный хаос. США правильно выбрал, что самое безопасное место будет британские острова. Именно сейчас он там с Аляской и обосновался. Тут же был и его отец, но мать отъехала в свою страну, понимая, что обстановка будет там накаляться без правителя. Штаты её понимал. Она хоть и жена британца и всегда под его защитой, но в первую очередь она страна, которая должна думать о своем народе. Большинство стран сейчас у себя на территориях. Из числа стран вне дома был Германия, чью столицу, а затем и страну захлестнул переворот нацистской власти. Он сейчас не мог там находиться, он возглавлял сопротивление, куда входил и США. Так же там были бывшие страны Советского Союза, всё до единой не включая Россию. Китай тоже был там. Даже бывшие союзники Третьего Рейха вступили туда, никто не хотел терять этот мир, что был ими создан до возвращения 2. — Надеюсь, что очень скоро. — потрепал ребенка по голове США. — Я тоже по нему очень соскучился. — И я. — недовольно пропыхтел Аляска. — Ты уже уходишь? — Да, мне уже пора, у меня есть важные дела. — виновато улыбнулся США, смотря на грустное лицо малыша. — Веди себя хорошо, приглядывал за домом, а вечером я вернусь и мы ещё поиграем. — Хорошо. — выдохнул Аляска, потупив глазки. — Я люблю тебя. — поцеловал его в лобик Штаты. — Я тебя тоже люблю. — тут же приободрился ребенок. — И буду очень сильно ждать. — Я постараюсь вернуться пораньше. — улыбнулся Америка. Расставшись с Аляской на душе стало как-то досадно. — Что ты ему скажешь, если Россия умрет? — встретил его за дверью Германия. Немец в последнее время выглядел холоднее айсберга и был жёстче, чем самый суровый генерал. Оно и было понятно, у него не было выбора быть кем-то другим. — Он не умрет. — шикнул США. — Ладно. — после недолгой паузы, отклонился от стену Республика. — Нам уже пора. — Да пожалуй. — решил замять этот разговорил Штаты. День предстоял быть долгим и насыщенным, в самом плохом смысле этого слова. --- — Ты знаешь, что его сын возглавил страны сопротивления? — завтракая, проговорил 2. Союз спокойно поднял на него золотые глаза, а затем вернулся обратно к тарелке. — Да, Германия. Интересно, если я убью его, он это так же спустит мне с рук, как свою дочь или нет? — Зачем ты убил ГДР? — холодно взглянул на брюнета коммунист. Немец усмехнулся. — Просто чтобы вас позлить. — пожал он плечами. — Ладно. — спокойно кивнул Советы. Внутри все кипело от злости, но показывать он это не собирался. — И что, даже не скажешь мне ничего? — усмехнулся 2. — Ты ведь её похоронил, как мило с твоей стороны. — Она была ребенком. — проговорил Советы, едва держа себя в руках. — И человеком, она заслуживала, чтобы её проводили. — Ты злишься? — напрямую спросил нацист. — Для тебя сложно это понять. — взглянул на мужчину СССР. — Люди злятся и печалятся, когда погибает кто-то, кто хоть как-то был к ним близок. — А. — удивлённо приподнял брови 2. — Мне нравится, когда они себя так ведут. — он пожал плечами. — Скажи, ты злишься на меня, за то, что я убил Россию? — Советы вздрогнул, холодно посмотрев на него. — Да. — тихо ответил он, но выдохнув, быстро стал спокойным. — Мне это нравится. — лукаво улыбнулся брюнет, склонив голову на бок и поставив её на сомкнутые в замок кисти. — Злость, прекрасная эмоция. Особенно, когда она на твоём лице. Но знаешь, что ещё прекраснее? — он наклонился вперёд. — Если бы на этом прекрасном личике была гриммаса сломленного человека. — коммунист вопросительно поднял свою голову, якобы не понимая, о чём он говорит. — Я займусь этим, когда завершу свое укрепление позиций. — Хорошо. — кивнул ему СССР. Он был готов выдержать все и надеялся, что хоть немного портит планы 2. Но тот только фальшиво улыбался и ничего об этом не говорил. --- — Жаль мы не можем просто жахнуть по Берлину ядерной. — Германия зло обернулся на друга. Они все тут устали, но для самого немца это был не повод сдаваться. — Ты уже один раз жахнул. — холодно обернулся на него Японская Империя. — Добью до троицы. — тут же ответил ему Штаты. — Счастливое число. — Перестаньте, сейчас ещё не хватало, чтобы мы все тут переругались. — потёр виски Британия. Удивительно, но страны оказались совсем не готовы к нападению. Вернее, к такому нападению, что им устроил 2. Было бы неплохо, если бы Союз был тут, он точно понимал этого садиста, лучше, чем все здесь. Во второй мировой войне, 2 держал в приоритете военную и техническую мощь. Он был лидером по техническому прогрессу, поэтому ему так легко удавалось побеждать. Сейчас же, когда почти к всех стран против которых он выступает есть новейшая боевая техника, ему бесполезно выставлять свою, хоть она у него и имелась. Однако, нацист не был глуп, наоборот, он оказался умнее, чем кто-либо думал. Страной правит его народ, от крупного чиновника, до маленького ребенка в детском саду. Все они, имеют свои желания. Заходя с тыла, немец посеял язвы именно туда. Сейчас во многих странах царил полный хаос, неразбериха, революции. Кто-то вставал на сторону 2, большинство, кого-то он захватывал. Он нигде не объявлял, что его территория становится больше, нет. Он просто был в стране. Он есть, но его там и нет. Он лишь посеял семя, которое проросло в громадное дерево, расколовшее камень. Его сложно было достать и практически невозможно вычислить, где он снова ударит. Была и ещё одна проблема. Стоял вопрос об убийстве 2. Ведь, избавившись от него, они избавятся и от проблем, но Рейх. Никто не хотел прощаться с Рейхом. Даже Британия, что уже привык к заносчивому немцу. Они все стали семьёй, однако, если так и дальше продолжиться, немцу придётся умереть. Это не давало Германии покоя. Среди всех, он сейчас был самым загруженным и уже едва держался на ногах. Страна, отец, представления о том, что будет после всего этого. Лучше бы он умер, чем сейчас в очередной раз расхлёбывать все это. Видимо, его род и правда проклят.