Воспитательные методы генерала

      Беседа со следопытом оказалась занятной и затянулась до поздней ночи. С интересом Виктория слушала о том, как Мал и Алина росли в Керамзине, как оба попали в Первую армию. Эта информация была совсем не лишней.       Даже немного успела узнать о строгой воспитательнице - Ане Куе. Представить только, за несколько часов она узнала больше, чем за месяца, когда пыталась стать ближе к Алине. Быть может дело в том, что сейчас нет нужды притворяться? Виктория благодарила всех Святых, когда услышала обрывок фразы об олене Морозова.       Она подозревала, что следопыт находится здесь не просто так, но глупо было надеяться на такую удачу. - … он казался мне персонажем из религиозных сказок, не больше. Пока я не увидел своими глазами это чудо.       Быть честной, использовать свой дар на этом пареньке было бы легчайшей задачей. Но Виктория решила, что так неинтересно. В итоге, её обаяния хватило с лихвой для откровенного разговора. Положение никому ненужных в этом маленьком лагере также объединяло.       Девушка хмыкнула, опустив взгляд на затёкшие руки. Мальен покосился, проследив за взглядом. - Я бы развязал, но… - Но быть на моём месте не особо хочется. Не бери в голову, следопыт. – Отмахнулась она. Это правда не имело значения. – Не будь я такой слабой, это стоило бы того.       На последней фразе голос нехотя дрогнул. Воспоминания утра всплыли по щелчку: разрезающий на до и после и выбивающий из лёгких воздух, голос. Чёрные глаза, полные гнева. Холод, боль, разочарование, стыд. По коже пробежались мурашки.       Она сама не поняла, почему вдруг решила разоткровенничаться с каким-то отказником. Для холодной и неприступной леди она в последнее время больно болтлива. Наверняка, из колеи её выбила небольшая стычка с Дарклингом. Она не хотела это признавать, но она была обескуражена – он никогда так себя с ней не вёл. И что же её волновало больше: быть неугодной ему или покушение на её жизнь?       В миг девушке представилось, как следопыт может использовать эту информацию, и она вернулась на землю. Воображение податливо предоставило усмешку на его лице, и она еле-слышно вздохнула. - Нелегко, наверное, живётся, когда ты недостаточно гриш и недостаточно отказник.       С сочувствием в голосе произнёс он. Девушка усмехнулась, не показывая удивления от такого участия к её судьбе. - Как тебе удалось найти усилитель? – Вернулась она к интересующей теме. - Я опытный следопыт. – Размыто ответил он.       По выражению лица, не залезая даже в голову, можно было понять, что он на распутье – сказать ещё что-то или нет.       Тяжёлая ткань шатра зашуршала, пропуская внутрь немного света от огня и Алину Старкову. Как эта девчонка чувствует, в какой момент она точно помешает? - Привет, Мал.       Оретцев не спешил отвечать, лишь удостоил её безразличным взглядом. Но в этом выражении лица так и читалось, что всё безразличие напускное. Виктория закатила глаза. Слепой бы не увидел. - Я принесла тебе ужин. - перед парнем опустилась увесистая тарелка с картофелем и мясом. Пресловутый картофель. – Знала, что ты не захочешь есть с остальными. Девчонка помялась, переступая с ноги на ногу. - В моих роскошных покоях и без того провизии предостаточно, если ты не заметила.       В этой фразе между строк было написано красными буквами: я обижен! - Да, место удачное для ночлега – голодным не останешься. - Алина, что тебе нужно? – Решил перейти к сути следопыт.       Виктория ещё больше притихла. Понаблюдать за таким увлекательным диалогом было истинным удовольствием. Она боролась с искушением залезть в голову к Малу и помирить этих двоих. Мотивов к действиям у него предостаточно. - Я просто зашла узнать, как ты. И сказать, что мне очень жаль… - Заклинательница снова замялась. – Жаль, что так вышло, когда ты искал оленя. Если бы я могла, я бы остановила тебя. - Если бы ты ответила хотя бы на одно моё письмо, Алина, я бы не кинулся в омут с головой. – Обижено прошипел парень.       Это грозило стать катастрофой. - Если он не будет ужин, я съем вместо него.       Алина дёрнулась, оборачиваясь. - Ты всё это время была здесь? – С возмущением спросила она. - Нет, только что зашла. – С каменным лицом ответила Виктория. – Очень интересная сцена, я бы вас не прерывала, но побег из Ос Альты и бессонная ночь в грузовом экипаже разжигают зверский аппетит. Так он будет есть?       С десяток секунд они молчали. - Я не буду. – Ожил первым Оретцев, отодвинув тарелку. - Джель на моей стороне. – Виктория старалась заполнить своей личностью всё пространство, заинтересовав Алину. В ином случае, она вернётся к письмам.       Алина взяла еду и подошла ближе не совсем охотно. Опустив миску перед девушкой, мазнула по ней взглядом, в котором читалось скверно скрытое любопытство. Глаза зацепились за горло и мгновенно округлились.       Чтобы такое соврать. - Не видела, что остаётся, если людей пытаются придушить?       Не обращая особого внимания на колкость, Алина поинтересовалась: - Это он? - Ты можешь себе представить, чтобы Ана Куя душила тебя за неповиновение?       Понаблюдать за сменой эмоций на лице заклинательницы было приятно. - При чём тут она? - Генерал Кириган воспитывает меня с десяти лет. - Ясно. Тогда кто?       Кто, да кто. Какая любопытная заклинательница. - Иван. – Пришёл сам ответ. Потому что он мог.       Алина поморщилась. - Мне жаль. - Мне не нужна жалость сиротки из Керамзина. Кто ты такая, чтобы жалеть меня?       Это было жёстко. Но ей было необходимо, чтобы Алина выскочила из этой палатки, забыв об Оретцеве. Пусть ненавидит её, пусть презирает.       Губы Алины сжались в полоску, в глазах сверкнул огонёк. Она опустила взгляд снова на руки Виктории. - Тогда прими пожелание приятного аппетита от Заклинательницы Солнца.       Она вылетела из шатра, не удостоив вниманием следопыта. Тот хмуро смотрел на Викторию. - И зачем ты так с ней?       Девушка покачала головой. - Иди и пожалей бедняжку.       Тарелка загрохотала, когда Виктория отодвинула её ногой. Парень сощурился, наблюдая за ней. - Ты завидуешь ей.       Виктория не смогла скрыть изумления в первый миг. Она ей завидует? Чему завидует? Силам, отношению народа, положению, тому как к ней относится Дарклинг. А он уж точно её не душит. - Ты забываешься, отказник.       Парень прыснул. - И это мне говорит недогриш со связанными руками. И ... - Он явно намеревался добавить нечто в крайней мере язвительное - Чуть не удушенная своим воспитателем.       Парировать было нечем. - Я не завидую. Скорее не понимаю ажиотажа.       Момент попытки выведать о том, кто на самом деле её пытался прикончить, девушка благоразумно решила пропустить мимо ушей. - Она живая легенда. Как олень Морозова. Есть, чему удивиться. - Она пренебрежительно относится к тому, что имеет. - А у некоторых даже этого нет, верно? – Догадливо произнёс Оретцев, прищурившись. Насмешки, на удивление, в его тоне нем было. - Верно, следопыт. Ты изумительно сообразителен для служащего Первой армии.       Он рассмеялся. Приглушённо и искренне. - Спасибо за комплимент, сударыня. Из ваших уст – это сокровище.       Виктория покачала головой и начала устраиваться на жёстком полу. Земля была промёрзшей, и она уже представляла, как разбито будет чувствовать себя утром. Хотя возможно ли быть ещё более разбитой?       Рядом послышались шаги, она неуклюже поднялась. Это оказался всего лишь Оретцев, зря поднималась. В руках у него был спальный мешок. Девушка приподняла точёные брови.       Он кинул рядом мешок. - Я прошлую ночь выспался. А ты выглядишь скверно. – Неумело оправдался он.       Ей хотелось спросить, где его верность подруге детства. Ведь, по идее, он должен сейчас быть в ярости из-за слов Виктории. Но спать на чём-то мягком и тёплом звучало как мечта и она проглотила язвительные комментарии, лишь лениво огрызнувшись: - Только с ложечки меня не корми. - Почему бы нет. – Хмыкнул он.       Но она уже не ответила, проваливаясь в крепкий сон.

***

      Виктория была мертвецки уставшей, поэтому её не разбудила бы и волькра. Но кто-то был очень настойчив.       Разлепив сонные глаза, она дезориентировано осматривала пространство в первые пару минут не понимая, куда подевалась просторная светлая комната и как бархатный балдахин сменила холщовая ткань шатра.       Боль в горле и невыносимо занемевшие руки напомнили о событиях прошлого дня. Девушка тяжко вздохнула и наконец перевела взгляд на отважного человека, который решил прервать её сон.       Оретцев был непозволительно близко, придерживая её за плечо и всматриваясь в беспокойное девичье лицо.       Виктория поспешно отодвинулась. Быть может, даже слишком порывисто. Молодой человек приложил к губам палец, призывая к тишине.       Девушка прислушалась к тому, что происходит за пределами шатра. Слышались отголоски приказов, тихая возня. Но лагерь явно не сворачивался. Мгновенно осознание отразилось в ясных глазах. Она перевела взгляд на следопыта. Но почему он её разбудил? ... - Тише…- Снова повторил он, когда Виктория зашуршала, пытаясь выбраться из спального мешка. – За мной придут через пять минут. - А я тут при чём? - Не сдавала позиции девушка.       Парень окинул её раздраженным взглядом. - Мне показалось вчера, что тебе было безумно интересно послушать об усилителях. - Прошипел он совсем у её уха. - И что с того? Я образованный человек, интересуюсь легендами и сказаниями. - Он нужен тебе?       Отказник смотрел прямо ей в глаза и понимал о чём речь. Они говорили об одном. Сердце Виктории пропустило удар. Неужели кто-то на её стороне? Но один вопрос не оставлял её. - Почему?       Он вздохнул, отводя глаза. И она поняла. - Ты не хочешь, чтобы он достался Алине… - Она сощурилась, этот малец оказался занятнее, чем его ровесники. – Хочешь всю Алину себе. Чтобы она снова зависела от тебя. Чтобы разочарованная и одинокая прибежала, а ты бы её успокоил. Как благородно. – Девушка протянула последнюю фразу.       Он покачал головой, ероша волосы. - Из твоих уст это звучит ужасно. Я хочу ей добра, хочу, чтобы она была счастлива. Ты сама видишь – она не готова к таким обязательствам, ответственности. - А ты такой рыцарь и защитник! Никогда не думал, что стоит дать ей шанс выбрать своё счастье?       Его шея залилась краской, он порывисто отвернулся, намереваясь подняться на ноги. Виктория не знала, что заставило сказать ему правду. Именно сейчас, когда он мог послужить ей на пользу.       Она цокнула языком, привлекая внимание. - Но кто я такая, чтобы осуждать? Да и ты прав: она не готова. И, скорее всего, никогда не будет.       Они обменялись взглядами. - У тебя есть идеи? - Если бы я была сильна в планировании, то мы с тобой не были бы знакомы. - Разумно. У нас есть две минуты. Она взволнованно выдохнула. - Нужно заставить их взять меня с собой. – Уверено произнесла она.       Мал тихо рассмеялся. - Да, ты просто оптимист. - Не смейся, это единственно-возможный выход. А я любимица Джеля, если ты не знал. Когда он увидел её серьёзный настрой, перестал улыбаться. Следопыт нахмурился. - Как мы это сделаем?