Катаракта

      Красивая полная луна показывается на черном небе, вокруг неё безупречно яркие, маленькие звезды рассыпаются, создавая атмосферную ночь прохладной осени. Из-за уличных фонарей и ярких огней города звёзды на небе с центра Сеула не виднеются, но отсюда хоть принеси мольберт и нарисуй космос ночами напролёт — не огорчит и не предаст. Нишимура Рики с самого детства мечтал увидеть скопившиеся на небе маленькие светящиеся солнца, и только год назад эта мечта у него сбылась — когда начал покидать детский дом.       Выкуривая сигарету, подросток поправляет черный рюкзак, где спрятаны украденные из магазина вещи, и уверенной походкой проходит по длинной аллее, которая находится около реки Хан. Это их место встречи с Ян Чонвоном. После ночной прогулки парни всегда встречаются здесь и уже вместе возвращаются в «ад». И здесь появляется вопрос: почему вместе не гуляют? Потому что несчастная жизнь научила подростков к воровству. Они вместе выходят через окно детского дома, разделяются, чтобы добыть много вещей и тем более чтобы не попасться вдвоём, делают своё дело и затем встречаются на этом месте.       Увидев на скамейке двух целующихся парней, Рики недовольно кривит лицо и громко цокает, бормоча под себя непонятные слова-маты. Не то, чтобы он гомофоб или же против однополых браков, просто не любит, когда пара показывает свои отношения на всеобщее обозрение. А затем ещё и будут строить из себя жертв, когда на них польётся волна грязной ненависти от «настоящих мужчин», которые придерживаются морали и поддерживают традиционный вид отношений. Ни-Ки, честно говоря, никогда никого не любил, потому что любовные отношения не интересовали и не интересуют до сих пор (а может это из-за его возраста). И также думает, что так будет продолжаться вечно, ибо для него смысл жизни не в любви. Но зато он без смущения может обнимать друга и лечь с ним в одной кровати, потому что считает это нормальным. Они ведь оба парни, да и к тому же лучшие друзья, что в этом такого?       Сегодня старший почему-то опаздывает, хотя раньше самым первым именно он приходил. Здесь два варианта — либо его поймали мужчины в форме, либо он задерживается, потому что не учёл время. Расстраивает то, что у парней нет мобильных телефонов, чтобы быть на связи. Из-за безвыходного обстоятельства Рики бросает окурок на землю и закрывает глаза, думая над дальнейшими действиями: либо ожидать Чонвона, либо вернуться обратно в детдом, чтобы прикрыть старшего от воспитателей. Но пока он думает, пока он размышляет над этой непредвиденной ситуацией, неосознанно бросает взгляд на парней, которые не собираются отлипать друг от друга. И после увиденного глаза Нишимуры увеличиваются до невероятных размеров, потому что знакомая кожаная куртка была надета на одного из них, а затем беглый взгляд бросается на старую кроссовку друга.       — Ян Чонвон?! — не веря глазам, спрашивает Ни-Ки и делает шаг к парочке, которая, кажется, не услышала его. — Хён? — уже полностью удостоверившись в том, что это никто иной как Ян Чонвон, младший хмурит брови и громко цокает, отворачиваясь в бок. — Блять, хён, ты что творишь?! — после этого нервного вопроса незнакомый парень отстраняется от Яна и смотрит на подростка своим безразличным взглядом, а может и осуждающим из-за того, что он помешал их поцелую.       Чонвон же, в свою очередь, не смотрит ни одному из них в глаза и сразу же встаёт со скамейки, направляясь в знакомую сторону. Японец удивлённо смотрит на отдаляющегося друга, а затем на оставшегося на скамейке парня, и бежит вслед за старшим, равняясь с ним на одном уровне. Когда парни проходят примерно сто метров от места встречи в полной тишине, Ян достаёт из кармана куртки бумажник черного цвета и отдаёт в руки младшего. Тот ухмыляется от того, что старший сегодня с добычей, а не с пустыми руками как три дня назад.       — Так это твоя стратегия — красть кошельки во время поцелуя? — дразняще промолвит, проверяя бумажник на вес, на что Чонвон ничего не отвечает, смотря себе под ноги.       Нишимура открывает содержимое, и к его взору сначала бросается визитка того незнакомца, а затем уже разноцветные купюры с несколькими нулями. Парень останавливается не от радости, а от шока и испуга, ведь это невероятно огромная сумма, которую парни никогда в жизни не видели, да и тем более не держали в руках.       — Хён? — выпаливает Ни-Ки тихо, останавливая старшего. — Ты хоть проверяешь внутренности бумажников? — Ян останавливается и устремляет взор к небу, тяжело вздыхая.       — Клянусь Богом, что он выглядел как богатый наследник самой крупной компании нашей страны, — даже не пытаясь понять смысл слов младшего, говорит Чонвон. — Если у него там пусто, не моя вина, — в этот раз уже Нишимура вздыхает тяжело, обратно закрывая бумажник.       — Что с тобой происходит в последнее время, хён? — старший знает, что осуждающий взор младшего точно пройдёт по телу холодными мурашками, и поэтому не смотрит на него, предпочитая закрыть глаза и остаться наедине с чёрным фоном. — Я, например, беру вещи, которые мы бы использовали в доме, а ты крадёшь либо пустые кошельки, либо бумажники с огромными купюрами. Что будет, если этот человек наймёт полицейских?       И Чонвон открывает глаза, поняв весь смысл слов друга. Он бы в жизни не догадался, что внутри этого бумажника целый терминал банка, ведь во время поцелуя у него не было возможности проверить содержимое. Да и что от него хочет Рики?! Такая жизнь уже, порядком, надоела. Ян не хочет провести последние месяцы своего видящего глаза за кражей вещей. Он хочет оставить хорошие впечатления и незабываемые воспоминания, например, катаясь в колесе обозрения или кушая в забегаловке. Да хоть что угодно, но только не за преступлениями.       — Что ты от меня хочешь?! — уже переходит на крик Ян, раздражённо посмотрев на младшего. — Что ты, блять, хочешь, чтобы я сделал, Рики? Как мне тебе объяснить то, что я не хочу заниматься этим бредом? — Ни-Ки сначала удивлённо приподнимает брови от такого неожиданного заявления, а затем уже хмурится злобно. — Делаешь ударение на себе, хвалишь себя, считаешь, что только ты делаешь всё правильно! А то, что я приношу, тебя всегда не устраивает! В конце концов, почему мы крадём чужие вещи, Рики?! Потому что старшие начали это дело? Потому что ты хочешь этого? Ответь!       — Получается, ты предаешь меня так же, как и старшие? — спрашивает Рики, с каплей обиды смотря на Чонвона, а тот, в свою очередь, приподнимает одну бровь от недопонимания. — У меня не было никаких сомнений в этом, ведь первое, о чём вы думаете, как только выходите в социум — забываете тех, кто остался в детдоме! Делай, что хочешь! Но перед этим верни этому Пак Чонсону бумажник! — бросив кошелёк Яну, Нишимура быстрым ходом направляется в «тюрьму», сдерживая горящие слёзы.       Ли Хисын и Шим Джеюн — те самые старшие, которые были для Рики самыми близкими людьми, покинули «детскую тюрьму» и ни разу не навещали его. Даже не вспомнили и не поздравили с днём рождения, что было очень обидно и больно. А оставшись с Ян Чонвоном один, Рики полностью доверился ему, давая себе надежду на то, что он с ним так подло не поступит. Желая не остаться совсем один, Нишимура хотел как можно дольше провести время со старшим, создавая совместные воспоминания за пределами приюта. Но кроме кражи вещей не было ничего, чем бы они занимались, будучи бесталантными подростками, которые до сих пор не раскрыли свои сильные стороны. И, по правде говоря, ему тоже надоело красть вещи, но он думал, что Чонвон хочет этим заниматься, поэтому не поднял эту тему, стараясь дать старшему возможность заняться любимым делом. Именно из-за этого началось непонимание между ними — оба молчали, потому что хотели друг другу счастья, и именно это молчание привело их к первой большой ссоре.       Рики уже плачет, злясь на самого себя, что родился таким несчастным и плохим, но к приближению в приют быстро стирает мокрое лицо насухо, так как нельзя показывать свою слабую сторону врагам, потому что это может быть хорошим оружием для них, и привычно входит внутрь через приоткрытое окно. Медленно, украдкой шагая к кровати, Рики бросает рюкзак с украденными вещами туда же и бесшумно открывает молнию, а затем медленно достает оттуда желанные чипсы, плитку шоколада, красивые носки с мордашкой котёнка и, в последнюю очередь, красивую цепочку с буквой «J». Он украл украшение из маленького бутика, правда не дорогую, но зато со смыслом, потому что это первая буква имени друга. Забирая эту вещь, думал, что Чонвон будет очень рад этому, но никак не ожидал, что всё обернётся таким образом.       Тяжело вздохнув и бросив грустный взгляд в окно, откуда дует холодный ветер, Ни-Ки берёт все вещи в руки и кладёт в кровать Чонвона, потому что чувствует себя виноватым перед ним, а эти вещи пусть будут подарком. Быстро улёгшись на холодную кровать, парень закрывает глаза и пытается уснуть перед приходом Яна, но так и не получается сделать это, потому что со стороны приоткрытого окна слышатся тихие шаги, а затем и сам парень начинает карабкаться по стене. Друг бесшумно садится на кровать, а затем что-то делает, что лежащий с закрытыми глазами младший не может понять. Но он предполагает, что Чонвон рассматривает оставленные на кровати вещи.       Старший тяжело вздыхает, бросая взгляд на Рики, который лежит в своей кровати с закрытыми глазами, а затем, спрятав все вещи в тумбочку, кроме плитки шоколада, переодевается в белую футболку и черные шорты. Он не решается лечь в свою кровать, а вместо этого уверенно направляется к Рики и, толкнув друга к краю, ложится рядом, ничего не объясняя. Ни-Ки же тихо улыбается, понимая, что старший тоже чувствует вину, в ином случае не лег бы рядом. Ведь каждый раз, когда они ссорятся, ложатся рядом, тем самым показывая чувство вины. В этот раз, Нишимура, конечно же, побоялся, что этого не будет, так как сегодняшняя ссора была самой большой и обидной, но всё вернулось в прежнее русло. Это не может не радовать, поэтому младший оборачивается и обнимает Чонвона за талию, прижимаясь к нему крепче. Старший раскрывает плитку шоколада и, отломав кусочек, протягивает младшему, на что тот берёт её в руки и быстро делает кусок, улыбаясь.       — Мир? — спрашивает старший.       — Мир, — отвечает Рики, и парни тихо смеются, радуясь, что всё прошло успешно.       — Хочешь, я научу тебя целоваться?