26.
9 марта 2026 г., 22:09
Прошла неделя с тех пор, как Мистерион с Хаосом дрались в последний раз, и с того же момента о злодее больше никто не слышал. Отсутствие его криминальной активности было бы хорошей новостью, если только подобное бездействие не означало, что Хаос с миньонами закончили работу над их последним проектом.
Мистерион старался не зацикливаться на этой ситуации, оставив её остальным членам команды. Сам же он продолжал тренироваться с открывшимися силами. Но ему не давали сфокусироваться размышления Баттерса о плане Хаоса, и тот факт, что несколько дней назад группа злодеев атаковала укрытие, в котором находились похищенные учёные. И та атака очевидно была предназначена для поиска кого-то определенного.
Единственным положительным, с натяжкой, моментом произошедшего было доказательство правильности решения оставить Баттерса под защитой на базе Борцов за свободу. Также стало ясно, что даже если Хаос и завершил свое изобретение или смог стащить Матчмейкер, для приведения злодейского плана в действие ему нужен был учёный, способный разъяснить, как именно все должно работать.
Возможно, было бы хорошей идеей отправить Баттерса в другую страну и связаться с Венди, чтобы тоже помочь ей спрятаться.
Мистерион с самого утра собирался поднять эту тему, но только поздним вечером у него вышло озвучить её Инструменту и Змею. Они втроём сидели в оружейной комнате и приводили в порядок свои приспособления — Мистерион натачивал ножи, Инструмент смазывал дрель, а Змей натирал очки.
— Думаю, стоит попросить Контейнера отослать Баттерса за море, — сказал Мистерион.
— Я не уверен, — ответил Змей спустя несколько секунд. — То есть, ага, он будет в большей безопасности там, где его будет труднее найти, но я не знаю никого, кто смог бы защитить его лучше нас. И он наконец-то начал привыкать к своему заключению здесь, а так мы будем под давлением заставлять его окончательно попрощаться со своей жизнью.
— Я согласен с Мистерионом, парню нужно переехать, — вклинился Инструмент. Когда Змей поднял бровь, молча попросив объяснить такую точку зрения, Инструмент продолжил. — У Баттерса вообще не будет жизни, если его поймает Хаос. И ещё, Мистерион мог бы уехать с ним. Для них обоих будет лучше оказаться подальше от этого места.
Инструмент уже некоторое время не упоминал ситуацию с соулмейтом Кенни, но это и не было нужно. В глазах и словах Стэна ясно читалось, что он верил — у Кенни уйдёт много времени и сил на то, чтобы забыть Хаоса. В последний раз, когда они это обсуждали, Стэн даже высказал — не осознавая этого — что Кенни может никогда не отпустить прошлое, и в лучшем случае просто научится хорошо притворяться.
Мистерион промолчал, только лёгкое раздражение промелькнуло на лице. Ему не нужно было дистанцироваться от Хаоса. Он уже чувствовал прогресс и не хотел, чтобы друзья в нём сомневались.
Воздушный Змей послал Инструменту осуждающий взгляд, но затем вздохнул и кивнул в понимании.
— Мы должны спросить у Баттерса. Если он согласится, тогда будем разговаривать с Контейнером.
— Ага, и кто знает, — добавил Инструмент, показывая пальцем на Мистериона, — если ты уедешь, может, найдешь своего настоящего соулмейта где-нибудь далеко отсюда.
— Что ты имеешь в виду? — руки Мистериона замерли на мгновение.
Инструмент отложил дрель и взял отвертку, прежде чем продолжить.
— Я вот думал, ты бессмертный демон из другого измерения. И если верить Пипу с Дэмиеном, это означает, что правила для тебя не такие же как для смертных. Ты должен как минимум допустить, что Хаос не твой соулмейт. Это имеет смысл, потому что хорошие люди сочетаются с хорошими людьми. Общие увлечения, общие ценности, всё это помогает им быть счастливыми. Но вы двое полностью противоположны.
Мистерион перевёл взгляд на свои ножи и продолжил работать над ними молча, но теперь в воздухе висело его раздражение, которое было ни с чем не перепутать. Он злился на Инструмента за предположение о том, что Кенни с Хаосом не родственные души, и он злился на себя за злость на Стэна.
— Или, может, вся эта шумиха с соулмейтами ничего не значит. Родственные души — это совпадение, а человечество навешивает сверху декорации веками, потому что ему нужно найти объяснение для того, чего оно не понимает, — безэмоционально вмешался Змей.
— Нравится это тебе или нет, — Инструмент закатил глаза, — соулмейты существуют, и никто не навешивает «декораций».
— Ты это делаешь прямо сейчас, — Воздушный Змей хмыкнул, — потому что не хочешь признавать, что в соответствии с твоими правилами Мистерион никогда больше не будет счастлив снова, потому что соулмейты — источник бесконечного покоя. Ты можешь придерживаться этого или принять тот факт, что соулмейты — просто реакции в голове, и мы все можем быть счастливы с теми, с кем хотим.
— Хватит про декорации, — фыркнул Инструмент. — Пип сам так сказал, у демонов не бывает соулмейтов в понятном нам смысле. Они исключения из всех правил. Это не должно быть чем-то сложным для твоего понимания.
— Пип не так сказал, — Змей внезапно осунулся.
Если бы Кенни не сидел там в костюме Мистериона, а Стэн и Кайл не использовали его неудавшуюся жизнь, чтобы аргументировать свои точки зрения, он мог мы поклясться, что почувствовал дежавю. Он будто прыгнул назад во времени, в их дом, к тем бесконечным спорам между Кайлом и Стэном, свидетелем которых ему довелось быть.
— Вы снова ведёте себя как придурки, — Мистерион схватил все ножи одним ловким движением и вылетел из комнаты в коридор, молча поправляя снаряжение на ходу. У него больше не хватало терпения думать о тупых перепалках друзей или втягиваться в них.
Ну и что, если Инструмент хочет дождаться своего соулмейта? Ну и что, если Змей нет? Они оба должны делать то, чего хотят, и либо принять противоположную точку зрения другого, либо сказать друг другу заткнуться и больше никогда не разговаривать. В мире существуют намного более важные проблемы, чем танцующие вокруг друг друга эти двое. И всё это просто потому, что им нравится делать свою жизнь более запутанной, чем необходимо.
— Мистерион, подожди. Прости меня, — Змей догнал его первым. — Мы не хотели тебя…
— Я говорил вам не втягивать меня в ваши разборки.
— Да, и я извиняюсь, — повторил Змей.
Затем рядом появился и Инструмент.
— Мы больше не будем. Я больше не буду. Я не хочу больше поднимать эту тему, — пока он говорил, бросил короткий взгляд на Змея, и Мистерион вдруг понял, что между ними что-то произошло.
Он вспомнил тот день, когда герои получили уведомление о нападении на бункер с учёными. Тогда Инструмент намекнул, что если Кенни так сильно волнуется о Баттерсе, то им стоит начать встречаться. Фраза прозвучала так естественно, что Мистерион её проигнорировал. Но Змей тоже был там, и тому, наверняка, было неприятно слышать о том, что Кенни, по словам Стэна, позволительно встречаться не с родственной душой, а самому Кайлу нет. Это должно было поднять новые проблемы между ними.
Мистерион прикрыл глаза и глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.
— Идите на свое собрание с Контейнером, но не говорите ему ничего, пока я не поговорю с Баттерсом.
Собрание, на которое он отправлял друзей, было одним из тех, на которое Мистериона не пригласили. Оно начиналось через полчаса, но Стэну с Кайлом стоило побыть раздельно какое-то время.
Затем Мистерион возобновил шаг. Он собирался потренироваться какое-то время, а потом поговорить с Баттерсом наедине около полуночи, как они привыкли. Так будет намного комфортнее для них обоих.
---
Баттерс сидел на краю большого металлического стола в середине обеденного зала, напряжённо вглядываясь в противоположную сторону, где собралась большая часть Борцов за свободу. Его локти упирались в столешницу, а пальцы переплелись под подбородком, и озорная улыбка расплывалась по лицу, пока он наблюдал за героями. Изначально он отошёл от всех под предлогом необходимости позвонить, но теперь его телефон забыто лежал справа, рядом с чиабаттой и чипсами, которые он заказал. В этот день на базе было полно народу, потому что их ежемесячное итоговое собрание затянулось, и, в качестве компенсации, Контейнер пообещал всем заказать еду из доставки по их выбору. Героям нравились такие события, потому что они могли поесть что угодно бесплатно. Ну и насладиться выражением лиц курьеров, когда те понимали, что им нужно доставить еду ко входу в здание, принадлежащее супергероям. Когда Мистерион, пришедший последним из героев, заметил Баттерса, то направился в его сторону с намерением сообщить, что им нужно будет поговорить позже с глазу на глаз. Вместе с тем, Мистерион понимал, что с течением дней стал чувствовать себя более комфортно, показывая Баттерсу, что совсем не против присутствия учёного на базе, и даже рад ему. Сначала они не говорили публично так много, как на крыше. Для Мистериона было бы странным показывать свою привязанность к кому-либо, особенно из гражданских. Но в итоге сокомандники решили, что он сблизился с Баттерсом из чувства вины, так что не придавали их общению большого значения. Однако уверенные шаги Мистериона затихли, когда он смог разглядеть выражение лица Баттерса, его позу, лёгкий наклон головы и особенно ухмылку, сообщающую о планировании чего-то зловещего. Всё это заставило сердце Мистериона биться быстрее. На мгновение он решил, что увидел в Баттерсе нечто до боли знакомое, что так хотел забыть. Кенни пытался уложить эту информацию в голове, когда Баттерс, будто способный чувствовать, что за ним наблюдают, перестал смотреть на других героев и повернулся к Мистериону. Ухмылка сменилась на шутливую улыбку, и учёный помахал рукой как ребёнок. Сердце Мистериона не сбавляло темп, но аура чего-то знакомого, окружавшая Баттерса, испарилась. Кенни мысленно отругал себя, считая тупостью то, что он думал о Хаосе в такой момент, а ещё тупее то, что сравнивал его с Баттерсом. Мистерион всё же подошёл к столу и сел рядом с Баттерсом, приветствуя его кивком, а затем перевёл взгляд в сторону, куда тот смотрел ранее. — Что там такого смешного? — спросил герой, пытаясь не думать о Хаосе, но всё ещё чувствуя необходимость допросить Баттерса, потому что ощущение в груди не собиралось исчезать. Он посмотрел на сокомандников, все они были раздражены и говорили Твику завязывать со своими шутками. — Это Чудо Твик, — тихо ответил Баттерс. — Он всю неделю бил их молнией, и его наконец поймали на этом. — Действительно? — Мистерион приподнял бровь. Твик редко так разыгрывал других. — Ага. Мистерион видел, как все высказывали Твику недовольство, а тот оглядывался и пытался оправдаться. Если все чувствовали разряды молнии, то это был не он, но больше никто в комнате не имел способностей, которые напоминали бы электричество. Теперь Мистерион вспомнил, что почувствовал разряд как-то раз, когда открывал дверь в ванную, но удар не был сильным, так что герой решил, что ему показалось, и не стал вдумываться в это. — Зачем? — Не знаю, — Баттерс пожал плечами, — может, он думает, что это смешно, как все постоянно дёргаются, дотрагиваясь до чего-то, ожидая удара током и не зная, будет ли он на самом деле, — и он рассмеялся, когда Москит встал со своего металлического стула и начал громко возмущаться. — Я серьёзно, Твик. Я понимаю, почему ты считал это смешным в начале, но теперь ты не даёшь нам спокойно поесть, а я очень голодный! — Клянусь, я не делал этого, — сказал Твик со своего стула. Он был растерян и звучал так искренне, что Мистерион почти поверил его словам. — Если ты злишься из-за того, что Крэйг пошёл на одиночную миссию на этой неделе, иди выскажи это Контейнеру, — продолжал ругаться Москит. — Но я ничего не делал! И я не злюсь! Аай! — Твик внезапно тоже спрыгнул со своего стула. — Меня что-то ударило! — О нет, ты не можешь делать вид, будто это что-то другое, когда сам во всем виноват, — сказал Мятно-ягодный Хруст строгим голосом, как если бы он был отцом Твика. — Я не делал это! — Ага, да, конечно, — выдавил Москит, взял тарелку и объявил, что уходит, потому что не в настроении терпеть Твика и его розыгрыши. Скороход и Мятно-ягодный Хруст пошли за ним. Инструмент с Воздушным Змеем также поднялись, но не стали уходить, а подошли к другому концу стола и сели рядом с Баттерсом и Мистерионом. — Стой, что? Я не занимался этим… Мы должны спросить у Контейнера, может, на базе что-то сломалось, — Твик не оставлял оправдания, пока шёл за Москитом, но никто его не слушал. Инструмент и Змей сначала, как и остальные, показывали раздражение, но затем виновато посмотрели на Мистериона, понимая, что тот всё ещё зол на них. Чтобы разрядить обстановку и не допустить подозрений Баттерса, Инструмент завёл разговор о том, что не понимает Твика и его шутки. Он также рассказал, что Твик больше всех издевался над ним, потому что ему не разрешено покидать базу. Инструмент не был уверен, сделал ли он что-нибудь, чтобы рассердить Твика, потому тот не так сильно досаждал Воздушному Змею, хотя тому также нельзя было уходить. — Правда ведь? — спросил Инструмент, повернувшись к другу. Мистерион послал Инструменту предупреждающий взгляд, пытаясь заставить его замолчать. Но теперь для Баттерса наверняка стало очевидно, что герои живут на базе, а он не должен был знать об их своеобразном домашнем аресте или что им нельзя долго быть снаружи. Воздушный Змей и Инструмент могли получить разрешение в зависимости от ситуации, но Мистерион всё ещё должен был оставаться под присмотром. К счастью, Баттерс не уловил этого, как и Змей, так как они вдвоём начали другой разговор. Они хорошо поладили с тех пор, как Змей проговорился и упомянул, что встречался с парнем, который не был его родственной душой. Судя по всему, Баттерс посчитал это очаровательным, но не в хорошем смысле. Позже он признался Мистериону, что, как и все, считал отношения не со своим соулмейтом странными и непонятными. Когда Мистерион попросил его разъяснить — потому что, насколько ему было известно, Баттерс не был поклонником концепции соулмейтов — тот сказал, что не видит противоречий. Соулмейты были законом вселенной и работали так, как и должны. И даже если этот закон не был идеальным, ничего нельзя было изменить. Мысли об отношениях с другим человеком были попросту неправильными. Но что если соулмейт не существует вовсе? Тогда исчезает и всё, связанное с неправильностью отношений с другими людьми. Видимо, воодушевление Баттерса не мешало Змею, а Баттерс был достаточно благодарен ему, чтобы не высказывать напрямую, что считает его взгляды на соулмейтов неправильными. Мистерион понял, что, как Баттерс и говорил раньше, его натура учёного делала его более заинтересованным в понимании перспективы Змея, чем в её принижении или противостоянии ей. — Змей, — Инструмент попытался привлечь внимание друга нормальным голосом, но с жалким выражением лица. Было очевидно, что они наигрывают хорошие отношения между собой, пусть глубоко внутри они решили далеко не все проблемы, и Инструмент беспокоился. — Ты что-то сказал? — Змей рассеянно перевёл взгляд от Баттерса к Инструменту. И хотя они смотрели друг на друга, их глаза не встретились. Змей избегал той их близости, которая проявлялась во взглядах, и не собирался считывать чувства с лица друга, как они всегда делали раньше. — Про розыгрыш Твика… Когда я был в душе и чуть не умер от этого, но… Не бери в голову, — Инструмент действительно пытался отвоевать внимание Змея, взяв его за руку, но как только их кожа соприкоснулась, Змей отдёрнулся. Между ними возникло молчание, и Баттерсу не понадобилось то особое понимание друг друга Инструмента и Змея, которое они делили всё совместное время. Он и так легко мог сказать, что у них что-то не ладится. — Кхм, — Баттерс прервал тишину. — Могу я спросить кое о чём? — Да, конечно, — Змей улыбнулся с лёгкой радостью от того, что они могут поменять тему. — Что такое? — Вы приблизились к Хаосу? Ну, сможете ли вы посадить его, например, на следующей неделе? — Ох, нет, извини, — Змей искренне извинился. — Понятно, — вздохнул Баттерс. — Я думал, что теперь вы приложите к этому больше усилий, раз знаете, что он пытается полностью избавиться от родственных душ. — Что… Он пытается избавиться от соулмейтов?! — Инструмент почти выпрыгнул со своего места. — Почему я раньше об этом не слышал? — Ой, — Баттерс нахмурился и коротко взглянул на Мистериона, а затем на Змея. В его глазах ясно читалось непонимание, почему Мистерион не передал их разговор остальной команде, и, судя по всему, учёный уже рассказал свои мысли и Змею. — Я забыл об этом рассказать? Я могу поклясться, что нет, — неловко сказал он. — У меня в голове столько всего, что я просто… Иногда я все напрочь забываю. Прости за это. — Ладно, но что там с этой теорией? — Инструмент наверняка заметил, что Баттерс врёт, но это его не волновало. Он был больше заинтересовал в потенциальной информации о планах Хаоса. Баттерс отправил Инструменту очередную натянутую улыбку, а потом начал объяснять ему то же самое, что и Мистериону. Как алгоритм можно использовать для искажения связей, и, в итоге, их разрушения. — Но для чего ему стремиться к чему-то такому? — спросил Инструмент, не ожидая ответа. И всё же Мистерион напрягся, уверенный в том, что Змей этот вопрос не поддержит. Но тот не сказал и слова. Это было так странно, что Змей промолчал, что даже Баттерс, который провёл с ним не так много времени, выглядел удивлённым. — Существование соулмейтов — это нечто естественное, и их принудительное исчезновение пойдёт против правил природы. Обычно это приводит к хаосу, а это именно то, чем и занимается Хаос, — Баттерс ответил нейтрально, не собираясь спорить с Инструментом так, как с Мистерионом. После разговора с Баттерсом Мистерион вспомнил, что Хаос говорил Кенни о своем намерении создать идеальный мир. Злодей заявлял, что примет тяжёлые решения, на которые больше никто не смог бы пойти, потому что знал, что будет лучше для каждого. В соответствии с теорией Баттерса, идеальным миром для Хаоса будет тот, в котором нет родственных душ, и тем самым тяжёлым решением является избавление от их концепции. Кенни всё ещё не мог понять из разговоров с Хаосом, как такой мир сможет стать безопасным для них двоих? Но учитывая то, что Хаос верил в равенство своих манипуляций с чужим мозгом и защитой, Кенни не сильно верил, что планируемое Хаосом будущее действительно будет хорошим для них обоих. — У меня есть просьба, — снова подал голос Баттерс, перебивая бормотание Инструмента о том, какой чушью является план Хаоса. — Какая? — Мистерион также проигнорировал друга. — Я прошу отпустить меня из данного места содержания, — максимально формально сказал Баттерс. — Ты не заключённый, — вежливо ответил Змей. — Так, я могу уйти прямо сейчас? — Баттерс удивленно поднял брови. — Ээм, нет, но не потому что ты заключенный, а потому что снаружи для тебя небезопасно. — Зачем тебе уходить? — спросил Инструмент, пытаясь скрыть своё раздражение, потому что только он один паниковал. — На следующей неделе запуск смарт-часов моей компании. Мы работали над ними годами, и я должен быть там, чтобы анонсировать старт продаж. — Я не уверен, что Контейнер это одобрит. Насколько большое это будет мероприятие? — уточнил Змей. Прежде чем Баттерс успел ответить, Инструмент сказал: — Довольно большое, но зачем тебе быть там? Твоя компания обычно зовёт знаменитостей для презентации. — Ага, — грустно улыбнулся Баттерс. — Но эта особенная. И я хочу присутствовать, когда люди впервые опробуют часы, — затем он умоляюще посмотрел на Мистериона. — Можешь, пожалуйста, спросить Контейнера? Я пытался поговорить с ним, но его никогда нет на месте, и он единственный, кто может разрешить мне это. Мистерион знал, что должен отказать, но не смог. Жалостливое лицо Баттерса было чем-то, чему он не мог противостоять, и хотя он и не согласился тоже, спустя несколько секунд Баттерс принял его молчание за утвердительное и улыбнулся. — Спасибо! — сказал он. — Я правда-правда хочу быть на запуске. Мы с командой долго к этому шли. Когда Баттерс встал из-за стола со словами о том, что ему нужно ещё кое-что сделать, Мистерион вздохнул. Контейнер был на базе. Если Баттерсу не удалось с ним поговорить, это означало, что тот его избегал, чтобы не расстраивать отказом на просьбу посетить презентацию. Он наверняка стыдился необходимости отказывать Баттерсу, потому что единственной причиной тому было то, что Хаос всё ещё был на свободе, а Борцы за свободу не смогли его поймать. Никто не рассказывал Баттерсу, что теперь его держат на базе не из-за опасений Мистериона, а потому что учёный действительно в опасности. — Я поговорю с Контейнером, — сказал Инструмент. — Ему небезопасно выходить. Тут нечего обсуждать с Контейнером, — нахмурившись, сказал Змей. — Хаос ищет его, и он обязательно появится на этом мероприятии и вызовет проблемы, если Баттерс будет там, — добавил он. — Да, и если так, то мы будем готовы, чтобы поймать его. Команда поймала несколько миньонов, но у нас нет зацепок ни на Хаоса, ни на других значимых злодеев. Если мы хотим положить этому конец, то нужно что-то предпринять. Особенно если он планирует уничтожение соулмейтов. Мы не можем позволить ему нечто подобное. — Но не ценой безопасности Баттерса, — сказал Змей. — Но не подставляя Баттерса угрозе, — одновременно с ним добавил Мистерион резким холодным голосом. — Мы все будем там, вся команда. Будет не как в прошлые разы. Мы будем готовы и наконец-то с преимуществом. Ты сам говорил, — Инструмент посмотрел Мистериону в глаза, — пока Хаос не за решёткой, люди в опасности, и каждый, кто от него пострадал — это наша ответственность. Нам нужно серьёзно к этому относиться. Мистерион понимал, где берут начало слова Инструмента — из необходимости защитить людей. Но ещё он знал, что тот так загорелся из-за нежелания рисковать соулмейтами. Это ещё одна причина, по которой Мистерион не распространялся о теории Баттерса, и, очевидно, судя по лицу Змея, это была единственная причина молчать и для него. Мистерион встал из-за стола. Он не собирался рисковать Баттерсом, не важно как сильно он хотел встретить Хаоса снова и поймать его. — Я приду туда в гражданском, чтобы привлечь внимание Хаоса, если это потребуется. — Мы никого не будем использовать как наживку. Ни Баттерса, ни тебя самого, — Кайл повысил голос. — Баттерс может устроить запуск через стрим, а мы придумаем другой способ поймать Хаоса. Понятно? — Но… — Инструмент попытался переубедить Змея, но, наткнувшись на злой взгляд, замолчал.---
В эту ночь Мистерион в первый раз сам попросил Баттерса сходить с ним на крышу. Обычно это была идея учёного или просто молчаливое понимание, что они должны встретиться там. Поэтому, когда Мистерион заговорил об этом, Баттерс улыбнулся одной из тех улыбок, которые не делали его похожим на Хаоса, но всё равно заставляли бабочки в животе Кенни махать крыльями сильнее. — Какая приятная ночь, — сказал Баттерс, немного поёжившись, смотря на небо. Воздух был холодным, но не настолько, чтобы они не могли находиться на крыше в своей обычной одежде, без кучи дополнительных слоев. — Ты говорил с Контейнером? — продолжил он, уже успев привыкнуть, что Мистерион не комментирует всё, что ему говорят. — Нет, и не планирую. Баттерс удивленно поднял брови, прежде чем спросить: — Почему? — Для тебя опасно выходить наружу, особенно туда, куда ты хочешь попасть. На самом деле будет лучше, если мы отправим тебя куда-нибудь за море, где Хаос не сможет тебя найти. — Н-но я не хочу, и Хаос меня не ищет. — Было нападение на то место, где находились твои коллеги. Все в порядке, но очевидно, что он пришёл туда за тобой. Баттерс несколько раз открыл и закрыл рот. — Н-но… нет… Э-это не… — он перешёл на ворчание. — Я знаю, что не нужен Хаосу. Я говорил тебе. И согласился остаться здесь, потому что это что-то новое и интересное, — Баттерс расставил руки в стороны, чтобы показать на всю базу, а затем посмотрел Мистериону прямо в глаза. — Но вы не можете и дальше удерживать меня здесь против воли. Я очень умный знаешь ли. Я мог обойти вашу систему безопасности, но не стал делать этого из-за уважения. Я сам уйду отсюда, если ты мне не поможешь. С каждым словом Баттерс приближался на шаг к Мистериону, и когда закончил говорить, между ними осталось всего несколько сантиметров. Мистерион смотрел на чужое яростное лицо, которое не столько пугало, сколько умиляло. Эти розовые щёки, сжатые и слегка подрагивающие кулаки, и, конечно, глаза. Мистерион поднял руки с желанием может быть обхватить лицо Баттерса, но, понимая, что это слишком интимное прикосновение для них, положил ладони ему на плечи. — Мы не хотим удерживать тебя здесь, но это для твоей безопасности. Переезд тоже для безопасности. Ощущение рук Мистериона на плечах немного успокоило Баттерса. Его румянец стал ярче, и он, наконец, заметил, как близко они стояли друг к другу. — Я буду в порядке здесь и на мероприятии, — продолжил настаивать Баттерс. — Я должен быть на запуске. — Ты не должен подвергать себя риску, — Мистерион покачал головой. Они молчали некоторое время, голос Мистериона был таким твёрдым, что Баттерс осознал — уговорить не удастся. Он вздохнул. — Эх, ладно. Я не буду сбегать, но я не хочу уезжать из страны. Они остались стоять так, наслаждаясь близостью. Мистерион не хотел убирать руки, но почти сделал это, когда Баттерс нерешительно положил ладони на грудь Мистериона и погладил его эмблему. — Мне всегда было интересно как… будет ощущаться этот материал. Ну, он выглядит мягким, но сделан для защиты тела и… Просто интересно, — объяснил он, всё ещё трогая Мистериона и пряча взгляд. — Первый костюм я сделал из обычной ткани. Этот произведён по технологии Борцов за свободу, но он всё ещё тканевый в основном. — Ставлю на то, что могу улучшить его, — Баттерс продолжал водить руками и стал чертить маленькие круги подушечками пальцев. — Сделать более прочным и гибким. — Это было бы здорово, — Мистерион не смог больше сдерживаться и скользнул руками к волосам Баттерса и его предплечью. Почти одновременно с этим Баттерс сократил дистанцию, зарываясь лицом в изгиб шеи Мистериона. — Вот это — здорово, — сказал он. И это действительно было так — прошло много времени с тех пор, как Кенни в последний раз чувствовал себя так хорошо. Разойтись и попрощаться оказалось не так неловко, как они ожидали. Вместо этого Баттерс и Мистерион чувствовали комфорт и колебались, отпуская друг друга — потому что не хотели этого.---
Сперва Кенни решил, что Баттерс согласился с ним. Всё действительно выглядело так, будто они пришли к общему мнению. Однако пару дней спустя Мистериона пригласили на собрание, на котором команда разрабатывала план засады для Хаоса на презентации Баттерса. Учитывая размеры здания, где должно было пройти мероприятие, требовалось вызвать как можно больше героев. Чтобы всех убедить, Баттерс сказал, что знает, что Хаос за ним охотится и считает, что эта презентация будет хорошей возможностью устроить засаду. Баттерс был настроен серьёзно не только из-за помощи команде, которая его охраняла, но ещё и потому, что он был сыт по горло своим нахождением на базе. К недоумению Мистериона, Контейнер согласился на предложение учёного, как и большая часть героев. Не высказались только сам Мистерион и Воздушный Змей, потому что было очевидно, что они против. В течение и после собрания Мистерион кипел изнутри, но не спорил, пока всё не закончилось и он не смог дойти до комнаты Баттерса. Он вошёл внутрь без стука и увидел, что тот сидел на кровати. — Ой, привет, — Баттерс немного сгорбился, понимая, что сделал что-то, что обещал не делать. — М-мне жаль, — он сразу же извинился. — Нет, это не так, — ответил Мистерион с полуприкрытыми глазами. — Мне жаль, что я не чувствую вины, — Баттерс понуро улыбнулся. — Ты понимаешь, что будешь в большой опасности, и я не могу гарантировать, что всё закончится хорошо? — Мистерион вздохнул и прошёл вперёд, остановившись около кровати. — Я знаю, — Баттерс не выглядел удивлённым. — Даже если мы приложим все усилия, будет высокая вероятность того, что я не смогу тебя защитить, и ты пострадаешь. Я не хочу, чтобы ты пострадал, — Мистерион решил сменить тактику. Может, увидев, как тот волнуется, Баттерс поймёт, насколько это тревожная ситуация. И если Баттерс расцвёл, услышав новости о том, что ему разрешат покинуть базу героев, то после слов Мистериона он просто взорвался воодушевлением. — Ты действительно переживаешь за меня? — Да, твоя безопасность — это моя ответственность, — ровным голосом ответил Мистерион, пытаясь скрыть личное беспокойство и нервозность по этому поводу. — А, да, конечно. Твоя ответственность, — Баттерс, казалось, сдулся. — Не волнуйся об этом, всё будет хорошо. Я очень везучий, вот увидишь.---
В итоге Борцы за свободу закончили разработку плана, по которому герои будут находиться в здании вместе с Баттерсом. Инструмент, Воздушный Змей и Мистерион были назначены сопровождать Баттерса и всегда держать его в поле зрения, пока остальные герои будут прятаться в толпе и выискивать любые предпосылки неправомерных действий. Место, где проводился запуск часов, было самым большим конференц-центром в городе. Здание было внушительным не только из-за огромной парковки и парка вокруг, но и потому, что экстерьер кричал о технологичности и инновациях — футуристические линии, изгибы, крыша из закалённого стекла. Герои привыкли привлекать внимание публики и репортёров после катастроф, но из-за самого характера таких ситуаций, обычно их не окружала целая толпа — максимум пять репортёров, да и то лишь в более спокойных обстоятельствах. Ну и Контейнер обычно вёл разговоры с журналистами лично. Но в этот раз, как только герои вошли в центр, их окружила пресса. Судя по всему, всем было известно, что Леопольд Стотч, глава компании, который даёт интервью только во время эксклюзивных анонсов, тоже будет присутствовать. А тот факт, что его будут сопровождать герои, заставлял каждого репортёра хотеть получить комментарий до начала основного мероприятия. Мистерион обычно не интересовался миром технологий, поэтому для него стало сюрпризом то, что Баттерс оказался такой большой шишкой. Сначала этот парень показался ему очередным мажором со своей компанией, положением в обществе и кучей денег. Но теперь, видя, что его окружает пресса и фанаты — весьма занудные фанаты, — и просят автографы, стало понятно, что здесь он — знаменитость. — Доктор Стотч, многим из нас до этого сообщили, что вы не сможете явиться лично. Но вы не только приехали, да ещё и в сопровождении героев? — миниатюрная женщина с кудрявыми рыжими волосами обошла всех остальных репортёров, давая понять, что готова идти по головам, чтобы получить свою статью. Баттерс, который шёл рядом с Мистерионом, теперь был прижат к нему благодаря навалившейся толпе. Мистерион почувствовал, как тот сделал аккуратный, почти незаметный шаг назад, наверняка напуганный количеством окруживших их людей и микрофонами, которые мелькали у его лица. Но это было всего на секунду, затем Баттерс мгновенно изменил своё поведение и улыбнулся журналистам. — Мне повезло находиться здесь, а это все мои друзья. Мне позволено приводить друзей на такое важное для компании мероприятие, — сказал он с яркой улыбкой. Слишком яркой, почти наигранной и скрывающей что-то. Репортёры взорвались новыми вопросами. — Как вы стали с ними друзьями? — Вы работаете с Борцами за свободу для разработки новых технологий? А затем та миниатюрная девушка громко спросила: — Ходят слухи, что вас похитил Хаос. Это правда, что он хочет использовать ваши разработки? Баттерсу задавали множество вопросов, но этот привлёк его внимание. Прежде чем он успел ответить, женщина достала телефон и показала ему и остальным фотографию инцидента в центре города. Баттерс немного, едва заметно, осунулся. — Ох, да, вы меня подловили. Меня действительно похитили. Но теперь я в порядке. Все в порядке благодаря Борцам за свободу. Последовало ещё больше вопросов. — Существует ли риск на запуске часов и других ваших проектов? — спросил один мужчина. — Конечно нет. Запуск этой разработки пройдёт сегодня, через два часа для тех счастливчиков, которые сделали первый миллион предзаказов. А уже послезавтра во всех магазинах будет достаточно экземпляров, чтобы удовлетворить требования покупателей. — В брошюре говорится, что ваша компания станет первой, которая совершит одновременный запуск технологии в продажу по всему миру и установит рекорд в качестве самого продающегося технологического продукта. — Всё верно! Баттерс ответил ещё на несколько вопросов, а затем объявил о том, что пора пройти в главный зал, где он предоставит больше информации и ответит на те вопросы, на которые не успел. Змей, чувствовавший себя некомфортно из-за такого тесного окружения, медленно материализовал щит, чтобы отодвинуть людей. — Ого, если ты когда-нибудь устанешь быть героем, я точно найму тебя в охрану, — прошептал Баттерс, глубоко дыша и снова становясь самим собой в облегчении, что больше не нужно терпеть шум и выкрики. Дорога за кулисы была заполнена людьми и впечатляющими технологиями других компаний, как и остальными изобретениями компании Баттерса — на всех был символ, означающий, что этими вещами можно пользоваться в связке с новыми часами. Главное же изобретение, умные часы, обещало, что с его помощью можно контролировать все остальные технологии — дома, на работе, в магазине и даже за рулём. Кенни видел рекламу. Все видели — её крутили по всем каналам вещания вот уже примерно полгода. Но он знал только о половине того, на что были способны часы. Мистерион всегда пролистывал её и имел понятие только об основных функциях. Остальное ему было не интересно. Он не использовал гаджеты, которые не были созданы или одобрены Борцами за свободу. Инструмент, с другой стороны, застыл на месте. Первым, что он спросил у Баттерса, — сразу после того, как они попали за кулисы и до того, как ассистенты отвели Баттерса в сторону, чтобы подготовить к сцене, — было то, как он умудрился засунуть так много опций и взаимосвязей во всю производимую электронику, что охватывало все продукты, которые компания производила с самого своего основания. — У меня есть ваши продукты дома, и я не помню точно, какие технологии там используются, — сказал Инструмент, — но я видел триптих, обозначающий, что часы с ними совместимы. Это ведь только для новых моделей, так? — А, нет, — ответил Баттерс. — Все наши продукты, каждая единица, которую мы уже продали, может быть сопряжена. — Впечатляет. Я помню, что покупал их около пяти лет назад. — Ну, — Баттерс покраснел от такой похвалы. — Общее подключение было одной из наших целей. С основания компании мы подготавливали всё к возможности создания экосистемы. У нас не было только финального продукта для контроля остальных технологий. До этого момента. Именно поэтому сегодняшний запуск так важен. Эти часы — результат более чем десяти лет работы. Это моя мечта ещё с детства. — Но, — перебил Змей, скрестив руки, — разве такая сеть вообще законна? Я имею в виду, если вы не выключили это в тех вещах, что есть у Инструмента… На это Баттерс поднял брови. — Ох, я уверен, что во всех руководствах написано, что эта функция выключена. Инструмент, наверное, просто забыл, или отдел маркетинга изменил название функции, чтобы она звучала более привлекательно, — он махал руками, чтобы лучше донести, что беспокойства беспочвенны. — Мы не собираемся по-тихому добавлять навязчивые и опасные технологии в каждый продукт, только чтобы потом использовать в своих целях. Я что, суперзлодей? После этого Баттерс вместе с командой ассистентов пошёл в сторону сцены. Он нацепил одну из тех хитрых улыбок — ту самую, от которой Мистериону становилось не по себе. Мистерион так внимательно провожал Баттерса взглядом, что не заметил другого человека, одетого в чёрный костюм и с бейджем персонала, который подошёл к ним. — Следуйте за мной, — сказал этот человек и медленным, уверенным шагом проводил их к переднему ряду сидений справа от сцены. Зал был огромным и уже полон людей. Лунный свет проходил через сложное сочленение окон на крыше, бросая на полированный пол геометрический рисунок. Мистерион не был фанатом подобного, но Инструмент как-то раз заставил друга смотреть с ним стрим похожего мероприятия. Кенни помнил, что ужасающих размеров экран был встроен в стену, как электронный гобелен, который светился странными символами и абстрактными паттернами, которые отдалённо напоминали что-то технологичное. Когда свет погас и был объявлен выход Баттерса на сцену, Мистерион почувствовал неожиданную дрожь — внезапное ощущение, будто он скоро станет свидетелем чего-то экстраординарного. Взгляд Мистериона был прикован к Баттерсу, маленькой фигуре, излучавшей уверенность, пока тот оживлённо жестикулировал во время презентации. Приветственные аплодисменты толпы быстро стихли, но Мистерион едва ли это заметил. Он был сфокусирован исключительно на мельчайшем наклоне головы Баттерса и том, как его светлые волосы отражали свет прожекторов. Внезапно тихий рваный вдох привлёк внимание Мистериона. Это был Воздушный Змей, который сидел рядом. Его обычная лёгкая манера поведения куда-то пропала. Мистерион проследил за его диким взглядом. С другой стороны зала, почти у выхода, сидел Кристофер. Его острые черты лица и тёмная копна волос узнавались издалека. Но он там был не один. Рядом с ним сидел кто-то ещё, молодой человек с песочного цвета волосами и вежливой улыбкой. Пальцы их рук переплелись — интимная связь, которая послала неприятные ощущения Мистериону. Затем Кристофер наклонился ближе и приобнял того человека. Через несколько секунд они уже мягко целовались. Мистерион видел, как цвет уходил с лица Змея. Костяшки друга побелели от того, как сильно тот сжал кулаки. — Змей? Ты в порядке? — голос Инструмента, грубый из-за беспокойства, прорезал окружающий гул. — Ага, — ответил Змей почти шёпотом. — Да, я в порядке, — но его глаза, всё ещё приклеенные к паре вдалеке, блестели от невыпущенных слёз. Его кадык заметно дёргался. Волна злости накатила на Мистериона, горячая и требующая защищать. Он с удушающей уверенностью понимал, что произошло. Кристофер наверняка решил, что Кайл начал его игнорировать, и пропал, не сказав ни слова. Но видеть его с кем-то другим так скоро… это удар ниже пояса. — Ты в порядке, Кайл? — снова спросил Инструмент, на этот раз мягче и используя настоящее имя. — В порядке, — повторил Змей, его голос стал громче, но всё ещё дрожал. — Я… Я всё понимаю. Инструмент не стал давить. Вместо этого он аккуратно взял Змея за руку, сжимая его пальцы. Затем он притянул Змея к себе и крепко обнял, положив подбородок ему на плечо. Он начал шептать что-то, тихо и успокаивающе. Мистерион уловил только несколько слов «Кристофер потерял…», прежде чем остальное утонуло в шуме толпы. Мистерион хотел предложить и свою поддержку, грубо прокомментировать, молча понимающе побыть рядом. Он знал, что это такое — разбитое сердце. Но вокруг Инструмента и Змея будто сформировался хрупкий пузырь, место тихого спокойствия. Кенни не хотел встревать. Тогда Мистерион вспомнил, что кто-то должен наблюдать за Баттерсом. Тот был всё ещё на сцене, и не важно, как сильно хотелось поддержать Кайла или набить морду Кристоферу, кто-то должен был продолжать миссию. Как и было оговорено, как только Баттерс завершил презентацию, он сразу же вернулся к Мистериону, Инструменту и Воздушному Змею. У него была большая довольная улыбка, и он сразу же спросил у героев, что они думают по поводу его речи. Однако, только Мистерион был весь во внимании. — Что случилось? — спросил Баттерс, заметив, что Змей рассеянно смотрит вперёд, но не смотрит при этом ни на что, пока Инструмент взглядом посылал молнии куда-то в толпу. — Ничего, ничего. Никаких признаков опасности. Тебе не нужно ни о чём волноваться, — сказал Змей, и пусть он начал говорить, его голос ещё не был устойчив. — Ох, — выражение лица Баттерса выражало потерянность, но он больше ничего не говорил. Во-первых, он не хотел навязываться, а во-вторых, кучка репортёров смогла пройти через охрану и снова начала задавать вопросы. Мистерион сразу принял роль телохранителя, громко и твёрдо прося всех отойти, пока Инструмент со Змеем делали физическую работу, аккуратно отодвигая людей. Баттерс сообщил, что не собирался делать новые заявления и забирать минуту славы у людей, которые вышли на сцену после него, чтобы подробнее рассказать про технологию часов, но он мог позволить репортёрам сделать несколько фотографий.---
— Я не был уверен, как пресса отреагирует на моё появление с супергероями, но, похоже, это была хорошая идея, — сказал Баттерс, улыбаясь в камеры и положив руку Мистериону на грудь, словно был полностью удовлетворён своим статусом знаменитости. Мистерион же, в свою очередь, не улыбался. Вспышки камер не были для него чем-то новым, но он всё равно чувствовал себя перегруженным, думая о том, что никогда не делал подобных услуг гражданским. Потому что это было бы небезопасно для этих самых гражданских. Но, вместе с тем, Кенни не хотел отодвигать Баттерса от себя. Ему, наоборот, хотелось его сильнее прижать, на что он не решался из-за обстоятельств. Да и Баттерс иногда был совсем на себя не похож. Когда тот был рядом с Кенни, он вёл себя более застенчиво, серьёзно, но смешливо и тепло. Рядом с Мистерионом он был осторожным, но смелым и саркастичным. Теперь в список можно добавить флирт. Не то чтобы Мистериону не нравилось ощущать руки Баттерса на груди и спине, но он хотел бы, чтобы Баттерс показал ему ту часть себя, которую открыл для Кенни. Чтобы этому парню не нужно было выстраивать защитные стены перед героем. Баттерс, лучившийся чистым восторгом, придвинулся к Мистериону под нескончаемым потоком вспышек. Он определённо наслаждался вниманием, ощущением того, что являлся знаменитостью, которую защищал мрачный супергерой. Внезапно яркий свет в зале мигнул и выключился, погружая всё помещение в темноту. Резкий треск послышался сверху, сопровождаемый стоном ломающегося металла. Затем часть потолка с футуристическими панелями и лампами начала раскрываться. Люди начали бежать в панике, потому что это выглядело так, будто потолок падал. Крики заполнили помещение, пока люди искали укрытие. К счастью, большинство успело покинуть зал до того, как крыша полностью раскрылась. Через открывшийся проход опустились три отчётливые фигуры. Мистерион почувствовал, как его тело содрогнулось от отторжения и внезапной необходимости освободить желудок. Но вместо того, чтобы поддаться, он инстинктивно спрятал Баттерса за собой, становясь для него живым щитом. Его первой мыслью, холодной и острой, был Хаос. Но среди этих фигур его не было. Прибывшими были Дэмиен, чью ауру нельзя ни с кем спутать, Пип, с беспечным выражением лица, и Генерал Бардак. Они изящно приземлились на сцене. Дэмиен оценил окружение скучающим взглядом, но его губы легко дернулись от вида последних убегающих людей, напуганных им. Его лёгкое удовлетворение, однако, пропало, когда он заметил несколько смелых или тупых репортёров, которые всё ещё делали фотографии. После ленивого движения запястья Дэмиена серия громких хлопков прошла по залу, а каждая камера взорвалась салютом искр и осколков пластика. — Эй, вы трое! Достаточно! — злостно прозвучал голос Инструмента, потому что многие из репортёров были ранены. В ответ Дэмиен и Пип улыбнулись, один по-садистски, второй с извинением. Генерал, однако, не изменился в лице. Как было запланировано, остальная часть Борцов за свободу пряталась в убегающей толпе, ожидая подходящего момента для нападения. Но никто из них не предполагал появления Дэмиена, как и отсутствия Хаоса. Сейчас только Мистерион, всё ещё защищающий Баттерса, и Инструмент с Воздушным Змеем оставались в подвергшейся атаке области. Мистерион мог поклясться, что в слабом аварийном свете увидел Кристофера возле выхода, практически волочащего за руку своего компаньона. Жалкая часть Кенни, хоть он и не желал никому из них серьёзных ранений, не могла не расстроиться от того, что Кристофер не выглядел хоть сколько-нибудь задетым. Пол начал трястись. Тихое урчание откуда-то снизу превратилось в оглушительный рёв, когда река лавы прорвалась через трещины, окружая героев пламенным барьером, ограждая от любого шанса на побег. Мистерион предположил, что лаву призвал Дэмиен, но было странным то, что тот не сказал ни слова и никак не двигался. — Змей, забирай Баттерса отсюда! Улетай! — крикнул Мистерион, осматриваясь. Но прежде чем Змей успел среагировать, Генерал подал голос, и звучал он более уверенно, чем когда-либо Кенни или Мистерион слышал. — Леопольд останется, — затем Генерал спустился со сцены. Его ботинки стучали по полу, пока он направлялся к Мистериону. Его поза при этом была действительно угрожающей. В тот же момент Пип появился возле Баттерса с обескураживающе счастливой улыбкой. — Не беспокойся, я смею тебя заверить, что хорошо позабочусь о нём, — проворковал он Мистериону, аккуратно, но настойчиво кладя руку Баттерсу на плечо. Инструмент и Воздушный Змей помчались вперёд, чтобы помочь Баттерсу, но Дэмиен снова поднял руку. На этот раз невидимая сила ударила по ним — та же самая гадкая сила, которой он обездвижил Хаоса на своем дне рождения, — и герои оказались прижаты к ближайшей стене, пытаясь вырваться из невидимой хватки. — Что вы здесь делаете? — яростно спросил Мистерион у Генерала, сжимая кулаки. — Я пришёл, чтобы поднять продажи часов, очевидно. Это будет во всех новостях, а это — бесплатная реклама, — было сложно понять, шутит ли злодей или это действительно была его причина прийти, но он продолжил. — Ну и чтобы убить тебя конечно же, — тон был резким, а затем Генерал поднял руки, чтобы показать всем, что лава течёт из его ладоней. В этот момент Мистерион перестал интересоваться причиной появления Генерала: теперь ему нужно было узнать откуда, чёрт возьми, тот получил эти силы. И судя по всему, он не единственный был в замешательстве, потому что Инструмент, Воздушный Змей и Баттерс тоже были удивлены. Генерал наконец улыбнулся, так же неприятно, как и Дэмиен. — Это мои новые силы. Нравится? Я хочу испробовать их в реальной битве против вас. Готовы?
