Ну и кто же здесь волк?

За последнее время я однозначно превысила лимит своих просьб. Где-то на небесах наверняка устало закатывают глаза и тяжело вздыхают, получая очередной воздушный конвертик от меня, но что поделать… Сформулировав мысль, я посильнее зажмурила глаза, затем повторила желаемое три раза, не забыв добавить в конце заветное «пожалуйста при-пожалуйста» и только после этих нехитрых манипуляций послала очередной сигнал: пожелание о том, чтобы Егора не оказалась в гардеробе. С твоими просьбами нас давно забанили. На этот раз внутренний пассажир промахнулся. Вселенная услышала. Гардероб напоминал кладбище, даже куртки можно было пересчитать по пальцам, и среди этих курток точно не было ничего серого, а именно такого цвета куртка Егора. Не удивительно что он так быстро ушёл. Дабы отчистить свою совесть «потянуть время» я пару раз прошлась от стенки до стенки, немного поглазела на памятку о пропавших вещах, провела пальцем дорожку по запылённому стеллажу и перевесила свою куртку в более удачное место. Жене не к чему будет прикопаться: староста слишком быстрый, а я слишком долго засовываю себя во всякие спортивные топики с кучей ненужных лямок. Пребывая в хорошем настроении, я шлепнула по выключателю и даже позволила себе захлопнуть ветхую дверь гардероба ногой. Дверь оказалась далеко не ветхой: сумела за себя постоять и даже дала сдачи. Все что мне осталось это потереть ушибленное колено и бросить пару ругательств. Последнее пришлось по душе внутреннему пассажиру. — Дерёшься с дверью? — Я была готова поклясться, что минуту назад коридор был абсолютно пуст, а температура воздуха на пару градусов выше. Перед глазами всплыла пугающая картины: древний вампир в образе огромной чёрной летучей мыши пробирается в опустевшее здание старой школы. Рука на автомате прикрыла оголенную шею. — Она первая начала. — Его бровь чуть приподнялась. — В смысле, нет. Не не дерусь. Позволив себе издевательский смешок, он скрестил руки на груди. — Кстати напомни мне, что там было про… — Его пальцы начали щёлкать будто бы подбирая нужное слово, — точно, про зад. — Зззад? — Про мой зад. — Про твой твой зад? «Полин, звонок на урок». — Может до тебя дойдёт быстрей, если я покажу то, о чем идёт речь? — Он наклонился ко мне и примерзко ухмыльнулся. — Ах этот зад! — Я как дура шлепнула себя по лбу, — Не бери в голову, это моя одноклассница. Знаешь, любит шу-шутки шутить. Глупый нервный смех не смог произвести впечатление на Матвея. — Не знаю. Его «не знаю» привело нас с внутренним пассажиром в ступор, поэтому было принято единогласное решение — «выжидающе пучить глаза». Однако, так уж вышло что «выжидающе пучить глаза» ни что по сравнению с «грозно нависать». Игру в гляделки мы проиграли. — Шутки бывают неудачными. По-по-понимаешь? — Я заискивающе посмотрела в его серые глаза, а внутренний мудрец подытожил, что в игре в молчанку мы тоже потерпели поражение. — Неудачными… — лениво протянул он, — это как назвать кого-то мудаком, думая, что он не слышит? Полина, запиши себе где-нибудь: между человеком в наушниках и человеком глухим нельзя ставить знак равенства. — Ооо, — настала моя очередь тянуть слова, — это, пожалуй, самое неудачное, что могло быть. Конечно, он не классический вампир. Но за пару минут в его обществе я почувствовала себя изнемождённой. «Энергетический вампир» шепнул всезнающий. — Неужели? — выдал Матвей, задумчиво почесывая подбородок. Я бодро закивала головой, надеялась, что на этом наш разговор закончиться, и мне посчастливится улизнуть куда-нибудь подальше: зализывать раны в более комфортных условиях. Однако, небеса решили преподать мне урок. Даже святоши не любят попрошаек. По центральной лестнице не спеша спускался староста. Его внимание было сосредоточено на экране телефона. Я конечно могла бы предпринять еще одну попытку зажмуриться и направить очередную просьбу: к примеру, попросить сделать нас с Матвеем невидимыми, но предполагаемые последствия могли оказаться куда страшнее. Клыкастый уловил изменения в моем лице и проследив за взволнованным взглядом, развернулся. Спустя минуту эти двое протягивали друг другу руки для рукопожатия. — Прогуливаешь физкультуру? — Староста с упрёком посмотрел на меня. — Нет, я, ну… Вот действительно, а что я собственно тут делаю? — Полина решила составить мне компанию. — У Полины физкультура. — С нажимом произнёс Егор при этом пытаясь высвободить свою руку. Матвей не позволил: — Чего напрягся? — Он слегка потянул руку на себя и только затем отпустил, — шучу, пытаюсь узнать почему Полина считает меня мудаком. — Мудаком? Не знал, что ты его так хорошо знаешь, — слова Егора были адресованы в мой адрес, а вот взгляд по-прежнему сверлил Матвея. — Я потеряла кроссовки, — настала пора вернуться к изначальному плану. Брови старосты сомкнулись на переносице. — В гардеробе смотрела? Моя голова пору раз отрицательно качнула головой. — Да, в гардеробе она точно не смотрела, — Матвей криво улыбался, демонстрируя свой клык и факт того что он то знает про гардероб. — Идём, — староста прошёл вперед и как настоящий джентльмен открыл мне дверь, — не переживай мы их найдём. — Передавай привет Плутону. — Бросила я вместо прощания. Он лениво пожал плечами и я, посчитав что разговор окончен направилась в гардероб. — Полина! Даже не думай оборачиваться. Я обернулась. — Ты опять разгуливаешь без лифчика? Несколько драгоценных секунд мой мозг потратил на обработку данных, а я на борьбу с первобытным желанием совершить убийство. *** Выходя из гардероба, я подметила две вещи: Матвей ушел так же внезапно, как и появился, а в руках Егора была черная парка. — Тебя ждут большие проблемы. — Староста смотрел с участием. — Проблемы? — глупо повторила я, при этом прикусив нижнюю губу. — Урок физкультуры. В голову с разбега влез Петр Иванович, противно брызжущий слюнями, со словами: «Зайцева, будешь бегать до конца урока».