Джеффри, да я тебе отвечаю!

***

      «Привет, родная.       Пишу тебе глубокой ночью. В последнее время душит бессонница, настроение пытается меня запрессовать, но я упираюсь и не унываю. Вроде получается, потому что Коул ничего не замечает. Он, кстати, сейчас спит.       То, что время лечит — это такая лажа! Нет, оно и правда лечит, но, как и с реальными ранами, шрамов не избежать. Джеффри как ответственный шеф и хороший друг чутко подметил мой настрой и недавно всё-таки настоял на департаментском психологе. Ну я сходил на одно посещение. Полная хуйня, скажу я тебе. Зато теперь я знаю, как называются мои «шрамы» — безразличие. Так сказала эта девчонка. Нет, я изъял урок из этого сеанса и всё такое — типа я потерял былой интерес к жизни. Но с этим ничего не поделаешь, просто надо научиться жить с утратой. (Если что, это она так сказала). Но я с ней согласен. Тем более, на Коула это не транслируется. Он в порядке.       Знаешь, вообще-то Коул — настоящий светоч в моей жизни. Если бы не он, я бы ёбнулся. Или спился бы. Но он меня держит на плаву. После того, как тебя не стало, я часто ловлю депру, но она меня не успевает засосать: стоит мне подумать о Коуле, она сразу отпускает. Потому что я думаю: у меня же есть он, не охуел ли я?       Никогда не дам его в обиду. Я знаю, что такие слова — просто сор, что лучше не вякать, а делать, и всё такое. Но без Коула у меня бы пропал смысл жизни, и я это чётко осознаю — так что мне сложно что-либо испортить в плане отношений с ним. Я просто понимаю, что надо держаться бодрячком и быть ему другом, иначе нельзя. Типа, всё на моих плечах. Так что было бы странно впасть в реальную депру. Короче, не хочу разводить соплежуйство, я правда не депрессую, просто я теперь не такой весёлый, как раньше.       На днях привёз домой щенка — кобель сенбернара, — так что пятый ДР Коула мы отметили втроём. Мы, кстати, недолго думали над тем, как его назвать. Коул с ним играл в гостиной, а там телек работал, сумо показывали. Он говорит, мол, щеночек такой толстый, как сумоист, и я в шутку говорю — пусть будет Сумо. А Коул согласился, прикинь? Но мы быстро привыкли, и теперь кажется, что Сумо так всегда и звали.       Знаешь, Коул не похож на меня в детстве. Он проще и оптимистичнее. И вообще с ним сложно загрустить (ну, теперь, когда у нас есть собака, я точно не загрущу, блин). Так что он удивляет меня иногда. Например, как-то нежно относится к андроидам. Ты знаешь, какое у меня о них мнение — мне не мешают и пофиг. Но он как будто… не знаю. Ну он интересуется ими. Когда видит кого-то из них, сразу лезет пообщаться. Я не знаю, что это за проявления такие, может, с возрастом пройдёт. А может, он станет каким-нибудь спецом по андроидам? хех ;)       Такие дела. Вообще не знаю, может, мне и правда стоит попробовать писать эти послания? Это ведь психологиня мне посоветовала такой приём. И я теперь сижу в два часа ночи и строчу письмо, которое никогда не выйдет за пределы моего планшета. Ладно, пусть это будет что-то типа дневника — в конце концов, попытка не пытка.       Мне тебя не хватает. Но частичка тебя живёт со мной под одной крышей, и я счастлив, что меня есть Коул. Ты бы хотела, чтобы мы были счастливы, я знаю. И нам это вполне удаётся».