𝐔𝐧𝐝𝐞𝐫 𝐭𝐡𝐞 𝐦𝐢𝐬𝐭𝐥𝐞𝐭𝐨𝐞

      «Ну что ты всё зыркаешь сюда?!» — мысленно спросила я у девушки-портье, которая то и дело, что переводила свой взгляд с гостей отеля на меня. Так настырно ещё никто не обсматривал моё тело. Даже мужчины и то скромнее будут...       «Да, я в очередном ожидании вашего хозяина, и что?!»       Не сомневаюсь, что эта веснушчатая каждый божий день пускает по нему слюни и мечтает согреть постельку. Но, судя по странному поведению этой нервной особы, наверняка, он так ни разу и не обратил на неё своего внимания. Забавно-то как.       «Нет, серьёзно, хватит пялиться! Ещё немного и я плюну тебе в глаз...»       Оу, похоже, за это время она всё-таки успела меня возненавидеть. Иного вывода по тому, как кривится её рот при каждом взгляде на меня, я сделать не могу.       Ну что ж, пожалуйста. Мне нет никакого дела до твоих «хотелок» относительно Маля.       — Виктория, добрый день!       Ну наконец-то!       Маль подошёл к кожаному бежевому креслу, в котором я всё это время его дожидалась, и галантно подал мне руку. Несводя с него глаз, я протянула ему свою, и он, так же не отрывая от меня взгляда, поцеловал её.       «Какой же ты всё-таки... Дурачок!»       — Надеюсь, вы не утомились ожиданием? — продолжал он играть идеального хозяина такого же идеального отеля.       Неужели все, так называемые, сливочки общества ведут себя подобным образом? Я бы такого не вынесла. Хорошо, что Маль просто паясничает...       — Нет, что вы, — как можно милее улыбнулась я, подыгрывая ему, — Я ждала совсем не долго. К тому же, у вас варят очень вкусный кофе, а круассаны... просто божественны. С ними и не замечаешь, как быстро летит время.       Я поднялась с кресла, поправляя довольно пышную юбку моего платья кремового цвета, и повесив сумочку на плечо.       Клянусь, все взгляды сейчас были устремлены на нас. В частности персонала отеля. А та не хорошенькая портье, кажется, готова была прямо сейчас задушить меня. Боже, я даже на расстоянии пяти метров вижу, как у неё раздулись ноздри. Фи..       Это был третий раз, когда я вот так ждала Маля. С Нового года наше общение с ним было прервано на целый месяц. И всё из-за меня.       Я понимала, что поступаю не правильно, выгоняя его, при том, что сама же и пригласила на праздник. Но... Всё равно захлопнула за ним дверь.       Потом я не могла заснуть всю ночь. Ворочилась с одного бока на другой, ненавидя себя за эти дурацкие страхи. А в голове вновь и вновь звучали его слова....       «О тебе...» «О тебе...» «О тебе...»       Да, я испугалась. Испугалась, как последняя идиотка. Просто не ожидала, что Маль заинтересуется мной. Тем более, что на тот момент мы пересекались только дважды. На Рождество и Новый год. И казалось, что за такой короткий срок вызвать интерес у человека просто невозможно. Однако то, каким взглядом он смотрел на меня тем вечером, доказало мне обратное, и я... испугалась.       Когда увидела Маля на площади, я искренне обрадовалась встрече с ним. У меня не было никого, с кем хотелось бы отпраздновать Новый год, но тут появился он.       Да, это может прозвучать глупо, но... Мне показалось, что сама судьба свела нас в тот вечер. Оба одиноки, без компании на праздники и, к тому же, живём неподалёку от той площади — я поближе к центру, а Маль, по его словам, восточнее.       Ну вот, нафантазировала, как главные героини в романах...       Мне хотелось его компании, поэтому я и предложила покататься на коньках, а после пригласила и на чай с кексом. И до чего же я была рада, когда Маль согласился на всё.       В тот вечер я нередко ловила на себе его взгляды. Было в них что-то такое, что заставляло моё сердце чуть ли не выпрыгивать из груди, а щёки краснеть. Конечно, я всячески пыталась бунтовать против самой себя, утверждая, что это от выпитого кофе или бега на коньках. Но... Была и другая часть меня, которая где-то глубоко внутри смеялась от счастья, желала быть рядом с ним и получать на себе эти взгляды снова и снова.       Когда надевала на себя то нежно-розовое платье, я и не вспоминала о кукле, которую он мне подарил на Рождество. Единственной мыслью в голове было: я хочу, чтобы ему понравилось.       Пришлось сделать дыхательную гимнастику и постоять с минуту на балконе, чтобы унять охватившее меня волнение. Но, когда я вышла к Малю и почувствовала его изучающий взгляд каждой клеточкой своего тела, всё пошло... по одному месту.       Почему будучи уверенной, что смогу предстать перед этим мужчиной, как говорится, во всей красе, я всё равно, в итоге, оказалась не готова?! Почему снова испугалась этих ощущений?!       Ненавижу себя за это. Ненавижу себя за то, что, наверняка, заставила его почувствовать вину. То с куклой, то... со всем остальным... Ненавижу!       Маль взял мой номер, но не звонил. А я не переставала ждать. Каждую секунду с того момента, как за ним закрылась дверь.       День за днём, не выпуская телефон из руки, я ждала его звонка, сообщения. Чего угодно! Чувство вины за своё ужасное поведение съедало меня изнутри, и я отчаянно желала хоть как-то извиниться перед Малем.       Мне хотелось говорить с ним. Видеть перед собой это невероятно красивое лицо. Видеть, как он играет своими идеальными чёрными бровями, когда задумывается над ответом. Чувствовать запах его одеколона...       Внезапно, вспомнив о небольшой прямоугольной картонке в сумочке, я хлопнула себя по лбу и, найдя среди десятков скидочных карт и купонов его визитку, написала своё первое «привет».       Кто-нибудь, дайте мне дополнительного пенделя за мою проклятую забывчивость!       После этого наши переписки не прерывались часами, — если не днями — в течении двух месяцев. Рассказывали друг другу о том, что происходило в наших жизнях, смеялись над коллегами и просто болтали обо всем, что нас окружало. А когда созванивались... Я была готова слушать его рассказы с утра до ночи!       Так Маль из случайного знакомого стал для меня самым лучшим другом. Да, я прекрасно понимала, что он красив. Безумно сексуален, интересен и умён... В Мале мне нравилось практически всё, но думать о нём, как о потенциальном парне... я всё ещё не могла себе позволить.       К тому же, сам Маль больше не проявлял ко мне именно мужского интереса. Мы разговаривали только как друзья, а месяц назад, когда, наконец, встретились, я больше не ловила на себе тех самых взглядов.       Ну что ж, поделом мне.       Здесь, в холле его местного отеля, я, как и в предыдущие разы, дожидалась Маля для очередной совместной прогулки.       Узнав о моей огромной любви к исскуству, он стал водить меня на различные выставки с фуршетом и без, аукционы, — в них я до сих пор ничего не соображала — и другие мероприятия, которые устраивают для, как он сказал, смеясь: «птичек высокого полёта». Сам Маль себя к ним не причислял, говоря, что ходит туда только ради меня. Лгун!       Сейчас же, я и представить себе не могла, куда мы отправимся на этот раз...       — Я разобрался со всеми делами, так что мы... можем идти, — странно мурлыкающим голосом произнёс Маль, не сводя с меня глаз.       — Очень... интригующее, — копируя его, ответила я.       Мы направились к выходу, напоследок успев получить очередной невесёлый взгляд девушки-портье.       «Ну не в его ты вкусе, тётя...» — ухмыльнулась я про себя.       Выйдя из отеля, ожидала увидеть заказное авто или что-нибудь в этом духе, как и в предыдущие разы, но ничего не было.       Маль прошёл вперёд, к тротуару, на ходу растёгивая пару верхних пуговиц своей белой рубашки, после чего обернулся ко мне.       Ему так шли деловые костюмы... Эти рубашки, брюки и пиджаки. Но больше всего мне нравился Маль в своих чёрных джинсах и футболках, облегающих его мускулистый торс. В них, как мне казалось, он становился настоящим собой. Сыном, другом.. Тем Малем, которого не каждому дано увидеть и узнать.       — Ты идёшь? — выгнув бровь, спросил он.       — Куда мы?       Неужто я зря напомадилась? А платье? А мои кудри, ради которых я пожертвовала обедом?!       — Сегодня никаких высоких кухонь, шумных мест и подхалимов. Только мы и... свежий воздух.       — Но ведь... Зачем ты тогда звонил мне с утра пораньше и просил надеть самое красивое платье, которое есть в моём гардеробе? И это всё... — махнув на себя рукой, начинала закипать я.       — Хотел лишний раз полюбоваться тобой в платье. В них ты по-особому восхитительна. Разве нельзя? — без обиняков продолжал Маль.       Мои щёки вновь предательски побагровели, чего не было уже довольно давно рядом с ним. Он не говорил со мной... так, с того самого дня. И его глаза... В них снова появился прежний блеск и какой-то жгучий интерес.       О нет. Похоже, я влипла.       Вот она разница между лучшим другом и тем, кто может смотреть так, словно готов слопать...       — Можно.       Сглотнув, я подошла к Малю, делая вид, что внутри меня не разыгралась буря, и щёки мои не превратились в два помидора, после чего мы молча двинулись дальше.

***

      Я искоса наблюдала за Малем. Сегодня он был непривычно задумчивым и тихим. Пару раз за всю прогулку я пыталась вывести его на разговор. Рассказывала о различных забавных моментах своей жизни, которыми за три месяца нашего уже постоянного общения ещё не успела поделиться с ним. Маль в основном кивал. Лишь изредка что-то отвечал, либо просто улыбался.       И сейчас, когда мы прогуливались по Хай-Лайн, я не выдержала...       — Что с тобой сегодня? — как можно спокойнее спросила я, — Что-то случилось?       Маль посмотрел на меня, потом на мороженое в моей руке, и как-то загадочно улыбнулся. У меня чуть рожок не выпал... Такой красивой улыбки я ещё никогда не видела...       — Всё в порядке. Просто, — он провёл рукой по волосам, причудливо взъерошив их, — ужасно устал.       — Может, мы тогда... — обеспокоенно начала было я, но Маль тут же меня перебил.       — Нет. Я хочу побыть с тобой.       Сказав это, он подошёл ближе, почти вплотную, наклонился к мороженому в моей руке и, не сводя с меня глаз, откусил чуть ли не половину. Мои брови неосознанно поползли вверх.       — Хэ-эй!       — М-м, и правда вкусно, — закатив глаза, промычал Маль.       Возмущению моему не было предела!       Думаю, Маль это понял по тому, как я зарычала и нахмурила лоб. Он засмеялся, а мне внезапно захотелось укусить его за нос.       Но с другой стороны, я была рада его пробуждению. Надеюсь, у Маля всё хорошо. И его прежнее состояние это действительно всего лишь признак усталости.       Насмеявшись вдоволь, он предложил мне свою руку, в которую я без раздумий вложила свою, и мы побрели в сторону многоэтажек.

***

      В небе внезапно загрохотало.       Ну вот, только грозы нам не хватало!       Увлечённые очередными разговорами о домашних питомцах, мы и не заметили, как солнце скрылось за достаточно тёмными тучами, а ветер усилился.       Маль предложил вызвать мне такси, так как его машина осталась на парковке возле отеля, но я отказалась, надеясь, что гроза пройдёт мимо, или я успею добраться до своего района вовремя.       — Хорошо, но давай всё же поторопимся, — ответил он, приобняв меня, — Не хочу, чтобы ты промокла.       Когда до первых высоченных домов оставалась всего пара кварталов, на землю одна за другой стали падать первые капли. А потом пустился настоящий ливень, сопровождающийся громом, отблесками молний и сильным ветром.       Одежда мгновенно промокла, неприятно облепив всё тело. Схватив меня за руку и неразборчиво выругавшись, Маль помчал нас к небоскрёбам.       Люди вокруг бежали кто куда. Кто-то отчаянно пытался спрятаться под навесами местных кафешек, кто-то скрывался в минимаркетах, а кто-то галопом возвращался домой.       Пробиваясь сквозь белые стены дождя и хлюпая ногами, полными воды, мы, наконец, добрались до дома Маля. Только когда увидела лифт я поняла, что дом, должно быть, предназначен исключительно для тех самых «сливок». Ибо этот лифт... размером с мою гардеробную!       Вода текла с нас ручьями. Несмотря на то, что дождь был более менее тёплым, я всё равно продрогла до самых костей. Тело невольно потряхивало, отчего у меня даже зубы застучали.       И Маль вымок не меньше...       Зайдя в лифт, он повернулся ко мне и прошептал:       — Прости меня.       — За что? — всё ещё часто дыша, спросила я.       — Ты и... Твоё платье.. Лучше бы в ресторан пригласил, — невесело усмехнулся Маль.       Когда мы стали подниматься на... двадцатый этаж, я покачала головой и ответила, обхватив себя за плечи:       — Это я виновата, Маль. Не извиняйся.       Квартира Маля только подтвердила мои предположения. Потому, что настолько просторную и при этoм достаточно обставленную площадь мало кто мог бы себе позволить.       Не смогла не оценить эстетичный окрас стен. Мне редко приходилось видеть у кого-либо в интерьере тёмно-серые — не говоря уже о чёрных — стены. И здесь это не выглядело мрачно или безвкусно. Именно эстетично.       Я прошла в огромную гостиную с панорамными окнами, из которых был потрясающий вид на Гудзон. Маль же исчез за дверью другой комнаты.       Было очень неловко впервые прийти к нему домой в таком отвратительном виде. Если бы я послушала Маля, мы бы оба добрались до своих квартир сухими и довольными, но... Сглупила.       — Тебе нужно как можно скорее отогреться, — сказал он, вернувшись.       На нём вместо насквозь промокшей белой рубашки была тёмно-синяя, а брюки сменились джинсами. Мне же Маль протягивал махровое полотенце и какой-то свёрток. Должно быть, временная одежда для меня.       — Рекомендую принять горячий душ, а я пока сварю какао, или кофе. Если хочешь.       — Было бы здорово, — благодарно улыбнулась я, принимая вещи из его рук.

***

      Только встав под горячую воду, я поняла насколько сильно замёрзла. Ещё бы, гулять в тонюсеньком летнем платье под дождём и ветром... Удивлюсь, если не заболею.       По наставлениям Маля ту мокрую тряпку, в которую превратилось моё любимое платье, я повесила на плечики в примыкающей к ванной гардеробной. Остаётся только подождать, когда оно высохнет, и можно отправляться домой. Нижнее бельё, естественно, тоже пострадало. Однако его я смогла выстирать и отправить в сушилку, после чего сразу же надеть. Не хотелось светить им перед моим другом... Но больше всего не хотелось ходить по его квартире без трусов.       Здесь я нарядилась в плотную чёрную рубашку, от которой пахло Малем. Когда надевала её, невольно продолжала обнюхиваться. Запах лаванды и мускуса... Казалось, я пропиталась им насквозь. Его рубашка была мне почти до колен — преимущество девушки-полторашки — поэтому я не переживала, что откровенные части моего тела будут видны.       Выйдя из ванной, потопала на кухню, откуда уже вовсю разносились ароматы кофе. Не квартира, а сокровищница запахов!       Маль стоял, прислонившись поясницей к столешнице обеденного стола, и задумчиво отпивал из чашки. Когда заметил моё появление, он неторопливо прошёлся по мне глазами и растянул губы в лукавой улыбке. Мои щёки снова вспыхнули.       — Тебе тоже не мешало бы принять душ, — сказала я первое, что пришло мне в голову, после чего добавила: — Спасибо за... за воду, рубашку, и... всё остальное.       Маль кивнул и, оторвавшись от стола, поставил свою чашку в мойку. Достал чистую и налил в неё свежесваренный кофе. Я наблюдала за тем, с каким изяществом он всё это проделывал. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, отчего я смогла беспрепятственно следить за игрой мускул. Волосы Маля были всё ещё влажными от дождя, став похожими на ежовые колючки. Однако, это придавало ему ещё большей привлекательности.       За время, что мы с ним были знакомы, я ни разу не видела Маля таким...таким... домашним.       — Сливки? Сахар? — взглянув на меня через плечо, спросил он.       — И то, и другое, — смущённо улыбнулась я, подойдя к столу, — Удивлена, что у тебя нет слуг, которые бы всем этим занимались.       — Не потерплю у себя дома чужих людишек. К тому же, мне нравится всё делать самому.       Отчего-то я даже не удивилась его ответу. Эта самостоятельность, абсолютное игнорирование установленных — чёрт знает кем — привычек, касательно жизни миллионеров.... Вот, почему он был для меня не таким, как все. Вот, почему он меня безумно заинтриговал.       — Пожалуйста, мисс.       Маль передал мне чашку. Я отпила, чувствуя на себе его внимательный взгляд, отчего мне почему-то захотелось смеяться.       — Очень вкусно. Спасибо.       Заглянув в навесной шкаф, мужчина выудил оттуда коробку с каким-то печеньем и высыпал его в пиалу.       — Проходи в гостиную. Там теплее. Я пойду немного... отмокну, — протянув мне чашку, сказал Маль, после чего сразу же скрылся в ванной.       Что с ним такое? Он снова кажется каким-то чересчур задумчивым и серьёзным.       Может быть, Маль сердится на меня из-за чего-то? Но это не объясняет его прежнего желания встретиться со мной... А, может, дело и не во мне вовсе? Он говорил, что устал. Возможно, это как-то связано с работой. Не знаю, что и думать...       Я присела на диван, поставила на низкий прозрачный столик пиалу с печеньем и взялась за поедание. Одна за другой печеньки исчезали у меня во рту. Люблю песочные. А эти, к тому же, ещё и с клубничным джемом. Съев штук пять и запив те кофе, я подошла к панорамному окну и принялась разглядывать горизонт.       Уже смеркалось, а дождь всё никак не прекращался. До сих пор громыхало, сверкали молнии.. И на двадцатом этаже, как мне показалось, всё это выглядело ещё более устрашающе, чем на моём восьмом.       Как я вообще здесь оказалась? В квартире Маля, вечером, в грозу... Должна ли я чувствовать страх или неловкость от того, что нахожусь в квартире с мужчиной? Но он не просто мужчина. Он мой друг. Лучший друг.       Он мужчина, к которому меня так сильно тянуло...       Да, это именно то, в чём я самой себе долгое время не осмеливалась признаться. С самого первого дня, с самого первого взгляда. Маль казался мне странным поначалу. Даже бесил. Раздражало то, как все вокруг восхваляли его, чуть ли не боготворили. Но, сама того не замечая, я пялилась на него тогда, желая узнать поближе. И, в конце концов, после нашего Рождественского разговора, во мне что-то резко переменилось по отношению к Малю. То, чего я так старательно избегала, вновь нагнало меня. Острый интерес к мужчине.       Меня пугали мысли о том, что всё может выйти так, как в прошлый раз. Однако сейчас я была абсолютно уверена в том, что с ним всё будет по-другому. Могло бы быть, не будь я настолько трусливой.       Маль не такой, каким был Эллиот и те недоразумения после него. Маль, пожалуй, единственный, кто действительно понимал меня, слушал и поддерживал. Став для меня хорошим другом, быть может, мог бы стать кем-то... большим. Я хотела бы попытаться, но.. Что, если я опоздала?       Огромный поток мыслей в моей голове внезапно прервался. Я почувствовала еле ощутимое прикосновение к спине, а за ухом – тёплое дыхание.       Резко обернувшись, увидела перед собой Маля. Волосы влажные — уже от мытья — и немного спутанные, лёгкий румянец на щеках, должно быть, после ванны...       Маль неторопливо вышел из-за моей спины и остановился рядом, не отводя своих потемневших глаз от моих. От этого взгляда хотелось мгновенно спрятаться, убежать куда подальше. Ибо, казалось, вот-вот и он слопает меня, как те парни в фильмах про вампиров. Но несмотря на это, я продолжала стоять, без возможности прервать нашу зрительную дуэль.       Сердцебиение стало ускоряться всё больше и больше, когда Маль дотронулся до моей щеки. Он провёл по ней кончиками пальцев, тем самым дав моему сердцу некий сигнал, и лицо вмиг покраснело. Всё ещё не прерывая зрительного контакта, Маль придвинулся ближе, настолько, что я почувствовала на своих губах его дыхание. У меня не было сил что-то сказать или сделать. Я просто... просто продолжала завораженно наблюдать за ним. Вспышки молний, гром... Даже это не отвлекало меня от него.       Маль наклонился ко мне. Взгляд почти чёрных глаз переместился на мои губы, и до меня дошло.       «Ты хочешь... поцеловать меня?»       Его лицо было уже в паре миллиметров от моего, когда я резко подняла руку и пальцами легонько прикрыла ему рот. Какие мягкие губы..       Мою ладонь обдало жаром его дыхания, но я не торопилась её убирать. Взволнованно взглянув на Маля, я молча ждала. Он вновь поднял на меня глаза, в которых отчётливо читалось его удивление, после чего они будто заблестели. Пальцами, что прикрывали его губы, я почувствовала, что Маль улыбнулся.       Внутри меня всё пылало. Никогда ещё не испытывала такого опьяняющего трепета... Да, я увлекалась прежде. Желала поцелуев и большего, в итоге получая всё. Но то, что я испытывала сейчас... с ним... Это что-то неизведанное.       Маль медленно, не переставая улыбаться, накрыл своей рукой мою кисть, что лежала на его губах и подбородке. После с необычайной нежностью приподнял её и, не сводя с меня глаз, поцеловал.       В животе мгновенно всё стянуло тугим узлом. Казалось, ещё чуть-чуть и я рухну на пол. Ибо ноги сейчас категорически отказывались удерживать меня в равновесии.       Мужчина опустил мою руку себе на плечо, свою – мне на талию, и подался вперёд. Я невольно шагнула назад. Не думала, что вообще смогу, однако..       Наши взгляды были цепко переплетены, будто где-то глубоко в сознании между нами провели прочную нить, что не давала нам разъединиться ни на секунду. И я чувствовала, что не хочу прерывать эту связь. Мне хотелось продолжать играть с ним. Хотелось увидеть, что будет дальше.       Маль снова шагнул вперёд, я – назад. Моя рука была всё ещё на его плече, отчего это казалось неким танцем. Танец хищника и загоняемой им жертвы. И мы двигались до тех пор, пока я не упёрлась спиной во что-то твёрдое. Шкаф. На лице Маля заиграла хитрая улыбка, но спустя мгновение бесследно исчезла. Его глаза забегали по моему лицу, дыхание, как и моё, стало прерывистым.       Боже, я сейчас расплавлюсь, как пломбир на солнце...       Рука с плеча мужчины сползла вниз, задержавшись на его груди. Маль вновь наклонился ко мне, а я не знала куда смотреть. То ли на губы, что сейчас находились в опасной близости от моих, то ли в глаза, что так жадно глядели на меня.       «Чего же ты ждёшь?» — мысленно вопрошала я.       И, будто услышав меня, Маль тихим, хриплым голосом произнёс:       — Попалась...       Был ли это вопрос или нет, понять так и не смогла. Вся я была поглощена его запахом, который уже сроднился с моим, ощущениями, что вызывали те места, где наши тела соприкасались...       Сглотнув, я прошептала, продолжая смотреть ему в глаза:       — Да...       В одно мгновение я оказалась прижатой к твёрдой поверхности шкафа, а мягкие губы Маля накрыли мои. Они тут же неистово задвигались, ловя каждый вдох, каждый стон, что с первой секунды нашего воссоединения рвался из моей груди. Я целовала его, и мне ни на мгновение не показалось, что это неправильно.       Как же я... Как же мне этого хотелось...       Большие тёплые ладони крепко сжимали мою талию, двигаясь то вверх, то вниз, почти касаясь ягодиц. Дрожащими пальцами я схватилась за рубашку Маля и притянула его ещё ближе к себе.       Если уж у меня появилась возможность касаться этого мужчины, я буду ею пользоваться. Я хочу касаться его каждой своей клеточкой...       Маль прикусил мою верхнюю губу и отстранился. Его прерывистое дыхание смешалось с моим. Губы гудели, но мне это даже нравилось. Маль нежно провёл ладонью по моей щеке, после чего приподнял мне подбородок, заставив пересечься с ним взглядом.       — Не представляешь, как трудно мне было сдерживаться всё это время рядом с тобой, — начал он, восстанавливая дыхание, — Каждую нашу встречу... Каждый раз, когда я видел тебя в этих... чертовски сексуальных облегающих платьях.. О-ох, не представляешь, как часто я думал о тебе. Думал о том, как же сильно я тебя хочу. И сейчас, — Маль облизнул свои опухшие губы, — Не уверен, что смогу остановиться на одних только поцелуях.       От его хриплого голоса по всему моему телу пронеслась волна щекочущих импульсов. В комнате было уже достаточно темно, но это не помешало мне разглядеть в глазах Маля подтверждение его словам. В них горел огонь желания, и сейчас я была, как никогда, готова окунуться в него.       По животу, бёдрам разливалось приятное напряжение, отчего моё бельё уже успело промокнуть насквозь. Внезапно я поняла, что не хочу ни о чём думать. Не хочу думать о правильности — а точнее, уместности — своих желаний. Не хочу спорить со своим сердцем и убеждать себя отступить.       Мне нужно это. Мне нужен он – мужчина, что стоял сейчас передо мной...       Я устала притворяться. Устала искать оправдания своим мечтам о нём по ночам. Во мне больше нет ни крупицы страха. Нет той неуверенности. И я не позволю им снова вернуться.       — Так не останавливайся, — прошептала я, глядя на него снизу вверх.       Большего ему и не нужно было.       Маль снова меня поцеловал. Его руки принялись блуждать по моему телу, касаясь уже набухшей груди и нарочито медленно опускаясь к низу живота и... ещё ниже. Рубашка задралась, полностью обнажив мои ноги, одновременно с чем дав нам с Малем больше свободы в действиях. Я неосознанно толкнулась бёдрами, и Маль, опустив ладони, подхватил меня на руки.       От каждого его прикосновения по всему телу бежали приятные мурашки. Охватившее меня возбуждение заставляло сердце бешено колотиться, а кровь в жилах почти бурлить.       Кажется ещё немного и я сгорю...       Губы Маля гуляли по моим щекам, подбродку, шее... Язык ласкал мою разгорячённую кожу.. Я буквально плавилась от захлестнувших меня ощущений, и даже не заметила, как мы оказались в другой комнате. В его спальне.       Маль уложил меня на мягкую широкую кровать, по обе стороны которой были зажжены небольшие светильники, а сам лёг сверху. Тяжесть его тела вызвала новый прилив возбуждения, отчего у меня тут же заныло между ног. Я обвила руками его шею, притягивая ближе к себе, и наши губы вновь встретились в ненасытном поцелуе.       Руки Маля переместились на внутреннюю сторону моих бёдер, медленно поднимаясь выше, к самому чувствительному месту. Проведя по нему большим пальцем, — всё ещё через ткань белья — и обнаружив мою уже полную готовность, Маль застонал мне в рот.       Я задрожала всем телом от предвкушения... Мои колени инстинктивно развелись шире, позволяя Малю устроиться между них. Он приподнялся, и не сводя с меня своих потемневших от возбуждения глаз, принялся растёгивать мою — его — рубашку.       Я сходила с ума от этой неторопливости... Хотелось разорвать в клочья всю ту одежду, что мешала нам по-настоящему почувствовать друг друга. Но...       Я лишь молча наблюдала за тем, как постепенно оголяется моя часто вздымающаяся грудь, и за тем, с каким жадным желанием Маль осматривал каждую открывшуюся для него часть. Растегнув последнюю пуговицу и отбросив ткань на пол, он наклонился ко мне. Взял в рот сосок одной груди, затем метнулся к другому и слегка прикусил его. Из моих губ вырвался тихий стон. Спина выгнулась дугой, а подрагивающие пальцы зарылись в его шелковистых волосах. Пройдясь языком по соску, Маль принялся целовать мой живот, спускаясь всё ниже и ниже... Но затем вновь припал к груди, обхватив мою спину и притянув меня к себе.       Боже, какой же маленькой и хрупкой я себя чувcтвовала в его больших руках. Сейчас, когда он практически лежал на мне, я поняла, что первое впечатление меня не обмануло. Маль действительно под два метра!       Закусив нижнюю губу, я схватилась за его мускулистые плечи и опрокинула на спину.       Смогла!       Пока Маль моргал, я вмиг оседлала его и, наклонившись, принялась целовать его шею, скулы, губы... Поурчав, куснула мочку уха.. Маль сжал руками мои ляжки и сел, устроив меня поудобнее на себе. Даже через ткань одежды я достаточно остро ощутила, как в мой лобок уткнулся его уже твёрдый член.       Чувствуя на себе внимательный взгляд почти чёрных глаз, я взялась за рубашку и, как и хотела, разорвала её.       Ничего. Не думаю, что он обеднеет..       Отбросив её на пол, я положила руки Малю на грудь. Его кожа... Такая горячая и гладкая. Маль наблюдал за мной, поглаживая широкими ладонями мои ягодицы и поясницу. Медленно, кончиками вспотевших пальцев я прошлась по его груди, кубикам пресса и вниз, к поясу джинс.       Как же он прекрасен...       Я хотела опуститься и исследовать этот путь языком, но не успела. Внезапно Маль завладел моим ртом и осторожно перевернул на спину, вновь оказавшись сверху.       Он дарил мне короткие поцелуи, разбавляя их еле слышимым рычанием:       — Ты...(поцелуй) Сводишь...(поцелуй) Меня...(поцелуй) С ума... (поцелуй)       От каждого касания, каждого издаваемого им звука моё желание разгоралось всё больше и больше.       Невыносимо..       Опустив руку между нашими телами, я наощупь растегнула ремень, пуговку его джинс и спустила их вместе с нижним бельём. Маль, словно поняв намёк, мгновенно избавил моё тело от последней ткани и навис надо мной, упираясь руками в кровать. Его грудь часто вздымалась, касаясь моей. Казалось, мы оба задохнёмся от переизбытка ощущений, коими наполняли друг друга.       Зацепившись с ним взглядом, я осторожно дотронулась до его члена, что уже упирался в мой влажный вход. Маль прикрыл глаза, вздрогнув всем телом и тихо застонав. Его дыхание стало прерывистым, а бёдра качнулись к моей руке. Проведя ладошкой по всей длине, я невольно округлила глаза.       Такой... большой, твёрдый и.. словно бы из бархата...       Маль поймал мой взгляд, хищно улыбнувшись, и его губы вновь накрыли мои. Я обняла его за поясницу, когда почувствовала, что он вошёл в меня. Медленно, осторожно, давая мне привыкнуть к нему внутри. Ощущать его в себе было чем-то... невероятным.       Из меня вырвался громкий вздох, когда Маль сделал первый толчок. Мои ноги обвились вокруг его бёдер, прижимаясь как можно ближе. Казалось, все чувства вмиг обострились. Каждое движение, каждое даже мимолётное соприкосновение его тела с моим.. Я чувствовала всё.       Зажмурившись от удовольствия, я запрокинула голову, и губы Маля тут же приникли к моей шее, проделывая влажную дорожку из поцелуев и засосов. Наши бёдра тёрлись друг о друга, двигаясь в такт. Из груди один за другим вырывались громкие вздохи.       Такого пьянящего наслаждения я ещё никогда не испытывала.. Взаимный голод продолжал безумствовать в наших венах. И я сходила с ума от той бури чувств, что раз за разом поглащала меня рядом с этим мужчиной. С Малем я забыла, что такое усталость. Мне хотелось ещё, ещё, и ещё...       Мои ногти царапали его мускулистую спину. Маль заурчал, укусив меня за губу.       Боже, это самый прекрасный звук, который я когда-либо слышала...       Толчки становились всё быстрее, постепенно приближая нас к долгожданному наслаждению. Простыни под нами всё больше комкались, подушки слетали на пол...       И, когда я ощутила неимоверное блаженство каждой частичкой своего тела, словно бы разбилась вдребезги...