Последний ренегат

Ксарта очень смутно помнила, как она оказалась в храме. Она очнулась, сидя на чем-то твердом и очень холодном. Едва придя в себя, она принялась быстро ощупывать свое тело на предмет чужих артефактов и отсутствующих деталей одежды. Бронекостюм был на месте – его и не пытались снять. Чужеродных предметов тоже нигде не ощущалось. Однако ее резерв был будто заблокирован. Доступ к нему остался, но воспользоваться им в полную силу Ксарта не могла. В теле появилась какая-то странная тяжесть и слабость. Казалось, что оно частично парализовано и не подчиняется ей. Под кожу будто набился песок, и она вся онемела. Демонхост взлетела и огляделась вокруг. Храм представлял собой огромное помещение, примерно как половина третьего склада. На стенах висели гобелены, изображающие сцены всяческих плотских наслаждений. Друг от друга их отделяли полупрозрачные шторы из тонкого розового шифона. В торце зала стоял каменный инкрустированный драгоценными металлами и камнями трон, в котором лежали несколько пурпурных бархатных подушек с желтыми кистями. Перед троном находился алтарь – белый мраморный прямоугольник, на котором могли бы спокойно уместиться рядом два космодесантника. Сейчас он был пуст и чист, но энергетические следы заставили Ксарту забеспокоиться. Тут приносили в жертву людей. В основном женщин. Их убивали нечасто, но помногу, и она даже могла ощутить острый запах их страданий. Последнее убийство произошло совсем недавно. То, на чем она сидела, оказалось здоровенным мраморным фаллосом метра три длиной и чуть больше полуметра в диаметре. Оно находилось рядом с троном, и сидя на нем как на лавке, можно было увидеть весь храм сразу. За спиной фаллической скамейки в углу зала находилась тумба, на которой стояли разнообразные инструменты вроде чаш, кубков, энергетических кристаллов и каких-то бутылок и флаконов цветного стекла. Фон варпа над ней был особенно ярким. Тазар! Гвилар! Кто-нибудь! Валис! Макс! Помогите! Она мысленно звала хоть кого-то, кто мог бы прийти на помощь, но зов уходил куда-то в пустоту. Похоже, в храме присутствовала какая-то защита, которая не позволяла связаться с внешним миром. Ксарта подлетела к двери и увидела полупрозрачную сетку защитного контура. Сквозь него легко было пройти ногами, но протолкнуть наружу ментальный посыл – невозможно. Чтобы позвать на помощь, Ксарта должна была выйти хотя бы за двустворчатые металлические двери храма, украшенные причудливой художественной ковкой. Она подергала витую ручку туда-сюда, но они были заперты. Откуда-то потянуло теплом и запахом благовоний, и Ксарта увидела, что один из шифоновых разграничителей у входа в храм слегка колышется. «Если здесь есть движение воздуха, значит, должен быть выход!» - и демонхост подлетела ближе. За тонкой шторой действительно был спрятан дверной проем – вход в какое-то помещение. Там горел свет, но Ксарта не решалась туда заходить. Пораскинув мозгами, она пришла к выводу, что старый извращенец должен где-то жить и спать, и где-то хранить остальной ценный инвентарь. И это явно не третий склад и не основная рабочая зона храма. - Заходи, не бойся, - раздался из-за шторы ласковый голос Мэдлора. «Бойся, что не выйдешь», - мысленно закончила фразу Ксарта, и повисла в воздухе сбоку от шторы. - Что ты сделал со мной? – требовательно спросила она. - Ничего страшного, - силуэт колдуна возник в дверном проеме, - скоро это прекратится. Заходи, чего же ты? - Не хочу, - Ксарта сложила руки на груди. - Леди нужно особое приглашение? – Мэдлор появился из-за шторы. За то время, что Ксарта сидела в отключке, колдун успел переодеться и причесаться. Брони на нем больше не было. Вместо бытовой туники он носил жемчужно-голубого цвета халат из настолько тонкой ткани, что сквозь нее просвечивали черные нейропорты, неровные боевые шрамы, фиолетовые татуировки и остальные мутировавшие детали анатомии Мэдлора. Серебристые волосы связаны на затылке в короткий, похожий на помазок хвостик, а на груди все та же подвеска. «Вот отсюда и берутся легенды про причиндал размером с предплечье», - Ксарта едва справилась с собственной мимикой, чтобы не отвесить челюсть от удивления, - «таким не то, что орехи – строптивых пленных колоть можно!» - Леди не нужно никакого приглашения, леди хочет обратно – туда, откуда ее похитили, - Ксарта обиженно отвернулась. Вопреки ожиданиям Мэдлор не начал отрицать факт ее похищения, не стал грубо тискать ее, хватать за руки и пытаться воздействовать на нее силой. Он подошел сзади и обнял Ксарту за плечи. - Ты вся такая холодная в этом скафандре. Давай его снимем, - и потянулся к язычку молнии на ее шее. - Давай не трогай меня, - огрызнулась она, отбив руку колдуна в сторону. - Ух, какая дерзкая, - Мэдлор резким движением развернул Ксарту к себе лицом и прижал к своей груди, - неудивительно, что нашему командиру ты понравилась. Ксарта только и успела, что зажмуриться. Эта проклятая подвеска касалась ее лица, но почти не действовала, пока глаза были закрыты. Пальцы Мэдлора осторожно поглаживали ее ухо и за ухом – должно быть, колдун решил, что это ей понравится. «Силой я ему ничего не сделаю, особенно сейчас», - подумала Ксарта, повисая в железных объятиях космодесантника и опуская руки на его крепкую талию, - «надо ему подыграть». Мэдлор оказался жестким, сухим и холодным на ощупь, что было очень странно для живого существа. От него несло какими-то сладко-приторными духами, даже без намеков на запах пота или живой человеческой кожи. На памяти Ксарты не потели только покойники, и у нее возникло непроизвольное желание потыкать колдуна палочкой. Желательно – в глаз. Она чувствовала, что ее тащат в ту самую комнату за шторой. Сознание понемногу приходило в себя, и она попыталась посмотреть на слугу самого молодого бога внутренним взглядом. У него не было души – вместо нее в груди колдуна зияла черная дыра. Ксарта не очень хорошо знала, как такое возможно, но все еще живой человек без души находился рядом с ней. Люди обменивали души и продавали их Темным Богам за разные вещи: от тайных знаний, неограниченного резерва или комплекта из вечной жизни и вечной молодости до всякой ерунды вроде Малус Кодициума с картинками в переводе на высокий готик. Но отъем души обычно происходил со смертью тела, а вот так прямо при жизни… Ксарта видела это впервые. Мэдлор опустил ее на что-то мягкое, улегся рядом и предпринял еще одну попытку расстегнуть молнию бронекостюма. Ксарта приоткрыла один глаз и увидела мозаичный потолок, на котором золотом по пурпурному была выложена звезда Хаоса. - Может, ты хочешь выпить чего-нибудь? – спросил колдун, справившись, наконец, с застежкой бронекостюма, под которым оказалась серая майка, какие обычно носят женщины в имперской гвардии. - Да, пожалуйста, - Ксарта решила, что если он отвернется куда-то, она сможет оглядеться. Действительно, Мэдлор встал и отошел. Ксарта подняла голову и открыла глаза. Это была спальня. Демонхост лежала на краю большой кровати, по размерам слегка уступавшей алтарю в храме. Вокруг стояли шкафы с книгами, небольшой прикроватный столик с кривыми резными ножками, канделябр десятка на три или четыре свечей и полки с магическими артефактами. Фон варпа оттуда почти ослеплял. На стене между шкафов висел натюрморт с какими-то фруктами. Тело слушалось очень неохотно. У Ксарты создалось впечатление, что с помощью подвески и каких-то подчиняющих заклинаний Мэдлор частично перехватил контроль над ее смертной оболочкой. Она смотрела на спину колдуна, шарящего в недрах шкафа и звенящего там какой-то посудой, и лихорадочно пыталась сообразить, что ей делать дальше, и как сбросить это с себя. - Амасек будешь? – Мэдлор обернулся через плечо и улыбнулся. - Наливай, - демонхост раскинула руки и изобразила звезду в постели. Колдун поставил на столик пару шарообразных бокалов, наполненных до половины золотистой жидкостью. Там же оказался и графин с амасеком. Ксарта почувствовала слегка пряный запах дорогого напитка. - Иди сюда, - он приказывал, но делал это так мягко, нежно и осторожно, что тело Ксарты подчинилось против ее воли. Демонхост села и приняла из руки Мэдлора бокал, и только после этого заметила, что сидит почти под мышкой у космодесантника, прижимаясь бедром к его огромной ноге. - За наше близкое знакомство, - мурлыкнул Мэдлор, ткнувшись носом ей в ухо, - пусть оно станет еще ближе. Бокалы звякнули друг о друга, и Ксарта влила в себя напиток почти залпом. Это оказался действительно всего лишь амасек, без каких-либо веществ вроде ядов или магических примесей. - Ну кто же так делает? – со снисходительной улыбкой спросил Мэдлор, - Наверное, только неотесанный Тазар, который слишком… ограничен в понимании истинной ценности удовольствия от еды и напитков. - Давай еще раз, - Ксарта подняла взгляд на колдуна, - покажи, как надо. Снова наполненный до половины бокал в ее ладошках. Мэдлор взял ее двумя пальцами за запястье и слегка повернул. - Подержи его в ладони, он должен согреться. Амасек – он как мужчина. Ты ведь знаешь, что надо делать с мужчиной? - Мог бы не спрашивать. Конечно, знаю! – обиженно отозвалась Ксарта, - мужчину надо кормить вовремя и иногда выпускать погулять. А еще носки за ним убирать. Мэдлор, похоже, не совсем понял, что от него просто отшучиваются: - Глупышка, с мужчиной надо быть нежной, сначала согреть, а потом принять в себя, - он легонько подтолкнул ее под локоть, мягко заставляя поднять руку с бокалом к лицу, - вдыхай. Нравится? Ноздри обожгло испарениями. Предыдущий выпитый бокал наконец-то всосался в кровь, голова Ксарты закружилась, и внутри что-то пошатнулось. Демонхоста осенило: пьяное тело не поддается внушению и не берется под контроль никем и никак. Потому что нельзя подчинить тело, которое даже своему хозяину не подчиняется. Она медленно тянула амасек под любопытным и одновременно выжидающим взглядом Мэдлора. Риск был огромен, но оправдан: или она напьется в дрова и вырвется из-под заклятия, или колдун, в конце концов, сломит ее волю. И тогда случится непоправимое. Что именно из непоправимого должно случиться, Ксарта старалась не думать. Это могло быть что угодно: от пробуждения в ошейнике и с печатью подчинения на ягодице до того, что Мэдлор в процессе высосет ее душу вместе с энергетическим резервом через не подходящие для этого места. - Так лучше? – весело спросила Ксарта, когда бокал заново опустел. - Гораздо лучше, - похвалил колдун, - тебе еще не стало жарко? - Да, жарковато, - ответила она и вылезла из рукавов бронекостюма. - Может, ты весь его снимешь? – он протянул было руку, чтобы погладить плечо Ксарты, но в последний миг ее отдернул. - Что значит «может»? Мужчина ты или кто? – возмущенно вопросила она, решив укусить Мэдлора за особо больное место любого мужика, - Чего вытаращился? Раздевай меня, разматывай, мне жарко! Тазар-то сообразительней оказался, сразу понял, что делать! На миг лицо колдуна перекосило от смеси ненависти, ярости, гнева, презрения и смертельной обиды. - Тазар?! – он довольно грубо прижал Ксарту к себе и поднял ее голову, заставив ее смотреть себе в лицо, - Расскажи мне, какой он, наш командир? Как он в постели? - Вроде помещается, - она невозмутимо улыбнулась, пожав плечиками. - В смысле, «помещается»? – не понял Мэдлор. - Было бы странно, если бы босс не помещался в собственной постели, – она протянула руку к столику. Графин с амасеком сразу же оказался в ее ладони – резерв понемногу просыпался. Пробка выстрелила в потолок и со звоном от него отскочила: все-таки, силу воздействия выпившая Ксарта не соизмеряла. Колдун разозлился, но пока что держал себя в руках. Старый извращенец, как и Ксарта, видел девственность Тазара и заметил ее недавнее исчезновение. И затеял все эти расспросы исключительно для того, чтобы потешить свое самолюбие и посмеяться над боссом. - Расскажи, - на лице Мэдлора заиграла ядовитая улыбка, - он хорош? - Да, - Ксарта отхлебнула прямо из горла графина, отмахиваясь ото всех попыток колдуна усадить ее себе на колени и стащить бронекостюм, - отличный амасек, хочу еще. - Я тебя про Тазара спрашиваю, а не про амасек! – вскипел он, все-таки втащив Ксарту на руки, - Тазар хорош? - Да, - демонхост выдохнула облачко перегара Мэдлору в лицо. - А подробнее? – настойчиво произнес он, отбирая у нее графин и возвращая его на столик, - Я жажду подробностей, малышка. - Да, хорош, - демонхост криво улыбнулась, снова притягивая сосуд в руку, - Мэдлор, а тебя когда-нибудь умывали амасеком? До колдуна запоздало дошло, что Ксарта сделает в следующие несколько секунд. - Прекрати это! – приказал он, но пьяному демонхосту было бесполезно приказывать, - Я тебя спрашиваю: какой Тазар любовник? - А мне почем знать? – снова отмахнулась Ксарта, - У нас с ним не любовь! Остатки амасека тут же оказались на халате Мэдлора. - Ой, - она опустила на кровать пустой графин и пожала плечиками, - умыть не получилось. Прости. Мэдлор сощурил золотистые глаза. Демонхост ему больше не подчинялась и игнорировала гипнотическое воздействие артефакта. Стащить бронированный комбинезон не удалось: она взмыла в воздух и повисла в метре над полом, глупо хихикая. Ярость и жажда обладания смешались воедино, и ударили в голову не хуже амасека, успешно отфильтрованного имплантами. Колдун уже не в силах удерживаться наконец-то поддался соблазну, поймал Ксарту и рывком прижал ее к себе. Как только их носы соприкоснулись, демонхост резко отодвинулась, упираясь в его грудь обеими руками. - Стой-стой-стой! - В чем дело? – вопросительно изогнул тонкую бровь Мэдлор, пытаясь удержать брыкающуюся Ксарту. - Ты такой холодный, фу! – она вздрогнула. Силы понемногу возвращались, резерв освободился, и Ксарте стало неожиданно легко и весело в ее подвыпившем состоянии. И Мэдлор, конечно же, не мог этого не почувствовать. - Согрей меня, - он почти ударил спиной Ксарты о стену между шкафами, прижав ее собой. Похоже, колдун специально встал так, чтобы артефакт снова повис перед ее лицом, а ее руки оказались там, где они оказались. Глаза Ксарты медленно округлялись и лезли из орбит, когда она нащупала дрожащими пальцами металлическое кольцо в головке детородного органа колдуна, обтянутого тонкой тканью – твердого и упругого, пульсирующего почти как живой. Только холодного. Она подняла обреченный взгляд и натолкнулась на ослепительно-белую улыбку Мэдлора. Между идеально ровными зубами мелькнул розовый раздвоенный язык. Крошечная капля слюны упала на майку на груди Ксарты и прожгла в ней дырку. От мягкого тепла внутри не осталось и следа. Бесконтрольная сила рванулась наружу. Мэдлора отбросило в глубину комнаты, а за спиной Ксарты обрушилась стена. Демонхост оказалась в коридоре, погребенная под обломками облицовочного камня и листового металла. Тазар! Кто-нибудь! Помогите! … Группа космодесантников поднималась в лифте: Валис, Гвилар, Грифф, Векс и стоящий прямо у дверей Тазар. Все были вооружены, болтеры – сняты с предохранителей, гладиусы – на своих местах. Гвилар прихватил цепной меч, а Векс имел при себе еще и болт-пистолет. Они уже знали, что им делать. Босс выходит первый, и надо обеспечить ему хорошее огневое прикрытие. Впятером они как-то да справятся с колдуном, даже если он начнет сопротивляться. Гвилар волновался. Ментальный план молчал, Ксарты не было ни видно, ни слышно. Не было даже следов ее фона, которые она везде за собой оставляла. Вероятно, она уже в храме, а он, как и все виденные черным братом хаоситские притоны, надежно заизолирован. Тазар нервно сжал пальцы на цевье болтера. Валис и Грифф то и дело переглядывались. Один Векс стоял неподвижно. Лифт уже подъезжал к уровню, на котором располагался храм, когда всех качнуло. Стоявшего сзади всех Валиса ударило в стенку лифта. Клеть со звоном закачалась на цепях, продолжая ползти вверх. Грифф выругался. Гвилар вовремя подхватил командира, чьи колени подогнулись, и он был готов упасть. - Там что-то происходит, - невозмутимо констатировал Векс. - Похоже на ментальный бой или вторжение демонов, - подтвердил Валис, возвращаясь в полностью вертикальное положение. Гвилар решил прикинуться дураком и сделал вид, что не знает, что только что видел перед собой Тазар. - Тазар, что с тобой? – он повернул растерявшегося командира лицом к себе и слегка встряхнул, - Ты в порядке? - Она звала меня, - медленно ответил тот, - Мэдлор сделал с ней… что-то. Ей страшно. Я не знаю, чем можно испугать демонхоста. Перед глазами Беспощадного до сих пор стояла белозубая улыбка колдуна и его похотливый взгляд. В ушах звенел ментальный крик Ксарты. Появилось противное ощущение того, что это он только что потрогал колдуна за его причиндалы с пирсингом. Безумно захотелось вымыть руки. По спине побежали мурашки, и он невольно вздрогнул. Включилось резервное сердце. Тазару захотелось заживо содрать с Мэдлора кожу, натянуть ее на наплечник брони и вопреки своей нелюбви к мертвечине носить как трофей. Он и сам не заметил, как силовые когти на правой руке с шорохом полезли из ножен, и, спохватившись, убрал их обратно. Грифф предусмотрительно сделал полшага назад, насколько это позволял тесный лифт. Едва двери открылись, Тазар рванул в темный коридор, не успев даже осмотреться и не дожидаясь остальных. Гвилар выскочил за ним, стараясь не отставать и при необходимости оказать хоть какое-то прикрытие. В коридоре висела пылевая завеса. Часть стены была вывалена внутрь коридора и лежала грудой дымящихся осколков и листов металла. Тазар остановился и вскинул болтер. - Мэдлор, мы всё знаем, выходи с поднятыми руками! – рявкнул он, - И никаких магических фокусов! Гвилар указал подбежавшему Вексу на кучу обломков, и они тут же принялись ее разгребать. - Ой, да что вы можете знать?! – раздался из дымовой завесы страдальческий голос колдуна. Следом появился сам Мэдлор. Полуголый, грязный, покрытый слоем пыли и свежими ссадинами, колдун представлял собой жалкое зрелище. И ему тоже не нравилось, что его таким видят другие пираты. - Где Ксарта? – гневно вопросил Тазар, направляя на него болтер, - Что ты с ней сделал? - Я ничего ей не сделал! Это она разнесла мои апартаменты, - Мэдлор обвел рукой погромленную спальню, в которой висели пыль и дым. - Где она? – из-за спины Тазара показался Валис. - Не знаю! Стенку завалила и пропала. Я сильно ударился головой и до вашего прихода без сознания лежал. Мэдлор оперся плечом на стену, обиженно поджал губы и сложил руки на груди. Валис для пущего устрашения еще раз клацнул предохранителем болтера. - Если мы ее сейчас найдем, и она скажет, что ты ей навредил, - Тазар переложил палец на спусковой крючок, - я отстрелю тебе ногу. А затем сниму с тебя кожу по маленькому лоскутку. Грифф, Гвилар и Векс подняли лист металла, под которым и обнаружили Ксарту. Демонхост лежала без чувств среди обломков облицовочного мрамора. Верхняя часть ее бронекостюма была расстегнута и снята, нижняя – все еще одета на ноги. Тут уже поднял свой болтер Гвилар: - Может, объяснишь, что ты хотел сделать с Ксартой? Почему она раздета? - Да, Мэдлор, объясни нам, - поддержал Валис. Колдун страдальчески закатил глаза: кучка ничтожеств во главе с Тазаром требовали от него, чтобы он унижался и оправдывался, и тем самым признал себя виноватым. - Я попросил ее помочь мне освятить инструменты, - начал он, - она разделась потому, что сама захотела. Я ее не заставлял, ей стало жарко в процессе – так иногда бывает. А потом на нее будто что-то нашло… - Он врет, - спокойно сказал Гвилар, - Ксарта никогда бы не осталась наедине с колдуном по своей воле. Она знает, сколько вокруг нее желающих обзавестись демонической зверушкой. - Ты плохо знаешь свою подружку, Храмовник, - Мэдлор саркастично улыбнулся и поднял бровь, - ты ведь Черный Храмовник, правильно? Что ты можешь знать о демонах, святоша? Или тебя за эти знания и выгнали из ордена? - Заткнись. Руки вверх, - прорычал Гвилар, переступая через кучу обломков и направляясь к колдуну, - ты понятия не имеешь, кто я. Воздействовать на бывшего Храмовника ментально у колдуна не получилось. То ли он действительно крепко ударился головой и не смог собраться с силами, то ли доспехи Гвилара скрывали под собой что-то, препятствующее коньку последователей самого молодого Бога – внушению и гипнозу. - Можешь не стараться, я долго жил рядом с Ксартой. Тебе даже эта штука не поможет. Черный брат сорвал с Мэдлора подвеску, оставив на его шее красный след от лопнувшей цепочки, бросил на пол и с хрустом раздавил сабатоном. - Что ты наделал?! – завопил Мэдлор, - Ты знаешь, что это было и сколько стоило?! - Это манящий самоцвет, - объяснил Гвилар, - отбирает волю у всех, кто на него смотрит. Действует и на меньших демонов тоже. А что ты за него отдал, меня не интересует. Даже если это была твоя задняя девственность. - Теперь понятно, как Ксарта здесь оказалась, - Векс поднял демонхоста на руки. - Мэдлор, это было последнее твое самоуправство, - твердо сказал Тазар, - с этого дня я запрещаю тебе покидать храм. Мы отдадим тебя Гурону. С появлением Ксарты нам больше не нужен ни колдун, ни навигатор. Я скажу Кассиилу, чтобы он зашел и осмотрел твои травмы. Узнаю, что ты вышел за двери храма – ты уже слышал, что я с тобой сделаю.