Последний ренегат

- Если вы не дадите то, о чем просит мой хозяин, - девица в розовом балахоне говорила слегка заплетающимся языком и смотрела на Игнациуса снизу вверх мутным взглядом, - он будет вынужден рассказать милорду о том, что вы спрятали в корабль наших новых союзников. Главный еретех нервно дернул манипуляторами. Он догадывался, что колдун каким-то образом узнаёт обо всем, что происходит на «Фаусте». Но так нагло шантажировать весь цех Мэдлор пытался впервые. - Уходи отсюда, наркоманка! – скрипнул динамиком Игнациус, - Проваливай, пока конечности на месте. После того, за что его посадили под храмовый арест, я ничего ему не дам! - Я передам ему ваш отказ, - без выражения промямлила девица, - а потом милорд Тазар казнит того, чья это была идея. Она повернулась спиной к главному еретеху, но не успела сделать и шага. Один из его манипуляторов с парой длинных иголок воткнулся в ее шею, что-то затрещало, и ее тело задергалось в судорогах. - Уберите отсюда этот мешок с мясом. Положите отдельно от тех, которые в переработку, - приказал Игнациус сервиторам, - будет он ко мне еще своих обдолбанных червей присылать… Сервиторы подобрали труп и утащили куда-то в сторону соседнего цеха. Велма и Галлан наблюдали за этим из-за стеллажа. - Дела очень плохи, - забеспокоился еретех, - если Мэдлор задался целью получить эти пси-блокираторы, он выбьет желаемое, даже не выходя из храма. - Зачем колдуну пси-блокираторы? – шепотом спросила Велма. - Не знаю. Он еще пока ходил здесь, зачем-то вымогал у Игнациуса два пси-блокиратора, - пояснил Галлан, - один размером на космодесантника, другой – на человека. Мэдлор – единственный псайкер-космодесантник на этом корабле, зачем ему блокиратор на себя? - Плохо спит, наверное. Чужие мысли мешают, - мрачно предположила Велма. - Вот разве что. На самом деле среди боевых братьев с недавних пор ходил еще один псайкер, старательно прикидывающийся обычным космодесантником – Гвилар. И колдун знал это с первых секунд, когда только увидел бывшего Храмовника. - Эй, Галлан! – заскрипело с другой стороны стеллажа, - Галлан, твою материнскую плату! Двигай сюда! - Я здесь, - еретех покинул свое укрытие. - Бери сервиторов, платформу, и давай к «Беате», - приказал Игнациус, - контейнер извлечь, переместить в ангар к технике и завалить негодным детальём. Если уж варпов выродок прямым текстом угрожает нам, это значит только то, что он за эти свои ошейники сделает что угодно. И за убитого червя он будет мстить. … - О-о-ох… Тошнота понемногу отступала, сменяясь головной болью и безумной усталостью. Ксарта с трудом разлепила веки. Ее разбудили шум и крики где-то за стенкой… или за дверью. Демонхост оглянулась, и поняла, что она в палате апотекариона, окруженная стойками для капельниц, аппаратурой и стеклянными больничными шкафами. - Если она не проснется в течение часа, - раненым карнодоном ревел за дверью Тазар, - я все твои кишки размотаю и в апотекарионе развешаю! - И кто после этого будет лечить твоих солдат? – спокойно отвечал голос Кассиила. Что-то грохнуло, задрожала окружающая стеклянная мебель. - Векс тебя заменит, - рыкнул командир, - ты даже пьяного демонхоста вытрезвить не можешь! Что толку держать тебя здесь? - Тазар, она не просто пьяна! – пытался вразумить его Кассиил, - Мэдлор истощил ее, или она сама себя… ей надо отлежаться! - Дай ей стимуляторов! Разбуди ее как хочешь! – снова сорвался на крик Беспощадный, - Мне надо знать, что этот ублюдок с ней сделал! Сейчас! Ксарта закрыла глаза. Голова болела. Во рту остался противный привкус, будто она облизала чей-то потный поддоспешник. Безумно хотелось пить. Она отвернула уголок одеяла, и мгновенно почувствовала, насколько сильно вспотела. Влажная постель мигом остыла, все тело начало колоть холодом. Залезать обратно смысла не было. Дрожа до самого кончика хвоста от холода и слабости, демонхост встала, сделала два шага и ухватилась за ближайшую стойку для капельницы. Истощение было слишком велико. Перед глазами поползли радужные мошки. Снаружи снова раздались крики. «Как хреново-то, варп возьми. Башка трещит, даже рога ломит, во рту как полк гвардейцев ночевал. Вот тебе и недостатки смертной оболочки». От стойки она медленно и неуверенно переползла к стене и клацнула по кнопке, открывающей дверь. Придавленный к стене Кассиил и обнаживший силовые когти Тазар разом обернулись на звук отъезжающей двери. - Мне плохо, - сообщила Ксарта, - кажется, я умираю. Тазар сразу же бросил апотекария, спрятал когти и подхватил Ксарту на руки. - Что он с тобой сделал? – в гневном голосе Беспощадного проскочила тонкая нотка страха. - Ох-х… он не успел… - глаза демонхоста слипались, но она старалась держать их открытыми. Вошедший следом Кассиил подозвал больничных сервиторов: - Быстро поменять постель, - приказал он, - принести питьевой воды. Включить водонагреватель. Тазар, ей нужна чистая одежда… - Элвин, - командир активировал вокс-передатчик, - найди любое платье Ксарты и неси в апотекарион. Сейчас же! - Да, хозяин, - испуганно вякнуло из вокса, - уже несу. Ксарта закрыла глаза. Пусть так она не видела окружающих, но все равно ощущала их. Кассиил как обычно раздражался и злился. Демонические сущности, пусть и живущие в человеческих телах, находились за пределами его медицинских познаний. Он не знал, что делать и как помочь демонхосту, и едва не был бит за то, что признался в своем бессилии. Сейчас, когда хоть что-то стало понятно, апотекарий настолько боялся за свою жизнь, что готов был сделать что угодно, лишь бы только его не насадили на когти и не драли с него кожу живьем. Букет эмоций и ощущений Тазара был ярче и сложнее. С одной стороны это были гнев и ярость: его собственность украли и попытались ее испортить. С другой – бессилие. Он хочет знать, что случилось, но не в силах повлиять на состояние Ксарты. Он хочет заставить колдуна страдать, но не знает, как. Убить Мэдлора Тазар мог, но не собирался: никогда не знаешь, что полезет из отмеченной Богами туши после ее смерти. И последним чувством в этом гремучем коктейле было… что-то, похожее на заботу. Что-то, похожее на сочувствие. Тазареон готов защищать Ксарту от кого угодно, хотя угроза давно миновала. К собственности так не относятся. Вещь, даже дорогую, так не охраняют. Ее бережно переложили на другую кровать. Раздался неприятный металлический шорох, и тела коснулось что-то холодное. Ксарта открыла глаза и увидела, что Тазар срезает с нее грязную и влажную майку, в которую она была одета, когда обвалилась стена. Движение было настолько точным, что демонхост испугалась и замерла. Через пару минут в апотекарион вбежал запыхавшийся Эл с ее розовым платьицем в руках. - Что он с тобой сделал? – почти шепотом спросил Тазар. - Я… не знаю. Какая-то гипнотическая магия, - голос Ксарты сел, - можно мне воды? Ксарта одним глазом наблюдала за тем, как Тазар отправился на поиски сервитора, отправленного за водой, но похоже, где-то заблудившегося. Куда девался весь его гнев? Почему он так за нее переживает и боится? Почему не бросил ее на попечение своих рабов, Валиса или Гриффа? Хладнокровный маньяк, Повелитель Ночи, только что готовый на ровном месте растерзать ни в чем не повинного апотекария. И второй – вменяемый настолько, насколько может быть вменяемым командир хаоситов. И слишком заботливый, слишком человечный. «У него что, при виде меня что-то в голове щелкает, и он становится почти нормальным?» - думала Ксарта, - «Почему? Почему он носится здесь как угорелый, а не ждет, когда я приду в себя настолько, чтобы все рассказать? Боится, что я умру? Или…» Мысль оборвалась. Демонхост, мелко дрожа, завернулась в тонкое больничное одеяло и закрыла глаза в попытке сосредоточиться. - Ты что делаешь? Не надо! Он и без этого плохо работает! – закричал в соседней палате Кассиил, и что-то затрещало и загрохотало, - Ну вот зачем?! - Если этот сервитор перестал нормально выполнять свою работу, - ледяным тоном произнес Тазар, - надо было сразу отвезти его к Игнациусу. Или заказать нового. Он воду не смог донести до пациента! - А сейчас он вообще ничего и никуда не понесет! – возмутился апотекарий – На кой фраг ты его сломал? - У тебя накрылся сервитор. Ты не отремонтировал его вовремя, – негодовал Тазар, - значит, он тебе не нужен, справляйся без него! - В таком случае сам ухаживай за своим чудовищем! Я к ней больше не подойду! – огрызнулся Кассиил, - Мне капризов Мэдлора с головой хватает. Именно в этот момент в апотекарион вошел капитан Валис, собиравшийся узнать о состоянии Ксарты. Услышав разборки в одной из палат, он устремился туда. Влетев в открытую дверь, он увидел разрубленного пополам сервитора, из которого текли кровь и масло. В следующую секунду в капитана врезался отправленный спиной в двери апотекарий. Под весом падающего Кассиила Валис завалился на стоящий рядом холодильник и оставил в нем глубокую вмятину наплечником. Посыпались искры, сработали какие-то датчики, из помятого холодильника раздался противный тонкий писк. - Ты будешь от своих обязанностей отказываться, ничтожество?! – взревел Тазар, выбрасывая вторую пару когтей. - Тазар, прекрати это, - Валис поднял руки, опасаясь остаться без обеих, - пожалуйста. Не устраивай расправу на голове у Ксарты. Ей и без этого плохо. - Этот червь не хочет ее лечить, - прорычал в вокс-решетку Тазар, указывая когтями на поднимающегося Кассиила. - Я не знаю, как ей помочь! – закричал тот, - И не могу! - Сервиторы глючат, воды нет, в апотекарионе бардак! – продолжал надрываться Тазар, - Я тебя прирежу и ничего не потеряю! - Не надо, - Валис сделал шаг вперед, все еще рискуя руками, - если все так плохо, забери Ксарту к себе. Пусть о ней позаботится Элвин. А я возьму на себя все вопросы по наведению порядка здесь. - Ты еще и холодильник с геносеменем сломал! – то ли возмутился, то ли испугался Кассиил, подняв взгляд в сторону пострадавшего агрегата, - Отойдите все! Его надо быстро переложить в другой, пока оно не нагрелось! Тазар две секунды постоял неподвижно, направив когти на Кассиила, а потом опустил руку. - Вы оба. Спасете геносемя. И наведете здесь порядок, - сквозь зубы выговорил он, - я приду и проверю. Он вышел. Стук когтистых сабатонов на пару секунд прервался. Валис выглянул в коридор и увидел спину доспехов Беспощадного, исчезающую в двери. С бронированного командирского локтя свисали бледные тонкие ножки и хвост с кисточкой. … Снова «Беата», снова каюта Ксарты и розовая книжка со стихами. Тазар пришел сюда в расстроенных чувствах, в надежде на то, что среди ее вещей и знакомых запахов ему хоть немного полегчает. Валис приперся настолько невовремя, что командир даже немного растерялся. Ему следовало самому руководить наведением порядков в апотекарионе, а не доверять это второму капитану. Но Тазар так переживал за состояние Ксарты, что готов был бросить все дела, лишь бы она проснулась и заговорила. Кассиил мог сколько угодно рассказывать, что он ничего не понимает в демонах. Беспощадный все равно ему не верил. Вариант «не хочет заниматься» казался ему более правдоподобным. Ксарта осталась в его спальне под присмотром червей. Уж Элвин точно доложит, когда она придет в себя, и сделает все, чтобы ей было хорошо. Скользкий и противный слизняк Кассиил раздражал Тазара с того самого дня, как «отец» переманил его из другой банды – Черных Нефелимов. Дети Мглы срочно нуждались в хоть каком-то медике, и он предложил работу первому подвернувшемуся. Кассиил был хорош в допросах и экспериментах со всякой химией, а амброзию производил быстро и с максимальным выходом. Но при всем этом он был посредственным военврачом. До невозможности раздражительный, заносчивый, хамоватый и грубый – братья без крайней нужды в апотекарион не ходили. Эта ситуация Тазара не радовала, и в последний год он все чаще задумывался о том, что прирезать действующего апотекария и определить на его место Векса – не такая уж и плохая идея. С десять минут Тазар стоял перед шкафом и рассматривал розовый томик. Читать здесь настроения не было. Он решил не мелочиться и спрятал несколько интересующих его книжек в принесенный подсумок. И случайно уронил с полки книгу в синем кожаном переплете. Он подобрал ее и рассмотрел. На обложке была вытиснена объемная демоническая морда. Переплет дорогой, но потертый. Из-под обложки торчал какой-то сложенный пополам листок бумаги. Тазар вытащил его и развернул. На нем не очень ровным почерком были написаны стихи, или даже песня. Они были нескладные и корявые, но с юмором и без всяческих намеков на любовь или что-то еще. Внизу листика находились подписи разными почерками: Ты самая веселая и зажигательная. Всегда будь такой. Брат Ульв. У тебя красивая улыбка. Я буду скучать по тебе. Брат Гуннар. Мы надеемся встретиться еще раз. 967 М41, Дюрер Судя по именам, это были фенрисийцы, а по приставке «брат» - космодесантники. Где находится этот самый Дюрер, Тазар даже не представлял, и не знал, планета это, континент или город, и что там происходило тридцать лет назад. Он вернул листок в книгу и затолкал ее обратно в шкаф. В душе поднималось какое-то странное чувство, которое кололо и обжигало оба его сердца. Кто-то написал стихи для Ксарты, и она хранила их в потрепанной книжке тридцать два года. Тазареон не знал ни кто такие Ульв и Гуннар, ни живы ли они вообще, ни в каких отношениях были с Ксартой. Она могла сунуть этот несчастный листок в первую попавшуюся книжку, да и забыть о нем и его авторах на тридцать два года, и он это прекрасно понимал. Но все равно гневался, и не знал, почему. Его доводил до бешенства сам факт, что кто-то написал ей стихи, пусть и корявые. Тазар принялся анализировать свои ощущения. Внимание чужих мужчин к его демонице было неприятным. Но это было давно, и велика вероятность того, что они уже почили в варпе. По крайней мере, сейчас их рядом не было. Гневаться было глупо. Да и демоница пока еще не знала, что Тазар уже считает ее своей. А для того, чтобы сообщить ей об этом, стоило что-то сделать, потому как под лежачим камнем только гниль Нургла и заведется. Хотя бы написать более складные стихи. Внутри него что-то тяжко и болезненно просыпалось, а что-то умирало. Тазар не мог объяснить даже самому себе, что с ним произошло. Он перебирал в уме, что он может сделать, чтобы Ксарта проявила свою благосклонность еще хотя бы раз. Демоницы капризны, чувственны и непостоянны. По крайней мере, она была именно такой. Спартанские условия на корабле ей совсем не нравились, а настроение менялось от любой мелочи. Впрочем, в этом отношении они с Беспощадным были похожи. В стихах мужчины сначала совершают подвиги, делают подарки своим избранницам, затем устраивают большой праздник, и после него забирают их к себе жить. Тазар твердо решил, что переселит Ксарту в свои покои, но перед этим надо было совершить подвиг, вручить ей какой-то дорогой подарок и устроить праздник. С подвигами и праздниками все было понятно. Рано или поздно они догонят чей-то корабль и возьмут его на абордаж. Перестрелку с охраной можно будет счесть за маленький подвиг. Совсем крошечный. Каждый раз, когда Дети Мглы брали много добычи, Тазар в качестве поощрения устраивал в большом зале праздник для всей команды. А вот с подарком все было совсем непросто. Хотя бы потому, что он никогда и никому не дарил подарков. Что можно подарить Ксарте? Рабов? Она ими брезгует. Украшения? На ее вкус не угадаешь. Одежду? При желании она и без одежды ходить может, нагревая воздух вокруг. Тазар поймал себя на том, что ему неприятно думать, что кто-то еще будет смотреть на раздетую Ксарту. Человеческие мужчины обычно дарят кольцо на палец. Но Тазар сомневался, можно ли носить кольца существу, которое регулярно колдует, и не собирался идти и спрашивать об этом у Мэдлора. Он до сих пор гневался на колдуна, и не мог дождаться, когда проклятое Дитя Императора покинет его крейсер. Выйдя из каюты в коридор, Тазар направился в кабину пилота. Попав на борт, он отсюда закрыл за собой центральный входной люк корабля, чтобы зайди кто-то в посадочный модуль, он ничего не заподозрил. Индикаторы на консоли показывали открытый кузов, который сам командир точно не открывал. Кроме него на «Беате» никого не может быть! Не может и не должно! Почему-то ему совсем не хотелось, чтобы его солдаты видели и знали, что он здесь был. Он желал удержать в тайне то, чем занимался на «Беате», что оттуда забрал, что он испытывает к Ксарте на самом деле… У него разом появилось много секретов от своей команды. Похоже, у команды тоже были свои секреты от командира. Кто-то не знал о наличии космодесантника на борту и открыл корабль. Прокравшись ко входу в кузов, Тазар услышал из-за двери в грузовой отсек знакомый бинарный свист механикум. Шестеренки пришли барахолить его корабль без его ведома! Один хороший байк, ящики с запчастями, боезапас – да там было много всего, чем могли заинтересоваться еретехи. Дверь общего пользования открывалась без паролей и специальных ключей, и Тазар нырнул в узкий и темный проход между контейнерами с оружием. Двигаться незаметно было сложно, наплечники и генератор то и дело норовили застрять, и он мысленно проклинал того, кто затолкал ящики настолько близко друг к другу, что теперь между ними не пройти. Найдя невысокий, но достаточно прочный контейнер, Беспощадный встал на него руками, примагнитился сабатонами к низкому потолку и продолжил красться по нему. Свист стал громче. Внизу четверо грузовых сервиторов под руководством Галлана вытаскивали из кузова контейнер, которого раньше здесь не было. Он не принадлежал банде Ксарты, а номер 281/Z Тазар видел на складах на нижней палубе много раз. Он подождал, пока сервиторы погрузят контейнер на парящую снаружи грави-платформу, и соскользнул по стене вниз. - Что ты здесь делаешь? – рявкнул командир за спиной у Галлана. Приземистый магос подскочил, казалось, на метр над полом. - Господин, я… - пролепетало из вокс-синтезатора. - Что в ящике?! - В ящике… - Галлан нервно обернулся на контейнер, - не могу знать! Что внутри, знает только Игнациус! - Открывай. - Не могу! Кодовый замок… код у Игнациуса… - мямлил перепуганный магос. И тут Тазар по-настоящему разгневался. Когти на обеих руках полезли из ножен сами по себе. Все эти события с нахальным колдуном, Ксартой, разгильдяем Кассиилом и его неисправными сервиторами, а теперь еще и с самоуправством шестеренок навалились одновременно, и Тазар готов был уверовать в то, что банда сговорилась против него. Он просунул пару когтей под замок на контейнере и просто его сорвал. - Открывай, сказал! Дрожащий Галлан открыл дверцу контейнера, и Беспощадный заглянул внутрь. В контейнере лежал преимущественно ксенотех, которого не было в предоставленных Игнациусом списках. Несколько эльдарских сюрикенных пистолетов, светящаяся зеленым некронская гаусс-пушка, какие-то предметы быта ксеносов и другие странные штуки, назначения которых Тазар не знал, и захватил их просто потому, что мог унести – из своей природной жадности. - Примылить это все, значит, собирались? – он обернулся к Галлану. - Это Игнациус приказал, я не знаю зачем… Оба сердца колотились где-то под горлом и по очереди норовили выскочить. Непроизвольно сработали инжекторы со стимуляторами, и от этого стало еще хуже. Ярость Беспощадного просилась наружу и требовала хоть какой-то точки приложения. И эта самая точка приложения сейчас стояла перед ним и лепетала что-то про Игнациуса и приказ спрятать контейнер. Велма вышла из своей мастерской и направилась в кузов. И уже пробираясь между ящиками в нем, услышала вопли Галлана и чавкающий звук лезвий, вонзающихся в плоть. Похоже, колдун уже стукнул Тазару, и их перехватили. Она спряталась за большим контейнером с продовольствием в надежде, что ее не заметят. Вопли стихли, что-то упало на пол. Дрожащая и плачущая от страха техножрица слышала только удаляющиеся звуки шагов одной пары сабатонов. Вытерев текущие из единственного живого глаза слезы и взяв себя в руки, Велма пробралась к выходу. Кузов остался открытым. Возле трапа лежало в луже крови и машинного масла располосованное тело Галлана. Их грави-платформа с контейнером и лиловые в молнии доспехи Тазара двигались в сторону выхода. «Нас точно заложили», - думала Велма, - «Сейчас он вместе с ящиком спустится к нам и разберет Игнациуса на гайки. Надо бить на опережение». Велма покинула открытый кузов «Беаты» и устремилась в параллельный коридор, ведущий к казармам. Добежав до командирского кабинета, она немного отдышалась и постучала в соседнюю дверь – в комнату рабов. Ей открыл один из юношей, одетых во все черное. - Милорд у себя? – Велма указала на дверь кабинета. - Нет, отлучился по делам, - ответил парень. - А Ксарта? - Ей нездоровится, она спит. Если у Вас что-то срочное, я позову Элвина. - Позови. Это чрезвычайно срочно и важно. Тазара предали и украли у него целый ящик ксенотеха.