Против судьбы

Разбитое стекло осыпается на землю, туда, где приземляется Дрим. Последний же сразу оказывается на ногах и, не ожидая, пока за ним придут, рвёт с места, подальше от этого дома. Он нехило приложился головой при падении, так что получается неловко. И почему-то его косило вправо, как бы ровно он ни старался бежать. В голове звучит пьяно, зло-смеющееся, «Спидранер, ëпта!» Но душу сжимает тревогой. Мысли путаются и на свет выбираются только самые странные. «Жаль, что остаться на подольше не получилось, » — звучащее в голове отчаянно-эгоистично. Уже находясь в полустах блоках от дома, Дрим слышит, с каким негодованием распахивается дверь. Она бьётся об стену с жалобным скрипом. На крыльце уже стоит Сэм, дико крутит головой, вглядываясь в возможные направления побега. Парень судорожно пригибается, скрываясь за высокой травой, наблюдая за действиями стражника. Головой то он понимает, что по хорошему ему бы сейчас бежать — да бежать как можно быстрее и дальше. Но его обездвиживает накрывшее волнение за другого «персонажа». «Если она мертва, я убью Сэма. Медленно и болезненно, » — кристально ясно осознал он. Хочется плакать, капризничать и бить руками землю, как разбалованный ребëнок. Хочется показать средний палец судьбе и уйти в монастырь. Будто всë это происходит не с ним и не сейчас… Не хочется верить, что еë больше нет. Что та единственная в этом поломанном мире, кто принял его, кто поверил ему, мертва. Паффи не может умереть! Только не так! Только не по его вине… Оглушенный паникой, Дрим пригибается к земле и жмурится, стараясь выдавить из головы весь этот шум. К успокоению, следующее, что до него доносится, так это самая грязная брань, которая только может существовать. Возле Сэма уже стоит совершенно здоровая Паффи, покрывает стража пятиэтажными конструкциями, явно намереваясь задавить его своим богатым лексиконом. Тот нервно пытается отвязаться от неё, начиная что-то торопливо объяснять, но Паффи, судя по громкости, очень зла и совершенно не собирается его слушать. Оно и понятно, Дриму бы тоже не хотелось слушать того, кто ему только что угрожал. Мышцы заныли, отвлекая парня от сцены. Грудь словно спалась, а голова стала неприлично тяжёлой. Только это вывело парня из транса. Он как зачарованный пялился на живую и здоровую мать. Парень сдвинулся, судорожно вспоминая, как дышать. Шумно впустил в лёгкие воздух. Вдруг женщина затихает, поворачивается прямо в сторону притаившегося Дрима. Смотрит несколько секунд, прожигая траву взглядом, затем кивает как бы в пустоту и оборачивается к Сэму, как ни в чём не бывало. Стражник тоже замолкает, глядя сюда же, да так пристально, что сердце вот-вот замрёт или подорвëтся. Но, по странному взгляду, обращённому к Паффи, можно было понять, что он никого не заметил. Дрим кивнул в ответ в пустоту, уже не ожидая, что его увидят. Он не стал дальше наблюдать, удаляясь от этого места. Раскаленные щипцы кузнеца, сжимавшие грудь, наконец отпустили и отправились в воду. Тело стало вдруг слишком лёгким, а голова — слишком пустой. На незаданный вопрос «почему?» Дрим знал ответ прекрасный в своей простоте. Ведь теперь он был уверен — мать в безопасности. Он трусцой направился подальше от той, кому одним своим присутствием может навредить. Но поперёк зародившимся планам встал другой вопрос о том, куда идти. Особенно тогда, когда бóльшая часть инвентаря осталась в сундуке. Особенно тогда, когда в животе заурчало, и оказалось, что иконок в виде кусков мяса вовсе нет: он не успел ни поужинать, ни позавтракать. Особенно тогда, когда его тело крупно задрожало, ноги подкосились, а количество здоровья — бьющихся сердечек — медленно стало утекать, пробивая лёгким током с каждой ушедшей половинкой. Дрим, еле удержавшись от падения, прислонился спиной к рядом росшему дубу. Ему нужно переждать дрожь. Ему просто нужно переждать капризы своего организма, а затем просто найти еды. Подумаешь, проблема нашлась. Здоровья стало меньше половины. Блядь! Нет… Он сейчас умрёт! Он щас сдохнет, как голодный и слабый пёс, выгнанный на улицу. Это будет его первая неканоничная смерть, но от этого она не станет более приятной. Мысли зароились, заварились, пока сам Дрим сполз вниз по стволу, спускаясь к земле. Он внимательно вгляделся в свои ладони. Глубоко в душе теплилась надежда, что он вот-вот найдëт колючку ядовитого цветка или следы от укуса змеи, чтобы хоть чем-то оправдать внезапно навалившееся на него бессилие. Многие ведь так делают — смотрят на свои ладони, когда сходят с ума от страха, по разным причинам. Но ему сосредоточение на мелко трясущихся кончиках пальцев не дало никакого эффекта, вроде бы. Но со временем почему-то стало спокойнее. Он хотя бы возродится у Паффи. И эта мысль, отбрасывая ещё более тревожное продолжение, полностью обволокла паникующий разум, будто тушила этот разгарающийся огонь. У него осталось половина сердечка. Дрим закрыл глаза и шумно выдохнул, ожидая последнего тика урона. Он поймал себя на мысли, что отчаянно хочет, чтобы это закончилось как можно быстрее. Втянул голову в плечи и задержал дыхание, будто готовился нырнуть в собственную черноту. Но последний красный огонёк индикатора здоровья, хоть и подрагивал, трепетно меря, но никуда не исчезал. Парню потребовалось ещё пара мгновений, чтобы осознать произошедшее. Так ведь и должен работать этот мир. От голода не умирают, но если индикатор пищи остаётся совсем пустым — жизни тоже падают. «Ну что за бред, а?» — угрюмо пробормотал Дрим, вспоминая, что сам же настраивал сложность на своём сервере. Кончики ушей горели со стыда. Затуманенный паникой разум приходил в себя и теперь щедро одаривал парня «комплиментами» о его мужестве и храбрости. Дрим предпочёл подумать о дальнейших планах, чем продолжать думать об этом неловком инциденте. «Ещё один каноничный ляп,» — усмехнулся он напоследок, оставляя ситуацию насовсем. Первая же пришедшая идея манила своей простотой: Отправиться на респаун и забрать все свои вещи из дома Паффи. С двадцатой долей жизней это и правда простейший выход, ведь парень мог умереть даже от укуса комара. Буквально. Почти решившись на харакири, он открыл инвентарь, чтобы в последний раз взглянуть на те немногие бесполезные предметы, которые там остались... И вздрогнул. Маленький факт, который он совсем не учёл. В инвентаре сидела его уменьшенная проекция, хитро подмигивая из-под маски и красуясь полным сэтом незеритовой брони. Чёрт. «Похоже, суицид отменяется,» — заключил Дрим, голосом полным безысходности. То небольшое количество еды и оружия тяжело было сравнить по важности с бронëй. Тем более, если учесть, что при всём желании он не смог бы ими пользоваться. (К сожалению, навыки фехтования на топорах и пускания фейерверков в военных целях с неожиданным попаданием в другую реальность не прилагаются) Да и будет неловко, если он после умышленного самовыпила очнётся в доме у Паффи, прямо под носом Сэма. Надеяться, что стражник уже убрался от туда — очень рискованно. Значит, остаëтся только один вариант. Дрим встал, пошатываясь. Действие адреналина, которого он ненавидел всей душой, и былых эмоций за время его передышки под дубом сошло на нет, оставляя после себя лишь опустошённую усталость и голод. Где-то под горлом неприятно засосало. Парень знал места на сервере, где можно найти еду. Да и в дома пробраться должно быть не сложно… Чувствуя чужой взгляд на затылке, Дрим опасливо оглянулся, но никого так и не заметив и списав ощущение на паранойю, пригнулся к земле и покрался к центральному району сервера. Он вслушивался в звуки за спиной пока шёл, замирая как напуганный оленëнок от каждого шороха. Не хватало ещë наткнуться на стражу или любого из тех многих, кого успел обидеть его предшественник. Первый сундук нашёлся быстро. Большой ящик стоял посреди поля в двух шагах от главной дороги. Убедившись, что вокруг нет опасности (и поймав себя на мысли, что будет долго лечиться после таких приключений), Дрим с нетерпением дёрнул крышку. Внутри не оказалось ничего, кроме строительных материалов. Даже жалкого чёрствого батона, оставленного на деревянном дне загнивать, не завалялось. Парень готовил себя к провалу, но всё равно остался расстроен. Как оставленный призраком след присутствия, захватил стак досок, на зло кому-то. Бездумно прикрыл прохудившуюся крышку и направился к крайнему зданию. «По идее, на сервере был Макдональдс, — вспомнил он, — Так какого чёрта я тут брожу как помойная крыса, побираюсь…» Дрим усмехнулся, продолжая мысль: «Кто бы мог предположить, что ужаснейший злодей сервера будет бродить здесь, как бездомный?!» Вспомнились старые шутки Техноблейда. Как бы он отреагировал, если бы к нему на крыльцо пришёл бывший тиран просить милостыню. На душе чуть потеплело. Хотелось созвониться в Дискорде с друзьями, обсуждать предстоящие эвенты на сервере с Уиллом ночи напролёт, смеяться над ерундой с Джорджем и Сапнапом… Мечтая о той жизни, парень вспомнил небольшую деталь. Он же сам создал этот сервер с ними, так? Чтобы веселиться. Вспомнилось, как сестра играла с его аккаунта с Томми. Этот дуэт, развлекаясь, творил на сервере настоящих хаос! То на свиньях начнут летать, то гиганта призовут... Погодите. «Если в этом мире работают механики Майнкрафта…» Мысли завелись с полуоборота, разгонять до скорости света. Дрожащими от нетерпения руками, он не с первого раза смог открыть чат. Как он раньше не догадался?! Одна команда и все проблемы разом исчезают! /gamemode creative Но жестокий мир не оценил попытку парня, разбив все наивные надежды короткой красной надписью о недостатке прав. «То есть я теперь тут даже не админ? А как же Дриста и ДримХД? Это больше не канон?» Но с раздражённых мыслей его сбил шорох в кустах по близости. Страх моментально выбил весь запал парня, подбросив ещё и гнетущее разочарование. Он дëрнул в противоположную сторону, бросив свои надежды добраться до складов еды в чужом доме. Бежать было сложно, так что Дрим пытался проскочить через перелесок как можно тише и дальше от "чего бы там ни было", несущего смертельную угрозу. Когда он подумал, что окончательно заблудился в лесу, перед ним открылся холм, переливающийся своей вершиной золотом свежих колосьев ржи. При взгляде на него, в голову приходили старые сказки о великанах и лилипутах. Парень живо представил, что перед ним спящий гигант, который развалился на мягком поле, уткнувшись носом в травяную подушку и прикрыв спину одеялом леса. Так и получилось, что из-под зелёного покрывала торчали только выцветшие на вечном солнце короткие кудри. Он спал здесь так долго, что его шею уже перечертил неспокойный ручей. Убедившись, что за ним не было погони и вокруг никого живого, Дрим позволил себе расслабиться и утопить тянущие усталостью руки в холодной родниковой воде. Если бы кто-то спросил его мнение об этом мире, парень бы не задумываясь ответил, что это Эдем — ни больше ни меньше. Ну просто нет на земле таких живописных мест. Есть пугающие своим размером пейзажи, огромные и необъятные, как океан или Гранд-каньон. Есть уголки рая на земле, с экзотическими птицами и прекрасными цветами. Но нигде в реальном мире вы не найдёте такие яркие цвета. Словно кто-то сделал фотографию и выкрутил контраст и насыщенность на максимум, не заботясь о внешнем виде и последствиях. Хотелось смеяться. То ли от картины, псевдореальной, но впечатляюще красивой, то ли от поля ржи и осознания, что чтобы сделать из неë хлеба, не понадобится даже печь. Дрим взошёл на холм, и с улыбкой наглого кота принялся собирать, и перерабатывать в еду это богатство. В самоотверженном чревоугодии он не услышал торопливые, граничащие с паническим бегом, шаги за спиной. Лишь громкий нервный выдох заставил его обернуться на автомате. Парень не успел придумать оправдание, да что уж там говорить — хоть как-то отреагировать — замирая, когда его оглушил напуганный крик: — Куда бы я ни пошёл! Ты меня там уже поджидаешь! ЗАЧЕМ ТЕБЕ ЭТО, ДРИМ?!