Друзья на все 100% и даже больше

Репетиции нового номера его убивают. Женя не шутила, когда говорила, что им нужно найти такую идею, от которой все сойдут с ума, и теперь всё это постепенно воплощается в реальность. Она предложила песню, которая всем понравилась, а потом — он уже и не помнит как — возникла идея. Кто же это придумал? Илья? Елена? Евгения? В групповом обсуждении поздно ночью его внимание расфокусировалось, и он упустил этот момент. А потом оказалось, у них тут секс на столе. Они только что повторили это перед десятком человек, и его щёки пылают. Почему-то на съёмке недавнего клипа он так не стеснялся, хотя там он был вынужден сниматься в постели с актрисой. Но там это было… как-то терпимо. А тут… Тут она. И все их тренеры, которых он глубоко уважает и обожает. Совсем другое дело. К счастью, спасает юмор, без которого на катке никуда. — Всё, Жень, маму можем звать обратно, — смеётся Авербух. — Я это больше репетировать не буду, — заявляет Даня, делая дугу на одной ноге. Женя прыскает со смеху. — Пусть будет как будет. На выступлении сориентируемся, сделаем всё, как надо. Выложимся по полной. Идея ясна. — О, тебе ясна идея? — негромко подкалывает Женя, скользя в его сторону. Её голос звучит так сладко. Сексуально. Он уже знает, что, когда она хочет, то может говорить и таким. — Тебе что, не понравилось? Она выглядит так, будто ей самой совсем не неловко и всё это было в порядке вещей — репетировать такие вещи перед посторонними, хотя, он уверен, раньше у неё такого опыта не было. Возможно, она хорошо притворяется, думает он. Все вокруг говорят, что она не только фигуристка, но и превосходная актриса. Не то чтобы он не согласен — просто не знает, насколько это необычно для спортсменки. Он думает над ответом в течение нескольких секунд, но не успевает ничего сказать, потому что вскоре на льду раздаётся: — Поддержку ещё раз пробуем! Последнюю. Вот здесь в уголке заворачиваем, чтобы как в номере. Даня, вот тут начинаешь уже входить, понял? — показывает Авербух. — Входить, — хихикает Женя. И у него по лицу расползается коварная улыбочка. — Фу, пошлячка, — говорит он, хотя ему это нравится. Они могут обсуждать любые темы и смеяться надо всем подряд; у них схожее чувство юмора, а это он ценит. — Ладно, всё, — она быстро становится серьёзной, и они вместе подъезжают к Илье. И им приходится снова собраться, ведь на часах всего десять вечера, а работы предстоит ещё много. — Завтра у кого-то день рождения, — воркует Женя в его тёплых объятиях, когда они встречаются на тренировке в воскресенье вечером. — Завтра кто-то станет большим мальчиком. — Да-а, — довольно улыбается он. Этих обнимашек ему не хватало весь день, а теперь так хорошо на душе, так спокойно. — Ты готова? — К чему? К тому, что ты станешь большим мальчиком, или ко дню рождения? — К вечеринке. — Да, думаю, да, — бормочет она, вспоминая про дресс-код. Ей не хочется сильно заморачиваться, важнее хорошо отдохнуть, повеселиться и забыть о работе. — Как-нибудь справлюсь. А ты? — Морально готовлюсь, — усмехается он и выпускает её из своих рук. — Тебе не хочется такого дня рождения? — догадывается она. Он какое-то время молчит, пока они идут держась за руки по коридору, ведущему на лёд, а затем отвечает: — И да, и нет. — Снова не хочет никого обидеть, думает Женя. — Но скорее нет. То есть я буду рад всех видеть, но… это слишком большая шумиха, скажем так. Я бы обошёлся чем-то менее грандиозным. Но это праздник не для меня. Самый приятный праздник для него наступает после полуночи. Его день рождения начинается там, где он больше всего полюбил проводить время в последние месяцы, — на льду, в семье людей из «Ледникового» и, конечно, его любимой партнёрши. Приезжают его менеджеры с тортом и шампанским, и он встречает двадцатилетие в узком кругу тех, кто стал ему дорог. На душе у него словно плавится кусочек сливочного масла. А потом его забирают, чтобы он принял поздравление от ребят из Дрим Тим, и его настроение немного меняется. Ему всё ещё весело и хорошо, но… уже не так, как было до этого, когда он кружился с Женей по льду в их новом произвольном танце. Она лежит в постели и до поздней ночи смотрит тиктоки. Попадается много эдитов с их выступлений и интервью, причём достаточно качественных, которые поднимают ей настроение. Они должны постараться ещё лучше, думает она, чтобы на следующей неделе все рекомендации были забиты их новым номером. И всё бы шло хорошо, не наткнись она на одно видео с Милохиным… Это фрагмент из нового выпуска какого-то шоу — вопросы задаёт Аня Покров, а Даня, вертясь на крутящемся стуле, на них отвечает, кажется не воспринимая это слишком серьёзно. И тут она слышит то, что ей не очень нравится, а потом ещё кое-что и ещё. Хочет встречаться с девушкой помладше. На примете у него аж трое. И одна из них — она. Одна из. Да пошёл ты, думает она, отбросив телефон в сторону. Она не привыкла быть «одной из», она привыкла быть единственным выбором, чтобы всё внимание и забота были только для неё одной. Что он себе вообще позволяет? Ещё и сообщать об этом на каком-то дурацком шоу? Уф… А ведь он ей действительно стал очень близок. Он правда ей нравится. Почему она до этого не воспринимала его гулянки с подружками как опасность? Думала, это всё ерунда. Всё равно они хуже неё (с самооценкой у неё всё в порядке). По всем параметрам. Она думала, что его отношение к ней — особенное, и ей по-прежнему хочется в это верить, но… кажется, то, что она увидела, доказывает обратное. Она для него «одна из». Возможно, он даже ведёт себя так же, как с ней, со всеми. Да пошёл ты, повторяет она, и с этими нерадостными мыслями проваливается в сон. Как ни странно, наутро она уже не расстроена, но осадочек, как говорится, остался, и эта новая информация невольно оседает у неё в подкорке. Она просто не заостряет на этом внимание. Сегодня у неё по плану хорошо оторваться, забыв обо всём на свете, натанцеваться и даже выпить. И именинник ей в этом не помешает. Она выбирает старое, проверенное платье и добавляет к нему кожаный пояс и ботфорты — ничего такого, но в то же время сексуально и элегантно. Делает быстрый вечерний макияж. И вот — она уже готова покорять этот вечер. На танцполе становится жарко, когда она пускается танцевать вот уже третью песню подряд. Разгорячённая алкоголем, она танцует со всеми подряд, отпуская себя полностью. Ей хорошо. Они с Даней едва контактируют: только поздоровались, когда он пришёл, и на этом всё; у неё есть чувство, что они друг друга избегают, ну или она его избегает, ведь у него на это нет причин; хотя, скорее, он просто очень занят… Или нет. Она уже и сама запуталась, да ей и не хочется думать об этом. Хочется веселиться и обо всём забыть — она заслужила. Но тут она ловит его взгляд через ползала, и в неё словно что-то вселяется. На её счастье рядом как раз оказывается парень, который не прочь с ней потанцевать, и спустя секунду она узнаёт в нём нового участника Дримтим. Отлично. Так даже лучше. Она не знает, смотрит ли он, но надеется, что смотрит. А даже если нет, увидит потом — вокруг столько съёмки на телефоны, что с этого вечера выйдут сотни сторис. И она просто танцует. Парень хорошо двигается, они ловят темп друг друга, некоторые движения и вовсе получаются в унисон. Вокруг все расступились и смотрят на них, их пара сейчас в центре внимания. У неё слегка кружится голова. А когда песня кончается, её чуть пошатывает, словно тело пытается сказать хватит. Но, конечно, она его не слушает и отправляется ещё за одним коктейлем.