Наказание

      Ваня поднимает глаза и смотрит на нововошедшего в эту хату. Его прорывает не просто на усмешку, а прям на смех — отчасти это придаёт какое-то облегчение, потому что сидеть они будут вместе, да и в целом в одиночке он бы крышей поехал. Потирает надписанный номер телефона на руке, улыбается и думает, что, в принципе, не такая уж и хуёвая партия ему досталась. Влад хорош собой, одевается стильно даже в качестве заключённого, и он беззастенчиво смотрит на него, вздыхая:       — Радуемся, что посадили всего на 15…ну меня, а тебя? — из разговора понимает, что «чалиться» им вместе, и в принципе это норм, а через час уже ужин, где Влад ест быстро, а Ваня долго ковыряется в параше, которую ему дали, а после отправляется обратно. Он то в принципе едок слабый, да и кормят тут так себе, зато предлагают позвонить кому-нибудь, и он звонит Дашке, где описывает всё, получает лучи поддержки, и шлёпает обратно к своей комнате, пока двое типов не становятся прямо перед ним, не просят пояснить за маникюр и тишку миракл…и он смотрит на них выпученными глазами, быстро прикидывает ситуацию и тикает нахуй, с кем-то сталкиваясь на почти на пороге своей комнаты. То оказывается Влад, и как же хочется его обнять щас! Шабашов пролетает под его рукой в свою комнату и думает о том, что лишь бы тому пиздов не дали, ну он вроде крепкий, справится…       Реально повезло же — будет намного легче сидеть столько времени, потому что они знакомы хоть Влад все ещё обижен на то, что выбрали не его! Об этом напоминают цифры на чужой руке и он вздыхает, высказывая своё негодование по поводу того, что ему придется сидеть тут целых 15 суток просто ни за что, пока там реальные преступники по улицам гуляют.       На ужин их ведут в столовую, где можно разглядеть все здесь присутствующих — такие же обычные люди, которые просто в чем-то оступились, но с кем-то из них Влад бы точно сидеть не хотел, ему куда спокойнее будет с Ваней, да и тот целее останется, потому что сложно не заметить косые взгляды в его сторону. На ужин что-то не очень вкусное, Влад сначала смотрит в тарелку и понимает, что не хочет ходить голодным до того момента, как пацаны ему что-нибудь не передадут. Поэтому набравшись смелости решает быстро закинуть всё в рот, а потом ещё долго сидит и пьёт невкусный чай. Затем обратно в комнату вместе, Вани там ещё нет почему-то, но вскоре Влад слышит это «э, поясни» и понимает, что тому сейчас может влететь тупо ни за что — он просто человек такой, он хочет так одеваться, хочет красить ногти и это никому не мешает, так зачем к человеку лезть, это же чисто его выбор. Влада бесит эта несправедливость и он выходит в коридор, а Шабашов уже влетает в комнату. И вот перед Владом два мужика, которых он сначала просто нормально просит уйти, за что получает толчок в плечо и шлёт уже нахуй, но тут очень уж вовремя за спинами этих мужиков появляется охранник. Два идиота отправляются в свою комнату, Влад к себе и закрываются все двери.       — Ну чё ты, — он подсаживается к Ване, который прям в угол кровати забился, кладет ладонь на плечо. — Они б тебя не тронули, никто ж не хочет свой срок продлить, так, попугали чисто, — хлопает по плечу, а потом поправляет прядки на голове и улыбается. — Не боись и расслабься, а если чёт будет, то просто мне скажи, а я постараюсь не дать тебя в обиду всяким мудакам, которые ещё прошлым веком живут и не понимают, что человек может быть тем, кем захочет.       Ваня сидит на своей койке и еле удерживается от того, чтобы свой драгоценный маникюр не начать грызть. Ситуация адовая, он вообще не ожидал ничего подобного, учитывая, что они же не в тюряге, а так, в изоляторе временного содержания, как сказала судья, и тут никакие не уголовники, а так, люди, которые просто оступились или также как и они с Владом попали по беспределу.       Тот возвращается быстро, садится рядом, а Шабанов в принципе особо и не скрывает, что ему были страшно. Смотрит за чужими действиями, за пальцами, что выправили ему пару закрученных прядок сбоку, чувствует, как внизу живота слабо кольнуло и улыбается:       — Ну да. Спасибо, — тянет руку для рукопожатия и быстро думает, чем же отблагодарить? Отсосать может? Думает, что Влад может быть позиции «какая разница кто сосёт, рот он и есть рот», но вместе этого двигает к себе пакет, который собрал себе сам, доставая оттуда нарезанный хлеб и начиная заботливо раскладывать по нему колбаску. Смотрит на бананы и решает, что в условиях сложившейся ситуации это не то, и вынимает пару мандаринов, один отдавая своему спасителю.       — Спасибо, — принимает из чужих рук мандарин, смотрит на него и тихо смеётся. — Пипец, никогда бы не подумал, что окажусь в таком месте, — вздох полный разочарования и взгляд в потолок. — Зато потом выйду и смогу говорить в своих треках, что я сидел! — снова тихо ржёт, начиная чистить мандарин. — Или это не круто… — он будто сам с собой говорит, даже не надеясь на ответ Вани и ему просто скучно молчать. — Нее, наверное не круто, — в рот отправляется долька мандаринки. — А ты так и не сказал, где работаешь, что тебя в такое позднее время повязали они?       Ваня кладёт рядом с Владом на салфетку ещё и бутерброд, а сам садится на место и начинает уплетать, запивая обычной водопроводной водой, которая тут какая-то сладковатая, отдаёт известью. Как-то он не позаботился себе обычной воды взять. Да и чайника тут нет, а он чайных пакетов понабрал, да ещё и разных вкусов, дорогих. Он смотрит на своего сокамерника, тихо смеясь. Ох уж эти рэперы-понторезы! И прикидывает, о чем мог читать Влад: наверное, как и все. Сучки, тачки, кэш! Банальщина! Но если у человека способ самовыражения такой и он таким образом мечту осуществляет, то че б и нет?       — Ой яяя…да в клубе на баре. Папа бара! — угарает. — Бывает люблю прост подэнсить, там разные конкурсы проводятся, выигрыши конечно не прям уж солидные, но писятку выиграть можно. Зажрался да? — рассказывает всё с набитым ртом, а как доедает бутер, облизывает пальцы и приступает к мандарину. Они ещё какое-то время общаются даже после отбоя, а потом Ваня раздевается, накрывается одеялом, желает доброй ночи и отворачивается к стенке.       Подъем в шесть, Ваня жалуется, что ощущает себя как в полноправном приложении тюряга, тут даже есть подобие авторитетов местных — это они ещё не видели его футболку ит пусси, а то на тяге от взрыва своей жопы долетели бы до Марса, и никакой Илон Маск со своими исследованиями не нужен был. За завтраком он много не съедает, снова делится с Владом с мыслью «ну банан так банан» достаёт один ему и один себе.       Влад довольно быстро справляется с мандаринкой, закидывая в рот сразу целые половинки со словами, что так вкуснее и потом тихо смеётся — его постоянные смешки скорее от нервов, потому что осознает, какой пиздец его ждёт. Сидеть в одном месте 15 суток без телефона, на неудобной кровати, не в самых лучших условиях и без нормальной еды, да и на улице проводить всего час в день, это ж пиздец! Он качает головой, берёт бутерброд и съедает его в пару укусов.       — Да норм работа, я вот когда тока приехал в Москву, в кармане меньше косаря было, тогда любая работа была в радость, вот честно, — Влад часто вспоминает это время, которое многому научило и к которому не хочет возвращаться, — А щас по кайфу, я занимаюсь тем, что мне нравится и вообще доволен. Да я в принципе доволен тем, что я живу.       Вскоре звучит громкое «отбой» и выключается свет, но Влад так рано не привык ложиться. Он ещё немного пристает к Ване с разговорами, но тот засыпает и ему остается только залипать в стеночку, подтянув ноги к груди, чтоб хоть как-то прикрыться одеялом. Владос долго не может уснуть, а утром очень об этом жалеет, потому что подъем то в шесть, ну пиздец! За завтраком не ест, потому что эта каша тупо как клей и если наклонить тарелку вниз, то она по-любому останется там. И в этом момент он становится очень благодарен Ване, который делится с ним едой.       — Седня кто-то из пацанов приедет, передаст мне пожрать. Спасибо, — берёт банан, открывает его и сует в рот половину, кусая его и потом жуёт, жуёт, жуёт. — Ниче, проживём, — потом в рот отправляется вторая половина, а кожура в мусорку.       А днём, ещё до прогулки к нему действительно приезжает Тимур и Влада отпускают на «свиданку». Там Тим передаёт ему пакет, ржёт с того, как вообще угораздило, но Влад не обижается и ржёт вместе с ним, рассказывая свои впечатления, рассказывает о Ване и о том, что тут реально пиздец и хочется домой. Возвращается он обратно с целым пакетом — его осмотрели лишь на наличие чего-то запрещённого и отпустили.       — Я вернулся! Скучал? — смеётся Влад и ставит пакет на койку. Достает оттуда мешок с яблоками, бананами и усмехается. Ещё немного хлеба и нарезанная колбаса, какие-то печенья и немного конфет и даже (!) два бургера из мака, вот это прям от души и в душу.       — Да уж, они правда старались…ну ниче, жить будем, — вздыхает и протягивает один из бургеров Ване. Потом обед, где снова дают какую-то ерунду и есть её не хочется, прогулка и время до отбоя, когда ты посвящен самому себе.       И это время самое ужасное — как днём, так и вечером ты не знаешь чем себя занят. Либо лежишь и плюешь в потолок, либо измеряешь камеру шагами. Безумно скучно, хочется телефон или хотя бы на улицу, но и прогулки больше часа не длятся, и места для прогулки на так много — лишь какой-то небольшой дворник, где порой места себе не найдешь, чтоб никто не трогал. Дни тянутся безумно медленно, когда ты ничего не делаешь и это становятся настоящим адом: спасает то, что рядом есть Ваня и с ним можно поговорить о всякой хуйне, иногда дают позвонить пацанам или маме, но недолго и уже реально едет крыша в этих четырех стенах.       Ваня принимается неспешно снимать кожуру с банана, ест, отламывая куски, а Влад то ли голодный, то ли… Шабанов жёстко охуевает со способностей чужого рта осилить в два укуса здоровый банан, и даже особо не скрывает эмоций, хлопая зенками так, будто привидение увидел. Сам он едок скверный, ест понемногу и нечасто. До обеда его сокамерника зовут на свиданку, а возвращается он с пакетом и делится бургером, после которого даже на обед идти неохота, но хоть немного прогуляться для него — это уже хорошо. Самого кроют мысли о том, что хочется на работу, хочется общения, хочется домой запрыгнуть в любимую постельку — на Влада аж смотреть больно, как его лапти за пределы кровати выходят.       На третий день Ване разрешают побриться, и, естественно, в присутствии мента, а ещё раз в три дня душ. Вода еле тёплая, а уже в камере он делится с Владом, что так и заболеть можно ж — тогда нахуй в суд на них подаст! Они ржут и допоздна рассуждают о планах побега, предлагают анекдотичные варианты, а потом оба засыпают на середине очередного плана, наутро даже не вспомнив, о чем говорили.       Потом дают позвонить — Ваня звонит Даше, которая обещает завтра прилететь в Москву, и специально взяла пересадку 10 часов, чтоб увидеться. Она ему передаёт посылку «с сюрпризом», и менты сюрприз не находят. Оказывается, в двух литрах колы не просто кола. Шабашов, не зря решив, что с такого количество коктейля виски-кола помрет просто, предлагает выпить и Владу, протягивая бутылку, чтоб сам налил себе в стакан, а заодно залипая на то, как тот напряг руки, чтоб удержать двушку жидкости.       Еле тёплая вода в душе, хуевая еда и сами условия, в которых они вообще содержатся. Вода из крана противно карант, из туалета бывает пахнет не очень приятно и даже открытая форточка не спасет, болит спина из-за твердой койки и ноги, потому что он тупо не влезает туда полностью и даже спит в вещах, чтоб не замёрзнуть. Спасет только Ваня, с которым они уже реально подружились. И когда его подруга пронесла сюда виски-колу, то настроение как-то прям улучшилось! Он берет бутылку, лыбится и наливает немного в кружку, отдаёт обратно. Кружка, две, три и Влада понесло на бесконечные разговоры — он рассказывает о телочках, которые у него были, что серьезные отношения ему ваще не нужны, рассказывает о каждом из своих братишек, особенно про Гришу потому что «он ваще пацан классный типа ващееее не зассал и решил что нахуй это общество щас и щаслив со своим парнем». Словесный понос кончается только тогда, когда Владос засыпает.       Следующие дни похожи на другие — ничего нового и интересного, так же невыносимо скучно и сложно. Пять суток, семь, восемь, десять…и вот, наконец, свобода!       — Капец, Ванек, мы выжили! — Влад в приподнятом настроении, хлопает его по плечу, пока собирает вещи, — За мной на машине приедут, хочешь и тебя подвезём?       Ване нравится как говорить, так и слушать, но сейчас он больше занимает позицию че-то типа между слушанием собеседника и дентальном изучении его повадок по манере общения. Влад — альфа-самец, очевидный причём, но веет от него чем-то…а тут ещё и вполне громко заявляет о том, что нормально относится к своему братишке, который счастлив со своим…парнем. Не ослышался значит. Но идеальную голубую картину мира Шабашова портят все его истории в духе стендапа и потребительское отношение к девушкам. Не, ну может у него просто травма какая…       Потом здоровый крепкий сон с запашком перегара, который еле выветривается к утру, и снова серые унылые будни, когда они ходят как в поговорке про Тамару и её подружку, делятся едой и просто общаются. Ване всё больше времени нравится проводить с этим человеком, и к концу их пятнадцатидневного заключения он с радостью соглашается провести еще полчаса — и это если не будет пробок. Он садится на заднее охуенного мерса, за рулём чувак, в ходе знакомства с которым выясняется, что тот ваще пиздюк. Вообще друзья у Влада оказываются позитивные, общительные, немного поехавшие. Шабашов протягивает ему телефон, чтоб вбил как тот записан в инсте, а дома смотрит фотки и слушает треки. В принципе, иного не ожидал… НУ ИЛИ КАК. Ожидал конечно, что будет не настолько жёстко, но помнит о самовыражении. Через пару дней выходит на работу, как раз под объяву нового танцевального баттла — и он думает, что чем не варик пригласить на него своего нового крутого знакомого-рэпера? И пишет ему после смены в половину четвёртого утра с вопросом, не хочет ли прийти, и скидывает афишу из аккаунта бара в инсте.